Называй её Эээ, или Проблема для Верховного

Пролог

– Прыгай! Прыгай, я сказал, Кира!

Но я не могла! Не могла, чёрт подери этого инструктора! Не могу!

– Не заставляй меня выкидывать тебя из самолёта, девчонка!

Вот кто меня дёрнул на такую фигню? Ну как же! Мне исполнялось двадцать пять и решила на свою дурную голову отпраздновать свой день рождения таким глупым способом – прыжком с парашютом! И это с моим-то страхом высоты…

Но я передумала! Передумала! Не хочу!

– Кира, – хищно улыбнулся инструктор, заставляя меня люто ненавидеть его. – Ты помнишь, что сказала мне перед тем, как мы сели в самолёт?

– Нет! – закричала, пытаясь перекричать шум двигателей и открытого люка.

На самом деле помнила, но кто же знал, что я передумаю? Вернуться бы в полчаса назад и дать себе самой хороший такой подзатыльник! Я не трусиха, но я боюсь!

Меня сносило ветром, нёсшимся от выхода из самолёта, а вот инструктор крепко стоял на своих двоих, словно якорь корабля. Как он это делает? Не иначе у него договор с Дьяволом и чудесная способность не обращать внимания на стихии.

– Да! – засмеялся мужчина, но этого уже не услышала, полностью поглощённая тем, что произошло дальше.

Как мы и договаривались, когда я была очень уж глупой и наивной, он просто взял и выкинул меня с самолёта… Козёл!

Падаю вниз, как кусок чего-то непотребного… Зажмурила глаза, но быстро поняла, что так ещё страшнее… Что там говорил инструктор? В голове какая-то ерунда… Мысли разбросаны где-то внизу.

Считать! Точно! Надо считать… Один, два, три, четыре, пять… восемнадцать! В панике ищу на себе то, что надо потянуть, чтобы раскрыть парашют… Боженька помоги… Дёргаю за всё, не понимая, что делаю. Говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Папа, мама, братья… но я думаю лишь о том, чтобы не описаться от жуткого страха.

Земля стремительно приближалась, а я продолжаю искать чёртов шнурок… Ура! У меня получилось! Спасибо тебе, Господи! Он открыт! С благоговением посмотрела наверх на купол…

Вот что странно… вокруг сразу наступила тишина, как будто я попала в штиль. Уши, что ли, заложило?

Но зато вид! Вид просто изумительный. Теперь, когда чувствую себя в относительной безопасности, бояться осталось только приземления. И сейчас начинаю трястись при мысли о том, что скоро окажусь внизу. Эти мысли мешают получать удовольствие. Но как же красиво!

Земля наступила резко. Обычная зелёная поляна… Падаю на неё как бревно, вытягивая стопу как учили и гася сопротивление… Парашют, вместо того чтобы упасть позади, снесло от резкого отнюдь не по-летнему холодного ветра, накрывая мою голову и тело…

Но мне наплевать! Ничего не вижу, но сейчас нет никого счастливее меня! Потому что я – жива! Даже не так! Я – жива!!! И пусть братья выкусят и обзавидуются!

От радости и восторга закричала бешеной белугой.

– Что это, Лютер? – чей-то презрительный голос вырвал меня из чествования жизни и заставил немного насторожиться.

– Это эээ… твоя самка, подходящая для оплодотворения, – ответил растерянный видимо тот самый Лютер.

Да что происходит? Тут же не было людей! Когда приземлялась, то чётко видела отсутствие кого бы то ни было! Попыталась было выбраться из плена, но чем больше барахталась, тем больше запутывалась. Мной снова овладевала паника. Мне казалось, что останусь тут навечно, задушенная собственными усилиями.

Но фортуна сегодня была ко мне благосклонна! В процессе правда потеряла шлем, отрывая наверняка очень прилизанные короткие синие волосы. Но свобода сейчас интересовала меня больше, чем внешний вид! Как гусеница, выбравшаяся из своего кокона, оказалась у ног… незнакомого мужчины. Чертовски красивого надо отметить! В моём вкусе, хотя надменное выражение лица его не красило!

– Эээ, – остолбенел он и повернул голову куда-то в сторону. – Это что за чучело?! Ты кого мне обещал? Как мне… Мне! Лечь… с этим?

– Но Верховный, другой-то нет! – горячо возразили ему. – Мы и эту-то с трудом достали!

– Но что это? Оно хоть разумное?

Мне как-то сразу стало обидно. Понимаю, что сейчас не в форме, да ещё и на фоне этого идеального красавчика, но зачем так-то? Да и защитный костюм для прыжков с парашютом – не вечернее платье! Ну так и я не собиралась на приём высшего общества!

– Почему оно синее? С надписью какой-то? Ещё и в носу что-то? – брезгливо разглядывал меня какой-то Верховный.

– Ну хватит! – неожиданно повысил тон тот, кто отвечал красавчику всё это время. – Чем ты недоволен? Тебе всего-то надо обрюхатить её! А не жить с ней! Подумаешь!

Чего?! Да как я вообще здесь оказалась и кто они такие?

– Эта… это… эээ, – Верховный указал на меня пальцем. Всю меня! – Мне противно и смотреть на неё! Это что за ерунда у неё на глазах? Кожа какая-то красная… тощая!

– Ну хватит! – окончательно обиделась, пытаясь встать.

Получилось не сразу, так как ноги запутались. Выглядело, наверное, очень комично, но мне было не до смеха. Как впрочем, и всем присутствующим.

Я тут пережила чистый ужас и выжила, а они! А они портят мне кайф!

Поднялась и указала на него пальцем, что вообще-то мама мне запрещала, отмечая, что это неприлично. А говорить обо мне гадости в лицо разве прилично? Ещё нести всю эту чушь про самку и обрюхатить!

– Да как смеешь, надменный гад, говорить обо мне в таком тоне и такие слова? Что вообще происходит?! Где я?!

– Оно разумное, – довольно проговорил Лютер. – Видишь, как повезло!

– Повезло? – разъярился Верховный, игнорируя меня и мои вопросы. – Что это вообще такое? Она эээ…

– Так и зови её «Эээ», – рассмеялся его собеседник. – И теперь это твоя проблема, а мне пора.

Резко повернулась и увидела ещё одного симпатичного мужчину, который со снисходительной улыбкой развернулся и ушёл, оставляя нас с красавчиком наедине.

Он всё же удосужился посмотреть на меня ещё раз и скривиться при этом.

– И что мне с тобой, Эээ, делать? Как Верховному вампиру объяснить такое недоразумение? Ты же уродина! Короткие синие волосы… Непонятные глаза… Это твои глаза?

Гордо выпрямившись, поправила на самом деле нелепые очки, которые, как мне обещали, помогут справиться с ветром и насладиться прыжком в полной мере. Что, кстати, оказалось чистой правдой. Но тут до меня окончательно дошли его слова. Верховный вампир? Что за бред сивой кобылы? Они какие-то ролевики или секта? Я-то думала, что это уже давно не модно! Тем более в таком возрасте!

Оглядевшись, поняла, что нахожусь в каком-то храме, но до православного ему далеко. Огромный свод, ведущий в никуда, всюду горят свечи… Даже сделала пару шагов, чтобы рассмотреть всё получше.

– Убожество, – как-то грустно вздохнул мужчина, стоящий в нескольких шагах.

– Я не убожество! – резко повернулась к нему. – Это ты убожество! Как я вообще здесь оказалась?! Вы какие-то маньяки? Похищаете женщин и насилуете?

– Насиловать? – хмыкнул Верховный, возомнивший себя вампиром. – О нет. Ты сама будешь ко мне приставать. Мне даже не надо воздействовать силой. Но вот как быть мне? От одного твоего вида… меня воротит!

– Ну, так и отпусти меня, – нашлась с ответом. – Отведи обратно, а дальше я как-нибудь сама. А ещё лучше отвези меня в Москву на Шаболовку, домой. Можно просто у метро высадить, я неприхотлива…

– Ты ещё не поняла, Эээ? – противно рассмеялся этот… нет, он не красавчик. Он урод! Моральный! – Ты в другом мире. И никогда не вернёшься обратно.

– Бред, – фыркнула. – Ты объелся кислоты?

Он рассмеялся.

– Чем бы твоя кислота не была, но я ем только кровь, Эээ…

И оскалился, показывая начавшиеся удлиняться клыки, которых до этого не заметила! Что за чёрт?

– И когда ты родишь мне наследника, то я до капли выпью тебя… Ты полностью в моей власти! – ещё и как-то злодейски расхохотался.

Я и сама рассмеялась его плохой шутке, но вдруг он словно замерцал и через мгновение оказался передо мной. Телепортация? Серьёзно? Сознание не выдержало такой… хрени и решило покинуть меня, даря благословенную тьму.

Первый раз падала в обморок. Братья, если узнают, то засмеют, но мне было наплевать. Хотела очнуться и понять, что мне просто приснился дурной сон. Может я потеряла сознание ещё в самолёте? И теперь мне снится кошмар!

Глава 1

– Чтобы разобраться в происходящем, сначала надо принять всё как должное.

– Или для начала спустить пар!

Моя любимая мамуля – психотерапевт по профессии. Точнее не работающий уже давно. А если выражаться ещё точнее? То работающий, но только с тремя постоянными клиентами и у нас на дому.

Когда-то давно у неё в жизни случилась сказка. Она встретила мужчину, моего папеньку. Полюбила и, как водится, вышла замуж. Но папенька оказался домашним тираном. Не в том смысле, что бил всех и зверел, а всего лишь категорически возражал против работающей жены. Он хотел большую семью и домашний уют! После нескольких затяжных войн и пару мальчиков спустя, мамуля, Эльвира Демидовна, наконец-то сдалась и оставила идею продолжать практику.

Правда и на этом дело не закончилось, так как мама, как заправский шпион, скрывая от мужа, оставила себе нескольких клиентов, которых попросту не могла бросить без своей квалифицированной помощи. Папенька, Евгений Константинович, в итоге обо всём узнал… ещё спустя пару мальчиков.

И не придумал ничего умнее, как выставить ультиматум! Мамуля должна была родить девочку и если ей так хочется идти работать. Ну и спустя ещё мальчика им наконец-то повезло. Появилась я. Это конечно поначалу их порадовало, пока они не поняли, что играть в куклы их маленькая принцесса не желает. Ей подавай машинки. И платья для неё какие-то неудобные. Да и другие девочки очень скучные… То ли дело братья! Одним словом пацанка. Но это совсем другая история.

В итоге, после рождения меня любимой оказалось, что работать Эльвире Демидовне уже не хочется, а всё это была просто затяжная весёлая игра с мужем. Своих клиентов она конечно не оставила, да и психологию свою любила. Но и огромную частную практику, как все время угрожала папеньке, так и не открыла. Сила реверсивной психологии!

К чему всё это? Да к тому, что я и сама одно время думала податься во всю эту стезю. Потом всё же передумала, но в своё время начиталась умных книжек, валяющихся у нас дома повсюду. И так вот… существует классификация известной тётки, Элизабет Росс. И согласно исследованиям этого доктора, в тяжёлой ситуации человек должен пройти пять стадий: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. Всегда уважала эту теорию, которая совершенно точно передаёт переживания людей.

И по чести надеялась, что меня эта доля обойдёт стороной. Она же в основном для тех, кто почувствовал настоящую утрату близкого! И наивно по молодости лет полагала, что у меня ещё лет пятнадцать-двадцать до этого момента. У меня даже бабушки с дедушками ещё живы!

Но здесь же пришлось испить эту чашу до дна. Ну почти до дна… Я застряла на депрессии. Вот только выражалась она как-то странно.

Когда неделю назад очнулась в запертой комнате, напоминающей Эрмитаж в Питере… вспомнила всё, что произошло до постыдного обморока! И ужаснулась.

Да много ещё чего было, не только ужас. И до принятия, пятой стадии, мне, по-моему, ещё далеко.

Непонятно где и непонятно что делать. Для начала обыскала комнату сверху донизу. Изумилась, когда нашла тут вполне приличную ванную со всеми удобствами, что «у себя» воспринимала как должное. Если не считать её изысканности и позолоченный толчок, она была похожа на мою собственную. Едва не прослезилась от радости!

Но как же сбежать? Я не умею вскрывать замки! Всегда хотела научиться, но всё руки не доходили. И тут не было окон! О времени мне сообщали наручные часы, но и это сомнительно. Вдруг всё тут по-другому? Да и не факт, что они синхронизированы с этим миром. А что я не на родной Земле становилось очевидно с каждым днём. И дело не в наличии тут вампиров…

Так что сначала забилась в угол и несколько часов стучалась головой об стену… жалея себя и отчаянно нехотя верить собственной памяти!

Потом началось бешенство. Я разнесла в комнате всё, что плохо лежало и не только. Даже перевернула на бок тяжеленую кровать. Перед глазами всё стоял тот клыкастый кровосос-моральный урод, а в ушах звучали его обидные оскорбительные слова.

Разгромом была так довольна! А потом пришли они… Люди, одетые как чёртовые слуги из сериала аббатство Даунтон! Они методично заменяли каждый предмет мебели в комнате на идентичные… И откуда только взяли?

Начались торги. Как я не упрашивала их отпустить меня или помочь сбежать! Со слезами, угрозами, мольбой и опять угрозами. Они хоть и косились, но упорно молчали, а потом меня снова заперли, оставив на столе поднос с едой. Вопреки моим первичным опасениям – крови там не было. Да и готовили тут вкусно, что обнадёжило наличием тут людей. Ведь и в расе слуг была уверена не до конца! Да и Верховный ведь говорил, что ест только кровь. Но, наверное, правильнее говорить – пьёт. Потом мне все эти дни приносили еду три раза как по часам, заставляя ожидать этого, как узника в одиночной камере. Не то чтобы по опыту знаю, что это такое.

С торгами быстро закончила, уделяя время на еду. И, казалось бы, пора переходить в депрессию, но это не про меня. Может, просто не способна на неё? Меня переполняла жажда деятельности.

Мною овладело любопытство и я, отдохнув ещё двадцать минут, повторила разнос комнаты. Правда, без особого пыла и энтузиазма. Интереса ради.

И картина повторилась. Только на этот раз, поняв тщетность торга, с надменным видом сидела в единственном уцелевшем антикварном кресле, и наблюдала за слугами, которые, судя по страху в глазах, начали серьёзно опасаться сумасшедшую, поселившуюся тут.

В третий раз повторять свой "гнев" не стала. Просто утомилась. Слуг мне не было жалко. Это их работа и вообще мало что понимала об этом месте. Так что отправилась спать и с удовольствием проспала до утра следующего дня. В обычной жизни редко себе такое позволяла. Мне всё казалось, что жизнь утекает сквозь пальцы, как вода, и надо всё успеть.

А поутру ещё до завтрака снова разнесла комнату, повторив ту же сцену… Так и развлекалась. И главное, мебель у них не кончалась! У них тут что фабрика?

В общем, я ела, отсыпалась и разносила комнату. Пока на третий день кое-что не изменилось.

Я всё с ужасом ждала появления Верховного. Что не удивительно, принимая во внимание его наполеоновские планы в отношении меня. Но пришёл не он. И даже не Лютер, его собеседник при нашей первой и пока единственной встрече.

Пришли они… Они!

Глава 2

– Каждому человеку нужно какое-нибудь хобби – якобы с целью «выйти из стресса».

– Но ты-то прекрасно понимаешь, что на самом деле люди попросту пытаются выжить и не сойти с ума.

На третий день меня разбудили голоса. От испуга открыла глаза. И кто-то встревоженно вскрикнул.

Это был первый раз, когда у меня появились гости, не считая слуг. Но нет. Это были не совсем гости.

Три девицы, глядя на которых начала чувствовать себя ущербной. Длинноволосые красотки с лицами сердечком… они казались слишком идеальными. Вампирши ли они? Или их называют вамприрессы? Не имею ни малейшего понятия. И точно в отличие от моих окрашенных синих – цвет у них свой, естественный. Чёрный, медовый и пепельно-русый. Да и одеты они… Прямо платья! Нет не так… Платья!!! С большой буквы и с тройным восклицанием! Я подобные опять-таки видела только в старых фильмах. Наверное, Наташа Ростова в таком явилась на свой первый бал. Оно понятно, почему меня назвали чучелом. Хотя всё равно обидно, так как себе я нравилась! Пусть мои черты и немного грубоваты, но я называю их чувственными и сексуальными. Да и отбоя в кавалерах у меня никогда не было!

Хотя тут конечно поиздержалась. Косметика мне только снилась. Впрочем, и так пользовалась ей в жизни немного. И мне приносили какие-то убогие серо-буро-малиновые платья, но я их не носила, так как надевать их самостоятельно не могла. Да и в сознательной жизни ни разу не опускалась до платьев и не собираюсь. Приходилось в ванной стирать свою одежду каждый вечер. Но бельё здешнее пришлось всё же использовать. Носить свои трусики каждый день… фу… Местные панталоны меня посмешили. Эдакий вариант с рюшками и прорезью посередине, как на некоторых боксерах у мужиков. Креативненько. За шорты могут сойти!

Когда же мои джинсы с кожаным топом не просыхали, то надевала на голое тело парашютный костюм. А вчера и вовсе заснула прямо в нём, замечтавшись о свободе и вспоминая родных. Оставалось только порадоваться этому, учитывая утренних визитёров!

Но когда услышала, о чём они говорят! Поняла, что спросонья присовокупила этим девицам что-то большее кроме смазливой внешности.

– Посмотри, что за уродина, – донеслись до моих ушей тихие и противные слова одной из них, рассматривающей меня как зверька в зоопарке. Всегда жалела этих бедных животных! – Роза говорила, что Лютер говорил, что её имя Эээ. Наверное, потому что она может мычать только это слово. Одичалая… Бедный наш Верховный!

Другие покивали ей, а моя челюсть в переносном смысле упала на пол от шока. Куда я попала?

– Нам лучше уйти, – поддакнула вторая, которая в отличие от первой, смотрящей с любопытством, делала это с опаской. – Слуги шепчутся, что она буйная. Неразумное создание разносит комнату и вроде как кидается на них, пытаясь укусить. А ещё угрожающе шипит!

Чего?! Только крайнее недоумение не позволило закипающему… смеху вырваться наружу. Ничего себе тут система слухов! О такой мечтает любой женский коллектив!

Решила повеселиться. Тут было очень скучно, между прочим! Встала, потянулась под их настороженными взглядами и, осмотревшись, начала в седьмой раз за эти дни методично разносить комнату, с тупой придурковатостью косясь на глупых куриц.

Интересно, если я разгонюсь и кинусь на них, с какой скоростью в час они убегут? Папенька у меня был учёным когда-то. Очень умным и с кучей наград. Пока в бизнес не подался, ещё в девяностые. Так что и меня, как и моих братьев, заставлял вкалывать и грызть гранит науки, прививая разуму пытливый ум. Так что иногда в мою голову приходили всякие глупости, требующие доказательств.

В общем, они продолжали смотреть с ужасом и восторгом, когда у меня совсем вырвалась придурь. Я встала на четвереньки так, когда играю со своим годовалым племянником и поползла в их сторону, кровожадно облизываясь, негромко тявкая и косясь на их ноги, скрытые под длинными юбками.

Понимала ли что творю? Определённо, да. Нравилось ли мне? Да и ещё раз да!

А уж когда эти пигалицы рванули к выходу, со щелчком закрывая за собой дверь, я злодейски расхохоталась, искренне надеясь, что им слышно. Узнавали же как-то слуги о том, что тут громят мебель и всё остальное?

После этого я думала, гости меня больше не посетят. Но куда там! Это были целые паломничества. И у всех были ключи! Или это один и тот же человек устраивал сюда экскурсии за определённую плату? Ну а что… Почти зоопарк. С разницей в том, что я была слишком разумна. (Мне хотелось бы в это верить). Но, если честно, мне нравилось развлекаться за счёт визитёров, кои представляли собой идеальные с ног до головы стайки напуганных и любопытных девиц. К седьмому дню мой энтузиазм начал таять. Я уже грызла обои, матрас, разговаривала на ломанном немецком, единственном языке, который знала хоть немного, вспомнила приёмы каратэ, которые показал мне один из братьев в качестве самозащиты.

Клянусь! Едва закрывалась дверь за очередными девушками, уже чесала голову, придумывала что-то новое.

В какой-то момент мне окончательно показалось, что я схожу с ума, идя на поводу у детской обиды. Даже обещала себе прекратить ребяческие выходки. Но стоило прийти кому-то ещё, посмотреть на меня с презрением и диким любопытством, как снова не выдерживала. В последний раз и вовсе вела себя совершенно неадекватно. Хорошо ещё в мой сбрендивший мозг не пришло в голову начать метить предметы. Хотя всё же пришло, но посчитала выше своего достоинства снимать перед ними штаны.

Но вот на седьмой день всё изменилось. Потому что в тот день прямо с утра появилась… мать Верховного.

Глава 3

– Знаешь, в чём твоя проблема?

– Всего одна? Но если это бремя досталось мне, значит, оно мне по плечу, не сомневайся. На крайний случай есть же матушка.

Кристофер Майнфорд

– Что ты намерен делать, Крис?

Эти слова заставили меня скривиться! Будто у меня есть выбор!

– А то тебе неизвестен ответ на этот вопрос, Лютер! – раздражённо проворчал, с неудовольствием рассматривая друга, с которым дружил уже лет сто, не меньше.

И иногда мне очень хотелось его убить. Вот прямо как сейчас!

– Мне просто нравится, как ты кривишься при упоминании о своей… проблеме, – не стесняясь, рассмеялся мужчина моему несчастью.

Тоже мне друг!

– У меня есть ещё немного времени, – напомнил ему.

– Совет бы с тобой не согласился. А ты сам знаешь, что случится, если у тебя не будет наследника.

– Прекрати давить на больное! Ты слышал, о чём шепчутся слуги? Мне доложил Маркус.

– Ты сам знаешь, что это чушь. Твоя Эээ разговаривала… мы сами это слышали и вполне чётко выражала свои мысли. Хоть и угрожала тебе, но на одичалую не похожа совершенно.

– Тебе-то хорошо говорить! Роза у тебя красавица! Само совершенство! Такт! Благородство! Порода! Эталон красоты! А мне что досталось?

– Ты поэтому так ни разу её и не навестил? – хмыкнул Лютер. – Боишься взглянуть правде в глаза?! Чего ждёшь? Думаешь ситуация поменяется? Ты же никогда не был трусом, Крис. Не похоже это на тебя.

– Два слова, друг, – я неожиданно развеселился. – Моя мать! В кой-то веки пригодится её…

– О, Единый! – подскочил он, прерывая меня и с опаской оглядываясь. – Хелена Майнфорд здесь? Кажется мне пора. Загостился я тут у тебя.

– Успокойся, – коротко усмехнулся. Сам я давно научился ставить её на место, но… не важно. – Ещё нет, но вот-вот появится.

Он действительно немного расслабился и сел обратно. Но это не мешало ему всё так же оглядываться на дверь.

– Наверное, ты в крайнем отчаянии, если позвал свою матушку. Она же сожрёт твою проблему и не подавится.

– Не сожрёт, – фыркнул. – Слишком сильно хочет внуков, чтобы сделать это. Как думаешь, откуда вообще у всей этой истории растут ноги? Вот пусть и получает подарок. Но согласен, Эээ придётся нелегко, но это уже не моя головная боль. Мне главное, чтобы через месяц на церемонии бракосочетания она хоть немного прилично выглядела и, как утверждают слухи, не кидались на людей. Всю эту неделю она только и делает, что разносит свою комнату! Совершенно неуправляема. Слугам пришлось обчистить несколько гостевых покоев, чтобы возместить ущерб в её. И так бы всё оставил. Ей послужило бы уроком, но вдруг мать приехала бы раньше? Её лучше не злить по пустякам. Чтобы она сказала, если бы увидела такой бардак?

– А просто поговорить с девушкой не пробовал? Ты так и не интересовался, как зовут-то её? – развеселился Лютер.

– Да какая разница? – раздражённо бросил. – Мне её и видеть-то надо раза три-четыре от силы. Церемония и несколько попыток заделать ей моего наследника. Целители скажут, когда она будет готова к зачатию и на это имеются наибольшие шансы. И семейные артефакты никто не отменял. А потом? Как родит, так пусть проваливает, если выживет. В свой мир ей конечно не попасть. Но я ей даже денег дам. Лишь бы глаза мои это чучело больше не видели.

– Не слишком ли ты жесток, Крис? – нахмурился друг.

– Откуда я знаю, может она из тех, кто съедает своё потомство? – оправдался, но и сам почувствовал, что как-то слабо.

– Справедливости ради, но ты же и не пытаешься ничего о ней узнать.

Вот как ему объяснить, что меня бесила сама эта ситуация?! Бесит совет, угрожающий мне. Я знал закон и традиции. Если у Верховного на момент вступления в должность нет наследника, то он должен появиться в течение двух лет. Иначе власть примут на себя старейшины, держа меня за марионетку и заставляя выполнять свои приказы, связав мою силу. Виноват ли я, что слишком могущественнен для того, чтобы выбирать сам? Нам и Эээ досталась непросто. Оракул теперь бесполезен лет на пятьдесят. А я потом два дня отлёживался после поиска и призыва. Пришлось сжечь дотла несколько накопителей и себя. Даже для Верховного – это тяжело. Найти среди всех миров ту единственную, что способна выносить твоего ребёнка, не имея почти ничего! В общем, меня всё это раздражало. И то, что попал в такую ситуацию. Да я бы половину своей силы отдал, лишь бы избавиться от этого чучела! И плевать, что именно на мне держатся грани мироздания этого мира. Очень тонкой грани, надо отметить. И особенно меня раздражали родители! Тем, что пытаются управлять мной! И тем, что несмотря на то, что давно освободился от них и был независим, у них это получилось!