Мажор против полчища радужных единорогов

Аннотация

— Да ну, нафиг! Это полный кринж! Я не против в прямой трансляции взорвать свой аккаунт, но «вырвать кусок славы у Славы» — это кабздец, Лен!

— Твои подписчики требуют драйва, и Слава Михеев — это топ-чарт всех девичьих грёз и желаний. Подмени его гитару медведем, сорви выход на сцену на пятнадцать минут, обставь это красиво и всё — замороженные донаты твои! Рогова — фореве! Ты войдёшь в тройку лучших блогеров в универе, а если Слава после ещё и поступок оценит Ммм, — заходится сладко подруга.

— Да, блин... А другое задание уже выбрать нельзя?

— Детка — это рулетка.

В главных ролях:

Ленка Воронова — она же та самая «белая ворона» в любой компании, где бы ни оказалась и я — Милана Рогова. «Единорогова», как дразнят с детства за шедевральную шишку, с которой начала своё первое сентября в новой школе.

В общем-то, это глупое прозвище и породило желание доказать всем, чего я действительно стою! Способствовало появлению одного из самых скандальных каналов и привело меня в гримёрку к выпендрёжнику — Славе Михееву.

Красотки! Хотите юмора на грани фола?!

Эмоций, ража и вайба молодёжки, в которой всё решается наперекор, вопреки?!

И даже Любовь рождается на стыке ненависти и противоборства характеров?

Добро пожаловать в мою новую дерзкую, страстную и яркую Историю!

Располагайтесь с удобствами! Здесь Вам всегда рады!

Пополняйте ваши библиотеке и не забывайте отсыпать мне звёздочек на главной страничке Истории.

Благодарю за доверие ️

5.02.2026 г. С любовью и нежностью Ваша Я.

Глава 1. Кусок славы от Славы

Каждое утро — новый шанс сделать день особеннымAi*

-Милана Рогова-

— Ва-ааа-лим!!! — орёт Ленка, залетая в мой стрим с перекошенным ртом. — Бего-оммм!!! — не унимается она, взмахивает в воздухе большой красной тряпкой.

Полотенцем. Как оказалось, в итоге.

Тем самым что стащила из душевой Славы Михеева, чтобы задержать его шедевральный выход на публику.

А он возьми, да и выйди, зараза!

Да так, что не только я, а ещё и десять тысяч девчонок, по ту сторону экрана едва не начали заикаться!

— Ну, нифига себе! — закатываю глаза не успевая закончить весёлый трёп для подписчиков, в котором высмеивала все фишки звёздной гримёрки.

Стою с десяток секунд с открытым ртом, созерцая на пороге мокрого и голого, всеми любимого Славу, среди облака влажного пара.

— Вот же Фрейд трепло! — заключаю в сердцах, уже по привычке комментируя всё, что вижу. — Обещал, если гитара большая, то остальное всё маленькое, должно быть! А здесь, единорожки мои, походу именно гитара-то и комплексует! Осыпьте меня лайками, если согласны!

— Камеру выруби, идиотка! — зло приказывает Михеев.

Высокий, красивый, широкоплечий. Не зря все девчонки так и липнут в этом мажоре, как мухи в меду. Слава умеет торговать е..ауфф... Лицом.

Смотреть на женский пол янтарно-медовыми глазами. Да так, что разом обрывает дыхание. Растягивать ухмылку на губах, вызывая яростное желание то ли сбить с него спесь, то ли подойти ближе и дерзко поцеловать.

А ещё он умеет пугающе играть желваками и мышцами, которые сейчас, в каплях воды блестят россыпью дорогущих бриллиантов.

С деньгами папаши он бы реально сумел замутить и не такое шоу! При этом камни на его теле вполне могли бы быть настоящими. Бабла в этой семье столько, что не разгрести и лопатой! Кстати, хорошая идея, надо было именно её в подарок и притащить! А я банально принесла Михееву медведя с гитарой.

— Лови! — кричу, вспомнив про игрушку. — Прикройся, Слава! Вдруг на тебя сейчас смотрит мама!?

Смеюсь и срываюсь с места, прихватывая со стола его крутую гитару.

— Это не воровство! — ору в дополнение. — Мне тебя заказали! Прости! Я верну!

Ощущаю спиной, что он порывается, выбежать вслед за мной. Но поток холодного воздуха и отсутствие одежды Славу останавливает. В коридоре достаточно много людей. Организаторы, пресса.

А мои кроссы куда быстрее его мокрых ног. Хотя не спорю, его шаг — мои два. Мой тридцать пятый размер, против его сорок шестого. Моя улыбка и человеколюбие против его искривлённой рожи, не знающего подколов и поражений.

А я могу заснять и не такое. Был бы спрос и соответственная оплата. Мои-то родители далеко не потомственные олигархи, пусть в сети я и утверждаю обратное.

Прижимаю к груди гитару, а правой, удерживая телефон в руке, продолжаю трансляцию.

Иду быстрым шагом, слегка наклонив голову вниз. Осматриваю места, куда приткнуть чужой инструмент.

Слава шикарно играет металл — этого не отнять. А также сам сочиняет тексты и музыку. Поёт, что-то до блевотни сладкое: о чувствах и той единственной, которую до сих пор ищет...

Бессмысленно упоминать о том, что потомственный «принц» уже перемерил туфельку половине завещанного королевства. К своим двадцати двум завидный жених собрал не хилую фанатскую базу в нашем городе миллионнике, да только так и не обрёл подходящую невесту.

То ли по статусу не дотягивают до богатства папаши, то ли Слава ещё просто не готов на одной останавливаться?

Хотела бы я знать ответ.

Однако скорее блондин, чем брюнет, с точёными скулами и медовыми глазами, навряд ли теперь захочет дать моему каналу честное и провокационное интервью.

«Кусок славы от Славы» вырван, да только этим жестом мои единорожки остались в дальнейшем и вовсе без Славы! Как с этим быть и что делать? Решу позже.

Притаскиваю гитару в кучу каких-то сценических костюмов. Перевожу камеру на себя, чеканя со всей серьёзностью:

— Все видели? Это не воровство. Я её вот здесь оставлю. При необходимости помогите Михееву в поисках.

Смотрю на охват и число подключившихся к прямому эфиру.

— Охренеть, как вас много сегодня! Напоминаю, — торкаю пальцем в небо, — По всем вопросам рекламы, сотрудничества, всё в шапке профиля, выше!

— Рогова! — громко шикает на меня Воронова, что сверкая пятками, трусливо свалила и бросила подругу медведю на растерзание. — Давай резче! Сюда! Здесь выход в фан-зону через край сцены!

— Прощаюсь, мои единорожки, — открыто смеюсь, отсылая на камеру красивый воздушный поцелуй. Игриво кручу после на пальце розовый локон. — Славочка, если ты это потом пересмотришь — знай, что ты лучший!

Вырубаю стрим, в одночасье сбрасывая с себя маску законченной дуры. Вцепляюсь в руку подруги.

— Какого хрена, Лен? — тараню со злостью. — А если бы он меня там завалил чем тяжёлым за проникновение? Ты улепётывала так, что я грохот двери пропустила. Сердце в висках зашлось громче, а от картинки перед глазами...

— Помутился рассудок? — издевается Воронова. — Пойдём, говорю, Милан! Нас наверняка уже ищут. Потом выскажешь своё «фи». Тебя задонатили в трижды больше обещанного! Осознаёшь уровень и охват?

— Валим, — подытоживаю, вспоминая про капюшон, что натягиваю на яркие волосы. Ленка повторяет манёвр, пряча свои коротко стриженные так же, как я свои локоны.

Невзрачная дверь. Бесконечные тёмные коридоры. Гул толпы, которой до выхода Славы обещан менее пафосный разогрев.

Выходим из темноты в душный, но мерцающий зал.

— А круто ты его, — наконец-то отходит Ленка. Смеётся до озорных ямочек на светлых щеках. Разводит губы в широкой, красивой улыбке. Вздёргивает вверх острый носик, осматривая размах элитного клуба, в котором нам посчастливилось оказаться впервые. Сдёргивает с головы капюшон, распушившая русые волосы с розовыми перьями.

— Рогова, селфи! Иначе мне потом никто не поверит, что я была в таком месте!

— Я вырежу стоп кадр, где тебя кривит на фоне голого краша! — ору не в себя и давлю улыбку от мысли о заработке. Каждый бы раз так! Полчаса хайпа и не задумываешься о том, что есть, носить и на что жить завтра.

Открываю камеру, обнимаю подругу, вытягиваю губы уточкой и на затворе чмокаю её в щёку.

— Гуляем, Ворона! Сегодня тратим, не думая! Мы заслужили за моральный ущерб! Ах, Михеев, Михеев... Да он нам ещё и за рекомендацию должен!

___________________

В виде эпиграфов автор представил на ваш суд статусы для соцсетей, созданные ИИ. Пользуйтесь, если они пришлись вам по душе. Обнимаю️

Жизнь — это не те дни, что прошли, а те, что запомнилисьAi

-Слава Михеев-

Натягиваю футболку и джинсы на мокрое тело. С волос течёт. Нет времени искать полотенце.

Попутно бью кулаком по торчащей тревожной кнопке. Яркая пимпочка едва не уходит в стену, а злости во мне не становится меньше! Наоборот, всё нутро закипает до такой степени, что, кажется, будто пар валит из ушей и ноздрей!

— Вячеслав Маркович, — пресмыкается перед моим отчеством подбежавший пиар-агент, а оголяет десна так, будто реально меня уважает.

Мелкий. Склизкий. Противнейший тип, готовый хоть сейчас начать лизать чужие подошвы.

Классический пиджак, яркая футболка, узкие короткие брючки и красные кожаные мокасины. Прямые ногти с блестящим покрытием. Гладкие щёки и узкие дебильные усики.

— Что-то не так? — ластится он масляно, оглядываясь по сторонам.

— Девчонка! — рявкаю грозно. Взгляд метает молнии. Мысли скачут как блохи, а слова не стыкуются в понятные фразы.

— Девчонка?! — хмурится агент, а потом и вовсе задирает вверх обе зализанные брови. — Особые приметы имеются?

— Розовые волосы, наглый взгляд и бесячая манера говорить, — выпаливаю, прогоняя перед глазами десятки картинок.

— Единорожка, — нервно поддакивает хилый охранник, появившийся следом.

На вид студент, лет двадцати. Серый, неприметный. Настолько тощий, что такому даже дубинку не выдали, не говоря уже о пневматике.

Нетерпеливо подпрыгивает на месте, истерично потряхивает в воздухе горящим телефоном, призывая к вниманию.

— Сороконожка, мля! — комментирую зло, вспоминая, как шустро убегала отсюда розоволосая девчонка. — Гитару мою найдите, придурки! И объясните, какого хрена здесь ходят всякие, да ещё и с включённой камерой?

— Миланка здесь стрим вела..., — щурится заморыш, опуская глаза. А лицо так и перекашивает при взгляде куда-то на уровне моего пояса.

Пихает вперёд телефон. Не мне. Так как ссыт. Спихивает нервно пиар агенту.

— Я за гитарой, — отмахивается он ретируясь. — Она показала всем, где её спрятала.

— Стрии-им, твою мать! — рывком сгребаю со стола десятки мягких игрушек, с номерами или визитками, что умудрились передать до начала шоу особо ярые фанатки. Проплатили же наверняка таким вот охранникам, которые пустили сюда и эту: сначала в зал, потом за кулисы.

Яркие пятна, вперемежку с бумажками устилают безликий пол. Видео на телефоне идёт. Девчонка противно пищит, позирует и строит из себя полную дуру. Взмахивает и играет яркими волосами, что отвлекают внимание от смеющихся глаз. Акцентирую взгляд на дурацком поведении и мнимом отсутствии интеллекта. Но я то помню, как она зыркнула, перед тем как кинуть медведя: расплющила на месте игривой ухмылкой, так что на секунды опешил и потерялся.

Сейчас этот медведь валяется в общей куче. Ибо нехер...

— Ну и что ты будешь с этим делать? — выкрикиваю несдержанно, после того как видео достигает своего апогея. Ярость затмевает глаза, и хочется лишь одного, после этого онлайн-позора — выставить девчонку на посмешище. Отомстить. В её же манере. На камеру. Так, чтоб завирусилось!

— Я-я..., — начинает заикаться на нервной почве пиарщик, старается выйти из фокуса моего взгляда.

— Вот! — приходит ему на помощь взъерошенный охранник, протягивая найденную гитару. — Я же говорил, Рогова её здесь рядом припрятала!

— Кто она такая? — откладываю инструмент, а после хватаю его за грудки и прижимаю к стене, намереваясь при необходимости вытрясти нужные сведения.

— Одноклассница бывшая, — мямлит тот, кто даже по широкой форме гораздо у́же меня в плечах, да и заметно ниже. — Миланка Рогова. Девятнадцать лет. Учится на экономическом. Со школы ведёт свой скандальный канал вместе с такими же отмороженными. Обычно — это достаточно ржачно. Строит из себя... Ну, вы же видели сами?! — шмыгает носом. — Все наши подписаны. Короче, местная звезда в институте!

— Я с этим разберусь, — быстро ретируется слащавый агент и уже косится в сторону выхода.

— Номер этой розовой пони есть? — допытываю побелевшего парня.

— Да, — нелепо пищит он в ответ.

Киваю агенту на телефон с записью трансляции:

— Верни-ка владельцу.

А ты набирай. Выскажи своё восхищение. Найди её в зале и притащи мне на сцену.

— Как? — реально не врубается или увиливает от ответственности пацан. Сами же лоханулись пустив блогершу за кулисы? А как отвечать — некому?

— Да хоть за шкирку её притащи, как котёнка! — ору, отпуская обмякшее тело из пальцев. — Выбесила эта пони!

— Вячеслав Маркович, я пока уточню юридическую правомерность этого действия..., — елозит агент. — Вы не особо... Не нервничайте. Пожалуйста. У вас выход скоро.

— Единорогова? Это Потап. Да, кто же ещё, — лепит охранник, боком косясь на меня. — Тебя неслышно нифига, а есть разговор. Важный. Короче, Ланка..., — мнётся, подбирая слова. — Твой стрим — залёт, но я могу тебя вывести из клуба. Да. Здесь. Подрабатываю.

Секунда. Две. Три. Кусаю нижнюю губу изнутри, наблюдая чужое молчание. Зрачки пацана ссыкотно бегают. Девчонка, (что далеко не проста, как хочет казаться), испытывает на прочность терпение всех троих, собравшихся в тесной гримёрке.

— Выход номер три. Через пять минут, — оглашает охранник первую радостную новость за вечер. — Ждите там. Я буду.

А я разминаю руки. Готовься, пони, доскакалась!

-Милана Рогова-

19 лет. Студентка экономического факультета в престижном Вузе. Поступила на бюджет благодаря отличным знаниям в математике, но рассказывает всем, что по блату пристроил папа.

Кто такой тот самый папа — сама не знает. Однако истории, которыми пугает хейтеров, оказываются такими реалистичными, что встречаться с «папой Миланы» ни у кого желание не возникает.

Наша героиня ведёт скандальный, пранковый канал, посвящённый любимым с детства единорогам; красит волосы в волшебный розовый цвет, и восстанавливает равновесие в мире хейтом тех, кто на деле этого заслуживает!

На публике Милана носит только брендовые шмотки и не чаще одного раза!

А после сдаёт их в магазин, так как жизнь мажорки в реале девушка пока не может себе позволить. Приходится «пускать пыль в глаза». Именно для этого комната в общаге у двух подруг обставлена в кредит «красивым розовым шиком», а имя мамы, которая по совместительству работает обычным бухгалтером, в медийном пространстве не упоминается.

И всё же, помимо целеустремлённости в нашей девочке есть много хорошего. Не верите? Давайте разбираться по факту.

Вячеслав Михеев, он же Слава или Михей.

22 года. Студент более престижного Вуза, нежели наша героиня. Факультет иностранных языков и, конечно же, бюджетное отделение. Угадайте почему?

Верно Любая версия из того, что бы вы ни подумали по этому поводу)

Папа нашего мальчика владеет очень больши́м списком движимого и недвижимого имущества.

Слава пытается оградиться от известной фамилии и даже самолично добиваться своих целей по жизни, но, по факту, делать это не так просто. Любовь отца к единственному наследнику не знает границ. Так же как и накопленное на счетах.

А увлечения сына музыкой — заставляет отца и вовсе ваять из него Идола девичьих грёз.

В общем, всё как всегда: родители часто закрывают свои гештальты через детей. А Славочка, на деле, неплохой парень. Правда, излишне прямолинейный, порой несдержанный и избалованный.

С остальным разберёмся по факту)

Впереди у нас ещё много всего и глобальное противостояние.

Вот увидите ️

Настоящая сила — в умении оставаться собойAi

-Милана Рогова-

— Выход номер три, — сообщаю подруге, что уже пританцовывает в фан-зоне, пытаясь слиться с толпой.

Как правило, у Вороновой это плохо выходит, а сейчас её телодвижения и вовсе больше похожи на действие чего-то нервно-паралитического, нежели на привлекательный танец. Того и гляди — кто-то вызовет неотложку!

Торопливо осматриваюсь по сторонам, ища цифры, стрелки или нужные надписи в неоновой подсветке.

— Ленка, помогай! — выкрикиваю громче. — Слава меня сдал! У нас проблемы!

Третий выход находится сам собой. Цепляю подругу за руку и тащу в нужную сторону. Там толпа. Метров тридцать по диагонали, а фан-зона отделена от общего зала ещё и специальными ограждениями.

— Перелезай! — рявкаю звучно на ту, что заметно сдулась. — У нас нет времени искать проходы!

Воронова неловко преодолевает забор. Я действую так же. Охрана не трогает. Мы же из дорогого сегмента прыгаем к бедным! А рискнули бы пройти, наоборот — вот здесь огребли бы по полной!

— Идём, — тяну за руку подругу, распихивая плечами фанаток Михеева. Все они выпучились на сцену, где уже анонсирован выход. Смотрят во все глаза, не видя, что происходит у них под носом!

Пихаюсь. Вообще, нихрена и невежливо. Выстроились стадом — получайте заслуженное. Было бы кого ждать! Слава-Слава, я была о тебе лучшего мнения! Мог бы хоть сказать спасибо за лишний пиар, спустить всё на тормозах, а не блокировать выходы!

— Привет, — дёргает меня за руку Пашка.

— Как я рада тебя видеть! — лезет к нему с обнимашками Воронова. — Какая у тебя форма! Кто б знал, что здесь все свои! Ты же нас выведешь, правда?

— Обязательно выведет, — щёлкают на моё запястье замком куда более крепкие пальцы. — Когда сдаст вас ментам после концерта. А пока вы побудете моими гостьями. Вначале на сцене, потом в закрытой гримёрке. Или твоя подруга опять кинет тебя и трусливо свалит? — уточняет ласково тот, кто прячет своё лицо под нависающим капюшоном. Не хочет лишней огласки. Пока. А после... Что будет после моего стрима и во что он выльется — вообще непонятно!

— Вот же, мелкий сучонок, — обращаюсь к Потапу, а вздрагивает от злости Михеев.

Улыбаюсь и слегка поправляю свободной рукой его капюшон. Лезу в пасть. Нагло. Бесстрастно. Бесстыже.

А саму колотит не в себя, и сердце готово взорваться от приступа паники!

И всё же, с широкой улыбкой резко дёргаю из его захвата свою руку. Не выходит. Зато мышцы после горят не хило!

— Даже не думай, — шикает Слава, поправляя укрытие. Толпа на заднем плане ликует. Кто-то выходит на сцену очередным разогревом. — Бегаешь ты, конечно, хорошо, но отсюда тебя не выпустят, — заявляет он уже совсем рядом с моим ухом. — Обеих. Не выпустят. Преступление, совершённое группой лиц...

— Давай, короче, Михей, — прошу его сладко, впечатываясь при повороте головы в щеку губами. — Без лишней смысловой нагрузки и информации, — смеюсь, скрывая весёлым тоном излишнюю вибрацию в голосе.

— Боишься не осилить? — нарывается он, намекая на умственные способности.

— Ага-ааа, — растягиваю, вновь цепляя кожу губами. Влажными. С приличным слоем помады. — Примерно так. Ну?

— Сколько ты задонатила на этом видео? — частит он серьёзно.

— По твоим меркам мелочь, — наигранно пожимаю плечами.

— А если я подниму юристов, — наседает он, уходя в гулкий бас, — то встрянешь на счётчик и будешь торчать раз в сто больше!

— Смешно, — выплёвываю беззлобно. Хотя на деле далеко не до смеха. И Воронова притихла рядом. Не повернуться, чтобы осмотреться в чём суть. Сколько вокруг нас охраны помимо Потапа? Музыка глушит. Вести разговор можно лишь один на один: прямо в уши.

— Понять бы за что должна?! — ору, уже не в себя. — Цензер на стриме не указала? Так, зато я потом ссылку на тебя внесла в комментарии ниже! Радуйся новым подписчикам, Слава! Если мне и придёт налог на рекламу, так оплачу её с радостью! А твои страдания наверняка уже окупились! Тебя в неглиже видели тысячи реальных фанаток!

— Кажется, ты не поняла! — перекрикивает меня он, обновляя захват и стягивая руку до боли. — У тебя два выхода: либо тихо-мирно на сцену и кивать на всё поступающее, либо... Поняшка, — издевается он едва разборчиво. — Я ведь и сам тебя за твои косички в волосах запрячь могу и вывести силой к обожаемой тобой публике. Решайся! Так и быть, подругу оставлю в покое. А ты...

— А я с удовольствием, Слава! Когда ещё удастся подняться на эту сцену, да в таком шикарнейшем сопровождении?!

Михеев отдаляётся, самолично стягивая капюшон на затылок. Щурит глаза, присматриваясь ко мне в бликах софитов, неона.

— Ворона, лети! — всё же оборачиваюсь, со злостью подталкивая подругу. — В случае чего ты знаешь, что делать! — рявкаю самоуверенно.

Ленка нервно хлопает глазками и монотонно кивает. Собирается следовать «плану Б», который и не существовал до этой секунды.

Какие мысли она прокручивает сейчас в голове, о чём думает? Но спустя секунды, вновь улепётывает сама не своя, сверкая пятками.

— А я вся твоя, Славочка, — оголяю десна, врубая короткой командой камеру.

Стараюсь действовать на автомате, не бегая зрачками, не привлекать этим жестом излишнее внимание.

— Веди, — прошу сладко. — Только, пожалуйста, как королеву, а неё её лошадку. Ведь половина этого зала, если не больше, вполне способны быть и моими фанатами.

— Надеюсь, они скинутся тебе на хорошего адвоката, иначе...

— Так, срок или штраф уже меньше, — смеюсь, нарываясь на ласку. — Теперь я одна, Михей, без соучастников. А вдобавок, в рукаве ещё кое-что припрятано... Этим единороги от пони и отличаются, милый, — смеюсь, сама же себе поддакивая. — Пошли быстрее! Всё сам и увидишь!

Создаю моменты, которые стоит запомнитьAi

-Милана Рогова-

— А ты вообще хоть знаешь, кто мой отец? — нагло усмехаюсь, бесстрашно тараня глазами Михея. Смеюсь, предрекая ему большие проблемы, о которых он ещё даже не догадывается. Ведь мой отец-то на деле...

Сама не имею понятия кто, а значит, могу нагнать вокруг этого образа кучу интриг, домыслов, страха и тайн! Кто мне запретит, а? Я всегда этим пользуюсь!

Мама упорно отмалчивается об истинной информации все мои взрослые годы. В детстве-то меня как-то и не волновал тот факт: почему отчество есть, а в свидетельстве о рождении красуется широкий прочерк? Детей больше интересует само наличие папы, как составляющее, а не какие-то там яркие бумажки!

Мама заявила, что папа-космонавт, который имеет право возвращаться на землю со станции только раз в десять лет.

Кажется, она произнесла это упоминание всего лишь единожды и даже не придала значения тому, с каким отчаянным рвением я уцепилась за интересную мысль! Стала прокручивать в голове разные образы, представлять его в огромном скафандре; смотреть на небо и пытаться увидеть какой-то знак: сигнал, что папа посылает именно мне из далёкого космоса. Потому что неустанно следит, особенно вечером, ночью, когда не мешают лишние люди. Ради того, чтобы он меня видел больше и чаще, я даже стала стараться гулять только по вечерам. И желательно в отдалении от всех.

Так и повстречала Воронову, с которой в итоге стали неразлучны. Ей настолько понравилась моя история об отце, что день скорой встречи мы стали ждать вместе. А ещё мы вместе высчитывали дату, когда смогу увидеть папу и рассказать ему всё-всё-всё, что произошло за эти долгие годы на нашей огромной планете, за время его путешествия в бескрайнем космосе! Ленка тоже готовила речь. У неё-то хоть теоретически и был отец, но по факту-то не было. Мать развелась из-за вечных скандалов, пьянок настолько давно, что Воронова о нём ничего и не помнит.