Фантазия на тему…

– Плоховато выгляжу? Да, мало что осталось от уважаемого всеми любимца Владыки – биолога. Стражники со мною не очень церемонились, но это все ерунда, вот пить хочется – просто ужасно.

Нима так же мучила жажда, но биологу этого испытания досталось с лихвой. Оставшийся путь они больше не говорили, сберегая силы. Голоиб, по-прежнему шел впереди и останавливался перед очередной преградой. Тогда за дело брался Ним, открывая тайные проходы, и движение продолжалось вновь.

* * *

– Все идет, согласно нашему плану, мой отец. Жители лаборатории расселены по намеченным точкам планеты.

Яков только что переступил порог правительственной залы, не успев даже переодеться с дороги. Прямо в костюме исследователя, он поспешил доложить Клонару Дайну о том, как продвигается дело.

– Сообщения, полученные от последних вездеходов, отправленных к самому отдаленному материку, также подтверждают отсутствие препятствий, чинимых нам ладийцами.

– Вот и прекрасно, – подытожил Клонар Дайн. – Я ожидал, что так и будет. Эти трусливые волшебники могут только возмущаться нашему вмешательству в жизнь планеты, а противопоставить что-то посущественней, им, видишь ли, мешают убеждения. Что ж, тем хуже для них: судьба их предопределена. Гея очень скоро станет только нашей. Лишь я и ты – мой наследник, станем царями всех царей, а юноши других кланов, которых я обучаю, прекрасной подмогой в этом деле. Нет, не подмогой, – прямыми исполнителями нашей воли. Наше с тобой дело – разрабатывать законы нужные нам. Все будет идти так, как мы задумаем.

Зачем возиться с недовольными рабами? Возложим эту миссию на их вождей, назначаемых нами, а о нашей роли простой люд не должен и подозревать.

– Ты уверен, отец мой, что задача воспроизведения себе подобных нашими "подопечными" будет решена и без Голоиба?

– Можешь не сомневаться. Клон застопорился лишь потому, что много общался с ладийцами. Если бы он четко следовал моим указаниям, то результат был бы получен давно. Это заблуждение аборигенов, что потомство рождается только силой любви. Я со своим старым другом, об участии которого в этом деле никто не подозревает, давно уже разработал иной процесс. Наши "человеки" будут производить себе подобных, влекомые иными чувствами: похоть, ненависть, жестокость, унижение. Эти чувства будут вскоре преобладать в них после корректировки, примененной нами. Другими они нам и не нужны, таков их удел. Мы накануне вступления в Новую эру!

Вдохновенно излагая Якову свои идеи о мировом господстве, Клонар Дайн не заметил, как распахнулась дверь, и на пороге появился тот, кого он никак не ожидал увидеть. Отощавший и ободранный Голоиб шагнул через порог и словно не замечая растерянных взглядов Владыки и его сына, потерявших от неожиданности дар речи, направился к столу.

– Умираю, хочу пить, – забормотал биолог, хватая со стола графин с водой и, запрокинув, припадая к нему. Лишь когда послышалось характерное бульканье, Клонар Дайн вышел из ступора.

– Как тебе удалось выбраться? – прошипел он внезапно севшим голосом, словно это у него, а не у Голоиба во рту несколько дней не было жидкости. Глаза обоих Дайнов были прикованы к бесцеремонному посетителю, а ярость мешала поразмыслить, каким образом недавнему заключенному удалось пройти незамеченным охраной. Этого и добивался Ним, своим спектаклем, артистически исполненным Голоибом.

Когда послышался хлопок, а Яков схватился за щеку, в которую вонзился усыпляющий дротик, Владыка прозрел и мгновенно отреагировал. Перед тем как выстрелить в Клонара Дайна, Ним переключил пистолет с усыпляющих пуль на "боевые", за что и поплатился. Опытному во владении парапсихической энергией Владыке оказалось достаточно этого мгновения, и пистолет Нима переместился в его руку.

– Против кого ты посмел выступить, мальчишка?

– Против негодяя, заслуживающего смерти, – отвечал ему Ним, ни капли не обескураженный неудачей. – Ты виновен во множестве злодеяний. Я могу простить попытку украсть мою память, но за то, что ты посмел сделать с этой девушкой, тебе не жить.

– За невежливое обращение к Повелителю ты разделишь участь своей милой, самонадеянный мальчишка, – злобно сверкнув глазами, прошипел Клонар Дайн, поднимая оружие и переключая его вновь на "сон" он прицелился в Нима.

– Пожалуй, даже к лучшему, что ты еще жив, – произнес он, не отводя пистолета. – Тело твое мне еще сослужит хорошую службу. Оно скроет меня от врагов, надежней всяких пирамид. Оно поможет мне завладеть Орионом в придачу к Гее. Как думаешь, окажут ли мне доверие друзья твоего отца? Ведь для них я буду тобой!

Издевательский смех чудовища в облике человека умолк, как только оставленный без внимания Голоиб сделал то, о чем прежде и помыслить не мог. Выплеснув недопитую воду в лицо Владыке, он вынудил того от неожиданности отшатнуться, а удар графином по руке вышиб пистолет, который отлетел в сторону. Ниму оставалось лишь продолжить наступление. На этот раз он решил воспользоваться своей силой мысли, а не оружием. Клонар Дайн сам только что подсказал, как правильно действовать с покоренным врагом, а молодость, как известно, способней к учебе.

Повиснув вверх ногами под потолком своей обители, красный от прилива крови к голове, ненавистный тиран скоро убедился в безнадежности своих попыток поменять местоположение или хотя бы ответить тем же, Ним с трудом сдерживая клокотавшую в нем ярость, с угрозой в голосе процедил:

– Еще одна попытка нанести вред мне или моим друзьям, и я просто убью тебя, а то, что мне нужно получу от твоего сына. Теперь тебе все ясно, Владыка?

Сопение Великого жреца, все еще пытающегося вырваться, сменилось согласием: – Отпусти, чего ты от меня хочешь?

Медленно опустив красного, как вареный рак Клонара Дайна в его кресло, Ним продолжил:

– Во-первых: не пытайтесь позвать на помощь охрану – это мгновенно приведет к исходу, о котором я только что предупредил.

– Хорошо, это я уже понял. А во вторых? Тебе, конечно, нужно вернуть девушку в прежнее состояние, не так ли?

– Именно! Ты понял все правильно. Но и это еще не все, ты должен будешь предстать перед судом и ответить перед всеми кассийцами за свои злодеяния.

– У нас что, появился новый образ правления? Жреца будет судить простой люд? – язвительно поинтересовался Владыка.

– Нет, образ правления прежний, но и ты не единственный жрец! Пусть судьбу твою решают остальные жрецы Кассии, а также правители Лады.

– Мне нет дела до аборигенов, не им судить мои поступки, а что касается остальных жрецов, то разума в них осталось куда меньше, чем в преданном мне Чем Калуке.

– Да-да, я слышал, что некоторые из них свихнулись твоими стараниями, но есть еще пятеро законных жрецов Кассии. Ты как видно не берешь их в расчет, но они помнят тебя и скоро прибудут, чтобы положить конец твоему слишком затянувшемуся правлению.

– Да, недооценил я тебя – молокосос, – скрипнув зубами, выдавил из себя Клонар Дайн. – Хотя и подозревал, что память предков просыпается в тебе. Вот что, твою возлюбленную в порядок я приведу, но тебе советую подумать: ту ли сторону ты выбрал? Что тебя ожидает в дальнейшем, участь стать одним из слабейших ладийцев? А может лучше равным мне, и управлять своим народом? Не скрою, ты был бы очень полезен мне в этом качестве на Орионе, в то же время ты сохранишь свою независимость. Тебе не понадобится много времени, чтобы стать единовластным правителем вместо остальных жрецов, а я своими советами помог бы тебе в этом. Мы с тобой похожи: в тебе дремлет много скрытых талантов, как когда-то во мне. Ну что скажешь на это, Ним Хавила?

Ним молчал. Неожиданное предложение поразило его. Ему на миг представилось, что он повелевает многими людьми – всесильный и всемогущий. Искушение было велико: став правителем на законных основаниях можно повернуть все по-своему. Не делать из людей покорных марионеток, как желал Владыка, а поступить по-другому; научить их мерить жизнь иными ценностями, вдохнуть в них любовь к труду и людям. Можно было, погоню за материальными ценностями и жажду стяжательства объявить вне закона. Видя колебания молодого человека неопытного в политике, Клонар Дайн истолковав его нерешительность по-своему, решил подтолкнуть его:

– Будущее сулит нам власть не только над этими двумя планетами. Мы расселим людей на другие звезды и будем править всей Галактикой!

Но Владыке, чьей целью в жизни всегда была только власть, было не понять сомнений Нима. Напротив, он никогда не стремился командовать людьми, счастье ему виделось в ином – иметь друзей и свободу. Чтобы иметь друзей, необходимо быть с ними на равных, а не помыкать ими. Что касается свободы, то обязанности правителя похуже любой неволи: заставлять самого себя поступать не так, как хочется – что может быть хуже этого! Да и о чем можно договариваться с этим чудовищем? Разве он Ним способен предать целую планету, где каждый, даже пока незнакомый ему житель – искренний друг. А вот в предложении Владыки, без сомнения, кроется какая-то ловушка. Не для тела, нет – для самой его сущности. Ему припомнились озлобленные, непохожие на людские лица его соотечественников в последний день перед гибелью Кассии. Их дикие поступки, отрицающие всякое присутствие человеческого разума. Это, как раз то, к чему привел их общество Клонар Дайн и его предшественники. И этот самовлюбленный безумец хочет подобное повторить во всей Галактике? Ним расхохотался бы над этим предложением, если бы ему не стало страшно за возможное будущее потомков. Все, обдумав и придя к единственно правильному выбору, он, указав на выход, произнес:

– Веди нас к своему саркофагу жрец и принимайся за дело, а предложение свое оставь для кого-нибудь еще. Я не тот, кто нужен тебе для твоих целей.

– Твой выбор глуп.

– Пусть так, но это мой выбор.

Не произнося больше ни слова, Владыка двинулся к дверям. Ним задержался, чтобы поднять Озию на руки.

– Я уже смогу идти сама, – мягко отстранилась она. – Ты должен быть сейчас свободен, чтобы нас не застали врасплох.

Ним кивнул, соглашаясь, и предупредил Клонара Дайна, чтобы он двигался помедленнее. Обняв, все еще слабую девушку за плечи он двинулся следом, а шествие замыкал Голоиб, вооружившись пистолетом Нима. Предосторожности оказались излишними: на протяжении всего пути до тайной залы им не встретился ни один стражник, а Клонар Дайн, казалось, смирился с неизбежностью.

Когда последняя каменная плита захлопнулась за их спинами, Владыка остановился напротив ступеней, ведущих к саркофагу. Голоиб немедленно с интересом подлинного ученого принялся разглядывать каменное сооружение, а Ним, решив не ослаблять бдительности, неотступно следил за каждым движением жреца, для верности вновь завладев своим оружием. Клонар Дайн указал на саркофаг, поджидающий своего очередного посетителя с мрачно распахнутым зевом.

– Кладите туда девушку.

На миг Нима посетили сомнения: правильно ли он поступает, понадеявшись лишь на свою силу и помощь Голоиба в противостоянии опытному политику и коварному интригану. Но отступать от намеченного плана было поздно; вдруг Клонар Дайн передумает и заартачится, не стрелять же в него из-за этого, в самом деле. Это уже будет хладнокровное убийство, на которое Ним не был способен.

– Учтите, Владыка, – на всякий случай решил припугнуть он. – Если вздумаете обмануть меня, навредив принцессе, вместо того чтобы помочь, – расплата будет моментальной.

Подведя Озию к саркофагу, он помог устроиться ей в нем. Из всех четверых, лишь Озия не испытывала никакого интереса к происходящему – ей, по-прежнему, было тяжело думать о чем-либо. Клонар Дайн лишь усмехнулся.

– Не беспокойся, враг мой, с девушкой будет все в порядке уже через минуту. Если мой план рухнул, я не буду цепляться за него как утопающий за соломинку. А вот тебя я проворонил, – это жаль. Придет время – ты пожалеешь, что отказался от моего предложения. Будем считать, что эту партию выиграл ты. Но довольно разговоров, – внезапно прервал он сам себя.

Закрыв глаза, чтобы сосредоточиться, он простерт руки над саркофагом. Клонар Дайн беззвучно зашлепал губами, приводя в действие невидимые силы пирамиды. Обещанная минута минула.

– Готово, получай свою принцессу, Хавила.

Практически сразу за словами Владыки послышался слабый, но более живой голос Озии.

– Ним, ты здесь?

– Как ты, родная! – воскликнул взволнованно Ним, поднимая ее на руки и спускаясь вместе с ней к поджидающему их у нижней ступеньки Голоибу.

– Жрец не солгал: со мной и в самом деле все прекрасно, вот только клонит в сон.

– Я успокоюсь лишь тогда, когда ты окажешься в безопасном месте, – отозвался Ним.

– Сейчас отец здесь будет, я зов ему послала. – Мгновение спустя в шаге от них материализовалась могучая фигура седобородого правителя Лады.

– Цела ты, дочь моя? – его трубный глас, так давно не слышанный Нимом, прогремел раскатом грома под каменными сводами залы.

Голоиб не отводил восторженного взгляда, глядя на трогательное воссоединение отца и дочери.

Приняв Озию из рук Нима, Арий растроганно прижал ее к груди.

– В порядке я, отец. Опять мой Ним мне света радость подарил, спася от злобного тирана.

Только теперь Голоиб и Ним поглядели в сторону Клонара Дайна, позабытого ими на время. Но его нигде не было видно. Растерянно переглянувшись, оба бросились по ступенькам вверх – к саркофагу. Нехорошее предчувствие Нима подтвердилось. На дне они увидели лежащего без движения Клонара Дайна. Напрасно Ним пытался нащупать пульс или уловить иные признаки жизни в его теле. Верховный жрец Кассии был мертв.