Преодоление зависимого поведения: зависимым и их близким (родственникам, педагогам)
- -
- 100%
- +
Автор книги благодарит Артура Н., Александра П., Евгения П., Варвару С., Владимира С. и Лиану С. за финансовую поддержку и содействие появлению издания, Марину Г. и Екатерину К. – за помощь в продвижении издания. А также Татьяну Ф., Людмилу К., Татьяну М., Наталью У., Дарью П., Марию Д., Марию С., Ирину А., Татьяну Б., Георгия Г., Ксению Г., Анну С., Павла П. – за помощь в подготовке текста. А также о. Гавриила В., о. Сергия Б., о. Иоанна А., Александра Т., Николая К., Валерия К., Людмилу М., Иулию П., Иулианию Н., Надежду З., Рауля Р. – за консультации и разъяснения. Анну – за рисунок для обложки, Наталию К. – за макет обложки. А также – всех, кто поделился своими историями. В частности, Елену Е., Елисавету Г., Ирину.
Предисловие
Зря забытое старое
Снижение возрастного порога, с которого может быть инициировано погружение в бездну пороков и разврата, характерно сегодня для молодежи на любом континенте. Что вызывает особое удивление, в некоторых особенно либерально настроенных государствах это право закрепляется на законодательном уровне. Так, в прошлом называемое асоциальным поведение предлагается считать совершенно законным и приемлемым для современного «цивилизованного» общества. При этом сегодня в страстном желании испытать как можно больше удовольствий единовременно, не неся в себе заложенных на должном уровне семьей, школой и обществом морально-нравственных ограничений, современные тинэйджеры намного опережают предыдущие поколения.
Аномия (греч. «a» – отрицательная частица, «nomos» – закон) – социально-психологическое понятие, обозначающее любые виды нарушений в ценностно-нормативной системе общества. Термин был предложен французским социологом и философом, основателем французской социологической школы Эмилем Дюркгеймом в 1897-м году для объяснения отклоняющегося поведения (суицидальные настроения, апатия и разочарование). Состояние аномии обусловлено нравственным кризисом общества, противоречиями между провозглашаемыми целями и невозможностью их реализации для большинства людей в стране и, как правило, связано с практической изоляцией (одиночеством) человека от общества и разочарованностью его в жизни. Конфликт между целями и средствами их достижения может привести к аномическому напряжению, фрустрации и поиску незаконных способов адаптации. Данное обстоятельство отчасти объясняет высокий уровень преступности среди низших социальных слоев. В такой ситуации неизбежно образуются субпопуляции людей с аддиктивным, зависимым поведением, темпы количественного роста которых обратно пропорциональны уровню нравственности.
Гедонизм, ставший вершителем судеб миллионов европейцев и американцев уже на протяжении нескольких десятков лет, с каждым годом все глубже разъедает души и подрастающему поколению россиян. Продолжают совершенствоваться как виды наркотиков, так и маркетинговые ходы, направленные на рост их продаж среди молодежи, которая, как известно, является основной мишенью наркодилеров. В то время как здоровая часть общества на уровне энтузиастов без внятной государственной поддержки пытается изо всех сил бороться с искажением ценностных ориентиров молодых россиян, направить их в спортивные залы и секции, занять науками, искусством, вдохнуть тепло в душу, привести в храм, какая-то теневая часть социума так же старательно тянет их на самое дно… Появляются все новые и новые виды алкогольсодержащего и наркосодержащего допинга. Нарастают продажи вроде как ненаркотических, но не менее опасных для организма подростка, да и взрослого человека, коктейлей-«энергетиков». О вреде всей этой «химии» – лишь единичные возгласы экспертов на фоне тотального равнодушия к проблематике. Вдруг высокотоксичные мухоморы выдаются за «панацею» от всех болезней, и предприимчивые дельцы энергично «подсаживают» даже с виду адекватных граждан России на прием гриба в неких «микродозах», извлекая из гриба, ранее известного лишь в узком кругу шаманов народов Севера, баснословные прибыли, одновременно яростно вступая в полемику с научным миром через своих купленных «экспертов». И вина во всем этом разъедающем социальную ткань государства безобразии лежит на каждом из нас. Как писал Сергей Баймухаметов в своей книге, одной из лучших в жанре приближенного к документальному повествования, «Сны золотые. Исповеди наркоманов», «нынешние мерзкие, грязные, подлые и способные на все привокзальные и прочие беспризорники – наши дети. И если они – монстры, то в немалой степени потому, что мы сами – уроды». Достаточно жесткое отражение ситуации, но именно так это по сути и есть. Больные семья и общество плодят больных детей. Которые потом вырастают, создают свои еще более больные, чем в прежнем поколении, семьи и тоже плодят детей. В еще большей степени больных. В рамках какой культурной и религиозной традиции воспитывать свое продолжение рода, им совсем неведомо. В итоге из поколения в поколение в нашем обществе возрастает степень морально-нравственной, духовной деградации и частота психологических и психических отклонений. Здесь алкоголизм, наркомания и токсикомания – лишь одни из многих проявлений становящейся все более деструктивной окружающей среды макросоциума. Кто работает со школьными коллективами, не сможет возразить.
Потребности подрастающего в десятилетия культивируемом недругами России смысловом, экзистенциальном (по В. Франклу) вакууме поколения растут. Растет и предложение. «Снюсы», «вейпы», «спайсы», «соли», «лирика», «прегабалин», «тропик», «анимэ», «готы», «эмо», «шутеры», запрещенные в Российской Федерации, но все также успешно находящие адресатов «суицидальные группы», группы «а.у.е.», группы «колумбайн» и все новые и новые вариации погружения в мир искаженных смысложизненных и ценностных ориентаций – далеко не каждый знаком хотя бы с частью этого печального перечня, несущего в российские семьи разлад, трагедии и слом судеб целых поколений. Все вышеперечисленное – угрожающие и, к сожалению, быстропрогрессирующие симптомы надвигающегося заката русской цивилизации. Это лакмусовая бумажка состояния современного российского общества и лишь «верхушка айсберга» многокомпонентной проблемы. Проблемы, которую, безусловно, нужно решать.
Помимо гибнущих прямо здесь и сейчас, к горькому сожалению, немалым числом воинов, участвующих в специальной военной операции (СВО) на Украине, самые различные формы разрушающего себя и окружающее пространство зависимого поведения приводят к краю пропасти и толкают в объятия смерти ежедневно сотни и тысячи молодых и не очень людей, проживающих в России. Где же корень проблемы, как остановить постоянно оскудевающий генофонд нации?..
Зависимость сужает человека. Этот тезис из лекции насельника Спасо-Преображенского Соловецкого ставропигиального мужского монастыря, иеромонаха Прокопия (Пащенко) «Две доминанты», включенной в представленную вниманию читателя монографии определяет одновременно и ее цель. Расширить понимание о многопричинности формирования патологических, опасных для личности и общества, социально неприемлемых форм аддиктивного (зависимого) поведения – такова, на мой взгляд, ключевая цель автора.
Стремление еще молодых, наивно доверяющих «моде» своего окружения и навязываемых через масс-медиа ложных деструктивных моделей поведения, юношей и девушек во что бы то ни стало находиться в нетрезвом виде, либо оказаться погруженным в какую-либо экстравагантную субкультуру, сектообразную, чаще всего закрытую от старших группу, все больше похоже на какую-то массовую одержимость. Создается ощущение, что все же спрос рождает предложение в большей степени, чем предложение рождает спрос. Измененное состояние сознания сегодня начинает с ранних лет становиться нормой жизни и даже ее правилом. Это нужно совершенно четко понимать и учитывать, выбирая приоритеты при построении и финансировании антинаркотических и пропагандирующих здоровый образ жизни профилактических программ. Но где они, эти программы? Где обученные кадры в регионах, способные их претворять в жизнь? Где самое главное – научно-методическое сопровождение таких федеральных и региональных программ???!!!
Замечательно работает лишь репрессивная часть, ограничительная. Следственные изоляторы и исправляющие непонятно каким образом и с каким качеством (согласно формулировке ФСИН России – исправительные) колонии забиты несовершеннолетними и более взрослыми, но такими же инфантильными наркозакладчиками, наркокурьерами, «барыгами» самого низового звена. Проводилась ли с ними до попадания в «места не столь отдаленные» какая-либо профилактическая, предупреждающая правонарушения работа? Есть обоснованно великие сомнения. Неуклонно продолжающийся из года в год рост наркопреступности в молодежной среде, снижающийся возраст начала приобщения к алкоголю, табаку и психотропным веществам.
Ведь, как справедливо отмечает в одной из своих лекций, также включенных в монографию «Преодоление зависимого поведения: зависимым и их окружению», ее автор: «Задача стоит не в том, чтобы сломать человека, а в том, чтобы обогатить его, чтобы дать ему какую-то основу, благодаря которой он мог бы свои внутренние движения перестроить». Духовно незрелые, неоформленные, обедненные, душевно поврежденные россияне всех возрастов блуждают во мраке в поисках эфемерных источников счастья. Если живем один раз и никакого другого смысла в этот факт не вложено, значит, «жить нужно в кайф». Такая позиция определяет чувственные наслаждения как высшее благо и критерий человеческого поведения и сводит к нему все многообразие моральных требований, завоевывая в молодежной среде все большую популярность. С учетом фиксируемой в наши дни психологами, педагогами и социологами прогрессирующей инфантилизации общества, связанной в том числе и с ежедневным многочасовым пребыванием все возрастающей части по идее работоспособного населения вместо реального живого коллектива в виртуальных социальных сетях, проблема приобретает масштаб национального бедствия. Переформатировать в первую очередь на духовно здоровый лад заблудших – вот сверхзадача для каждого специалиста в сфере душе-попечения, психосоциальной и духовной реабилитации попавших в капкан той или иной зависимости! Правильнее сказать, Абилитации, ведь базовой основы, на которой может строиться Реабилитация, как правило, нет – в прошлом мальчик или девочка не прошли правильного поэтапного вхождения в общество, их, уже ставших телом взрослыми, по сути, нужно «учить ходить» заново.
Да и о каком обществе речь? Оглянитесь по сторонам, послушайте, что говорят с экранов ТВ, в общественном транспорте, мессенджерах, ютуб-каналах популярных у молодежи блогеров, у школ, колледжей и ВУЗов. Каков процент нецензурной брани, в народе именуемой матом?.. Сегодня речь уже должна идти о психосоциальной и духовной реабилитации всего российского общества: тех семей, где рождаются и растут будущие алкоголики и наркоманы, сексоголики и игроманы, шопоголики и сектозависимые люди, где проживают дети с психологическими отклонениями, способные в будущем на участие в массовых беспорядках, избиение пожилых людей и даже на убийство своих учителей; тех преподавателей, в классах которых учатся потенциальные зависимые; тех представителей средств массовой информации, в чьи сферы интересов входит пропаганда противоестественных для нашего общества ценностей и толерантности ко греху во всех его проявлениях, культа безнравственности и гедонизма; тех медицинских работников, которые цинично наживаются на горе родственников попавших в капкан той или иной зависимости пациентов, зная, что своими действиями они лишь снимут физические «ломки», «пересадят» на другой психотропный препарат или отправят за «откат» в секту, не зная или даже не желая подсказать иного, более действенного пути; тех судей, определяющих больных людей на длительные сроки в тюрьмы; тех «правоохранителей», использующих болезни зависимости как средство для личного обогащения; тех общественных и политических деятелей, в том числе сотрудничающих с сектами, использующих эту проблему только как пиар для продвижения во власть; тех чиновников, государственных служащих, чьи действия по преодолению происходящих сегодня в нашем обществе деструктивных процессов являются в лучшем случае лишь профанацией, изображением некой активности, создающей видимость конструктивной работы, иллюзию, способствующую их продвижению по карьерной лестнице и росту доходов, в худшем – откровенно лоббирующих вследствие некой коррупционной составляющей интересы определенных общественных и религиозных группировок в стране и за ее пределами, немалая часть из которых является проводниками антироссийской политики наших зарубежных недоброжелателей. Результат которой мы и видим сегодня на улицах наших городов, поселков, сел, хуторов и деревень.
Проводниками этой политики, к сожалению, становятся в первую очередь семьи, куда проник и активно размножился вирус гедонизма и где нет духовного иммунитета от него. Где вседозволенность и потребительское отношение к жизни уничтожают последние остатки трезвого здравого взгляда на мир и желания быть нужным своему Отечеству и сопричастным к его дальнейшей судьбе в качестве сильного и надежного защитника. Жить только во имя себя и узкой группы приближенных по родству или той же секте людей. Для России такая позиция еще кажется редкой и не касающейся большинства семей. Но это не так. Она постепенно становится доминирующей в сознании многих миллионов молодых и уже не очень россиян. Обратившись к официальной статистике, можно констатировать, что российская семья не меньше других социальных институтов подверглась различного рода деформациям.
Каков же рецепт, каково противоядие от всего этого? Не хочется пересказывать всю книгу отца Прокопия, предложенную читателю: она содержит массу того, что необходимо знать и, самое главное, понимать каждому специалисту, работающему с девиантным, отклоняющимся от нормы поведением, будь то школьный психолог, подростковый или «взрослый» нарколог, психиатр, психотерапевт, будущий или уже вышедший на работу по профессии педагог, начиная с дошкольного образования, и особенно – священник. Достаточно одной фразы о Высших мотивах каждой личности к истинной жизни, а не зыбкому существованию, и принявший этот постулат получит «ключик» к решению проблемы: «Чтобы преодолеть склонность к зависимому поведению и вхождению в измененное состояние сознания, ИСС, человек стремится не столько к победе над зависимостью от конкретного вещества или формой саморазрушающего, деструктивного поведения, сколько направлен к созидательной жизни, к преодолению конфликтов и конструктивному взаимоотношению с ближними. Тогда внутри рождается то ощущение жизни, на фоне которого зависимость предстает как нечто усеченное и противоестественное, искусственное».
Без обретения Высшей цели бытия ни один человек не будет полноценно защищен от возврата к тому или иному пагубному пристрастию. И задача любой по-настоящему профессиональной, глубинной реабилитационной или профилактической программы явно не в том, чтобы просто «не пить», «не играть в азартные игры», «не материться» или «не колоться». Потому на этом моменте и «проседает» так активно распиаренная в том числе и в нашей стране, рожденная в США в 30-е годы прошлого века программа «12 шагов» с ее «анонимными алкоголиками», «анонимными наркоманами», «анонимными сексоголиками» и прочими «анонимностями». «Сухая трезвость» – мифологема, рожденная там же. И трудоголизм как социально приемлемая зависимость тоже на самом деле далеко не лучшая версия избавления от иных вредных привычек. Мы находим подтверждение этому на конкретных примерах, представленных в данной монографии. Подкрепленных ко всему прочему точками зрения выдающихся ученых и мыслителей нашего и ушедшего времени, святых отцов Церкви, зарубежных и отечественных богословов, педагогов, психологов, психиатров, религиоведов.
Целеполагание – еще один замечательный термин и несколько подзабытый научный подход к проблематике, который вспомнил и активно применил в своем труде иеромонах Прокопий (Пащенко). Новые парадигмы педагогики всплывают из «хорошо забытого старого», зря забытого старого, о котором нам с характерной для многих лекций и бесед со страждущими и их родственниками широтой и глубиной, порой понятной далеко не каждому с первого прочтения специалисту, поведал автор. Услышат ли во властных коридорах, министерствах – вопрос третий. Важно, чтобы вникли и применяли на практике профильные специалисты «на земле», для широкого круга которых и подготовлена представленная Вашему вниманию книга, а также родные и близкие попавших в беду или только стоящих у порога той или иной зависимости соотечественников. Бог даст, вникнет родительское сообщество вместе с экспертным, озвучит поставленные в тексте острые злободневные вопросы – донесется эта спасительная весть и до самого «верха», правительственной верхушки.
Николай Владимирович КАКЛЮГИН, врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук, председатель регионального отделения Общероссийской общественной организации «Матери против наркотиков» в Краснодарском крае, руководитель проекта «Попечение»I
Зависимость от психоактивных веществ и навыки, которые ей могут противостоять
Когда наркотическая тяга действует в сознании, все, что не относится к теме наркотиков, выдавливается из сознания, человек забывает о том, что он читал когда-то, о том, к чему он когда-то стремился, о тех планах, которые он хотел реализовать. Здесь реально помочь человеку могут навыки. Навыки – это то, что глубоко укоренено в природе человека.
Когда человек борется с зависимостью, должна быть цель, бо́льшая, чем просто борьба с зависимостью. Ты борешься не столько с самой зависимостью, сколько за ту новую жизнь, которая тебе открывается, например, в вере. Когда перед тобой открывается какой-то новый мир, то ты понимаешь, что ты употребил – и ты вдруг это потерял. Тебе хочется в этом мире жить, и ты понимаешь, что на этом фоне зависимость тебя обедняет, обнуляет. Когда человек побеждает зависимость, то у него возникает вопрос, чем он будет заниматься в трезвости?
Данный текст является дополнением к серии эфиров о преодолении зависимого поведения: «Внутренняя раздробленность и зависимости». Часть 1: https://youtu.be/Ujd4_cAGces; часть 2: https://youtu.be/d5HHqaqQ-x8; часть 3: https://youtu.be/-M5xeE75bCQ (и далее).
Слова о том, что у руководимого зависимостью человека мысли, не связанные с наркотиками, выдавливаются из сознания, принадлежит одному наркологу. Но в принципе, эти слова можно повторить, опираясь и на мнения иных авторов, в том числе на учение академика Ухтомского о доминанте.
Учение академика Ухтомского о доминанте применительно к теме преодоления наркотической тяги рассмотрено:
– В части 3-й текста «Обращение к полноте. Становление личности как путь преодоления зависимого поведения». См., к примеру, главу «Квинтэссенция цикла лекций "Обращение к полноте" и лекции "Две доминанты"
– В тексте «Две доминанты».
Применительно к более широкому спектру проблем – в текстах «Преодоление травматического опыта: христианские и психологические аспекты».
– Часть 2.1. «Травматический опыт как некогда пережитая, воспроизводимая, изменяемая и преодолеваемая доминанта».
– Часть 2.2. «Ядро травматического опыта и реальные примеры его преодоления. Иммунитет».
Борьба с зависимостью просто ради победы над зависимостью – это может быть скучно. Как в фильме «На игле», когда герой говорил, что «и он начинал твердить эти заклинания» (насчет того, наркотики – это плохо). Он закрылся дома с желанием «переломаться», но вскоре уже звонил по телефону, упрашивая дилера принести ему хоть что-то, что можно было бы употребить.
Поэтому здесь уместна такая аналогия из арсенала боевых практик. Один человек рассказывал, что в свое время он изучал рукопашный бой, но потом стал перестраивать свою боевую систему. Он учился на макиваре – это деревянный тренажер. И когда работаешь с макиварой, то концентрированный взрыв происходит в точке соприкосновения твоего кулака с целью. Снаружи это выглядит, конечно, красиво, но в реальном бою возникает проблема. Если во время боя человек отклонился назад на два сантиметра, то твоя взрывная волна не дошла до него.
Поэтому он стал бить, как он говорил, «с проносом». Когда кто-то напал на его жену, хотел ее ударить, то он одной рукой отбил его руку и ударил в нос с проносом. И у него нос «взорвался». С проносом – значит, что взрывной аспект возникает не в точке соприкосновения с самим носом, а, например, в затылке, то есть ты целишься изначально в затылок.
Таким же образом, по аналогии, когда ты борешься с зависимостью, то ты борешься не столько с самой зависимостью, сколько за ту новую жизнь, которая тебе открывается, например, в вере. Когда человек начинает приобщаться к вере, то через связь со Христом в его жизни открывается какое-то новое измерение. Оказывается, что в этом мире есть нормальные человеческие отношения, что возможна любовь, счастье, что ты чувствуешь полноту этого мира, связь с Богом, с людьми. Тебе хочется в этом мире жить, и ты понимаешь, что на этом фоне зависимость тебя обедняет, обнуляет.
То есть, пока у человека это новое измерение жизни не открылось, то в состоянии опьянения ему как бы комфортно, оно закрывает в нем собственные страхи, проблемы. А, соответственно, когда перед человеком открывается какой-то новый мир, то он понимает, что употребил – и вдруг это потерял. И он начинает осознавать, что, поднимаясь в гору, этот кирпич, этот груз нужно выкинуть, и появляется понимание, что зависимость лишает чего-то большего, и тогда борьба с ней обретает какой-то смысл.
Ведь когда человек побеждает зависимость, то у него возникает вопрос, чем он будет заниматься в трезвости? А если человек остался конфликтным, остался зол на людей, то в трезвости люди остаются для него невыносимы, потому что в трезвости у него всплывают все эти неразобранные моменты, которые он, в принципе, сам и создавал. То есть человек приходит в состояние трезвости, а трезвая голова приводит человеку на ум весь тот хаос, который он сам себе и создавал. То есть поэтому, если у человека нет какой-то конструктивной перспективы, то борьба просто с самой по себе зависимостью оказывается бесплодной.
И даже некоторые светские авторы об этом же говорят, что барьером на пути проникновения зависимости в человека является какая-то разносторонность, когда человек видит интерес в чем-то другом. То на фоне этого многообразия жизни, в хорошем смысле (не в том смысле, что я могу выпить десять сортов джина…), зависимость проявляется как то, что тебя усекает[1].
Ну а что касается вопроса «бо́льших» или «меньших» зависимостей, то там, где есть возможность заразиться злом бо́льшим, уже нет нужды заражаться злом меньшим, как говорят святые отцы. Если человек опутан большим демоном, то малый демон уже не приступает. То есть, если человек погружается в наркотики, то к чему уж там алкоголь, зачем он уже нужен (то есть ничего нет почетного в том, что человек, принимающий наркотики, заявляет, что он же не пьет).
Пять навыков, которые реально могут помочь
И если, соответственно, вернуться к вопросу о навыках, то можно упомянуть о пяти навыках, которые реально могут человеку помочь.
Первый – ПОСТ. Вот тебе хочется в пост съесть мороженого, но ты ради Бога себе отказываешь – и у тебя впоследствии «на мелочи» вырабатывается некий навык взять себя в руки, когда придет сильный эмоциональный скачок.
Второй – ПОСЛУШАНИЕ. Если просьба ближнего не противоречит твоей совести, если она тебе посильна, то лучше ее выполнить. Так получается, что, например, тебе хочется полежать, а тебя попросили о чем-то, и ты понуждаешь себя встать. Преодолеваешь в себе какую-то печаль, когда тебя дергают. И если ты сможешь в себе эту печаль, лень преодолеть, то ты, значит, потом сможешь вырвать себя и из потока наркотической тяги[2].
С этим навыком сопоставима идея отсечения воли, как она представлена в поучениях преподобного аввы Дорофея (см. поучение второе из его книги «Душеполезные поучения»). Он считает, что с помощью этого навыка человек может преуспеть более, чем от реализации другой добродетели. Применительно к условиям современности, идею преподобного аввы Дорофея можно обозначить следующим образом. Вот кто-то стоит и обсуждает, какая команда выиграла вчера на таком-то чемпионате, и мысль говорит тебе: «иди и спроси, с каким счетом?». Но ты понимаешь, что эта мысль – хаотическая, то есть она не связана ни с твоей личность, ни с адекватным пониманием текущей ситуации. И, понимая, что мысль – хаотическая, ты не идешь в ее русле. И так, отсекая такого рода мысли и хаотизированные желания, ты вырабатываешь навык отсечь от себя и сильное желание, рожденное скачком эмоций. Например, желание пойти в русле наркотической тяги[3].