Преодоление зависимого поведения: зависимым и их близким (родственникам, педагогам)
- -
- 100%
- +
Людей, на многие годы заключенных в лагеря, следуя логике концепции созависимости, тоже можно назвать созависимыми. Надзиратели, ломая заключенных, проявляли садистские наклонности. Заключенные, испытывая боль и унижения, думали о боли и унижении все чаще и чаще. Все больше ненавидели унижающих их надзирателей. И в результате преобладания в сознании переживаний негативного характера из сознания выдавливалось все, что могло бы перевести мысли человека в иное, конструктивно-созидательно русло (если человек не боролся за возможность реализовывать свою жизнь в данном русле).
Сознание попадало в депрессивный коридор. Человек весь день на лагерных работах думал об унижении. И по инерции думал о том же, когда возвращался в барак. Жалуясь и унижая в свою очередь собратьев по бараку, он фиксировал себя и окружающих в охваченности депрессивным состоянием. Следующий день, проведенный в подобном режиме, закреплял навязанное внешней средой состояние. Депрессивное состояние становилось доминирующим режимом, исходя из которого нервная система реагировали на внешние раздражители и внутренние побуждения. Чем не «созависимость»?
Концепция «созависимости» инстинктивно пытается нащупать верное направление. Она понимает, что акцент восприятия должен быть смещен с травмирующего впечатления на что-то иное. Но на что именно?
Понятие Истины современный мир стремительно утрачивает. Приобщение к благодати Святого Духа для многих – пустые слова.
Для человека, утратившего вертикаль, стремление снять акцент с травмирующего переживания может привести к сосредоточению «на себе любимом». А что еще остается? Вот и советуют так называемым «созависимым» сосредоточиться на диете, спорте и внешнем виде.
Так и заключенные лагерей со временем теряли способность думать, кроме как о еде и о работе. Некоторым казалось, что, закрыв глаза на происходящее вокруг и сосредоточившись на еде, они сохранят свою психику от повреждения. Но в итоге они утрачивали способность сопереживать. За замыканием на себя следовало безразличие и утрата способности обратить внимание на что-то, кроме своих потребностей. Такие заключенные со временем превращались в «живые трупы», впадали в апатию и погибали.
Процесс сопротивления превращению в «живой труп» на примере опыта заключенных лагерей разбирался в цикле «Остаться человеком (часть 4)». Заключенные пытались сосредоточиться на том, что могло бы им помочь поддержать вертикаль. Кто не умел молиться, пытался писать стихи. Всеми силами заключенные, пытавшиеся не просто выжить, а остаться людьми, стремились не дать личному угаснуть. Любовь, сострадание были, как принято говорить, «магистральными» путями, двигаясь по которым, заключенные стремились данную задачу реализовать.
В концепции «созависимости» сострадающим родственника ставится диагноз, сострадание объявляется чуть ли не порочным. Надо дать зависимым упасть, чтобы, мол, оттолкнувшись от дна, они «поплыли» наверх.
У бойцов спецназа есть подобный прием. Если вертолет падает в озеро, нельзя покидать его во время падения. Если боец покинет кабину вертолета во время падения вертолета на дно, турбулентный след от падающего вертолета помешает бойцу плыть. Он будет бороться с турбулентным хвостом, растрачивая драгоценный кислород. Поэтому предписывается покидать кабину, когда вертолет ляжет на дно озера. Но что если вертолет падает на дно Марианского желоба? Да и не нельзя забывать выражение: «Я упал на дно и оттуда мне постучали» (то есть на дне был люк, под которым – ход, ведущий еще ниже).
Конечно, сострадая зависимому родственнику, человеку нельзя совсем переключиться вовне, на решение бесконечных внешних по отношению к личности человека проблем. Но и утратить способность сострадать – тоже опасно. Сострадание не должно также предполагать открытость для манипуляции со стороны зависимого, о чем см. «Наркомания. Состоятельному мужчине, угнетенному общением с братом-наркоманом»[108].
* * *Когда человек близко к сердцу в отношении себя принимает слово «созависимый», возникает риск того, что он начнет делать культ из своей проблемы. Он начнет «прорабатывать созависимость», незаметно для себя уходя от здоровых остовов жизни. Трава пробивается сквозь асфальт не столько в силу борьбы с асфальтом, сколько в силу стремления к солнцу.
Концепция «созависимости» декларирует, что родственник зависимого, обратившись к концепции, найдет выход из своей проблемы. Но на практике речь может идти о банальном совете вычеркнуть зависимого из своей жизни, то есть выкинуть на помойку. Мол, всего лишившись, о чем-то, может, и задумается. А погибнет – туда ему, мол, и дорога. Если родственник зависимого деформируются вследствие общения с зависимым, выброс этого зависимого человека на помойку много ли поменяет?
Ведь многие люди, ставшие в рамках концепции «созависимыми», росли без ценностей, без мировоззрения. Если нет устойчивой системы ценностей и целостного мировоззрения, человек будет деформироваться при контакте с внешней обстановкой. И не столь важно, каковыми параметрами создается внешняя обстановка: действиями ли зависимого родственниками, действиями ли главы компании, действиями ли офицера СС в концлагере.
В концлагерях у людей наблюдались состояния, напоминающие состояния людей с зависимыми родственниками. Нарастали апатия, уныние и нежелание жить. Только офицеров СС заключенные не могли выбросить на помойку (к тому же они были лишены возможности заняться диетой, спортом и прочим подобным). Если у человека нет внутреннего ядра, он рискует во всех критичных ситуациях открываться навстречу апатии, унынию и нежеланию жить.
Технология, психология и идея эффективности
Сторонники идеи «созависимости» говорят, что выбросить на помойку зависимого – это эффективно. Но бесчеловечные технологии, вводимые в компаниях и загружающие человека сверхурочно (плюс домой присылаются электронные письма с требованием подготовить отчеты, графики и пр.), тоже строятся на идее эффективности. Это же эффективно – выжимать работника как лимон (сломается, компания нового наймет)! На разговорах об эффективности можно до гиблых земель доехать. Можно оправдать любое отступление от этики – ведь это же, мол, эффективно. Про одного диктатора говорят, оправдывая его: «Он, мол, был эффективным менеджером». Так оправдать можно что угодно.
В годы тоталитарного строя в СССР был введен институт заложников. Арестовывали не только провинившегося с точки зрения строя, а заодно и его родственников. Бесчеловечно? Но зато как эффективно! Почти никто и пикнуть не смел, зная, что в лагеря за его проступок пойдут его супруга и его дети.
Бесчесловечная среда современных офисов создается со взглядом на эффективность. До людей нет дела. Управленческие стратегии становятся технологией.
Технологией становится и психология, когда забывает о человеке. Психология становится дрессировкой, набором поведенческих предписаний. Родственникам предлагается участие в мероприятиях, которые «затачивают» на поведенческие механизмы, то есть дрессировку. По определению Экзюпери, «выдрессировать – значит, научить пользоваться тем единственным путем, который приносит пользу. Если ты хочешь выйти из дому, то, не задумываясь, поворачиваешь по коридору и находишь дверь. Если твоя собака хочет получить кость, она становится на задние лапы, как ты учил ее, и она мало-помалу усвоила самый короткий путь к вознаграждению. Хотя стояние столбиком, на посторонний взгляд, не имеет никакого отношения к кости» (заключенные в лагерях на определенном этапе, если утрачивали вертикаль и способность вчувствоваться в социальную ситуацию, начинали действовать как роботы-машины, по определенной программе, автоматически, без рефлексии).
Милосердие – не бездумно
В каких-то случаях, действительно, кому-то из зависимых помогло, что перед ним закрыли дверь. Но для самого родственника только тогда не будет травмирующим такое решение, когда решение выношено. Если решение выношено, то оно может оставаться актом милосердия.
Некто из древних говорил: «Милостыня должна запотеть в твоей руке». Нужно подумать: полезная ли ближнему твоя помощь? Помощь должна быть разумной. Если она расхолаживает человека, то нужно подумать, стоит ли человеку помогать в том ключе, в котором ты ранее считал полезным? Например, помогая человеку бездумно, можно настолько способствовать его расслаблению, что он перестанет успевать делать то, что ранее успевал. «Слеп милостивый, – сказано в "Палестинском патерике" – если не бывает праведен, ибо засевает поле, с которого не может ничего пожать».
«Чувства христианского милосердия – вот дух веры Иисуса Христа»[109]. Даже отказывая в помощи, нельзя терять дух Христов. То есть, бывает иногда и так, что помощь деньгами провоцирует человека на излишества. В этом случае вопрос о снабжении человека деньгами должен быть пересмотрен. Общая тенденция современного мира – отказ от милосердия. И этот отказ называется мудростью. Мир все более и более пропитывается идеями ницшеанства, предполагающего возможность уничтожения людей во имя каких-то целей (эффективность!).
Конечно, речь не идет о том, чтобы потакать зависимым. В некоторых случаях можно и подумать об удалении из дома зависимого, если он, например, дошел до воровства. Но последние меры должны и восприниматься как последние меры, а не как самое первое, за что нужно взяться. Актер Мамонов, например, рассказывал, что мама его выгнала, когда он стал хиппи и начал вести паразитический образ жизни. Но поступок мамы имел действие, потому что сын знал: мама переживала о нем. Была не только строгость, но и любовь.
А если с холодным сердцем выгнать человека из дома, следуя технологии, то есть ли гарантии, что пьющий или наркозависимый отстанет от зависимости? И, отстав, вернется ли он, кроткий и любящий, домой к жене и родителям со словами: «Я, мол, все понял и вас прощаю». Скорее, можно предположить иной результат – ненависть на всю жизнь. В фильме «Баскетбольные истории» мама не пустила наркозависимого сына домой. Но по фильму было видно, что у этой женщины не было ничего: ни мировоззрения, ни ценностей. Она была абсолютно беззащитна перед кризисом.
Когда медицина ничего не может предложить человеку с больным органом, орган ампутируется. Для западного общества, утратившего ценности и мировоззрение, отсечение человека в случае какой-то аномалии с его стороны смотрится естественно. На то, что родителей отдают в дом престарелых, никто почти не обижается, потому что такая практика – норма. Чуть ли не добродетельными воспринимаются те, кто раз в год посещает родителей.
Когда человек отсекает от себя члена семьи, следуя указке программы или психотерапевта, у него может возникнуть внутренний протест, вопрос в правомочности такого шага. Кто-то выходит из программы, понимая, что не все так просто, что факт изгнания нужно сшить с остальными элементами жизни, а не очень-то получается. Кто-то пытается закрыть глаза на возникающую дисгармонию и через силу дальше двигается по программе. В итоге он себя ломает и становится типичным «программным» человеком, пишущим словно под копирку восторженные письма, как программа изменила его жизнь, как он и дальше «работает с своей созависимостью».
Конечно, и из монастырей изгоняли неисправимых. Но сколько было случаев преображения людей. Когда агрессивные, пьющие люди становились совсем другими.
Когда читаем только психологическую литературу, забываем о преображающем действии благодати, то получается тупик. Как выглядит человек, прошедший программу АА для детей алкоголиков? Ранее он был зациклен на действиях отца, после программы – на собственных чувствах, которые нужно «прорабатывать» в соответствии с программой.
Монастырь, который окормлял старец Ипполит (Халин), принимал самых что ни на есть отверженных в глазах общества. Его укоряли в том, что он «возится» с такими людьми. Но ведь были в Священном Писании слова насчет того, что Господь «избра худородная мира».
Существует община в Белоруссии под окормлением протоиерея Андрея Лемешонка. Тоже собирались туда те, кто в глазах мира считался отверженным. Отцу Андрею говорили, что порядка мало. Он сказал, что можно навести порядок и стать идеальной организацией, но тогда община утратит дух Христов. И идет катастрофический процесс утраты этого духа христианами. Эффективность вместо слов Христа: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13, 35). Удивляет, что христиане меряют реальность категориями не евангельскими, а такими категориями, как эффективность.
Не все мысли философа Владимира Соловьева могут быть соотнесены с Православием, но в его произведении «Повесть об антихристе» есть глубокие идеи. Антихрист, по повести, – христианин, но любящий только себя, а ко Христу сперва испытывающий холодное уважение, но потом и вовсе отвергнувший Христа. Он поймал многих православных на обещании по всей планете (!) сделать все по-православному чину. Во всех домах по всей планете все по-православному! Это же мечта любого миссионера!
Но у антихриста было условие – если его признают верховным владыкой. То есть он давал реализацию всех желаний при условии отказа от Христа. Утрата духа Христова в погоне за эффективностью – нет ли чего-то подобного в жизни принявших программу Анонимных Алкоголиков?
АА – единственное ли, что помогает?
Кто-то утверждает, что программа Анонимных Алкоголиков – единственное, что помогает (концепция «созависимости» работает на этой программе). Это неправда.
Такие авторы, как Ц. П. Короленко и Н. В. Дмитриева, в своей книге «Психосциальная аддиктология» в отношении только США упоминают о целом ряде альтернативных программ. Помимо прочего, в отношении программы АА приводятся следующие мысли: программа «стигматизирует людей на всю жизнь в их собственном сознании», «изолирует аддикцию как проблему от жизни в целом», «лимитирует социальные контакты, ограничивая их выздоравливающими аддиктами, общение с которыми, в свою очередь, усиливает сверхзанятость этой проблемой», «базируется и служит проводником по дальнейшему распространению ригидной программы терапии, которая основывается (согласно концепции Национального Института Злоупотребления Алкоголем и алкоголизма «NIAAA») «на мнении, а не на доказательстве и не на науке». Иллюстрацией этого положения является исследование Vaillant (1983), который предложил следующую программу лечения алкоголизма: детокс-терапия в госпитале, участие в работе «Общества Анонимных Алкоголиков» и последующее психологическое консультирование. Использование этой программы в течение 2,8 лет показало, что результаты проведённого лечения соответствовали результатам, полученным при обследовании нелеченных алкоголиков»[110]
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
«Аддиктивная личность не является разносторонней, поскольку она использует лишь аддиктивную логику. Ее прежняя, доаддиктивная разносторонность подавляется аддиктивными схемами, аддиктивным мышлением, аддиктивными эмоциями. Исходная разносторонность может быть эффективным барьером, препятствующим развитию аддикции, поскольку последние будут восприниматься как нечто упрощенное, искусственное, примитивное, мешающее в жизни» [См. «Основные подходы к коррекции аддиктивных нарушений» из книги Ц. П. Короленко, Н. В. Дмитриевой «Психосоциальная аддиктология» («Олсиб», 2001)].
2
О послушании епископа Василия (Родзянко): «Епископ Василий до принятия им монашеского пострига носил имя Владимир. Ему предложили стать епископом. Чтобы стать епископом, отец Владимир должен был стать монахом и дать обеты. Архимандрит Тихон (Шевкунов) рассказывает о том, как епископ Василий исполнял обет послушания.
"Но перед самым монашеским постригом будущий инок вдруг задал своему духовнику, митрополиту Антонию Сурожскому, неожиданный и просто сердечный вопрос:
– Вот, сейчас я приму от тебя, Владыка, постриг. Дам Господу Богу и Святой Его Церкви великие монашеские обеты. Что касается обета целомудрия – здесь для меня все понятно. С обетом нестяжания – также все ясно. С обетом, касающимся молитвы, – тоже. А вот с обетом послушания – я ничего понять не могу!
– Как же так? – удивился митрополит Антоний.
– А вот как, – рассудительно пояснил отец Владимир. – Ведь меня сразу сделают не просто монахом, а епископом. Значит, я сам, по должности, буду распоряжаться и руководить. Кого же мне тогда слушаться? У кого прикажешь быть в послушании?
Митрополит задумался. А потом сказал:
– А ты будь в послушании у всякого человека, который встретится на твоем жизненном пути. Если только его просьба будет тебе по силам и не войдет в противоречие с Евангелием.
…Раз за разом я наблюдал, как Владыка Василий в буквальном смысле отдает себя в послушание каждому, кто к нему обращается. Причем было видно, что, кроме самого искреннего желания послужить людям, за этим стоит и еще нечто совершенно особенное, ведомое лишь ему.
В этих размышлениях мне припомнилось, что слово «послушание» происходит от глагола «слушать». И постепенно я стал догадываться, что через это смиренное послушание Владыка научился чутко слышать и постигать волю Божию. От этого вся его жизнь становилась не больше не меньше как постоянным познанием Промысла Божиего, таинственной, но совершенно реальной беседой со Спасителем, когда Он говорит с человеком не словами, а обстоятельствами жизни и дарует Своему собеседнику величайшую награду – быть Его орудием в нашем мире». [Тихон (Шевкунов), митр. «Несвятые святые» и другие рассказы. М.: Изд-во Сретенского монастыря; «ОЛМА Медиа Групп», 2011. C.497–498].
3
«…ничто не приносит такой пользы людям, как отсечение своей воли, и поистине от сего человек преуспевает более, нежели от всякой другой добродетели. И как человек, который идёт путём, найдя на нём жезл и взяв его, с помощью этого жезла проходит большую часть пути своего; так бывает и с тем, кто идёт путём отсечения своей воли. Ибо отсечением своей воли он приобретает беспристрастие, а от беспристрастия приходит, с помощью Божиею, и в совершенное бесстрастие. Можно и в краткое время отсечь десять хотений своих. И скажу вам, как это. Можно и в краткое время отсечь десять хотений своих. И скажу вам, как это. Положим, что кто-нибудь, пройдя небольшое расстояние, увидел что-либо и помысл говорит ему: "посмотри туда". А он отвечает помыслу: "истинно не стану смотреть", и отсекает хотение своё, и не смотрит. Или встречает празднословящих между собою и помысл говорит ему: "скажи и ты такое-то слово", а он отсекает хотение своё и не говорит. Или говорит ему помысл: "пойди, спроси повара, что он варит", а он нейдёт и отсекает хотение своё. Он видит что-нибудь, и помысл говорит ему: "спроси, кто принёс это", а он отсекает хотение своё и не спрашивает. Отсекая же таким образом свою волю, он приходит в навык отсекать её и, начиная с малого, достигает того, что и в великом отсекает её без труда и спокойно, и достигает наконец того, что вовсе не имеет своей воли, и что бы ни случилось, он бывает спокоен, как будто исполнилось его собственное желание. И тогда, как он не хочет исполнять свою волю, оказывается, что она всегда исполняется. Ибо кто не имеет своей собственной воли, для того всё, что с ним ни случается, бывает согласно с его волею. Таким образом выходит, что он не имеет пристрастия, а от беспристрастия, как я сказал, приходит в бесстрастие. Видите ли, в какое преуспеяние мало-помалу приводит отсечение своей воли».
4
«…с целью выздоровления необходимо осуществлять целенаправленное воздействие на аддиктивный механизм аддикта, выбирая в качестве мишени аддиктивную личность внутри, а не только отношения с определённым агентом.
Было бы ошибочно полагать, что если человек избавится, например, от пристрастия к алкоголю, то он выздоровеет. К сожалению, этого не произойдет, т. к. механизм, обеспечивающий существование аддиктивной личности, остаётся. Этот механизм мешает человеку стать не аддиктом, и в результате алкогольный аддикт превращается в «сухого» аддикта.
Между обычной здоровой личностью и аддиктивной существуют отношения конкуренции. Задача специалистов заключается в необходимости вернуть человека в телесную и духовную «оболочку» его прежней, здоровой личности, при условии её наличия до ухода человека в аддиктивные реализации. Если вернуть человека к прежней системе его ценностей не удаётся, необходимо создать её заново» [См. «Аддиктивные реализации как суррогат межличностных контактов» из книги Ц. П. Короленко, Н. В. Дмитриевой «Психосоциальная аддиктология» (Олсиб, 2001)].
5
См. главу «Схигумен Иоанн (1873–1958)» из книги «Великие русские старцы». https://azbyka.ru/otechnik/Zhitija_svjatykh/velikie-russkie-startsy/12
6
Федор Бородин, прот. Как вырастить счастливого ребенка. http://www.pravoslavie.ru/110991.html
7
Выготский Л.С. К проблеме психологии шизофрении.
8
«…при аддиктивных реализациях отношение к людям носит инструментальный, манипулятивный характер» [Из книги Ц. П. Короленко, Н. В. Дмитриевой «Психосоциальная аддиктология» («Олсиб», 2001)].
9
«Святые отцы говорили, что настанут времена, когда люди утратят ритм приема пищи, люди разучатся наедаться. Так происходит сейчас. Везде и всюду, взрослые и дети постоянно что-то едят, жуют, сосут, пьют прямо на ходу. Дети особенно быстро ко всему привыкают, пресыщаются. От пресыщенности и любопытства один шаг к наркотикам. В семьях процветает дух стяжательства, потребительства, чревоугодия – дух материальный. Духовности нет совсем. Поэтому в бедах детей виновны родители, а не общество, которое во всем обвиняют. Всякое общество состоит из родителей» [листок о реабилитационном центре «Саперное»].
10
Преподобный старец Иоанн Валаамский (Алексеев), схиигум. Письма валаамского старца. https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Valaamskij/pisma_valaamskogo_starca/2_10.
11
«Аддиктивная личность не является разносторонней, поскольку она использует лишь аддиктивную логику. Ее прежняя, доаддиктивная разносторонность подавляется аддиктивными схемами, аддиктивным мышлением, аддиктивными эмоциями. Исходная разносторонность может быть эффективным барьером, препятствующим развитию аддикции, поскольку последние будут восприниматься как нечто упрощенное, искусственное, примитивное, мешающее в жизни» [См. «Основные подходы к коррекции аддиктивных нарушений» из книги Ц. П. Короленко, Н. В. Дмитриевой «Психосоциальная аддиктология»(«Олсиб», 2001)].
12
См. «Неудовлетворенная потребность как причина аддиктивности» из книги Ц. П. Короленко, Н. В. Дмитриевой «Психосоциальная аддиктология»(«Олсиб», 2001).
13
«В высшей психической жизни инертность господствующего возбуждения, т. е. доминанта переживаемого момента, может служить источником «предубеждения», "навязчивых образов", «галлюцинаций»; но она же дает ученому то маховое колесо, "руководящую идею", "основную гипотезу", которые избавляют мысль от толчков и пестроты и содействуют сцеплению фактов в единый опыт. Пока доминанта в душе ярка и жива, она держит в своей власти все поле душевной жизни. Все напоминает о ней и о связанных с нею образах и реальностях. Только что человек проснулся, луч солнца, щебетанье за окном уже напоминают о том, что владеет душою и воспроизводит любимую идею, задание, лицо или искание, занимающие главенствующий поток жизни. «Я сплю, а сердце мое бдит». Доминанта характеризуется своей инертностью, т. е. склонностью поддерживаться и повторяться по возможности во всей своей цельности при всем том, что внешняя среда изменилась и прежние поводы к реакции ушли. Доминанта оставляет за собою в центральной нервной системе прочный, иногда неизгладимый след» [См. «Доминанта как рабочий принцип нервных центров» из сборника творений А. А. Ухтомского «Доминанта. Статьи разных лет. 1887–1939»].
14
Например, см.: «При интернет-зависимости формируется классический аддиктивный континуум, поэтому когда данный аддиктивный агент (интернет) перестает оказывать желаемое действие, существует вероятность смены способа аддиктивной реализации на другие нехимические или химические аддикции» [Лоскуткова Виталина Александровна. Интернет-зависимость как форма нехимических расстройств. Афтореферат (на правах рукописи) диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. Новосибирск, 2004. Работа выполнена на кафедре психиатрии и наркологии Новосибирской государственной медицинской академии МЗ РФ].