Рассеянный склероз. Все, что вам нужно знать

Третий сезон сериала «Американская история преступлений» рассказывает о скандале, о котором вы вряд ли могли забыть: Билл Клинтон и Моника Левински. Сезон состоит из 10 эпизодов продолжительностью около часа каждый, и если вам кажется, что этого слишком много для освещения вполне понятного события, то вы ошибаетесь. Импичмент – это настоящая юридическая баталия. Все пересказывать не буду, но про ключевой момент расскажу. Когда Клинтона спросили, состоял ли он в сексуальных отношениях с Моникой Левински, его адвокаты попросили прокурора: «Define sexual relations». Прокурор зачитал определение из словаря, и Клинтон со спокойной совестью ответил, что не состоял в сексуальных отношениях с Левински. Если бы это потребовалось, он бы мог даже пройти проверку на детекторе лжи. Итог – импичмент провалился, а Клинтон остался президентом до конца срока. К чему я это? Когда пациенты потребовали от интерферонов замедления инвалидизации, Biogen ответила: «Без проблем. Но сначала давайте определим, что считать замедлением инвалидизации».

Компания Biogen определила «прогрессирование инвалидизации» так: оно считалось наступившим, если EDSS увеличивался на 1.0 пункт и подтверждался повторной оценкой через шесть месяцев. Термин назывался SDP – Sustained Disability Progression, «устойчивое прогрессирование инвалидизации». Совсем скоро он превратится в CDP, Confirmed (подтвержденное) – этот параметр используется в испытаниях ПИТРС и сегодня. Важная деталь: если спустя полгода ухудшение не подтверждалось, и пациент возвращался к исходному уровню, то «счетчик» сбрасывался – прогрессирование считалось не подтвержденным. Кроме того, изменение считалось без учета исходного состояния – несмотря на очевидную разницу между переходами 1.0-2.0 и 5.0-6.0. Нелинейность EDSS дает огромную долю «шума» в оценке инвалидности – на уровне десятков процентов, а свободная трактовка баллов до 3.5 позволяет значительно смещать оценки в условиях нарушенного ослепления. Когда все приготовления для статистических чудес были завершены, оставалась последняя проблема – разобраться с ослеплением.

Как и предсказали юристы Biogen, проблема решилась сама собой: FDA стала заложником прошлого решения. Одобрив в 1993 году Бетасерон при очевидных проблемах с дизайном испытаний, агентство зафиксировало прецедент. Ужесточение требований на следующем препарате стало бы признанием, что прежняя планка была слишком низкой. Регуляторы так делают редко – из-за общей инерции системы и страха подорвать доверие к уже принятым решениям. Чиновники из FDA решили «не раскачивать лодку» и, вероятно, оправдывали себя мыслями вроде: «Ладно, препарат наверняка хоть как-то работает, не зря ведь его ученые разрабатывали».