Иномирье просыпается

Alain T. Puysségur

Le Manoir de Castlecatz – Tome 1

L’automne des aspirants

© 2023 Scrineo

© Кожевникова М.Ю., Кожевникова Е., перевод на русский язык, 2024, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Столетьями Каслкотц служил вратами в иные миры. Соединял мостами различные пространства и царства благодаря таинственным силам природы и первозданного Хаоса, чьё таинственное дыхание сохранилось в древних камнях святилища и стало его фундаментом. Но однажды мосты рухнули, врата затворились. Одни летописцы утверждали, будто виною всему стала война. Другие настаивали, что источник магии иссяк. Истинная причина забылась с течением времени. Свидетелей не осталось. Теперь никто не расскажет о том, что же произошло на самом деле. Возможно, только Говард способен будет пролить свет на эту историю.

Воспоминания Ксантоса,

магистра Ордена Благого Знания,

том I.

Посвящается Матильде,

а также Фигаро, научившему

её кошачьим странностям и причудам

Пролог

Мрак, шёпот и магия

В подземелье сгустились тени.

В сумерках оно казалось особенно таинственным и зловещим.

Давным-давно здесь не ступала лапа кота. Никто сюда не заглядывал. Все и думать забыли о нём.

Все, да не все.

Два силуэта осторожно крались в потёмках. В подземельном зале пушистый кот раскрыл гримуар и в сотый раз повторил про себя слова заклятья, специально выписанные им на полях. Оживлённый магией человекоподобный механический автоматон с деревянным туловищем и металлическими сочленениями, в три раза выше пушистого спутника, опустился на пол и принялся, скрипя мелом, рисовать круг.

– Стыдись, Остан, тебя трясёт от страха! – раздражённо прошептал кот, навострив уши.

Он произнёс это ледяным тоном, в каждом слове будто хрустел ломкий лёд.

– Как же мне не бояться? Представь, если нас застанут…

– Если не прекратишь позорный дребезг, сюда и впрямь все сбегутся!

Слабый свет чёрных свечей не мог одолеть мрак и сырость. Он лишь выхватывал из тьмы сложную вязь, которую старательно чертил Остан непослушными дрожащими пальцами. Причудливые линии постепенно сомкнулись вокруг каменной арки в центре зала – высоченной, метра два, не меньше, древней как мир, окутанной слоями столетней пыли.

– Ну же, поторопись! – рявкнул кот.

Он плавно взмахнул лапами, и гримуар взлетел, а затем растворился в воздухе.

– Не подгоняй меня! Винты не выдержат!

Остан нарисовал последний знак на серых шероховатых плитах пола. Выпрямился, задумчиво оглядел белый узор, не замечая, что в рассеянности пачкает мелом собственный отполированный висок. На всякий случай обошёл вокруг арки, удостоверился, что ничего не упустил.

– Готово! – наконец проговорил он.

И вздохнул с облегчением, мелодично позвякивая.

– Ты что, не мог постараться нарисовать круг поровнее? А вдруг заклинание разорвёт нас на части? Демон решит, что над ним издеваются, и в гневе меня уничтожит.

Несчастный автоматон опять задрожал и потупился, яркие белые черты на полу тоже показались ему кривыми и неуклюжими.

– Ничего, сойдёт, – дерзко ответил он, храбрясь, однако толстые деревянные пальцы с металлическими суставами нервно крошили мел, выдавая испуг.

Внезапно по белым линиям забегали красные искорки. Магический круг ожил.

– Погляди-ка! Удалось! – воскликнул Остан, уже не скрывая неподдельного изумления.

Хозяин, пушистый кот с глазами разного цвета, бросил на него уничтожающий взгляд. Левый глаз сверкал ледяным зелёным огнём, подобным северному сиянию, правый, как чёрный провал, оставался матовым и не отражал даже пламя свечей. Кот грозно шикнул на Остана, затем встал у основания арки в центр круга и сосредоточился.

Он с ошеломляющей быстротой принялся чертить когтем на полу магические знаки. Синеватые, как дым, непонятные письмена вспыхивали и рассеивались одни за другими. С помощью заклинания силы кот подчинял себе магический круг, нарисованный автоматоном. Когда последнее слово исчезло, орнамент на полу полыхнул багровым заревом.

Остан уже не удивлялся и лишь мирно смазывал маслом собственные шестерёнки, не теряя времени даром. Кот промурлыкал нечто непонятное, отбивая ритм пушистым хвостом. В ответ из пустоты дохнуло ветром, и пламя чёрных свечей задрожало. Воздух набряк от влажности, словно перед грозой. Кот встопорщил усы, Остан замер, не гремя ни единым винтом.

От подземного толчка арка вздрогнула, и вековая пыль взметнулась серой тучей. Туча окутала невидимую фигуру с пылающими глазами.

Демон явился.

Автоматон чуть не вскрикнул от ужаса. Кот выпрямился с достоинством.

– Если желаешь что-нибудь получить, сначала принеси дары, – еле слышно прохрипел демон.

Действительно, без жертвы магический ритуал был неосуществим.

Кот взмахнул когтистой лапой, и явились два кроваво-красных шара. Глаза Остана со стеклянным белком и стальной роговицей странно блеснули. Стоило пурпурным сферам подплыть поближе, демон проглотил их одним глотком.

– Я принял жертву, – произнёс он и исчез.

Серый кокон рассыпался, пыль покрыла всё вокруг толстым слоем, красные полосы изрезали поверхность грубой каменной арки.

– Сработало! – завопил ликующий Остан.

Он непременно захлопал бы в ладоши, но перехватил презрительный взгляд хозяина и приуныл.

– Заткнись, безмозглая железяка, – злобно рявкнул кот, прижимая уши.

Он произнёс последнее заклятье и высоко подпрыгнул, коснувшись лапами замка свода, сиявшего в темноте особенно ярко. Так он завершил ритуал и словно скрепил печатью договор с демоном. Зал на мгновение озарился всполохом красного пламени. И вновь погрузился во тьму.

– Как? И это всё? – разочарованно скрипнул автоматон. – Ну ты хотя бы получил то, что хотел?

Почёсывая в затылке, Остан вступил внутрь магического круга. Обошёл вокруг арки раз, другой, третий… Хозяин, взбешённый его тупостью, едва сдерживался, чтобы не уничтожить дребезжащего болвана.

– Конечно, я всё получил, – злобно выпалил он. – Подними голову и разуй глаза!

С громким скрежетом всех суставов автоматон встал под самым сводом, поднял испачканное мелом деревянное лицо и прищурился.

– И что я должен разглядеть? Эту чепуховину?

Прямо перед ним в центре свода парил круглый крошечный огонёк, с вишню величиной. Перепуганный пыльным смерчем, Остан даже не заметил, как тот возник. Теперь автоматону захотелось непременно поймать сияющий кружок толстыми пальцами.

– Не смей к нему прикасаться!

Кот с быстротой молнии заколдовал слугу. Силовое поле остановило автоматон. Он замер без движения и только смотрел с любопытством и сомнением на искорку, что едва не касалась его щеки.

– Ты точно ничего не перепутал? Штучка-то маловата, не находишь?

Кот мигом вкарабкался на плечо слуги. Зрачки сузились, в зелёном глазу отразилась яркая точка.

– Нет, я ничего не перепутал, ритуал завершился удачно.

– В такой портал не протиснешься. Или ты сможешь?

Тут из кружка пошли пузыри, запахло солёной морской водой. Остан вздрогнул от неожиданности и чуть не сбросил хозяина на пол с полированного плеча.

– Это лишь завязь портала. Но отныне он будет расти и расти, пока не вырастет полностью.

Морской бриз заполнил весь зал, до самого свода замка.

– Так пахнет в Иномирье? – поинтересовался автоматон.

Принюхиваясь, он пытался раздуть выточенные из бука ноздри.

– Да! Чем шире портал откроется, тем больше внесёт сумятицы и расстройства.

– Расстройства какого рода?

– Невозможно предугадать. В любом случае мы всеми силами станем оберегать это место и нашу тайну. Никто не должен о ней узнать.

Автоматон так резко кивнул тяжёлой головой, что весь механизм зазвенел.

– Не боишься, что орден что-нибудь заподозрит?

Кот навострил уши и насмешливо прищурился.

– Им слабо. К тому же вскоре начнутся вступительные экзамены, понаедет тьма соискателей. Забот полон рот. Некогда совать нос и ус в чужие дела, уж поверь мне. Пошли, нам пора. Мы и так чересчур задержались.

Кот чиркнул когтем по каменной плите пола, зашипел, и чёрные свечи разом погасли. Словно невидимая рука стёрла магический круг. Осталась лишь пыльная арка в центре зала да слабый блик под её сводом.

Над ними высился многоэтажный древний Замок Каслкотц, взрастивший множество поколений котов-магов, посвящённых во все секреты оккультных наук.

Подготовка к новому учебному году в нём шла полным ходом…

Глава 1

Неожиданные встречи и пирог

Внезапно, кромсая чёрными крыльями небо, взлетела ворона. Её хриплое карканье разнеслось зловещим эхом среди ветвей с пожелтевшими листьями.

Ковен от неожиданности подпрыгнул и проводил птицу сердитым взглядом, нервно размахивая хвостом. Чтобы не наступить хозяину на хвост, подскочил и сопровождавший его повсюду торбоход, котомка на механических лапах. После невольной заминки юный кот поспешил дальше он боялся опоздать или, хуже того, повстречать какое-нибудь чудовище.

Извилистая тропинка подводила его всё ближе к пользовавшемуся недобройславой Оркальскому лесу. Многие по ночам слышали рычанье и вой, даже днём здесь было темно, как в норе, и вечно кто-то шуршал и хрустел в потёмках. Из котов, что отважились войти в лес, вернулись немногие. И не без потерь: одни лишились рассудка, другие – шерсти и лап.

Из-за кустов послышался лязг металлических деталей. Ковен хотел было спрятаться, но тут же передумал, увидев ветхую механическую ослицу. Она была сверх меры нагружена всевозможными мешками, большими и малыми. На голове ослицы важно восседал пожилой рыжий котище, розовевший, как персик, в лучах зари. Заметив Ковена, он широко зевнул и остановил вьючную скотинку.

– Эй! – воскликнул рыжий, поднявшись на задние лапы.

В правой передней лапе он сжимал бамбуковую палочку, которой погонял ослицу, а левой старательно натягивал на мохнатые уши кожаный ремешок очков с толстыми линзами.

– Котс знает что такое! – выругался он, протирая стёкла. – Эти банки-склянки ничуть не помогают, всё равно слепой как крот. Кто здесь?

Ковен с облегчением узнал Алупи, лучшего повара в их деревне. Скорее всего, тот отвозил соседям заказанное угощение, а теперь возвращался домой.

– Это я, только я! – радостно отозвался юный кот.

– Что за «Толькоя»? – возмутился старик. – Таких не знаем!

Он подстегнул ослицу, и та сделала шаг вперёд, потом прищурился, вытянул как мог лохматую нечёсаную морду с глазками-щёлочками за окулярами очков.

– Это я, Ковен, дядюшка Алупи.

– Ковен? Ну и напугал ты меня, озорник, до котиков напугал!

Алупи спрыгнул на землю и постарался незаметно высморкаться в попону механической ослицы. Та не дрогнула, не стала брыкаться, но яростно заскрипела несмазанными суставами.

– Лес вообще не место для дружеских встреч, – ворчал старый повар. – А с тех пор, как совцы проснулись, и подавно…

Ковен вздрогнул при одном упоминании об этих злобных тварях.

– Ты-то что здесь позабыл, сынок?

– Спешу в Каслкотц.

– Верно-верно, сегодня же начнутся испытания. Но ведь ты у нас…

Старик умолк, покосившись на полосатую шёрстку Ковена, сквозь которую просвечивала странная чешуя. Чёрная, будто уголь, абсолютно матовая, не ловившая бликов солнца.

– То есть, я хотел сказать, что тебе… – снова не закончил фразу Алупи, предпочтя не делиться с юным другом своими сомнениями. Чтобы скрыть смущение, он разгладил лапой усы и полез в один из мешков.

– Держи-ка гостинец. Перекусить в пути никогда не помешает.

Ковен ловко поймал бумажный промасленный пакетик, ещё теплый, с дивным, просто божественным ароматом.

– Домашний круглый пирог с начинкой из раков! – с гордостью объявил Алупи. – Секретным рецептом ни с кем не делюсь. Во всей округе никто не испёк бы лучше!

Ковен ни на секунду не сомневался в правдивости его слов, только заглянул внутрь и в предвкушении облизнулся.

– Спасибо, дядя Алупи!

– На здоровье! Не стоит благодарности. Тебе, в отличие от меня, сдоба только на пользу, – и старик-повар похлопал себя по мохнатому брюшку.

И вдруг взглянул на юного кота со значением, без улыбки. Ковен как раз спрятал пирог в торбоход.

– Не поддавайся им, парень! Понял, о чём я?

– В смысле? – кот обернулся к старику и с недоумением уставился на него.

– Да это я так… Я просто подумал: разумный совет пригодится тебе не меньше, чем пирог.

Ковен смотрел на рыжего повара Алупи с любопытством. Уж очень он отличался от прочих жителей деревни.

– Ладно! Поторопись! Да и меня не задерживай, мне давно домой пора.

Пока они болтали, механическая ослица, не ведая опасности, углубилась в лес. Старик поспешно вернул её на тропу, с тревогой озираясь по сторонам и косясь на замшелые стволы деревьев.

– Не хочу повстречать гнусного совца.

Алупи сдвинул попону и подкрутил шестерёнки, вскочил ослице на голову и продолжил путь под скрип и лязг изношенного механизма.

– Готов поспорить, тебе тоже не стоит с ними сталкиваться, – крикнул он Ковену. – Беги! Не сиди на месте, будто забытый пирог в печи.

Кот помахал на прощание рыжему повару, ещё раз поблагодарил его и был таков.

Ковен, вовсе не дурак, сразу догадался, что старый Алупи тактично не высказал напрямую, что его мечта попасть в число учеников замка Каслкотц несбыточна. Он его пощадил. А вот остальные, почти вся деревня, безжалостно над ним потешались. Никто не поддержал, не подбодрил.

Даже родители.

Вместо помощи он получал от них лишь упрёки и издёвки. Они больше всех отговаривали его и запугивали. Особенно усердствовала мать, Элара. Всю жизнь она старалась удерживать подле себя каждого из своих отпрысков как можно дольше, лишая каких-либо надежд и устремлений. Так что большинство его братьев и сестёр оставались на семейной ферме. Пожизненно, навсегда.

– Видишь ли, – вкрадчиво говорила она, стараясь избежать ещё одного скандала в благородном семействе, – коту с такими… особенностями развития… едва ли удастся прижиться в Замке Каслкотц.

При одном воспоминании Ковен ощутил подступающую к горлу тошноту. Мать не сомневалась, что его путь заранее предначертан, а все бредовые идеи с годами пройдут. Растить дома вместе с братиками и сестричками котовник, кошачью мяту, – что может быть лучше? Отличный выход на первое время. Ну да, этот сынок лучше всех латает сеялки-веялки-сбивалки, штуковины с винтиками и болтами, так это не беда, на ферме тоже пригодится. Пусть продолжает в том же духе.

Но Ковен с раннего детства, сколько себя помнил, мечтал стать не кем-нибудь, а героическим Котом-магом. Крошечным котёнком с замиранием сердца слушал он легенды о доблестных воинах, что сражались с опасными чудовищами, впитывал каждое слово. Они были искусными магами и волшебниками и странствовали по свету, оберегая жителей городов и деревень от всякой нечисти. Понемножку применять заклинания могли все коты без исключения. Колдовать не сложнее, чем читать. Но только Коты-маги владели этим сложным искусством виртуозно, с истинным мастерством. Тут был нужен особый талант, призвание. Поэтому к ним всегда относились с уважением, восхищением и трепетом.

Поместье Каслкотц – лучшее в мире учебное заведение для волшебников. Конечно, у академии Каллисто и у сообщества Коннахта прекрасная репутация в учёных кругах. Однако (Ковен был готов дать хвост на отсечение) до замка Каслкотц им далеко. Именно здесь удалось взрастить выдающихся Котов-магов. И не только их. На протяжении веков лучшие специалисты по механиматике и алхимии получали образование именно в замке.

Несравненный Каслкотц – колыбель всех магических наук. Каждый год осенью начинались вступительные экзамены. Из тьмы соискателей всего нескольких избранных, что выдержали с честью суровые испытания, допускали к драгоценному источнику знаний. И Ковен больше всего на свете мечтал оказаться в их числе. Он твёрдо решил преодолеть любые препятствия ради этой цели…

И тут он внезапно очнулся от раздумий: земля задрожала, послышался страшный грохот. Ковен невольно посмотрел вверх, на небо, понадеявшись, что это просто взлетела ещё одна ворона. И сейчас же опомнился, удивившись собственной глупости.

Весь лес пришёл в движение.

Заскрипел, затрещал, застонал.

Жалобное «мяу» застряло у юного кота в горле, он хотел пуститься наутёк, но не смог. Между стволов показались огромные тёмные острые оленьи рога с причудливыми ответвлениями и наростами. Ветер раскачивал застрявшие в них стебли сухой травы.

–Пусть это будет просто олень, олешек. Кроткий такой, безобидный. Ну пожалуйста! – взмолился Ковен.

Между тем из-за кустов вышло нечто, вовсе не похожее на оленя. Его глаза, словно жгучие угольки, уставились прямо на кота. Чудище, скорее, напоминало дерево, но подвижное, с двумя длиннющими руками и широченными ступнями, чьи пальцы-корни впивались в почву. Зеленоватый мох, покрывавший кору и ветви, фосфоресцировал.

Совец собственной персоной!

Взрослая особь.

Глава 2

Брайна

Совец угрожающе засопел.

Запыхтел шумно и яростно.

Отец Ковена дышал так же тяжело и шумно, так же свирепо раздувал ноздри, когда сердился.

Совцы просыпались в начале осени и с остервенением нападали на каждого чужака. Они свято выполняли главную свою обязанность: следили с неизменным рвением и усердием, чтобы лесные звери, насекомые и растения спокойно готовились к зимней спячке. Стоило незваному гостю хотя бы заговорить на опушке леса чуть громче положенного, совцы немедленно приходили в ярость и бросались в бой.

– Го Да Гнам Блука! – взревел совец.

Ковен не понял ни слова.

Честно говоря, языка совцов он не знал. Зато вспомнил советы одного деревенского арендатора-балагура, у которого разных историй прибывало по мере того, как убывал в кружке кефир. Видавший виды кот хвастался, что пережил встречу со взрослым совцом без мрачных последствий.

– Чтобы этот, как его? Ну вы поняли, вас не растоптал и не слопал, повторяйте громко каждое его слово. Вот увидите, всё пойдёт как по маслу! – объяснял краснобай.

– Го Да, Гнам, Блука, – послушно пролепетал Ковен, хоть язык заплетался от страха.

Но, увы, лишь подлил масла в огонь.

Древоподобный грозно напряг шипастые грудные мышцы и взвыл ещё пуще, разрывая в клочья прекрасную утреннюю тишину. Гулкое эхо отозвалось ему.

– Гр-ра-а-бу-у-у!

Ковен взвизгнул от ужаса и… Такой позорной неожиданности с ним не случалось с тех пор, как он был котёнком-несмышлёнышем. Из чувства приличия подробности мы опустим.

Пристыженный и потрясённый, он судорожно соображал, что же делать дальше. Бежать бессмысленно. Совец настигнет его в два прыжка. К тому же ходили слухи (их распространял всё тот же арендатор), будто совцы внезапно выбрасывали вперёд свои длиннющие лианы и опутывали ими своих жертв.

Собрав свои последние и, если честно, довольно скудные крохи мужества, Ковен последовал второму совету деревенского балагура. Нащупал в торбоходе, чьи металлические лапы тряслись от страха, первое, что попалось: промасленный подарок повара Алупи.

– Если повторение слов не подействовало, – внушал собеседникам любитель кефира, – швырните ему что-нибудь прямо в морду. Не сомневайтесь, совец побежит от вас как ошпаренный.

Котик отважно бросил пирог в морду чудовищу.

Свёрток ударил совца по носу и отскочил в траву. Результат превзошёл все ожидания. Лесное чудище не злилось.Оно пришло в неистовство. И, дрожа каждой веточкой, кровожадно оскалилось, обнажив острые жёлтые клыки.

Всё кончено!

Остатка, вернее, отсутствия храбрости хватило на исполнение последнего совета арендатора.

– В крайнем случае, коли уж вам попался особенно задиристый совец, свернитесь клубком и замрите. Эти твари видят лишь то, что движется, так уж устроены.

Котик в отчаянии свернулся клубком.

Совец нёсся к нему с диким рёвом.

Вот тут-то Ковен и понял, что арендатор нёс, как всегда, несусветную чушь. Хвастун никогда в жизни не встречал ни единого совца. Наверняка даже понятия не имел, как они выглядят. «Кот кефира перебрал и с три короба наврал»…

Ковен сжался в комок и пожалел, что свалял дурака: бросил в совца отличный пирог с начинкой из раков! Хоть бы куснуть разок перед смертью!

Краем глаза Ковен видел, что чудище протянуло к нему сучковатую лапу.

И вдруг налетел вихрь. Ослепила молния.

У котика расширились зрачки, усы встали дыбом от статического электричества. Кто-то бесстрашный тенью скользнул вперёд и заслонил его от нападавшего. Проворная лапа мгновенно начертила коготком на земле магический знак, руну. Блеснула ещё одна молния. И совец умчался прочь в туче пыли. Бедняга жалобно квакал, будто жаба, измученная несварением желудка.

Ковен с трудом поднялся, лапы онемели и не слушались.

Сквозь пыльный смерч он попытался рассмотреть своего спасителя. Неужели один из его обожаемых кумиров случайно оказался поблизости и бросился к нему на помощь во всеоружии неподражаемого искусства магии? А вдруг здесь знаменитый Альзур собственной персоной? Или несравненная Оминия?

В благоговении кот замер, не смея даже мяукнуть.

Но когда пыль рассеялась, он с недоумением увидел перед собой вполне обычную молодую кошечку. Правда, очень красивую. Изящные очертания и густая длинная белоснежная шерсть с сапфировым отливом указывали на ангорских предков незнакомки.

– Привет! – поздоровалась она как ни в чём не бывало.

Ковен со стыдом обнаружил, что язык ему не повинуется, поэтому в ответ только махнул лапой, что со стороны выглядело глуповато. Да и вообще выглядел он жалко: усы обвисли, взгляд блуждал.

– Ты как? – продолжила кошечка, направляясь к нему с обеспокоенным участливым видом. – В порядке? Похоже, я припоздала и тебе здорово досталось. Совец ударил тебя по голове?

К Ковену вернулся дар речи. Почти.

– Поверь… Я вполне…

– Что-то непохоже. Мяу! Стой смирно!

Она подошла вплотную и осмотрела его со всех сторон. Ковен про себя молился, чтобы прекрасная незнакомка не догадалась, какой позор с ним случился при встрече с совцом. Хорошо, что её отвлекла чёрная чешуя, которая просвечивала сквозь его полосатую шёрстку.

– Вот это да! – ахнула она потрясённо. – Но совцы тут ни при чём, верно?

– Я таким родился, – печально вздохнул смущённый кот.

– Впервые вижу кота в чешуе!

– Нас таких немного.

Она склонила голову набок и сморщила нос.

– Уверена, ты такой один. Ты уникален! Гордись! Что ж, похоже, от совца ты не пострадал. Ни ссадин, ни ушибов. А вот откуда…

Незнакомка принялась тщательно и с явным интересом его обнюхивать.

Ковен похолодел от ужаса.

Но волновался он зря: кошечку привлёк запах из торбохода. Она прошла вслед за ароматом, обследуя поляну. И с восторгом обнаружила в траве промасленный подарок Алупи.

– Круглый пирог с начинкой из раков! – радостно мяукнула незнакомка на весь лес, разбудив гулкое эхо.

Ковен съёжился, припал к земле и прижал уши. Он не сомневался, что на шум тут же прискачет ещё один совец, злей предыдущего, дабы усмирить дерзкую кошку.

Кошечка посмотрела на него с любопытством.

– Ты швырнул в совца пирогом?!

Ковен постарался изобразить безразличие.

– Зачем?!

Котик молчал, надеясь, что его не сочтут идиотом.

– Хватило бы простейшего заклинания! Совцы боятся магии как огня. Эти твари, такие страшные на вид, на самом деле – жалкие трусы. Увидят молнию, малюсенькую вспышку, и тут же бросаются наутёк, ломая ветки.

Кот попытался сменить тему разговора.

– Меня зовут Ковен, – невпопад представился он.

– А меня – Брайна. Ты пирог будешь?

Он поморщился и потёр лапкой нос:

– Аппетита нет. Угощайся. А тебя не смущает, что пирог немного… – но не успел договорить.