Ася. Эффект подорожника

Рук коснувшись – взгляни в глаза,

В отраженье найдешь ответы

Дверь открыв – не смотри назад,

А проснувшись – не бойся света…

Что придет – не отнять уже,

Если в сердце – не камень точно…

На заоблачном вираже

Время – воздух в часах песочных…

Не клянись, нам – лишь просто жить…

Что за гранью – ответит небо…

Если сердцу дано любить,

Рассуждать о минутах нелепо…

Если бы не взрослые, Ася Зорькина в свои пятьдесят пять отмечала уже золотую свадьбу. Но правила есть правила, и этим ноябрьским днем она просто получала поздравления с юбилеем и вспоминала их. Таких милых и далеких. Своих мужчин.

Ваня

Свадьба была назначена на вторник. Это только взрослые женятся в пятницу, справедливо заметила Лера Пронина. А в детском саду самое подходящее время для свадеб – вторник. Сами рассудите. Понедельник – день тяжелый, взрослые после выходных злые, с утра вместо любимой юбки в горошек надевают шорты с зайчиком, причесать и вовсе забывают, перепоручают это воспитательнице. Что же это за свадьба, где прическа – от воспитательницы. Надо как минимум – от Маши Ганичевой. А она по понедельникам в сад не ходит, у нее в этот день мама выходная, с утра долго спит. Примерно до пяти. Вечера.

Среда тоже день не очень. По средам сначала гонят на музыкальное занятие, где Аделаида Петровна пуленепробиваемым голосом поет песню про елочку. Да еще требует, чтобы остальные подпевали. Как тут подпевать, если после завтрака икается. А Леша Петров вечно за косу дергает Вику Терехину. Она его в ответ толкает в бок, а потом он ей на ногу наступает. И оба падают в смертельной схватке. Приходится Аделаиде Петровне вставать и разнимать влюбленных. Ну как влюбленных… Так, немного сошедшихся во взглядах на манную кашу. Он ее любит – не Вику, а кашу, а она ему отдает свою порцию. Им тоже свадьбу решили организовать. Но на следующей неделе. График плотный, до лета как и успеть всех поженить.

После музыки прогулка. Какая на прогулке свадьба?! Там занятия поинтереснее имеются. В луже около дуба водятся жирные черви. Если поддеть такого червяка палочкой, а потом перетащить в песочницу, да запихать в башню, то получается замок со Змеем Горынычем. Три головы – это детали. Принцесса – лягушка из клумбы. Конечно, так не бывает, чтобы невеста толще и тяжелее жениха была, но это все не важно. Большая удача – поймать кузнечика. Это только Вася Птицын умеет. Кузнечикам, конечно, сложно соседствовать с лягушкой, поэтому их приходится селить в отдельное помещение – в дырку под лавочкой. Это дети Горыныча и лягушки. Правда, по словам Карины Быстровой, какие могут быть дети без поцелуев. Но остальные на такие детали не обращают внимания. А так как меньшинство обычно в проигрыше, то детей решают оставить. До свадьбы лягушки и Змея Горыныча пока дело не доходит. Как ни крути, их надо как-то поцеловать сначала, чтобы невеста уже на человека стала похожа хотя бы. Да и прогулка обычно очень быстро заканчивается.

Наступает пора обеда и тихого часа. Конечно, неплохо бы на тихом часе и сыграть. Но Ваня Лапин очень любит спать. Его только положи – сразу засыпает. А какая свадьба без жениха?!

Четверг – тоже весь расписан по минутам. Чтение, математика, ритмика. Вот и остается вторник. В этот день утром только игры. То есть дети играют, а воспитатели по телефону разговаривают, решают важные воспитательные задачи.

Поэтому было решено – вторник одиннадцатое мая!

С утра Ася Зорькина потребовала от мамы самое красивое платье, которое надевала однажды на утренник. Сказала – сегодня планируется очень важное мероприятие, какое – пока секрет, она – главная участница. Надела гольфы с помпонами, трусы в васильках (мало ли, вдруг после сна он увидит ее раздетую, а на ней что-то невзрачное без рисунка, так и женится на ком-нибудь другом). Присмотрелась к босоножкам и решила, что вполне подходят. В садик она почти летела. Тянула маму за руку и бормотала: «Ну давай же уже быстрее!»

Выпроводив, наконец, маму за дверь раздевалки и помахав в окно ручкой, Ася приступила к приготовлениям. Маша Ганичева соорудила умопомрачительную прическу. Вика Терехина расставила на столике всю имеющуюся посуду. Ваню Лапина отругали за то, что пришел в шортах. Он сбегал к шкафчику и переоделся в рейтузы. А поверх – шорты.

Наконец, Лера Пронина похлопала в ладоши и призвала всех к тишине. Ваня взял Асю за руку и подвел к столику. Вика, известная своим громким голосом, пропела что-то торжественное, напоминающее скорее Полонез Огинского чем Марш Мендельсона. Лера покрутила у виска, а Вика махнула рукой – какая, говорит, разница, я на музыкалке такое недавно учила, сбиваюсь. И давайте уже приступать к основной части!

Карина Быстрова вышла вперед и встала перед брачующимися. Глаза ее горели так, будто это ее сейчас под венец ведут. Она вкрадчиво начала свою речь.

«Согласна ли ты, Ася Зорькина, взять в мужья этого мужчину – тут она немного смутилась – и поправилась – этого мальчика, Ваню Лапина?» Ася посмотрела на Ваню, на его шорты, болячку на лбу и захотела уже отказаться, попросить заменить жениха… Но он крепко сжал ее руку, и Ася выпалила: «Да».

«Согласен ли ты, Ваня Лапин, взять в жены эту девочку, Асю Зорькину?» Ваня широко улыбнулся и, не раздумывая, прошептал «Да».

Глаза его косились на стол, где лежали три конфеты. И много еще чего пластмассового. Пластмассовое его не особо интересовало, но Карина протянула новобрачным два пластилиновых кольца и велела надеть на пальцы друг другу. На удивление, кольца очень легко прилипли там, где нужно.

Удовлетворенная ходом церемонии, Карина продолжала: «Перед тем, как вы вступите на путь совместной жизни, вы должны опустошить эти бокалы. Пусть ваша жизнь будет полна радости и счастья!» Она протянула Ване с Асей по пластмассовому синему стаканчику с пластилиновым шампанским. Ваня со знанием дела обвил своей рукой руку Аси и, выдохнув, залпом понарошку влил в себя пластилин. Обалдевшим зрителям он сообщил: «А что? Папа так всегда делает!». Те одобрительно покивали и тоже взяли себе по шампанскому. Затем Ваня притянул к себе Асю и прошептал: «Брудершафт же!»

Но Карина расставила их на ширину плеч и не дала нарушить ход самой важной в жизни каждого человека церемонии: «А теперь вы должны закрепить свой союз поцелуем любви». Все девочки мечтательно завздыхали. Ася закрыла глаза. Но Ваня смотрел на конфеты.

«Целуйтесь уже!» – крикнула Вика.

Но поцелую любви помешала воспитательница Вероника Павловна. Она сообщила, что скоро обед, разогнала всех по стульчикам и начала читать книгу про Золушку. Так Ася и не познала вкус этого злополучного поцелуя любви от Вани Лапина.

Илюша

В первом классе Асю посадили за парту с мальчиком по имени Илюша. Фамилия у него была смешная – Прохлюпин. Асе очень не нравилось, что все его дразнили. Она всеми силами старалась защитить своего соседа. На Димку Дерягина даже с кулаками бросилась после того, как тот обозвал Илью хлюпиком.

Он был вовсе не хлюпиком. Подумаешь, досталась дурацкая фамилия! Главное – что под ней скрывается!

Илюша носил Асе портфель до самого дома. При входе в подъезд он отдавал его своей соседке по парте, грустно вздыхал и вежливо говорил «До свидания». Разворачивался и уходил.

Асе очень не хотелось, чтобы он уходил. А Илюше очень не хотелось уходить. Но сказать об этом никто не решался. Он знал, что напрашиваться в гости невежливо. А Ася была убеждена, что первый шаг к совместному чаепитию должен делать мужчина. А если он даже не говорит, что очень хотел бы попробовать клубничное варенье, о котором она рассказывала в прошлый раз, то, значит, не хочет никаких совместных чаепитий. Поэтому они послушно прощались и расходились по домам. Так часто бывает – хочешь чего-то, но ждешь, когда это желание выскажет кто-либо другой, чтобы убедиться в том, что это желание достойно исполнения, а не просто проявление твоего эгоизма.

В рот им часто залетали смешинки. Причем в самый неподходящий момент. Например, во время разбора новой темы. Учительница Наталья Сергеевна строго смотрела на обоих и вопрошала: «И что же я смешного сказала? Поделитесь с нами?» Смешинки не выдерживали такого громкого звука и моментально улетали. А Ася с Илюшей, поставленные возле своих парт, виновато опускали головы и думали: «А ничего смешного. Просто в тетрадке сам собой нарисовался человечек со смешным хвостиком и палками вместо рук».

Асина соседка по лестничной площадке Юля, учившаяся с Асей в одном классе, наговаривала подруге про Илюшу. Она рассказывала, как за спиной их обзывают «тили-тили-тесто», что Илюша плохо пахнет, он вообще мелюзга и папа у него алкоголик. Ася отмахивалась и продолжала ходить с Илюшей.

Как-то, собираясь домой, Ася не нашла в своем обувном мешке одного сапога. Она посмотрела под лавочкой, в раздевалке. Нигде его не было. Ася точно помнила, что она складывала оба и вешала под пальто. Идти домой в одном сапоге по лужам не хотелось. Илюша предложил походить поискать сапог. Они облазили все этажи, побывали в спортзале, столовой, даже к уборщице бабе Мане в кладовку заглянули. Сапога нигде не было.

За Асей пришли родители. Все вместе они стали искать сапог. Появилась Юля. Родители рассуждали о хулиганах, о том, что злоумышленники обязательно будут наказаны. Собирались пойти к директору школы. Юля как будто случайно зашла в туалет и вышла оттуда с сапогом. Она сообщила:

– Вот же он! За раковину был заткнут!

Все успокоились и довольные пошли домой. Только после этого Ася перестала разговаривать с Юлей.

Однажды зимой, в последний день перед каникулами Ася с Илюшей шли вместе домой. По дороге им попалась навстречу большая собака. Она обнюхала Илюшу. Тот весь сжался. Ася засмеялась и погладила пса по голове:

– Не бойся, это же Шарик, он добрый!

Но Илюша продолжал смотреть на песика с недоверием. Пятился и недовольно бубнил «кыш, чего привязался!».

Шарик потрогал лапой Илюшин мешок с обувью. Принюхался.

– Наверное, у тебя сандалии пропахли колбасой! – хихикнула Ася.

– Просто они кожаные!

Илюша попробовал отодвинуть мешок. Но не тут-то было. Шарик вцепился в мешок мертвой хваткой и потянул на себя. Илюша от страха выпустил его из рук. Ася перехватила и стала отнимать. Шарик не сдавался. Наконец, проходивший мимо прохожий громко гаркнул на собаку, и та убежала восвояси, оставив мешок в руках у Аси. Илюша взглянул на разодранную в клочья ткань, достал сандалию, немного истыканную собачьими клыками, следом выудил измятую и надорванную фотографию какого-то мужчины и заплакал.

Ася решила его успокоить. Однако он встал и пошел прочь. Ася шла следом и приговаривала: «Ну что ты так расстроился?! Это же всего лишь сандалии! Фото это склеить можно. А кто это? Ничего же особенного не случилось!»

А Илюша шел и всхлипывал. Потом тихо ответил:

– Это папа. Он с нами не живет.

– А что ж ты это фото в мешке для обуви носишь?

– В портфеле мама найдет и разозлится.

– Странно, Шарик такой добрый всегда… – причитала Ася.

Больше Илюша не носил Асе портфель. И смешинки в рот больше не залетали.

Вася

У каждого уважающего себя советского школьника хоть раз в жизни случался пионерский лагерь. С кострами, дискотеками, зловредными и не очень вожатыми, скрипучими кроватями в несколько рядов, посещениями родителей с гостинцами по выходным, долгожданными пряниками в тумбочке. И, конечно, со встречами и расставаниями.

Ася Зорькина попала в третий отряд. Маме на работе дали путевку, и лагерь «Харинка» оказался очередным пунктом Асиных приключений.

Поначалу Асе казалось, что ее поместили куда-то не туда. Девочки шушукались, сбивались стайками, и только Ася никому не была нужна. Ростом невысокая, худенькая, с большими наивными глазами. Соседка по кровати решила заговорить сама. Она рассказала, что очень любит пряники. Ася поделилась, тем более, что сама она их не очень-то и любила, а мама всучила целый килограмм. Так Ася и нашла себе подругу.

Затем жизнь закружилась, и Ася, сама того не заметив, влилась в лагерные будни. Однажды вожатая сообщила о конкурсе, где будут участвовать все отряды. Нужно было инсценировать любую сказку, но в необычной интерпретации. Подумав, решили ставить «Репку». Встала проблема, что добавить необычного. Устроили мозговой штурм. Ася всегда была щедра на идеи, поэтому изобрести что-то оригинальное у нее не составило труда. Она предложила тихим голосом: «Пусть Репку ворона утащит». Все замерли и посмотрели на смешную маленькую девочку. Вожатая сразу же постановила: «Вот ты и будешь Репкой, тебя носить легко». Ася тогда еще не знала, какие коварные сети расставляет ей судьба, иначе, может быть, ни за что на свете не ввязалась в эту авантюру.

Играть ворону назначили Васю. Фамилию Ася не знала. На подбородке у него была ямочка. Упрямая волнистая челка спадала на голубые глаза. Рубашка в клеточку с коротким рукавом обнажала крепкие загорелые руки. Как только Ася его увидела, то поняла – для этой вороны, то есть для Васи, она бы и целого пакета пряников не пожалела. Но он не просил.

Во время репетиций Вася спокойно сидел на ступеньке, грыз яблоки, пока все остальные старательно отыгрывали свои роли, а потом после слов «Но тут прилетела ворона и утащила репку» он, выкрикивая «Кар-Кар-Кар» выбегал на сцену, хватал Асю и уносил за кулисы.

Вася «цеплял» Асю чуть выше колен, она обвивала руками его шею и вдыхала этот запах. Это был какой-то ангельский яблочно-ванильный аромат. И так раз за разом. Пока ее тянули дедка, бабка, внучка, Жучка, кошка, мышка, Ася стояла на сцене и ждала, когда же уже скажут про ворону. А потом несколько секунд – и этот чарующий аромат… И полет…

Настал день конкурса. На Асю надели желтый балахон. Она вышла на сцену, чтобы дождаться финальной фразы. В этот раз Вася был в сером бархатном костюме и пахло от него чем-то новым, одеколонистым, как у папы. Зрители с волнением наблюдали за происходящим. На финальных «Кар-Кар-Кар» Ася заметила, как многие встали со своих мест и зааплодировали

Оказавшись за кулисами, Ася поставленная, наконец, на пол, не могла сделать и шага. Она стояла и смотрела куда-то вдаль. А зрители хлопали, кричали «Браво!» Вася взял ее опять в охапку и вынес на сцену, на поклон. Так с нею и поклонился. Потом перетащил по ступенькам вниз, на землю. И спросил:

– Как тебя зовут?

– Ася, – тихо ответила Зорькина.

– Молодец, Ася! – пожал он ей руку и побежал на обед.

Отряд Аси занял в конкурсе первое место. Но Асю это мало волновало. Она думала о Васе.

И судьба опять свела их вместе. В лагере объявили о соревновании по сбору подорожника. Кто больше соберет, тому – приз. Все принялись собирать лекарственные растения, благо росло их под ногами – тьма. Ася рвала листок за листком, как вдруг столкнулась с Васей. Она забыла про подорожник и смотрела на Василия, не отрываясь.

– Как тебя, говоришь, зовут? – спросил он.

– Ася, – прошептала она.

Он деловито пригляделся к трем собранным ею пакетам.

– Ась, куда тебе столько подорожника, а?

– Так бери, – пододвинула она ему все, что собрала.

– Отдаешь, что ли?

– Конечно, я могу еще собрать.

Вася мигом собрал подаренное и исчез в дверях библиотеки, где располагался пункт приема ценной зелени.

Ася смотрела ему вслед и не могла понять, что она в нем нашла… Ходит как утка, уши торчком, да и пахнет от него какой-то кислятиной. И поняла, что если мальчик носит на руках, это вовсе не значит, что он запомнил твое имя.

Санька – стеклянный глаз

В пятом классе пришел новенький. Звали Саша. Мальчик как мальчик. Но была у него одна особенность. Один глаз очень странно смотрел. Ася никак не могла понять, что не так с этим глазом. Подруга Юля просветила – глаз стеклянный, их мамы знакомы, поэтому информация проверенная. Стрелялся с мальчишками из пистолетиков пульками, вот одна из них в глаз и попала.

Ася стала смотреть на нового ученика по-другому. Он через такое прошел… Теперь его улыбка, беззаботность приобрели совершенно новый оттенок. Не просто – непоседливый мальчик, а сумевший сквозь боль и страдания взглянуть на мир новыми глазами и принять его с радостью.

Саша оказался тем еще пронырой. Он понял, кто в классе отличница и наладил с Асей дружеские контакты. Узнал, где она живет, и приходил каждый вечер забирать решенные задачки и выполненные задания по домашке, а утром отдавал.

Асе этот процесс доставлял удовольствие. Она с нетерпением неслась из школы домой, делала уроки, чтобы успеть до восьми, когда в квартире раздастся долгожданный звонок. Она радостно вручала Саше аккуратно сложенные тетрадки, смотрела в его глаза, улыбалась. Он говорил «спасибо», разворачивался и вприпрыжку спускался по лестнице вниз. Ася неслась к окну и провожала его взглядом, пока не скроется из виду.

Сидел Саша за партой с Галей Петровой. Девочка она была видная, все мальчишки класса были в нее влюблены, за редким исключением. Ася по этому поводу не переживала – где Галя, а где одноглазый Саша! Разве она станет такого в свое сердце впускать?! Ее до дома даже семиклассник Галкин иногда провожает.

Как-то вечером, когда Ася ждала Сашу, ей позвонила эта Галя. Она попросила решить второй вариант самостоятельной работы по математике, которую дали доделать дома. По телефону. Ася внутренне возмутилась. С чего вдруг она станет для какой-то Гали решать второй вариант?! Она сослалась на плохое самочувствие, отказалась и повесила трубку.

Через полчаса в Асиной квартире раздался звонок. На пороге стоял Саша. У Аси с Сашей был один вариант, поэтому она без лишних разговоров вручила ему свои тетрадки. Но он стоял и не уходил.

– Ась, мне Надежда Константиновна пообещала за четверть пятерку вывести, если я оба варианта решу. Поможешь?

Ася пожала плечами:

– Конечно, помогу! Прямо сейчас?

– Да!

Ася даже мечтать о таком не могла. Саша сидел у нее в гостях и пил чай. А она сидела рядом за столиком и решала задачки. Изредка она заглядывала ему в лицо, пытаясь разгадать мысли. Но Саша был увлечен идущей по телевизору передачей про пингвинов, посмеивался, прихлебывал из чашки и кусал печенье.

Наконец, все было готово. Ася торжественно вручила Саше тетрадь, выслушала заслуженное «спасибо».

После его ухода она долго сидела на диване и смотрела на опустевший стул, где совсем недавно сидел ОН.

На душе стало пушисто и мягко. Асе захотелось одарить весь мир. Сделать что-то большое, бескорыстное, теплое. Она вспомнила о звонке Гали. Она, наверное, сидит, мучается. Ася равнодушно отказала в помощи.

Она набрала номер. Ответила Галя. Ася радостно затараторила:

– Галя, я твой вариант решила, могу продиктовать.

Галя презрительно фыркнула.

– Асюш, мне уже не надо. Мы с Сашей все решили!

Юра и Сережа из Березовой Рощи

Бывает, понравится мужчина, а влюбляется в тебя его друг. Так и приходится дружить семьями.

Ася всегда любила английский язык. С него все и началось. Англичанка Наталья Константиновна внесла восьмиклассницу и отличницу Асю и ее подругу Юлю в список участников слета КИДов. Ася долго считала, что она теперь гид, но поехала она все-таки как новоиспеченный член клуба интернациональной дружбы от средней школы номер двадцать пять.

Слетались кидовцы в пансионате Березовая Роща. Проучившись до восьмого класса, Ася ни разу еще не уезжала из дома одна на целых два дня. Для бабушки и мамы ее отъезд по масштабам переживаний был сопоставим разве что с гибелью Титаника. Переговорив с родителями Юли, домашние немного успокоились.

Утром мама решила проводить Асю до самого автобуса. С Натальи Константиновны было взято обещание, что все будет хорошо и за девочками, конечно, будут присматривать. Мама успокоилась и помахала рукой вслед автобусу, увозящему Асю навстречу новым приключениям.

Асе с Юлей была выделена отдельная комната на двоих. Окно выходило на озеро. Асе казалось, она попала в другой мир. Выходишь за дверь – и никто не спрашивает, куда пошла. Приходишь обратно – никто не заставляет мыть руки и садиться за стол.

По соседству с девочками поселили трех мальчиков. Юля оказалась очень продвинутой в вопросах знакомств и сразу же пригласила всех троих вечером на чай. Ася даже глазом моргнуть не успела, как оказалась познакомленной с ними всеми. Юля потом шепнула на ухо Асе: «А то наверняка бы их те девчонки из пятой комнаты пригласили».

Первый день слета проходил в огромном зале с высокими бархатными креслами темно-малинового цвета. Со сцены активисты кидовского движения вещали о расширении и продвижении, углублении и непрерывном росте. Один из них, высокий, худой, с прыщами на подбородке призывал оставить в прошлом предрассудки и самим делать первые шаги к сближению, отбросить страхи и понять важность общения через континенты. Ася сидела в своем малиновом кресле, болтала ногами и представляла континенты, как она кричит с одного берега: «Здравствуйте, я Ася Зорькина! Как вы там? Я к вам уже первый шаг сделала! Теперь вы!» А с того берега: «Ася! Как хорошо, что вы отважились на это! Шагайте дальше! Мы вас встретим!»

После торжественной части был обед. За столом они сели все вместе: Ася с Юлей и трое мальчиков. Юра был намного шустрее своих друзей. Он постоянно шутил и рассказывал анекдоты. Асю это забавляло. Сережа вел себя несколько скованно. Возможно, это тоже была его первая вылазка из логова родителей. Равиль постоянно крутился возле Юли, они перемигивались и вели себя так, будто знакомы уже не один год.

Незаметно приблизился вечер. Конец апреля выдался на редкость жарким. Ни о каких куртках никто и думать не хотел, все ходили в свитерах и кофтах, а самые закаленные – даже в футболках.

К назначенному времени, а именно к девяти вечера в комнату Аси и Юли постучались трое юношей. С собой они, как всякие уважающие себя кавалеры, принесли пакет печенья, коробку конфет, три чашки. Юля деловито расставила все принесенное на столе и скомандовала: «Чего топчетесь как не родные, садитесь уже!»

Все принялись пить чай. Мальчики налегали на печенье и Асины пряники. А сама Ася держала у губ двумя руками свою чашку с горячим чаем и сосредоточенно на него дула. Чашка была просто прикрытием, на самом деле ей совсем не хотелось ни чая, ни пряников, ни печенья, ни конфет. Она внимательно рассматривала собравшуюся компанию. Юра пил чай торопливо, изредка причмокивая. Ел жадно, запихивая в рот сразу по целой печенине. Сережа осторожно откусывал кусочек за кусочком, при этом каждый раз старательно вытирал рот, будто опасаясь, что на губах останутся крошки. Лишь Юля с Равилем вели себя раскованно и поддерживали атмосферу разгульной вечеринки.

Наконец, Юля заявила: «А давайте играть в карты!» Равиль, смеясь, добавил: «На раздевание». Ася вжалась в стул. Кинула непонимающий взгляд на Юлю, затем перевела его на Равиля. Тот успокоил: «Шучу! Просто на интерес!»

Асе в тот вечер везло. Не осталось ни одного гостя, кого бы она не оставила в дураках. Юля пока держалась. Они сидели на кровати, образовав круг. Кто-то просто поджал под себя ноги, кто-то скрестил спереди. Ася выбрала позу йога. Она всегда была гибкой, и так сидеть ей было очень удобно. Справа расположился Сережа, слева – Юра. Когда Юра выбыл, он решил помочь Асе. Приобнял ее за талию, взял в свою руку ее ладонь с картами и начал вытягивать то, что считал нужным. Асе не очень понравилась такая бесцеремонность, она отодвинулась чуть дальше, убрала Юрину руку и сказала: «Я сама!»

Из магнитофона, привезенного Юлей и стоявшего здесь же на столе, потоком лились популярные песни. «Музыка наааас связала…» – солистка группы «Мираж» умела заворожить своими заводными песнями.

Юля с Равилем тем временем выбыли из игры и удалились за дверь. Ася осталась одна с Юрой и Сережей. Игра продолжалась, но уже не так задорно, как было впятером.

Ася зевнула, посмотрела на часы и решила, что с гостями пора закругляться.

– Я спать хочу! – заявила она и начала завязывать пакеты с печеньем.

Юра растерянно посмотрел на Сережу, потом на хозяйку номера.

– А нам куда? – попытался он оттянуть время расставания.

– Как куда? – изумилась Ася. – У вас же своя комната.

На этот неопровержимый факт мальчикам ответить было нечего. Как воспитанные мужчины, они встали и вышли за дверь.

Ася прибрала на столе, почистила зубы, переоделась в ночную рубашку, выключила свет, заперла дверь и легла спать. Про Юлю она подумала – сама придет, не маленькая.

Не спалось. Она вспоминала вечер. Мальчиков. Периодически в мысли вклинивались отголоски прошлого, но надолго не задерживались. Асе не верилось, что еще вчера она была дома, с мамой и папой, а сегодня – в совершенно другом мире.