Золушек нет. Книга первая. Принцы подождут

Глава 1. Рыжий

ей к лицу

Анна с улыбкой наблюдала за белкой из окна своего архива. Нет, не за той, которая мечется в головах у некоторых граждан, а за вполне себе настоящей. Эту симпатягу уже давно прикормили сотрудники завода, и белка чувствовала себя в небольшом сквере хозяйкой, иногда позволяя себе выпрашивать, а то и отнимать вкусняшки у присевших перекурить работяг. Народ умилялся и всячески баловал рыжую нахалку. Вот и сейчас белка носилась по сугробам, перебегая от дерева к дереву и провожая вдоль дороги очередную жертву своих домогательств.

Игриво взмахнув хвостом длинных рыжих волос, Аня отошла от окна. На её новом месте работы ей нравилось практически всё! И недавно отремонтированный кабинет с окнами, выходящими в заводской сквер; и её обязанности; и коллектив. Особенно её радовало то, что в своём архиве она сидела одна. Неплохо бы денег побольше… Но мизерная зарплата компенсировалась непыльной работой и наличием свободного времени. А сегодня для Аньки это было важно. Точнее, для Анны Палны, как называли её теперь.

Анна Пална была женщина талантливая, эрудированная, энергичная и модная. По молодости она мечтала покорить мир, дарить людям радость, творить, путешествовать и, в общем, вести богемный образ жизни. Но она никак не могла определиться, с чего начать, поэтому хваталась за всё и сразу. Ей нравилось учиться. Найдя для себя что-то новое и интересное, Аня ныряла туда с головой. Но как только она понимала принцип устройства очередного мироздания, ей становилось скучно. И она тут же находила для себя новую неисследованную нишу.

Но вдруг случилась недолгая семейная жизнь, родились дети. Пришлось остепениться и заняться зарабатыванием денег. Было непросто. Аня с утра до ночи крутилась, как белка в колесе. С тем же энтузиазмом, с каким она раньше изучала всё новое и интересное, она теперь погрузилась в карьеру, попутно пройдя все круги ада с тяжёлым подростковым пубертатом сыновей.

К своим пятидесяти годам она имела за плечами довольно высокий IQ, бессчётное количество творческих увлечений, несколько не очень удачных романов, двоих взрослых сыновей, сложный характер, тяжёлую руку и отменное здоровье. Хорошая генетика и активный образ жизни позволял ей выглядеть значительно моложе своих лет. Но… из песни слов не выкинешь.

Проснувшись однажды утром, Анна Пална вдруг осознала, что дети выросли, а жизнь проходит как-то не так, как хотелось бы. Бросив работу в коммерции, она взяла тайм-аут. И тут случилось удивительное – остановив свой сумасшедший бег, белка осторожно выглянула из колеса. Оказалось, что небо по-прежнему ярко-синее, и по весне зацветают сады. Аня вдруг вспомнила, что её жизнь когда-то была гораздо шире тюрьмы для ручных белок, имела волшебный запах, вкус и переливалась всеми цветами радуги.

Однако, до пенсии было ещё, как до Берлина, поэтому она устроилась к брату на завод, на работу гораздо менее многозадачную, и начала постепенно возвращать себе себя. Аня улыбнулась: за все годы работы в коммерции, у неё никогда не было отдельного кабинета, да ещё и с окном. «Пожалуй, да, мне здесь нравится.» – нажав кнопку на электрическом чайнике, она окинула взглядом своё рабочее место. Чисто, красиво, можно спокойно выпить кофе и включить радио. Постепенно отвыкая от жёстких рамок дресс-кода и бизнес-стиля, Анна начала с того, что закупила себе весёлой канцелярки и окружила себя в кабинете ярким декором, часть из которого сделала сама. Чувство давно утраченных красок возвращалось, но как-то медленно. И чтобы ускорить процесс, Аня пошла в отрыв, прикупив себе с десяток широких разноцветных треников. Благо, уличная мода наконец тоже вышла из зоны комфорта и разрешила древнюю дилемму: можно или нельзя, в сторону – наплевать на правила, если тебе это нравится. И Анька охотно применила это дизайнерское решение ко всем сферам своей жизни.

Теперь Аня вела жизнь насыщенную и постоянно моталась на фестивали, выставки и концерты, как бы пытаясь компенсировать ушедшие годы. Даже на работе она умудрялась участвовать в различных конкурсах и даже получала грамоты, но… не деньги. Правда, для заводских, эта – не то пожилая девушка, не то моложавая тётя, всё равно оставалась зверем чужим и непонятным, слишком ярким, слишком творческим, слишком шумным и чересчур позитивным. Одних это раздражало, других настораживало. Под разными уважительными предлогами к ней часто заглядывали в кабинет другие сотрудники – поглазеть на его странный весёлый декор и на не менее странную хозяйку.

При этом, чтобы не просить деньги у детей и оставаться финансово независимой, Анна всё время пыталась найти альтернативные источники дохода, продавая самодельный декор для дома, мастеря украшения, и даже делая расклады на Таро. То ли таролог из неё был неважный, то ли к ней вернулось былое непостоянство, но кроме удовольствия, этот бизнес ничего ей не принёс. Анькина творческая натура, взяв уверенный курс на расширение границ зоны комфорта, забила болт на рациональность, а временами – и на здравый смысл. Впрочем, её экзальтированность никогда не выходила за рамки приличий, да и эпатаж был весь построен по дизайнерской мысли и красоте. Она запросто приходила на работу в широких оранжевых трениках и футболке с рыжей лисой под хохлому. А что поделать? Ведь рыжий цвет всегда был ей так к лицу!

Глава 2. Архивариус из Зелёного сада

Таких насыщенных и богатых на впечатления новогодних каникул у Анны Палны ещё ни разу не было. За эту неделю она умудрилась дважды сходить на концерты, навестить детей, племянников, родителей и подруг, сгонять на фестиваль магии, насладиться поздними завтраками и шопингом. Единственное до чего у неё не дошли руки, точнее ноги, была новая кофейня возле дома. Аня завела себе личный ритуал: раз в месяц, обычно с получки, она ходила в кафе. На дорогие рестораны денег не хватало, а вот выпить чашку кофе с пирожным в небольшой кофейне – вполне себе позволить могла. Новогодние праздники изрядно выбили её из бюджета, а до аванса оставалась ещё неделя.

Анна Пална, потеряв жизнерадостную белку из вида, налила кипятка в чашку с растворимым кофе и подмигнула нарисованному на календаре гному. Этот весёлый календарь она случайно увидела в гипермаркете и вначале хотела подарить на новый год племянникам. Но передумала. Уж больно красочная и жизнерадостная была картинка. И в тему – садовый гном, в усыпанной цветами широкополой шляпе, пишет каракули на свитке. Для Анны Палны, работающей с документами, это показалось весьма символичным. Вокруг гнома распускались цветы, порхали бабочки и птички. Короче, этот забавный календарь нашёл своё место аккурат на стене рядом с её рабочим столом.

«Целая неделя ещё до аванса…» – Аня задумчиво посмотрела на цифры календаря. И вдруг встретилась глазами с.. гномом. Она от удивления едва не разлила кофе. Анна Пална могла поклясться, что его широкополая шляпа, до этого момента, была надвинута на глаза!

– Да, нет… Я же точно помню… – растерянно улыбаясь, она отвернулась к окну и стала снова рассматривать заснеженный сквер. Белка больше не появлялась. Аня с опаской скосила глаза на календарь и обомлела. Нарисованный гном, бросив на неё выразительный взгляд, опустил голову и застыл.

– Что?.. – Аня надела очки и подошла ближе. Календарь выглядел вполне обычным, она даже потёрла пальцем картинку, чтобы убедиться, что это типография.

– В голове открылся люк, не волнуйтесь – это глюк… – озадаченно произнесла она, – Вот это у меня воображение, конечно, разыгралось. Не иначе, после ковида крыша потекла…

Нарисованный гном медленно поднял голову и уставился на неё поверх очков.

– Ну вот, допрыгалась… – вздохнула Анна Пална, – А может у меня просто кофе испортился? Бывает же такое… от мухоморов там разных и плесени…

Гном обиженно поджал губы и вдруг произнёс:

– Не думал, что ты ядовитые грибы употребляешь.

– Ха! Теперь он ещё и разговаривает! – нервно пискнула Аня.

– Вообще-то, я здесь по делу. – гном поправил очки, – Есть работа, делов на пять минут. Оплата золотом.

– Золотом… конечно… – придурковато захихикала Анна Пална, – Не, не катит. Я потом с этим золотом что делать буду? В ломбард сдавать? Так меня там с ним и повяжут. Лучше на карту.

– Золото, есть золото. – наставительно произнёс гном, – Ты ж вроде умная?

– Видимо, не очень. Была бы умная, не разговаривала бы сейчас с календарём, а выучилась на технаря и сидела в соседнем кабинете. А ещё лучше – лежала бы в шезлонге на Бали.

– Сидеть, лежать… Других желаний у тебя нету, что ли? – буркнул гном. Анна Пална саркастически скривилась:

– Ты прав. Хочу пройтись босиком по песку, и чтобы тёплые морские волны едва касались ног, а ветер раздувал свободную тунику из индийского хлопка, расшитую люрексом… – она мечтательно подняла глаза к потолку.

– Я, между прочим, королевский архивариус, а не золотая рыбка. – гном сердито нахмурился.

– Ага. А я спящая красавица. Сча проснусь, погоди. – она ущипнула себя за руку. Не помогло. Тогда она ущипнула сильнее, так, что из глаз брызнули слёзы. Гном по-прежнему пялился на неё с календаря.

– Чёт не работает… – Анна Пална кисло улыбнулась, представляя, как будет рассказывать об этом психиатру, и с надеждой посмотрела на королевского архивариуса, – Слушай, гном… Уйди, а?.. По-братски прошу…

– О!.. Как невежливо с моей стороны! Я действительно гном, только не бородатый злобный упырь из тёмных подземелий далёких гор, помешанный на золоте, а нормальный, садовый. Меня зовут Медовик Легкоступ из Зелёного сада, я – архивариус Её Величества королевы Оливии, прибыл к тебе по её поручению!

– Пипец…

– Так что мне ответить королеве?

Аня была далеко не робкого десятка, но вероятность встречи с психиатром не казалась ей сильно привлекательной. Однако, говорящий гном с календаря выглядел сейчас вполне правдоподобно, и это была проблема. А проблемы Анна Пална привыкла решать, а не заметать, куда попало.

– Изыди, кусок торта! – уверенно-грозно рявкнула она на архивариуса. Гном на мгновение замер, вытаращив глаза от возмущения:

– Её Величество – мудрейшая из женщин, она предполагала, что мешка золота тебе будет мало, и ты начнёшь торговаться. Только у меня время заканчивается, очень трудно долго удерживать связь между мирами. Поэтому давай я сразу озвучу конечную сумму: три мешка с золотыми монетами – это много! Очень много! Это целая шкатулка, наполненная золотом под самую крышку! Нет, это даже не шкатулка, а маленький сундучок! – его глаза жадно засверкали, – И это – последнее наше предложение!

– Всё! До свидули! – Анна Пална, внезапно успокоившись, повернулась спиной к календарю. Засунув руки в карманы штанов и демонстративно похрустев шеей, она неспеша вышла из кабинета.

Когда Аня вернулась, календарь снова был самим собой – обычной няшной картинкой с датами. Анна Пална несколько раз с опаской бросала на него взгляды, гном больше появлялся. И она успокоилась, но банку с просроченным кофе на всякий случай выбросила. Впрочем, разговор с архивариусом никак не шёл у неё из головы. Весь вечер и половину ночи она зависала на форумах в поисках похожих историй. Нашла, и даже не одну. Но все они больше напоминали бред сумасшедшего. Аня задумалась: «Если бы я рассказала о говорящем гноме с календаря, то меня тоже приняли бы за психа… Но вот здесь кое-что есть…» – её зацепила одна из фраз, – «…жители разных миров могут общаться между собой не только при помощи отражающих поверхностей, но и используя для этого птиц, животных, рисунки, тексты и знаки…»

Подумав, она забила в строке браузера: где можно продать золотые монеты? Поисковик с ходу выдал несколько сотен ответов: «Бесплатная онлайн-оценка 24/7. Моментальная выплата на карту или наличными! Высокая рыночная цена. Филиалы с защитой.»

– Не то, чтобы мне сильно нужны были деньги… – Аня вздохнула, – Да чего уж там, нужны, конечно. Может я зря отказалась? Дел на пять минут и три мешка золота? Попахивает подставой… Интересно, а сколько монет в одном мешке? А вдруг золото фальшивым окажется?

И Анна Пална с азартом стала читать про то, как отличить золотую монету от подделки, потом про гномов, леприконов, эльфов, фей и всякую другую сказочную чепуху.

Утро отомстило будильником. Кое-как доплетясь до работы, она вспомнила, что выбросила вчера банку с кофе, и виновато улыбнулась, глядя на календарь:

– Кажется, кофе вчера был не при чём…

Нарисованный гном никак не отреагировал на её слова. Анна Пална прокашлялась и подошла ближе:

– Ау! Доброе утро!.. Чёрт, что я делаю? – удивилась она своему идиотизму и пошла к соседям клянчить растворимый кофе.

У соседей утро выдалось не менее тяжёлым. Начальник бюро, который обычно всегда был бодрым и готовым к работе, сидел в кресле, понуро уставившись в тёмное окно.

– Кофе угостишь? – с порога начала Аня, – Чё сидишь, как на похоронах?

– Так почти на похоронах и сижу. – он протянул ей банку, – Сейчас собрание будет, наш цех объединяют с другим, но берут не всех. Тебе сколько ещё до пенсии?

Анна Пална надула губы, напоминания про внезапно свалившийся на неё возраст ей были неприятны:

– Ещё не скоро. А что?

– А то, что раз возраст у тебе не предпенсионный, значит ты попадаешь под сокращение. И я тоже. – он вынул из ящика бутылку коньяка и открутил крышку, – Будешь?

Аня отрицательно мотнула головой, пол и так начал ходить под ней ходуном. Куда уж тут коньяк… Не торопясь, она заварила себе кофе и, сделав глоток, наморщилась:

– Ну и гадость! Начальник бюро, а кофе нормальный купить не может…

Походив по кабинету и мысленно прощаясь с ним, она вдруг подошла вплотную к календарю и постучала по нему пальцем:

– Тут-тук… Есть кто дома? – Анна Пална оглянулась, чтобы убедиться, что никто больше этого не видит, и продолжила тише, – Я тут подумала… Я даже не спросила вчера, а что надо делать?

Архивариус не появлялся. Вздохнув, Аня пошла на собрание, где представитель отдела кадров бодрым голосом сообщила, что нет никакой паники, это лишь формальность, и всех лишних сотрудников обязательно пристроят в другие цеха. «Но так, как здесь, уже не будет…» – Анна Пална с грустью собирала вещи, ей предложили место в облезлой каморке без окон и со старой мебелью. Она отказалась. С грустной улыбкой она сняла со стены календарь:

– Ну что, Медовик Легкоступ, поищем для нас новое место работы. Ты слышал про покидание зоны комфорта? Вот сейчас для этого – прям самое то! – Аня засунула календарь в сумку и в этот момент почувствовала едва уловимое дуновение ветерка рядом с собой. Она удивлённо повертела головой по сторонам и вдруг застыла. На её уже пустом рабочем столе лежал, скрученный в трубочку, листок бумаги. И минуту назад его точно там не было! Аня дрожащими руками развернула свиток, это была записка. Она была написана на желтоватой шершавой бумаге витиеватыми буквами. Анна Пална несколько раз пробежала текст глазами:

– «…дело глубоко личное и конфиденциальное. Я тебя встречу и провожу к Её Величеству. Завтра, в полдень, возле старой яблони в деревне Петушки, это в двух часах езды от тебя. Медовик Легкоступ…»

В отличии от нарисованного говорящего гнома, свиток был абсолютно реальным. Аня даже понюхала его и лизнула, чтобы убедиться в его существовании. Проснувшийся после длительного сна дух авантюризма, глушил адреналином и эйфорией голос разума. В общем, она твёрдо решила завтра поехать в эту деревню.

Деревня Петушки, кстати, тоже существовала. И действительно в паре часов езды на электричке.

– Не близко, однако… Спасибо, что в полдень, а не в полночь. – Анна Пална была легка на подъём. Когда-то в далёкой юности, она была в пионерах, и подобные мероприятия её не страшили и не останавливали. Поэтому, в половине двенадцатого следующего дня она уже шагала по заснеженной улице вполне обычной деревни. И тут за каждым забором были сады и яблони…

Аня остановилась и развернула свиток:

– …возле старой яблони… Старая, значит должна быть с корявыми толстыми ветками… Очень смешно! Прям, ржу не могу… – она оглянулась и поискала глазами похоже дерево, но нашла только местного жителя. Мужичок, находящийся в состоянии изрядного подпития, уставился на неизвестную, в лице Анны Палны:

– О!.. А ты кто? – он удивлённо качнулся в её сторону.

– Конь в пальто. – огрызнулась было Аня, но тут же, сообразив, сменила тактику, – Если мне нужна здесь самая старая яблоня, где её искать?

– Как это где? – мужичок от такого глупого вопроса раздул щёки и заломил шапку на затылок, – На участке у бабы Вари все такие!

– А это куда? – она повертела указательным пальцем, выбирая направление.

– Туда! Второй поворот и до конца. – мужик уверенно махнул рукой в обратную сторону и запоздало крикнул ей уже в спину, – А зачем тебе? Бабка-то наша с приветом! Или ты такая же?

– Да похоже такая же, с приветом… – Анна Пална, свернув на втором повороте, дошла до конца улицы. И вот тут она, наконец, увидела то, что искала. Небольшой бревенчатый дом, с кружевными занавесками на окнах и в окружении старых кряжистых яблонь. Сад был обнесён обычным штакетником, а возле калитки тусовалась бабулька в белом пуховом платке и вышитой телогрейке.

– Чего выглядываешь? Али ищешь кого? – прищурилась хозяйка, глядя на городскую.

– Ищу. – нахально ухмыльнулась Аня, – Медовик Легкоступ мне встречу назначил.

– Ишь ты! И приглашение есть?

Анна Пална протянула ей свиток в надежде, что баба Варя примет её за сумасшедшую и развернёт. И тогда она сможет с чистой совестью вернуться домой и заняться чем-нибудь полезным. «Например, посмотрю новый сериальчик.» Но хозяйка вдруг распахнула перед ней калитку:

– Ну, заходь! Легкоступ тебя уже дожидается.

Вдохнув поглубже для храбрости морозного воздуха, Аня зашла внутрь.

– Иди, иди, не боись! – прокомментировала баба Варя, – Видать, чёй-то серьёзное у них случилось, раз личного архивариуса она за тобой послала.

– Она? Вы с ней знакомы? – Анна Пална обернулась и посмотрела на бабульку. Ничего особенного, но от опытного дизайнерского взгляда не укрылись диковинные цветы, вышитые на телогрейке и внимательные весёлые глаза.

– Ты про Оливию? Лично нет. Но вот мать её я знала. Та ещё прохиндейка была, из наших, тутошних. Да ты иди в избу-то, а не стой столбом, замёрзнешь! Переодеться тебе надобно, прежде чем на ту сторону идти. Медовик тебе цельный мешок барахла приволок.

Аня вдруг заметила стоящего под одним из деревьев крохотного человечка! Он был ростом чуть выше её колена, в очках и с белой боцманской бородкой, в полосатом вязаном колпаке, красной тёплой куртке и ярко-зелёных штанах. На высоких сапогах из красной кожи блестели большие пряжки. У Анны едва не отвисла челюсть – это был настоящий живой гном! Архивариус церемонно поклонился и достал из кармана часы на цепочке:

– У тебя есть десять минут, чтобы переодеться. Поторапливайся, Её Величество ждать не любит!

Аня, не сводя с него глаз, быстро зашла в избу и стянула с себя лыжный комбинезон. На кровати были уже разложены вещи: длинная рубаха из тонкого хлопка ярко-жёлтого цвета; такие же панталоны – ниже колен, широкие, с кружевными оборками; зелёное шерстяное платье на шнуровке, вышитое жёлтыми и оранжевыми цветами; сапоги и ремень из рыжей кожи и тёплый плащ с капюшоном из плотного тёмно-зелёного сукна, подбитый короткой рыжей овчиной. Аня удивилась, но осталась всем вполне довольна.

– А что значит: её мать была из наших? – крикнула она хозяйке, натягивая рубаху.

– То и значит. Отсюдова она была, с этой стороны. Нашкодничала здесь, потому туда и перебралась. А там охмурила знатного вельможу, родила ему дочь и сбежала с любовником. Оливия-то, говорят, в отца пошла – красивая и умная, потому сам король её в жёны взял.

– Я готова… – Анна Пална, поджав губы, смотрела на своё отражение в зеркале: «Эх… мне бы скинуть лет двадцать или тридцать… А то я на цыплёнка-переростка в этой рубахе похожа.»

– Ну раз готова, то пошли. – баба Варя достала из буфета небольшой ключик и накинула платок на голову.

– Привратница! – гном вежливо кивнул головой хозяйке и сделал шаг в сторону от дерева, пропуская к нему хозяйку.

– Легкоступ! – церемонно кивнула в ответ баба Варя. И сразу же Аня увидела висящую в воздухе, в метре от земли, светящуюся замочную скважину. Вставив в неё ключик, старушка распахнула невидимую дверь. Впрочем, её контуры всё же были видны и напоминали движение воздуха.

– Следуй за мной. – архивариус важно посмотрел на Аню и направился прямиком туда.

– А как потом вернуться? – прошептала Анна Пална хозяйке.

– Сообразила, хвалю! – баба Варя хитро подмигнула растерянной путешественнице и вложила ей в руку небольшой клубок красных ниток, – Я вашу породу насквозь вижу, но ты, девка, хорошая. А я хорошим людям завсегда помочь рада. Заговорённый клубок ентот, выведет тебя отовсюду и любую дорогу найдёт. На той стороне сестрица моя привратничает. Мой клубок ей покажешь, она пропустит.

Глава 3. Королевский чёрный

Анна Пална, собравшись с духом и пригнув голову, осторожно прошла сквозь полупрозрачный дверной косяк и удивлённо выпрямилась. Прямо перед ней был точно такой же деревенский дом, зима и старые яблони в сугробах. Медовик уверенно топал по прочищенной дорожке к калитке. Аня на всякий случай обернулась – сзади неё была только старая кряжистая яблоня. Она бросилась догонять гнома и обомлела! За калиткой стояли самые настоящие расписные сани, запряжённые мохноногой гнедой лошадкой; на козлах дремал возничий. Архивариус, шустро запрыгнув наверх, замахал рукой своей нерасторопной спутнице, дескать: быстрей шевели ногами!

И Анна Пална, всё ещё не до конца веря, что она это делает, села на мягкую скамью.

– Во дворец! – архивариус строго прикрикнул на возницу, тот, всполошившись, тронул поводья, и сани пронеслись через всю деревню по дороге, уходящей через лес. Аню бросило в холодный пот. Лес вокруг был не такой, как она привыкла, а настоящий, дремучий, с огромными деревьями и сугробами по грудь. И дорога, по которой летели сани, была явно не асфальтированная, ни тебе дорожных знаков, ни фонарей с проводами. Только теперь до неё, наконец, дошло, какую глупость она сделала. «Может сказать, что я передумала?» – она покосилась на сидевшего напротив неё гнома. Архивариус, всё это время внимательно наблюдавший за ней, прекрасно видел её состояние:

– Не надо пытаться понять, просто прими это, как данность. Твой мир не один, миров множество. Есть похожие, есть сильно разные.

– Семьдесят два… Я читала об этом… – сглотнула комок страха в горле Анна Пална, натягивая на лицо улыбку, – Просто не ожидала, что увижу сама.

– Ты права! Путь до столицы неблизкий, я постараюсь ввести тебя в курс дела, пока мы едем. – гном закутался в толстый пушистый плед, – Твой мир похож на наш и одновременно очень сильно отличается. Мы заботимся о своих лесах и реках, стараемся беречь их. Поэтому не строим заводы и фабрики, не делаем машины…