Мыш и его Пёс

После того, как губернатор вместе с телохранителями встретился с Латимором и Жюлем, Шепард решил выполнить давно задуманное и подозвал к себе Эдгара. Он сделал это в присутствии Флая, заранее заручившись обещанием того, что он не позволит его загипнотизировать.

– Юджин привозил меня к тебе тогда, чтобы ты меня загипнотизировал, ведь так? – заговорил Шепард. – И ты не думай, мне Юджин сам признался. Он потом рассказал мне про какого-то парня, я его смутно помню, что будто бы он работал на правительство, а я случайно узнал лишнее.

– Так и было, – ответил Эдгар.

– Но я ведь вместе с этим всем забыл ещё и женщину. Так?

– Может быть.

– Не может быть, а ты знаешь, так это или нет!

– Хорошо, – кивнул Эдгар. – Да, женщину вы тоже забыли.

– Значит, она мне не приснилась…

– Не приснилась. Это всё, что вы хотели у меня узнать?

– Как её звали? Ты же знаешь, я почему-то уверен.

– Алиша, – вздохнул Эдгар.

– Алиша, – повторил Шепард. – Блондинка старше меня, так? Красивая. Умеет стрелять, да? Носит с собой оружие?

– Да.

– И у меня с ней что-то было?

– Возможно. Я при этом не присутствовал.

Флай не смог сдержать улыбку.

– А ты не смейся! – обиженно проговорил Шепард. – Это не тебя заставили забыть часть жизни.

– Что-то ещё? – спросил Эдгар.

– Ты что-нибудь знаешь про неё?

– Зачем вам эта информация? Вы ведь, как я понял, решили остаться в Нэжвилле? Она сюда не приедет. Это я вам обещаю.

– Значит, знаешь. Не скажешь?

– Нет, не скажу. Это секретная информация.

– Даже королю не скажешь?

– Нет. Даже королю.

– А мы тебя потеряли, Эдгар! – в комнату заглянул Юджин.

– Меня тут господин личный охранник его величества допрашивает, – проговорил Ларсон.

– Нас обвиняют в заговоре? – улыбнулся Феникс.

– Я всего лишь хотел узнать про Алишу, – ответил Шепард. – То, что вы заставили меня забыть.

– Ах, вот оно что, – улыбка Юджина стала натянутой. – Алиша работает на губернатора. Она что-то вроде секретного агента. Тебе нельзя было знать то, что ты узнал. Вот и всё.

– Ты же говорил, что тот парень был агентом.

– Они оба. Они брат и сестра.

– Вот это да, – присвистнул Шепард.

– У нас не было другого выхода, – сказал Юджин. – Прости, Шепард. Но она… ты ей нравился. Алиша сожалела о том, что вам пришлось расстаться.

Вскоре в Нэжвилль прибыл хуанди Сереса Фэн Консан. Темноволосый с аккуратными бородкой и усами, он был одет в пышное одеяние с вышитыми драконами. Общался с королём Нэжвилля он через переводчика, который говорил на языке нортов с акцентом, забавно смягчая все согласные. Хуанди преподнёс Флаю фигурку дракона, сделанную из нефрита. По словам Консана, это был очень ценный камень, самый дорогой в Сересе. Хуанди пожелал, чтобы этот дракон охранял короля и его государство.

Затем буквально друг за другом приехали представители кланов Ямато. Человек из клана Осима подарил Флаю длинный чуть изогнутый меч, а айни из клана Нагаи преподнёс королю одеяние из чистого шёлка, на что Фэн Консан не без ехидства заметил, что ткань эта была, скорее всего, куплена в Сересе.

Теперь коронацию ничто не задерживало.

Церемония должна была состояться в полдень, и Флай думал только об одном: чтобы у него не отказали ноги в самый ответственный момент. Парадный костюм был ярко бирюзового цвета и состоял из атласного жакета, бриджей, синих туфлей и плаща в тон жакету и бриджам. На шее висела та самая цепочка с синим сапфиром, по которой когда-то Шарль Свит и определил, что мальчик, найденный им в пещере, был принцем крови.

– Ты ведь будешь рядом? – спросил Флай Шепарда, который тоже нарядился в специально сшитый для него костюм чёрного цвета.

– Конечно, я буду рядом, – ответил амарго. – Я ведь обещал это тебе. И я буду рядом, не потому что я твой охранник, а потому что мы друзья.

– Спасибо, – улыбнулся Флай. – Идём.

В тронном зале все ждали только его. Там собрались делегации из всех государств, а также все придворные. Капитан Латимор с сестрой и Жюлем тоже были в зале. Флай и Шепард уже подходили к залу, когда к ним подошёл один из охранников и с поклоном проговорил:

– Ваше величество, простите меня, но этот человек убеждал меня в том, что это важно и что вам грозит опасность.

– Какой человек? – спросил Флай.

– Тот, кто находится в комнате наверху.

– Жак?

– Да.

– И что же он сказал?

– Будто бы во время коронации слуга, который подаст вам вино, на стороне заговорщиков. И будто бы в вине будет какое-то зелье.

– Я займусь этим, – сказал Шепард. – А ты иди. Я быстро с этим разберусь. Обещаю, что когда тебе подадут чашу с вином, зелья в нём не будет.

– Хорошо, – кивнул Флай, очень надеясь на то, что его голос не дрожал.

Шепард проводил его до тронного зала, там нашёл взглядом Эдгара и жестом позвал подойти. Ларсон очень удивился, но всё же подошёл.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Сейчас не время и не место надеяться на случай, а ты же у нас гипнотизёр, – ответил Шепард.

– Ну … да…

– Возможно, Мышонку, то есть королю угрожает опасность. Надо срочно проверить и ликвидировать.

– Что от меня требуется?

– Идём.

Шепард повёл Эдгара в соседнюю комнату. Именно там находились слуги, участвовавшие в церемонии. Амарго сразу увидел того, что стоял рядом с бутылкой вина и пустой чашей. Судя по шуму за стеной, церемония началась.

– Вот этот, – Шепард показал на слугу. – Давай поговорим с ним.

– Что надо узнать? – спросил Эдгар.

– Пусть скажет, что в вине. Или в чаше.

– Ты его имя не знаешь? С именем всегда проще.

– Так… сейчас… – Шепард задумался. – Его зовут Понс.

– Понс, – позвал Эдгар норта. Тот встретился с ним взглядом и замер. – Я буду задавать тебе вопросы, а ты будешь отвечать. Хорошо, Понс?

– Да.

– Что содержится в вине?

– Ничего.

– А что содержится в чаше?

– Какой-то порошок.

– Кто тебе его дал?

– Господин Леруа.

– Спроси, который из, – подсказал Шепард.

– Какой именно Леруа?

– Симон.

– Но он же в тюрьме! – удивился амарго.

– Каким образом он тебе его передал?

– Сам лично.

– Когда?

– Давно.

– И что он тебе сказал?

– Что я должен буду так поступить на коронации Фарлея, если она состоится.

– Ясно, – проговорил Шепард. – Продержи его так ещё. Я пойду помою эту чашку и верну.

– Постой, – остановил его Эдгар. – Разве вы не хотели бы узнать, как оно действует? Лучше высыпите этот порошок куда-то, а потом уже помойте чашу.

– А ты прав, – улыбнулся Чен. – Я быстро.

Схватив чашу, он поспешил в королевские покои. Там он пересыпал содержимое в кружку, спрятал её под кровать, затем тщательно вымыл чашу, вытер и вернулся в комнату рядом с тронным залом. Там он поставил её на место.

– А теперь пусть этот подонок забудет о нашем разговоре, – сказал Шепард Эдгару.

– Я понял, – кивнул Ларсон.

Церемония была в разгаре, когда Флай увидел вернувшихся в тронный зал Шепарда и Эдгара. Амарго подошёл к нему и тихо шепнул:

– С вином всё будет в порядке. Пей, не бойся.

Флай кивнул. Вскоре ему преподнесли церемониальную чашу. Мышонок, не задумываясь, выпил её содержимое. Он видел, что в глазах слуги, который подавал чашу, мелькнуло что-то странное, но Флай не показал виду и вернул ему чашу. Вино было терпким на вкус. Мышонок улыбнулся. Два стражника в парадной одежде внесли в зал корону, лежащую на алой бархатной подушке. Подойдя к Флаю, они оба встали на одно колено и протянули ему подушку. Тот принял у них корону и надел на себя. К удивлению Флая, она была лёгкая с совсем маленькими камушками. Король надевал её только на важных государственных приёмах. Всё остальное время она хранилась в сокровищнице.

– Да здравствует король Фарлей Белоснежный! – крикнул Гвендаль Тар. Все остальные подхватили этот крик. Церемония завершилась.

Всех гостей пригласили в большой обеденный зал, где начался пир.

– Так что было с вином? – спросил Флай, наконец, имея возможность подойти к Шепарду.

– В чаше был какой-то порошок, – ответил тот. – Он сейчас в кружке у тебя под кроватью.

– Где? – Мышонок едва не подавился перепелиным мясом, которое он ел.

– А куда я должен был его ещё спрятать? У меня и времени-то не было.

– Зачем ты вообще его спрятал? Почему не выбросил?

– Я хотел. Но этот странный Эдгар посоветовал спрятать и проверить действие.

– На ком?

– Ну, может, на этом слуге, Понсе… Кстати, где он?

– Слуги, принимавшие участие в коронации, должны унести все предметы. Они же не прислуживают за обедом.

– Шепард нам всё рассказал, – проговорил Латимор, подходя к королю.

– И что делать? – спросил Флай.

– Надо подождать реакцию, – еле заметно улыбнувшись, ответил капитан.

– Вы улыбаетесь, потому что я сам не могу ничего решить, да?

– Нет, потому что вы мне доверяете. Я этому рад, ваше величество.

– Откуда Жак мог это узнать? – задумался Флай. – Это ведь он попросил предупредить меня.

– Позвольте нам с сестрой поговорить с ним?

– Да, поговорите.

Капитан и Грейс удалились. К Флаю подошёл хуанди Сереса Фэн Консан с переводчиком.

– Ваше величество, позвольте поговорить с вами?

– Да, конечно, – кивнул Флай с улыбкой.

– Вы уже задумывались о женитьбе?

– О чём?

– О женитьбе, – повторил переводчик.

– Нет.

– Но ведь когда-то вам придётся подумать об этом.

– Возможно, но не сейчас.

– Почему же? Ваша старшая сестра долго не подпускала к своему ложу мужчин, а когда допустила, этот человек не подарил ей наследника, а после погиб. И затем она не вышла замуж во второй раз, и это привело к тому, что у Нэжвилля не было бы наследника, если бы у королевы не было младшего брата. У вас нет братьев и сестёр. Если, конечно, не считать ярла Рагнара, который с радостью бы заполучил Нэжвилль. Или вашего наместника господина Тара… Что же будет, если вы так и не подарите Нэжвиллю наследника?

– Почему я должен думать об этом сейчас? – отозвался Флай. – Мне ещё так мало лет.

– Я желаю вам долгих лет жизни, ваше величество Фарлей, но ваш отец погиб молодым. Ваша сестра умерла, не дожив до преклонных лет. О наследнике нужно позаботиться как можно раньше, дабы не пожалеть потом.

– Я так понимаю, вы мне кого-то предлагаете.

– Да, – Фэн Консан улыбнулся, и переводчик последовал его примеру.

– И кого же?

– Мою племянницу. Тинг Шун.

– Послушайте… Но почему я не могу выбрать в жёны девушку из Нэжвилля?

– Потому что брак, который я вам предлагаю, политический. Он укрепит связи между нашими государствами. Не так давно мы вступили в отношения мира с шоносаром. Ради этого я взял в жёны девушку-сарби. Она стала моей второй женой.

– Второй? – удивился Флай.

– Да, в Сересе позволено иметь больше одной жены. Так вот теперь мы не враждуем с сарби, и более того, через их территорию проходит торговый путь, по которому в вашу страну везут наш шёлк.

– Я это знаю. Про шёлк. И про то, что сарби ни вам, ни нам более не враги. Почему мне тогда не взять в жёны девушку из Фейсалии или Сверигии? Или сарби… Или из Ямато. Почему именно вашу племянницу?

– Ваши отношения со Сверигией строятся на другом. Серебряные шахты. Амир Фейсалии уже преподнёс вам в подарок наложницу, ведь так? Не думаю, что в их стране, где женщины не имеют право слова, захотят связать вас с собой именно таким способом. Остаются сарби, айни и мы. Я взял в жёны девушку-сарби, подтвердив наш мирный договор. Главы кланов Ямато даже не приехали лично, чтобы присутствовать на вашей коронации. Не думаю, что они так сильно заинтересованы в дружбе в Нэжвиллем. Остаётся Серес. Я ни в коем случае не навязываю вам своё мнение, ваше величество. Я всего лишь хочу пригласить вас в гости. С ответным визитом. В Сересе вы познакомитесь с моей племянницей Тинг. А там посмотрим. На ответный визит вы ведь согласитесь? Не обидите меня отказом?

– Соглашусь, – ответил Флай.

– Это чудесно, ваше величество, – снова заулыбался Консан.

– Чего он хотел? – спросил Шепард, когда хуанди отошёл в сторону.

– В гости звал, – ответил Мышонок.

– Это куда, в Серес?

– Ага.

– И что ты?

– Согласился.

– Это ж невесть где!

– Он же приехал. Невежливо отказывать.

В обеденный зал вернулся Латимор с сестрой.

– И что там Жак? – спросил Шепард.

– Утверждает, что ему обо всём рассказала мама, которая приходила повидаться с ним, – ответил капитан. – А она будто бы узнала от самого слуги, который и должен был подсыпать зелье в чашу с вином.

– Может, конечно, всё так и было, – сказала Грейс. – Но лично мне этот Жак никакого доверия не внушает.

– Он спас меня, – проговорил Флай. – Мог бы и не делать этого.

– Мы ещё не знаем, что это был за порошок, – сказал Латимор.

– А как теперь узнаем? – спросил Мышонок. – Не заставлять же кого-то его пить?

– В любом случае надо подождать, пока семья Леруа отреагирует на то, что с вами всё в порядке после коронации, – ответил капитан.

– И чего мне ждать? Новых трупов слуг или мышей?

– Мне кажется, речь идёт уже о вашем трупе, ваше величество.

–Я сам хочу поговорить с Жаком, – вдруг проговорил Флай.

– Зачем это? – спросил Шепард.

– Пойдём со мной, узнаешь.

И Мышонок уверенно направился к выходу из обеденного зала. Амарго поспешил за ним. Жак сидел на скромной кровати, которая представляла собой единственный предмет мебели в карцере. Увидев короля, он встал и поклонился.

– Ты знаешь, что это было за зелье? – спросил Флай.

– Могу догадаться, – ответил Жак.

– И?

– Зелье правды.

– Что это значит?

– Медленный яд, по всей видимости. Мне дали зелье правды, чтобы я подмешал его в питьё королевы Анабель. Меня убедили, что это зелье заставит её поступить по справедливости. Когда королева Анабель слегла, я понял, что это был яд, но меня продолжали убеждать в том, что это так действует зелье правды. Что теперь-то она будет наказана за всё то зло, которое она причинила людям. Я пытался поверить в это, но у меня не особо получалось. Думаю, что теперь его хотели преподнести вам, раз вы не отреклись от престола до коронации.

– Слуга… Понс, который должен был дать мне его, знал о том, что убивает меня?

– Да. То есть… ваше величество… я виноват, что не сдал вам его раньше. Я не знал, кто из слуг ещё работает на Леруа. Знал, что кто-то должен, но не знал кто. В замке так много слуг и проверять каждого было бы странным, ведь так? Но я уверен, что он знал.

– И что он теперь будет делать? Как быстро действует этот яд?

– С королевой Анабель первые приступы недомогания случились в тот же день. Если у вас их не будет, то вас попытаются убить другим способом.

– Почему ты решил предупредить меня?

Жак пожал плечами.

– Так почему? – настаивал Флай.

– Потому что я не хочу вас убивать, ваше величество.

– Они никогда не остановятся? – покинув карцер, спросил Мышонок.

– Ты меня спрашиваешь? – отозвался Шепард. – Знаешь, мне кажется, король – это такая должность… Всегда найдётся кто-то, желающий либо заполучить это место, либо ещё что.

– То есть жить как на войне? Всегда? Не уверен, что я смогу.

– Тогда надо было отрекаться до коронации. Сейчас уже поздновато.

– Пойдём.

– Куда теперь?

Флай направился в свои покои. Там он залез под кровать и достал кружку с порошком.

– Что ты хочешь с этим делать? – спросил Шепард.

– Притащи мне от Жюля какую-нибудь пустую склянку. У него ведь есть.

– Я не оставлю тебя сейчас одного.

– Ладно, – вздохнул Флай. – Давай вместе.

Жюль очень удивился, но отдал Мышонку пустой пузырёк. Флай осторожно пересыпал в него содержимое кружки и закрыл пробкой. Затем отдал кружку Шепарду.

– Помой её, пожалуйста. Или выброси, – попросил он.

– И что ты будешь делать с пузырьком? – поинтересовался Жюль.

– Сохраню.

– Зачем?

– Вдруг пригодится. Зелье правды всё-таки.

– Зелье правды? – не понял Жюль.

– Да, – и Флай повторил ему слова Жака.

– Ты осторожнее с этим зельем, – сказал знахарь.

– Я вот тоже не совсем понимаю, зачем тебе яд, – проговорил Шепард.

– Пусть будет, – ответил Флай. – А ещё, Чен, научи меня драться.

– Чего?

– Драться научи. Стрелять я умею. Может не так метко, но в упор точно не промахнусь. А вот драться совсем не могу.

– Хорошо. Научу. Только…

– Что?

– У тебя есть я. Зачем тебе драться?

– Затем, чтобы у тебя была возможность оставлять меня одного. Шарлотта была права, когда говорила про первую брачную ночь.

– Ты собрался жениться?

– Когда-нибудь это произойдёт. Но дело даже не только в этом. Я король и должен уметь постоять за себя. И я не хочу дрожать как осиновый лист в ожидании, что меня сейчас придут убивать.