- -
- 100%
- +
Небо заслонило лицо Шепарда, а затем амарго уселся рядом.
– Долго тут валяться будешь, твоё величество?
– Сколько захочу, столько и буду, – ответил Флай.
– То есть мы делаем привал?
– Да.
Шепард махнул рукой остальным. Когда Мышонок узнал, сколько с ними поедет стражников, он сначала удивился, а потом возмутился. Ему казалось, что даже тех четверых, которые сопровождали его на юг Нэжвилля, было многовато, а сейчас ему предлагалось взять с собой десятерых. Флай был уверен, что с ним ничего не случится, пока рядом Шепард, Латимор и Жюль, и не считал, что нужно ещё и такое количество стражи, поэтому он сократил её число вдвое. В итоге в далёкий путь до Сереса с королём отправились его личный телохранитель Шепард, его советник капитан Латимор, его личный лекарь Жюль Леруа, наложница Джунам, секретарь Жак Солаль, пять стражников и двое слуг, одного из которых звали Понс, а второй по имени Базиль служил поваром. Понс был именно тем слугой, кто работал на семью Леруа, оказавшихся родственниками Жюлю. Эта семья под предводительством Симона, который сейчас отбывал наказание в тюрьме, организовала заговор против короля. И именно эта семья была виновна в смерти королевы Анабель. Понс был тем, кто совершил попытку отравить Флая во время коронации, подсыпав в церемониальную чашу так называемое зелье правды, которое должно было заставить его поступить по справедливости, то есть умереть, отдав трон Леруа потомкам древнего рода Вильмонтов, когда-то бывших у власти. Понс не догадывался о том, что король неслучайно взял его с собой в путешествие до первого привала, во время которого Флай поручил Понсу пробовать всю его еду, дабы она не оказалась отравлена. Шепард, сидевший рядом, только усмехнулся. Теперь Базиль подавал его величеству кушанье, Понс пробовал его на глазах у короля и его охранника, а затем уже к трапезе приступал и сам Флай.
– Скоро вечер, – сказал Шепард.
– И что?
– А то, что мы уже дальше не пойдём. Я к тому, что в следующий раз давай не будем делать привал так рано. Ты сам растягиваешь дорогу. До Сереса и так ещё ехать и ехать.
– Ладно, – улыбнулся Флай. – Я понял. Я просто траве обрадовался. Разве она не чудесная? А как пахнет! И цветы. Ты видел цветы?
– Видел.
– Они же красивые.
– Ну, красивые.
– Да ну тебя! – Флай сел, нашёл взглядом Джунам и подозвал к себе. Девушка покорно пришла на зов.
– Да, ваше величество, – улыбнулась она.
– Тебе нравятся цветы?
– Конечно, – улыбнулась Джунам.
– Правда, они здесь очень красивые?
– Да, очень.
– Вот! – Флай бросил взгляд на Шепарда.
– Я займусь шатром, – вздохнул амарго.
По старой традиции, если король отправлялся в дальнюю дорогу, он брал с собой лёгкий шатёр, который мог бы укрыть его от дождя и чужих глаз во время ночлега. Флай распорядился взять два таких шатра. К счастью, они были не тяжёлыми. В одном спал он сам с наложницей и Шепардом, а другой предназначался для Латимора и Жюля. Слуги и стражники спали под открытым небом. Им же необходимо было следить за лошадьми и охранять стоянку.
– Ты видела такие цветы раньше? – спросил Флай.
– Нет, ваше величество, – ответила Джунам. – В Фейсалии другие цветы.
Вдруг Мышонку показалось, что вдалеке он слышит какие-то звуки. Он обернулся и замер.
– Это журавли, – заворожённо проговорил он.
– Кто? – не поняла Джунам.
– Журавли. Такие большие и красивые птицы. Смотри.
До них снова донеслось протяжное курлыканье. Журавлей было двое. Они встали друг перед другом, высоко подняв клювы. Вдруг один из них сделал шаг в сторону и пошел по кругу. Затем птицы снова стали напротив друг друга. Одна подпрыгнула в воздух, широко расправив крылья, вторая сделала то же самое.
– Что они делать? – удивлённо спросила Джунам.
– Танцуют, – ответил Флай. – Им сейчас очень хорошо. Они радуются.
Птицы продолжали свой танец. Поднявшись в воздух вдвоём, они немного пролетели над землёй, затем опустились в траву, сложили крылья и пошли дальше, время от времени находя что-то съестное.
– Это мальчик и девочка? – спросила Джунам.
– Да, – улыбнулся Флай.
– Красиво.
– Очень красиво.
Мышонок поднялся и зашагал к Шепарду, который уже закончил устанавливать шатёр. Джунам пошла за ним.
– Ты это видел? – спросил Флай.
– Что?
– Журавли танцевали.
– Видел, – кивнул амарго.
– Красиво, правда?
– Я посмотрю, что там Базиль готовит. Охотиться надо, наверное. Еду искать нормальную.
Бросив взгляд на повара, Шепард подозвал одного из стражников по имени Рауль, и они вдвоём отправились в ближайший перелесок в надежде подстрелить какую-нибудь дичь. Флай вздрогнул, когда услышал выстрел.
– Это они охотятся, ваше величество, – проговорил подошедший Жак. – Вы не пугайтесь. Наверное, нашли зайцев. Или куропаток каких-нибудь.
– Зайцев, – повторил Флай. Раздался второй выстрел.
– Вам их жалко? Но вы же едите мясо.
– Что-то не так, – сказал Мышонок. В этот момент снова прозвучал выстрел.
– В каком смысле не так, ваше величество?
– Не знаю. Там, куда они пошли. Там что-то не так.
Флай направился в сторону деревьев.
– Стойте! – Жак бросился за ним. – Эй, стража! Сюда! Не видите, король решил прогуляться?
Двое нортов тут же поспешили за Флаем и Жаком. Вскоре им навстречу вышел Шепард. В одной руке он держал подстреленную им птицу. На его лице застыло странное выражение.
– Что случилось? – испуганно спросил Мышонок.
– Рауль мёртв.
– Как это?
– Он там, – Шепард махнул в сторону, и стражники бросились туда.
– Что с ним случилось? – спросил Жак.
– В него кто-то выстрелил. В голову.
– Кто?
– Не знаю. Мне показалось, что там кто-то был, но…
– Сколько раз вы стреляли, господин Шепард? – задал вопрос подошедший Латимор.
– Два.
– Чей выстрел был третьим?
– Я думал, что Рауля.
– Одним выстрелом вы убили птицу, а вторым?
– Хотел убить другую птицу.
– Могло быть так, что вы не заметили, что там был Рауль?
– Нет! – воскликнул Шепард. – Даже не смейте думать, что это я его убил!
Латимор молча пошёл туда, куда убежали стражники.
– Ты-то понимаешь, что это не я? – проговорил Шепард, глядя в глаза Флаю.
– Конечно, не ты, – ответил Мышонок.
Амарго отдал Базилю тушку птицы и сел перед шатром. Латимор вернулся довольно быстро. Подойдя к Шепарду, он проговорил:
– Третий выстрел принадлежал Раулю. Он сам стрелял из своего пистолета. И если он не покончил с собой, то его убили вы.
– Я этого не делал! – Чен поднялся. – Я не слепой!
– Тогда, выходит, с вами был кто-то третий?
– Выходит, да. Или он сам себя пристрелил.
– Рауль выглядел как человек, готовый вот так вдруг покончить с собой?
– Конечно, нет! У него жена в Нэжвилле. И сын. Я же сам стражников отбирал.
– То есть там был кто-то третий, но вы его не видели? По-вашему, это правдоподобно звучит?
– Нет.
Между тем стражники принесли тело Рауля. Жюль осмотрел его и со вздохом проговорил:
– Он умер мгновенно. Не мучился совсем.
– Я его не убивал, – тихо сказал Шепард.
– Я тебе верю, – проговорил Флай, подходя к нему.
– Надо его похоронить, – сказал Латимор.
– Я его не убивал, – повторил амарго. Капитан промолчал.
– Не понимаю, – произнесла Джунам. Всё это время она растерянно смотрела на происходящее.
– А чего тут понимать? – отозвался Шепард. – Либо кто-то надо нами всеми издевается, либо… – фразу он не закончил.
– Шеп, ты думаешь, что был кто-то третий? – спросил Флай.
– Возможны только три варианта. Первый: его случайно пристрелил я. Второй: он за каким-то покончил с собой. Третий: его убил другой человек, причём из его же собственного оружия. То есть сначала отобрал у Рауля, у стражника короля, оружие, а потом застрелил. Любой здравомыслящий человек согласится с первым вариантом.
– Но ты же говоришь, что ты не мог.
– Я говорю. Да. Я в этом уверен. Я из рода охотников. Если я стреляю, то я знаю, куда я стреляю. Да, я могу промахнуться, если зверь окажется слишком шустрым, но случайно убить человека – нет.
– Значит, остаются второй и третий варианты, Шеп.
– Я бы второй отбросил. Не мог Рауль. Просто не мог.
– Получается, что кто-то был там с вами. И это кто-то чужой. Все ведь были здесь. И Понс, и Жак.
– Да они не смогли бы оружие отобрать. Тот, кто это сделал, хорошо обученный воин. Этой ночью я спать не буду. Он ведь может вернуться.
– Так и я не усну.
– Тебе как раз надо спать. И…спасибо.
– За что?
– За то, что ты мне веришь.
– Как же может быть иначе? – улыбнулся Флай. – Джунам, ты ведь тоже веришь Шепарду?
– Да, – кивнула девушка.
– Спасибо, – его губ коснулась лёгкая улыбка. – Вы два наивных идиота. Но сейчас я этому рад.
Ночью Шепард действительно не спал. Он сидел у входа в шатёр и смотрел на горящий костёр, вслушиваясь в звуки степи. Из шатра выглянула Джунам.
– Прости, – прошептала она.
– Чего не спишь?
– Я… надо… отойти, – девушка смутилась.
– Иди, – хмыкнул Шепард. – Только недалеко.
Он чуть было не добавил: что б я видел, но вовремя остановил себя. Джунам быстро вернулась и скрылась в шатре. Через какое-то время к нему подошёл Латимор.
– Давайте я подежурю, – предложил он. – Поспите хоть немного.
– Нет, – помотал головой Шепард.
– Ну, то, что вы сейчас страже не доверяете, я понимаю. Но неужели вы считаете, что я не смогу остановить человека, если он захочет добраться до короля?
– Вы же мне не доверяете. Почему я должен доверять вам?
– Я вам доверяю. Во всём, что касается охраны короля. Я знаю, что вы сумеете его защитить. Знаю, что вы готовы отдать за него жизнь. Но я также считаю вас ещё не совсем опытным и вспыльчивым. Идите спать, Шепард. Не думаю, что королю понравится, если вы завтра уснёте в седле.
– Разбудите меня через час, – пробурчал Чен и залез в шатёр.
Латимор разбудил его не через час, а через два, на что услышал возмущённое бормотание Шепарда, перемежающееся с солёными морскими словечками. Никак на это не прореагировав, капитан ушёл в свой шатёр. Зевнув, Чен снова уставился на костёр. Вскоре он услышал шорох. Оказалось, что к нему подошёл Жак.
– Чего тебе? – спросил Шепард. Он не доверял Жаку. Не доверял совсем. Амарго не верил, что мальчишка мог вот так вот резко исправиться. Ещё вчера он готов был отравить слугу короля, а сегодня уже служил ему верой и правдой. Шепард считал, что так не бывает.
– Знаешь, я тебе верю, – проговорил Жак.
– Мне-то что?
– Я думаю, что нас может преследовать кто-то из Леруа.
– Среди них есть такие, кто может отобрать у стражника оружие?
– Они же колдуны.
– Они. Я думал вы. Ты же такой же.
– Я ничего не умею. Вообще ничего.
– Кроме как врать.
– Врать все умеют. Кто-то больше, кто-то меньше. Я понимал своего зверька, лиса. И всё. Больше ничего не мог из того, на что способны Леруа.
– И как же, ты думаешь, этот человек мог отобрать у Рауля пистолет?
– Так заколдовав же!
– Заколдовав. Я бы понимал, если бы кто-то из них применял гипноз…
– Чего?
– Неучи вы тут все, – вздохнул Шепард. – Даже про гипноз не знаете. А он ведь известен с давних времён, я специально читал. В замке книгу брал в библиотеке. Так что или так, или это был настоящий воин.
– Я не знаю воинов среди Леруа, – проговорил Жак.
– Тогда иди спи.
– Я хочу помочь.
– И как?
– Не знаю.
– Тогда вали отсюда.
Шепард просидел перед королевским шатром до самого утра. Ничего необычного не произошло. Позавтракав, путешественники собрали вещи и двинулись в путь. Шепард спиной чувствовал, как на него смотрели стражники. Все четверо были уверены, что Рауль погиб от его руки. Латимор считал точно так же. Что думал Жюль, Шепард не знал. Спрашивать не хотелось, а вид у знахаря был совершенно несчастный, словно его что-то мучило. Амарго догадывался, что Жюль, скорее всего, хотел ему верить, но и оспаривать мнение капитана ему было тяжело. Что было в голове у Понса, Шепарда сейчас почти не волновало. Пока этот слуга не предпринимал никаких попыток добраться до короля и регулярно пробовал всю его еду, амарго он не интересовал. Флай, Джунам и Жак были на его стороне. Первые двое по наивности, а последний из веры в страшную силу семьи Леруа. Сам Шепард был абсолютно уверен в том, что Рауля убил кто-то со стороны. Кто-то, возможно, следивший за ними. И, скорее всего, сильный воин. В колдовство Чен, конечно, верил, особенно после случая с собственным усыплением и с тем, что о грозящей опасности Флаю рассказала собака, но предположить, что пистолет у Рауля отобрали с помощью колдовства, ему было трудно.
– Мы едем по другой дороге, – вдруг проговорил Жюль.
– Ты сравниваешь этот путь с тем, по которому мы шли, когда были здесь? – спросил Латимор.
– Да.
– Но тогда наша дорога пролегала из Фейсалии, а не из Нэжвилля. Мы ехали чуть южнее.
– Я думал, что дорога всё равно одна в итоге. Та, по которой идёт шоносар.
– Судя по карте, мы скоро выйдем на неё.
– И догоним шоносар? Он идёт медленнее. И у них должна быть большая стоянка, пока пастбища ещё полны травы.
– Скорее всего, – кивнул капитан.
– Я был бы даже рад, – улыбнулся Жюль. – В шоносаре было много хороших людей. Их шаман Сагдай, например. Или его помощник Донир.
– Шаман? – переспросил Флай.
– Да, – ответил Жюль. – Очень хороший. Он был на нашей стороне.
– А что там впереди? – вдруг задал вопрос Мышонок.
– Где? – не понял Жюль. – Там же только степь.
– Нет. Там впереди люди. Очень много людей.
– Сейчас я посмотрю, – Латимор достал карту. – Верно. Там, ближе к северу, есть поселение. Но мы движемся на восток, и нам нет особой нужды заходить в это поселение. Впереди будет река, и мы сможем пополнить запасы воды. И с едой, я уверен, у нас тоже проблем не возникнет. Мы уже бывали здесь, и охота ещё никогда нас не подводила. К тому же, – капитан сделал паузу, – среди нас есть охотник.
– Хотите сказать, что доверите мне ещё раз пойти на охоту? – отозвался Шепард.
– Да, и на этот раз с вами пойду я сам, – ответил капитан.
– Значит, мы не поедем в это поселение? – спросил Флай.
– А зачем нам туда? – сказал Латимор. – Мы представления не имеем, как местные отнесутся к нашему появлению.
Вдруг послышался женский крик. Флай обернулся на Джунам и увидел, что девушка лежала на земле рядом со своей лошадью и держалась за ногу. Оба, Шепард и Флай, спрыгнули с лошадей и бросились к Джунам. За ними последовал Жюль.
– Ничего, – сказала девушка. – Хорошо. Ничего плохо. Я хорошо.
Хотя выражение её лица говорило об обратном.
– Дайте, я посмотрю, – Жюль склонился над Джунам. Едва он дотронулся до её ноги, девушка взвизгнула и застонала. – Я не уверен… но лучше… сейчас…
Очень быстро Жюль нашёл палку, отломал от неё кусок нужного размера и привязал к ноге девушки, а затем сделал всё, чтобы снять боль.
– Но не думаю, что она сможет нормально ехать верхом, – заключил Жюль.
– Я могу, – ответила Джунам и даже собралась залезть на лошадь. Но Шепард не дал ей этого сделать.
– Сама ты не поедешь, – сказал он.
– Повозка бы не помешала, – проговорил Флай. – Хотя бы временно. Мы могли бы купить её в том поселении.
– Хорошо, – вздохнул капитан. – Поехали.
– Как называется это поселение? – спросил Мышонок.
– На карте указано, что здесь живут сивары. Это один из народов, который был завоёван шоносаром и теперь платит им дань. Каждый год юноши из сиваров пополняют число воинов небесного шоно. Я узнал об этом, когда мы сами жили в шоносаре.
Джунам ехала теперь, сидя на коленях у Шепарда. Было видно, что девушка с трудом сдерживается, чтобы не застонать.
– Ей должно было стать легче, – растеряно проговорил Жюль. – Не понимаю, почему ей так больно.
– Может, это перелом? – предположил Латимор.
– Может быть, хотя скорее похоже на вывих. Но даже если перелом, я ведь… Артур… я же снял боль…
– Наверное, ты устал, Жюль.
Знахарь не ответил.
Поселение сиваров было скрыто от посторонних глаз небольшим перелеском и располагалось в низине недалеко от небольшого оврага. Вдали виделась река, которая если верить карте, носила название Исиль. Поселение было небольшим, дворов сорок-пятьдесят. Все дома были маленькими и деревянными. Появление такой большой группы всадников не осталось незамеченным. Им навстречу вышло несколько мужчин, вооруженных луками. Стражники короля тотчас достали свои луки и натянули тетиву.
– Не надо! – остановил их Флай. – Мы ведь с миром пришли.
– Вряд ли сивары понимают язык нортов, – сказал капитан. – Но вполне возможно, что они говорят на языке сарби. Позвольте мне заговорить с ними?
– Вы знаете язык сарби? – удивился Флай.
– Конечно, знаю. И Жюль знает. Мы жили в шоносаре, ваше величество.
Спешившись, капитан показал, что в его руках нет оружия, и зашагал к местным. Он заговорил с ними на языке сарби, который оказался хорошо знаком сиварам. Ни Флай, ни Шепард ни понимали ни слова из того, что говорил Латимор или сивары.
– Господин говорить вы король, – тихо сказала Джунам.
– Ты понимаешь этот язык? – удивился Шепард.
– Нет. Но очень похож на амма. Слова будто… как это… поломаны.
– А они что ему отвечают?
– Верить. Они верить. Господин просить повозка. Они звать обед.
– Отказывать невежливо, – сказал Флай.
– Мы принимаем их приглашение, ваше величество? – обернувшись, спросил Латимор.
– Да, – кивнул Мышонок.
Сами сивары внешне были похожи скорее на нортов, чем на сарби. У них совсем не так выделялись скулы, кожа была намного светлее, хоть и не такой белой, как у жителей Нэжвилля или Сверигии, и волосы не были чёрными. Лица некоторых были покрыты веснушками. Одеты мужчины были в широкие длинные светлые рубахи, с красным орнаментом спереди. На ногах у них были штаны по колено, а снизу ноги были обмотаны тканью. Обуты все были в какие-то плетёные тапочки, которых Флай никогда раньше не видел.
Путешественники въехали в поселение, где спешились, отдав лошадей местным, дабы те позаботились о них. Шепард нёс Джунам на руках. Флай шёл рядом. Короля проводили в один из домов, который, как объяснил Латимор, принадлежал старейшине. Убранство в нём было более чем скромным: деревянные лавки, стол да очаг. Сам старейшина, которого звали Илпек, был пожилым седовласым мужчиной. Его лицо покрывали мелкие морщинки, но глаза улыбались. Услышав, что перед ним сам король, он поклонился Флаю и предложил умыться с дороги и сесть за стол. Джунам уложили на лавку. Рядом с ней сел Жюль, а Шепард подошёл к Флаю.
– Вот ты говорил, что я пёс, – прошептал он. – Веришь, что у меня собачье чутьё?
– С чего ты, Шеп? – удивился Мышонок.
– С того, я чую, что тут что-то не так.
– Где? В доме? В поселении?
– Не знаю, Мышонок, но будь начеку. И еду по-прежнему Понсу давай на пробу.
– Да я так и собирался.
Илпек что-то сказал Флаю.
– Он говорит, что вы прибыли в радостный день, и это добрый знак, – перевёл Латимор.
– Что за радостный день? – поинтересовался Мышонок.
– День, когда выбирают арамсая. Не смотрите на меня так, я сам не знаю, кто это.
– Может, господин старейшина объяснит?
Капитан перевёл вопрос короля, и Илпек с улыбкой снова заговорил.
– Арамсай – это человек, что-то вроде колдуна, как я понимаю, – сказал Латимор, выслушав старейшину. – Его выбирают раз в несколько лет, и сегодня именно такой день. Выбирают его не сами сивары, а их божество. Или божества. Присутствие в такой день короля из другой страны Илпек считает доброй вестью.
Старейшина добавил ещё что-то.
– Нам предлагают поесть и отдохнуть, а потом присоединиться к ритуалу, – перевёл капитан.
– Хорошо, мы согласны, – ответил Флай. – Скажите, что для нас это большая честь.
– А по мне, так надо было брать повозку и валить отсюда, – сказал Шепард.
– Не очень хочется, чтобы эти люди потом обо мне плохо думали, – проговорил Мышонок. – Будто я такой невежливый. А я вежливый.
– Да пусть сто раз думают, что невежливый! Но принимать участие в каком-то ритуале с выбором колдуна – знаешь ли, я не вижу в этом ничего хорошего. Знавали мы уже одних колдунов.
– Я тоже колдун, – заговорил Жюль.
– Тогда уж и я, – добавил Флай.
– Была б моя воля, – процедил сквозь зубы Шепард.
– И что бы тогда? – спросил Мышонок.
– Силой бы тебя отсюда утащил. Да, боюсь, ты же первый орать начнёшь. А капитан встанет на твою сторону.
– Будем надеяться, что ритуал окажется безопасным для нас, – с улыбкой проговорил Латимор. – Мы с Жюлем успели перевидать немало подобного и, как видите, остались целы и невредимы. Думаю, что эти сивары находятся на том уровне развития, что причинить зло королю для них равноценно причинить зло божеству. Конечно, в каждом народе найдутся свои чёрные овцы, но таковые обычно единицы.
На обед сивары предложили своим гостям рыбную похлёбку и пшеничную кашу. Затем подали пироги и напиток из мёда, который оказался хмельным. Выпив целую чашу, Флай заметно повеселел и напрочь забыл о волнениях, которые вызвали у него слова Шепарда о его предчувствиях. Амарго, увидев реакцию Мышонка на мёд, только усмехнулся. На него этот напиток не произвёл подобного воздействия, как и на капитана. Джунам пить отказалась, потому что она вообще не употребляла ни вина, ни чего-то подобного. Жюль тоже хотел отказаться, но старейшина едва не обиделся, тогда знахарь всё-таки сделал несколько глотков и вскоре сделался почти таким же весёлым, как Флай. Понс, который пробовал всё, что ел и пил король, предложил медовый напиток Жаку, и тот выпил целую чашу, после чего лёг на лавку и уснул. Стражники оставались на улице, всех четверых накормили, но от мёда норты отказались.
После обеда Илпек позвал гостей на улицу, где уже собралось много народу. Джунам осталась в доме вместе с Жаком. Флай сразу приметил барашка, которого вёл на верёвке мужчина. Жюль вдруг переменился в лице и что-то зашептал капитану. Латимор кивнул и подошёл к Илпеку. Они поговорили, и капитан вернулся к Флаю.
– Ваше величество, – заговорил он, – боюсь, что вам может не понравиться то, что сейчас произойдёт.
– А что произойдёт? – спросил Мышонок.
– Видите этого барана?
– Да.
– Это жертвенное животное.
– Жертвенное? Его сейчас убьют?
– Да. И это будет частью ритуала, частью традиции народа сиваров. Вам придётся смириться с этим.
– Нет, – сказал Флай.
– Вы не можете это остановить.
– Но барашек боится. Я это слышу. Он не хочет.
– Ваше величество, – настаивал Латимор, – когда вы употребляете в пищу мясо, вы не задумываетесь о том, что этих животных тоже убили?
– Да мясо этого барашка никто даже есть не будет! – воскликнул Флай. – К нему не притронутся! Его зря убьют. Да ещё и на глазах у всех.
– Откуда вы это знаете?
– Знаю и всё.
Шепард смотрел на Флая и видел, что Мышонок готов был броситься к несчастному барану и закрыть его собой. Он выругался так, что у Жюля покраснели уши, и пошёл прямо к мужчине с бараном на верёвке.
– Так для чего тебе его резать-то? – спросил он, явно забыв, что его не поймут. Подбежавший Жюль перевёл слова Шепарда. Сивар что-то ответил.
– Кровь этого животного нужна для того, чтобы оградить это место от злых божеств, – быстро заговорил Жюль. – Только тогда Пирешчи, не знаю, кто это, сможет выбрать арамсая.
– Как-то иначе от этих злых божеств не защититься? – поинтересовался Шепард.
– Человеческой кровью, – тихо перевёл знахарь ответ сивара.
– Убить надо кого-то?
– Нет. Речь идёт о поединке до первой крови. Когда-то сивары всегда так делали, но потом Пирешчи разрешил убивать барана, потому что много мужчин сиваров пострадало от шоносара.
– Кровь не сивара подойдёт? – продолжал задавать вопросы Шепард.
– Да, но, Шепард, с кем ты собрался драться? Я ведь правильно тебя понял?
– Да хоть с тобой. Шутка. С Понсом. Его не жалко, – Чен усмехнулся.
– Капитан точно вас не похвалит. Что всё это из-за барашка.
– Это не из-за барашка, Жюль. Скажи местным, что мы подерёмся до крови, чтобы отогнать их злых божеств. Барана пусть уведут куда подальше, чтобы я его не видел. А то я сам его зарублю.
Шепард пошел к Флаю.
– Я слышал, – сказал он.
– Тогда прикажи Понсу со мной драться.
– Это глупо, – проговорил капитан.
– Сам знаю, что глупо, – ответил Шепард.
– Деритесь, – усмехнулся Латимор.
Флай подозвал Понса.
– Сейчас ты будешь драться с Шепардом так, как здесь принято. Тебе ясно?
– Но, ваше величество! – воскликнул Понс. – Он же меня убьёт!