Спасибо за сына

Глава 1

– Есения Борисовна, – обращается ко мне Катюша, моя ассистентка. Смотрит на меня своими огромными голубыми глазищами как на богиню. Хлопает ресницами. Красивая, юная. – А каково это – быть вами?

Мою руки после операции, хмурясь. Не понимая её вопроса.

Я обычная. Работа. Дом. Муж. Работа.

Безуспешные попытки зачать. Слёзы. Боль. Страх. Но всё это за скобками. Сторона медали, неочевидная для посторонних.

Здесь я Калугина Есения Борисовна. Папа, нарекая дочь, явно не рассчитывал, что я выйду замуж за человека с фамилией, совершенно не созвучной с моим именем.

Я прихожу в клинику и окунаюсь в проблемы людей. Забываю о себе. О Володе, который смотрит на меня со смесью жалости и тоски.

Встряхнула головой. Глупости. Всё получится. Будет ребёнок. Обязательно. Медицина не стоит на месте. Я врач. Правда, офтальмолог. Но какая, к чёрту, разница.

– Ты о чём, Катюша? – улыбаюсь, пробуя скрыть замешательство.

– У вас муж такой красивый и загородный дом, – мечтательно сообщает, – я видела фото в журнале «Интерьер». И о вас в журналах пишут! Здорово, наверное, быть удачной на всех фронтах.

Опять колючий укол прямо в сердце. Стараюсь сохранить улыбку, но она выходит холодной и натянутой. До смерти хочется послать Катюшу куда подальше. Но это несправедливо. Девушка ничего плохого мне не сделала.

– Кать, у тебя тоже всё будет, – ободряю, желая избавиться от назойливого общества.

– Ой, Есения Борисовна, я как раз хотела отпроситься. Меня заменит ассистент Коровина, если вы не против. Простите, что в последний момент. Жених очень настаивает на встрече.

Девушка вдруг вновь выглядит нормальной. Влюблённой и воодушевлённой.

Боже, о чём я думаю? Это же Катюшка. Девчонка работает со мной год, а у меня в голове мысли одна противнее другой.

Порой превращаюсь в неудовлетворённую стерву.

Секс не так будоражит, когда его цель не удовольствие, а зачатие.

– Конечно иди. Нет проблем, – выдохнула, в глубине души не понимая, почему так тяготит внимание Кати.

Запираюсь в кабинете, надеясь отдохнуть перед предстоящей операцией.

Откидываюсь на спинку стула. Прямо на меня из стеклянной рамки смотрит муж. Беру в руки фотографию. Сделана недавно. Корпоративная фотосессия для сайта.

С Володей мы познакомились, когда я училась на первом курсе. Он чуть старше. Серьёзный. Взрослый. Такой правильный и основательный, что я сразу поняла – понравится папе. Маленькая девочка во мне, желающая угодить родителю, жаждала одобрения.

Нас свёл мой старший брат. Случайно. Пересеклись в парке, и с тех пор Володя от меня не отходил.

До сих пор утверждает, что я его первая и единственная любовь. Что, как увидел, понял, что перед ним будущая жена и других ему не нужно.

И я его полюбила. Не сразу. Порой думала, что у меня не сердце – льдинка. Но моя холодность его манила. Отказы – привлекали. Должно быть, для перспективного студента нефтегазового вуза я оказалась глотком свежего воздуха. Единственной, кто не бегала за ним, а, ради разнообразия, убегала. Правда, недолго. Ровно столько, сколько нужно, чтобы он не потерял интерес.

Потёрла ладонями лицо. Ещё одна операция – и домой. Усталость накатила неожиданно. Мышцы скручивало, тянуло. В глаза будто песка насыпали. И когда в последний момент позвонил пациент, сообщив, что у него высокая температура, я обрадовалась.

Вечером должны были встретиться с мужем в ресторане. Посмотрев на часы, прикинула, что до нашего свидания ещё есть время и могу заехать на дачу. Пока не поздно и есть шанс миновать пробки. В выходные забыла там свой ноутбук с научной статьей. И маялась от невозможности её закончить.

Володе нравилось, что я деятельная. Правда, меня задевало порой его отношение. Будто я аксессуар. Приложение к его успешному успеху. Не просто симпатичная женщина, но и добившаяся определённых высот в своей области специалист. Врач. А не какая-то там моделька, которых чаще всего выбирали мужчины его круга.

Только одной детали не хватало в нашей идиллии. Ребёнка. Пять лет прошло с тех пор, как мы решили, что готовы стать родителями. Сначала успокаивала себя. Убеждала, что так бывает. Кто в наше время может похвастаться, что зачал с первой попытки? Таких ничтожно мало.

Но год за годом надежды таяли. А страх и напряжённость увеличивались.

Единственное, что меня успокаивало, – поддержка супруга. Он ведь любит. Я знала это. Чувствовала. Володя был для меня тем, кто не давал сойти с ума в одиночестве. Утонуть в собственных страхах.

Бросила взгляд на циферблат на приборной панели. Успеваю. Но всё же прибавила газу. Мечтая скорее ощутить его объятия. Вдохнуть родной запах. И на мгновение забыть о том, что я неполноценная.

Оставила автомобиль у обочины. Не хотелось терять ни минуты. Автоматические ворота последнее время заедали, а руки вызвать мастера никак не доходят. Отворила дверь калитки, испытав недоумение.

«Мерседес» мужа припаркован у входа. Странно. Что он здесь делает? Должен быть на работе.

Зима. Темнеет рано, и я заметила на втором этаже свет.

Сердце неприятно сжалось. Засосало под ложечкой от плохого предчувствия.

Голову посетила трусливая мысль. Может, уехать?

Но нет. Ноги сами понесли меня ко входу. Дверь оказалась незапертой. Сигнализация снята.

В нос ударил знакомый сладкий аромат духов. Женских. Таких приторных, что затошнило.

Каждый шаг вверх по лестнице давался с трудом. До меня доносились слишком понятные, вовсе не двусмысленные звуки. Мозг отключился. Верить не хотелось.

Может быть, Володя кому-то из друзей дал ключи? Такое простое и логичное объяснение.

Сглотнула слюну, ощущая, как она раздражает гортань. Слыша учащённое биение сердца, отдававшееся болью в виски.

Дверь в спальню тоже открыта. Хозяйку дома никто не ждал. Я ведь в больнице.

Вот и моя ассистентка тут. Верхом на моем муже.

Силы будто вытекли из меня. Припала к косяку, пытаясь собраться, чтобы уползти отсюда. Но всё, на что меня хватило, – вцепиться пальцами в тёплую деревянную поверхность.

Почему они занимаются непотребством, а я думаю о том, как сохранить лицо? Как не выглядеть слишком униженной?

Коснулась щёк. Ожидала обнаружить собственные слёзы. Но ничего. Сухо. Даже странно.

Внутри образовался вакуум, вытеснивший все эмоции разом. Боль. Любовь. Привязанность. Оставив лишь скорбь по моим мечтам и надеждам.

Катюша, будто ощутив постороннее присутствие, обернулась. Вскрикнула, стыдливо пытаясь прикрыться. Муж же, заметив меня, оттолкнул её, словно этот неблагородный жест покажет мне, что Катюша просто проводила глубокий офтальмологический осмотр. Не более. Соринка в глаз попала.

– Сень, это не то, что ты думаешь, – кинулся ко мне, слезая с кровати, оборачивая вокруг узких бёдер валявшееся рядом полотенце. Молодец. Помылся перед сексом. Интересно, а перед нашим свиданием он бы принял душ? Заметила бы я запах чужих духов? Как давно длится их связь?

Усмехнулась, услышав слишком тривиальные слова. Сколько мужчин, застуканных на месте преступления, их произносит?

Глава 2

Муж выводит меня в другую комнату, брезгливо отталкиваю его руки. Будто они пачкают меня своими прикосновениями. Как едкой смолой, от которой потом не отмыться. Его полуобнажённое тело, которое я раньше считала красивым, теперь вызывает отвращение. Чувство мерзости. Оно поселилось у меня внутри. Не могу смотреть на Володю, слишком противно.

– Я всё тебе объясню, – доносится до моего слуха, будто сквозь вату. – Подожди меня здесь пять минут, и мы поговорим.

Поговорим? О чём нам говорить?

Всё, чего мне остро хочется в эту минуту – развернуться и уйти. Сесть в машину и уехать отсюда. Куда угодно. Далеко. Но вместо этого я почему-то согласно киваю. Даже сейчас правильная девочка внутри меня полагает, что я должна выслушать мужа. Хотя бы узнать причину. Почему он так поступил. Разлюбил меня? Или его любовь всё это время была иллюзией? Но как могла я так заблуждаться?

А может, это всё дурной сон? Вот-вот зазвенит будильник, я проснусь в нашей уютной постели, увижу, что Володя мирно спит рядом, и вздохну с облегчением.

Но, увы, происходящее слишком реально. Никакой это не сон.

Муж выходит из комнаты, оставляя меня одну. Я безотчетно подхожу к окну, обнимая себя за плечи. В доме тепло, но я ощущаю мелкий тремор во всём теле. Сейчас Калугин оденется и пойдёт провожать свою любовницу. Другой машины рядом с домом нет, только его мерседес. Значит, они приехали сюда вместе. Подобрал её должно быть неподалеку от моей работы. Стоило представить такую картинку, как стало ещё дурнее.

А сейчас Володя вызовет Катюшке такси? Вряд ли оно приедет быстро. Конец рабочего дня, скоро начнутся самые пробки. И мне придётся ждать гораздо дольше, чем пять минут.

Снова обострённо чувствую своё унижение. От него тошнит. Становится плевать даже на правильную девочку внутри меня, хочется просто уйти отсюда. Но во второй раз увидеть любовников вместе – ещё более отвратительная перспектива. Поэтому продолжаю стоять у окна, не в силах заставить себя сдвинуться с места.

Вскоре из-за стены начинают доноситься шаги, приглушённые голоса, вызывая у меня новый приступ тошноты. Потом звучит приглушённый хлопок входной двери, и всё затихает.

Обессилено прикрываю глаза. Накатывает слабость, ноги подкашиваются. Добредаю до дивана и опускаюсь на него.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем возвращается муж. Входит в комнату уже в брюках и расстёгнутой на несколько пуговиц рубашке. Меня передёргивает от его вида. Мог хотя бы застегнуться полностью. Избавить меня от кричащего напоминания о том, чем и с кем он только что занимался.

Вглядываюсь в его лицо. Такое знакомое и родное. Но в один миг ставшее чужим. Сейчас оно напряжено, но, к своему удивлению, я не могу отыскать на нём ни одного намёка на проявление чувства вины. Скорее раздражение.

– Ты зачем приехала сюда? Мы ведь договаривались вечером поужинать вместе?!

Да. Он действительно раздражён. Это открытие почти шокирует.

– Операция отменилась. Решила заехать, пока есть время, забрать ноутбук, – отвечаю я дезориентировано.

Володя тяжело вздыхает, прикрывает на мгновение веки. Потом присаживается напротив меня на корточки. Смотрит в глаза.

– То, что ты там увидела, – ничего не значит для меня. Это просто порыв, желание снять стресс, ничего больше. Я люблю тебя…

– Порыв?! – вырывается из меня истеричный смешок. – И часто ты так стресс снимаешь?!

Губы мужа сжимаются в тонкую линию, глаза сужаются, ноздри подрагивают. По этим деталям я безошибочно считываю его состояние. Он зол. Вот только совершенно не понимаю, почему? Если уж кто и должен злиться в этой ситуации, так это я.

– Не драматизируй, Сеня. Такое случается в семейной жизни, тем более, когда не всё гладко. Это не моя вина, что у нас с тобой вот так…

Мои глаза расширяются, грудь стягивает болезненным спазмом. Не хочу верить, что правильно понимаю смысл его слов…

– Как – вот так, Володя?

– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Я очень хочу детей. Время идёт, почти у всех наших друзей уже по двое. Я устал от твоих бесконечных неудачных попыток забеременеть, это какая-то пытка, которой ни конца, ни края… Мне очень тяжело, Сеня, понимаешь ты это или нет?!

Я не верю, не верю своим ушам.

– И поэтому ты спишь с Катюшкой? Тебе от этого лучше?!

Он резко подскакивает на ноги, принимается ходить по комнате взад и вперед, нервно взъерошивая свои короткие волосы. Потом так же резко останавливается напротив меня и агрессивно выпаливает:

– Я ведь уже сказал тебе, что это был порыв! Ошибка! Я всё равно люблю тебя, даже несмотря на то, что ты не можешь мне родить!

Вжимаюсь спиной в диван, испытывая горькую смесь боли и разочарования.

– Думаешь, мне легко? – голос ломается и переходит на хрип.

– Не я же в этом виноват! Я здоров, со мной всё в порядке!

– Но… разве я виновата?..

– Ну а кто?!

Отстраняюсь, как от пощечины. Лёгкие горят так, будто их ошпарило кипятком.

Поднимаюсь с дивана и решительно иду к выходу. Мне здесь нечего больше делать, нам не о чем больше говорить.

Калугин больно хватает меня за локоть:

– Сеня, стой.

– Руки убери, – сквозь зубы цежу я, не глядя на него.

– Мы не договорили.

– Руки убери, я сказала!

Силой освобождаюсь от его хватки и быстрым шагом иду на выход.

– Ладно, остынешь, потом поговорим! – несётся мне в спину.

Вырываюсь на улицу, жадно вдыхая морозный воздух. Это не помогает. Почти. Сажусь за руль, срываюсь с места с пробуксовкой, остервенело вжимая педаль газа в пол.

Двигатель ревёт, веду машину на голых инстинктах. В голове пусто, в груди так и горит, в ушах звенит. Только бы никого не сбить…

Эта мысль отрезвляет, и я, наконец, сбавляю скорость. А затем и вовсе останавливаю автомобиль, чтобы немного отдышаться. Со стоном утыкаюсь лбом в кожу руля. Картинки их близости одна за другой всплывают в сознании против воли.

Тошно. Мне очень тошно.

Я испытывала чувство вины перед мужем за то, в чём на самом деле не виновата. Я почти научилась с этим жить. Была благодарна Володе за поддержку и понимание, за любовь, несмотря ни на что. Но даже не догадывалась, что на самом деле он тоже меня винит… К такому положению вещей я оказалась совершенно не готова.

Он ведь мог со мной откровенно поговорить. Предложить развестись, потому что хочет собственных детей. Об усыновлении Володя и слышать не хотел. Каждый разговор на тему приёмного ребёнка заканчивался скандалом. Для него ведь так важно оставить собственное ДНК… А теперь он утрамбовал мою вину так глубоко, что я вдруг задумалась, какому мужчине может подойти неполноценная супруга? Вроде женщина, но этого недостаточно для семьи.

Иного выхода, как поехать домой и собрать свои вещи, не вижу. Его просто нет.

Но когда вхожу в нашу квартиру, понимаю, что не смогу. Не сейчас. Слишком больно. Настолько больно, что я не могу даже просто здесь находиться. Меня разрывает от нахлынувших воспоминаний, связанных с каждым квадратным сантиметром этого помещения. Хочется сорвать со стен фоторамки, разбить их, растоптать. Впрочем, устроить грязную истерику, со слезами и соплями не вышло даже перед мужем. А сейчас и вовсе ни к чему.

И я уезжаю. Сначала сама не знаю куда. Просто остыть, успокоиться. Принять анестезию, возможно… Дозу помощнее. Да. Без этого мне не справиться.

Прикинув в уме варианты, понимаю, что их не так много. И прошу «Алису» проложить маршрут до нового ночного клуба. Катюша мне все уши про него прожужжала…

Интересно Володька вместе с ней туда наведывался? Строили из себя жениха и невесту, наверное, в окружении малознакомой толпы.

А я даже не то, что в клуб, на посиделки с подругами вырваться из-за работы не могла. Ночные заведения же представлялись мне местом для восемнадцатилетних девчонок. Впрочем, я и в юности в них не ходила. Папа считал, что проводить время среди нетрезвой толпы, развязно веселящейся под оглушающую музыку, недостойно приличной девушки. Но сейчас мне на это плевать. Сейчас – это как раз то, что мне нужно.

Дорогие читательницы, спасибо за тёплый приём, очень рады, что история зацепила.

Как вы считаете, сможет ли Еся простить мужа?

Глава 3

Ощущаю себя нелепо среди разношёрстной публики. Ярко одетых молоденьких девушек, пришедших сюда ловить рыбку. Большую и маленькую. Главное – платежеспособную.

Такие красивые, юные, местами неестественные, что на их фоне, в простом вечернем платье, я выгляжу блёклой и унылой. Кажется, я стара для подобных мест.

Усмехаюсь мысленно, внешне испытывая растерянность. Забавно. Выходит, в тринадцать лет я пропустила переходный возраст, чтобы окунуться в него в двадцать девять. Вместо юношеских метаний зубрила предметы, чтобы быть лучшей в классе. В школе. На олимпиаде. И вот сейчас вернулась к исходной точке. Бунта.

Папа не одобрит.

Но, может, он не всегда прав? Ведь Володьку он любит почти так же, как моего родного брата. Человек, умудрённый опытом, не заметил, что мой муж… нехороший человек.

Забравшись на барный стул – единственное свободное место в переполненном ночном клубе, осмотрелась ещё раз. Взгляд упёрся в девушку с грустными глазами, прямыми светлыми волосами, в тёмном платье. Я его должна была надеть на свидание с мужем. А сейчас свечу глубоким декольте в сомнительном заведении.

Внутри образовалась сосущая пустота. Я ведь не такая, я хорошая. Правильная.

Впрочем, к чему меня это привело? Отмела острое желание залезть обратно в кокон. Вернуться в нашу с мужем квартиру и делать вид, что ничего не произошло. Ведь именно этого он от меня ожидает.

Образцовая жена Есения Калугина не будет разрушать семью из-за ничего не значащей интрижки супруга. Да и разве это вина мужа, что жена бесплодная?

Бармен загородил моё отражение в зеркале за своей спиной, улыбнулся, ожидая, когда я решусь сделать заказ. Стало тошно от собственных трусливых размышлений. Не хочу я существовать как прежде. В иллюзорном мире.

Вспоминая поведение мужа в последнее время, цепляюсь за странности, на которые раньше закрывала глаза. Его частые командировки. Косые и какие-то виноватые взгляды общих друзей. Может быть, они давно всё знают, жалеют меня за моей спиной? И только я ничего не замечала. Или не хотела замечать.

Сама же виновата. Это ведь я битый пиксель, портящий картинку, а не мой дражайший… идеальный супруг. Обеспеченный, подтянутый, красивый. Подругам на зависть.

Замерла, думая, какой напиток позволит мне скорее достичь небытия. Можно встать и уйти. А можно продолжить.

Рядом сидела пара подружек. Я подалась ближе к симпатичному бармену, который не скупился на улыбки и смотрел на меня так, будто я здесь самая красивая. Заслужил чаевые, хитрец.

– Мне то же, что и им, – кивнула на соседок, стараясь перекричать музыку, бившую по моим барабанным перепонкам.

Через пару минут бармен пододвинул ко мне бокал на тонкой ножке. Внутри плескалось нечто вишнёвого цвета. Сделала глоток. Что-то фруктовое и лёгкое попало на язык. Благодарно улыбнулась бармену.

На третьем бокале нашла в себе смелость обернуться и изучить окружение.

Терялась под взглядами незнакомых мужчин. Они смотрели на меня как на кусок мяса. Ныряя глазами в вырез декольте с таким видом, будто моё немного фривольное платье – это знак. На меня можно пялиться и раздевать глазами. Здесь я не личность, а просто привлекательное тело. На одну ночь.

Одёргиваю себя от потребности чуть выше поднять лямки, чтобы немного спрятать предназначенный для мужа вид на декольте.

Вобрала глубже в лёгкие воздух. Держись, Сенька, ты сможешь. Ты не тряпка. И не побежишь прятаться за спину Калугина, который тебя обманул. Зная Володьку, он ещё попросит, чтобы я перед ним извинилась за своё плохое поведение.

Взгляд вдруг зацепился за знакомое лицо. Нахмурилась, понимая, что поймала его глаза лишь потому, что этот человек давно смотрит в мою сторону.

Он сидел далеко, окружённый своей весёлой компанией. Чистая случайность, что заметил меня среди всей этой бесноватой толпы. Сердце странным образом забилось чаще. И я резко оборвала наш зрительный контакт, ощущая смятение.

Глупость даже просто думать о нём. Рядом с ним сидит красотка, словно сошедшая с обложки журнала. Через минуту он забудет, что видел меня здесь.

И от понимания этого факта я досадливо прикусила губу, отворачиваясь. Вот наивная, неужели я поверю, что лучший друг моего брата внезапно обратит на меня внимание? Никогда ведь не обращал. Десять лет назад я была для него ребёнком. А сейчас… Наверное, вышедшей в тираж старой знакомой.

– Что такая красотка делает здесь одна?

Ощутила чужой, едкий парфюм, ударивший в нос и погасивший моё алкогольное опьянение на несколько градусов. Нашатырь работает не так быстро. Сглотнула, стараясь пока глубоко не вдыхать.

Подкативший ко мне парень смотрел на меня расфокусированно. Один глаз за левое плечо, второй – за правое. Пару верхних пуговиц расстёгнуты, открывая вид на волосатую грудь. Просто Стас Михайлов местного разлива.

Только вздохнула, придумывая фразу, чтобы его отшить, как рядом раздался до боли знакомый баритон. Лёг сладким мёдом на мои барабанные перепонки, пробуждая внутри воспоминания.

Глеб вперил в меня тяжёлый взгляд. Я так и читала его немой вопрос: «Истомина, какого черта ты тут забыла?»

– Вали отсюда, она со мной, – рыкнул на незнакомца, которого через секунду и след простыл. Удивлённо наблюдаю, как парень теряется среди толпы.

Глеб оценил обстановку, забрался на барный стул и беспардонно пододвинул мой ближе к себе.

– Еся, – подался вперёд, окуная меня в аромат своего дорогого парфюма, от которого закружилась голова. Им хотелось дышать, чтобы прогнать из лёгких чужой запах, – что ты тут делаешь? Вот кого не ожидал здесь встретить, так это отличницу и примерную девочку Есению Истомину.

Глеб сверлит тёмными глазами, словно хочет забраться мне в голову. Закрыл своими широкими плечами ото всех. Меня за ним даже не видно.

Выпрямилась, чтобы не ощущать себя рядом с ним незначительной пылинкой. Его взгляд тут же прошёлся по моим ключицам, лёг во впадинки над ними и нырнул в глубокий вырез. Заставив сердце биться в два раза чаще. Судорожно вздохнула. Алкоголь в крови бурлил, взбивая её в пену.

– Может быть, ты ошибался на мой счёт и я не такая уж примерная? – улыбаюсь, храбрясь, хотя вовсе не испытывая этой храбрости. Лишь странный азарт рядом со старым знакомым.

Годы пошли Глебу на пользу. Он и раньше был красавчиком. Все мои подружки сохли по нему. Но сейчас… Что-то в нём бесповоротно изменилось.

Будто камень, обтёсанный временем и прибрежной волной. Стал жёстче, грубее. И вместе с тем приобрёл лоск, который отсутствовал ранее, учитывая, насколько бедной и неблагополучной была его семья.

К собственному стыду, ощутила, что мне нравится его шероховатость. Резкость, от которой я и в юности впадала в ступор. Самый безбашенный из друзей моего брата. И самый нелюбимый нашими родителями.

Смотрит на меня сощурившись. Не веря словам.

– Может, мне брату твоему позвонить или папе, чтобы тебя забрали? – ухмыляется. Чую, что подтрунивает. Издевается, отлично зная, что я никогда не посещала таких мест.

Недовольно поджимаю губы. Хочется оттолкнуть его. И последовать за тем незнакомцем с едким парфюмом, лица которого я уже не помню. Просто назло. Супротив. Чтобы доказать, что я уже не та правильная девочка, что была раньше.

– Да пошёл ты, – сползаю со стула.

Но вместо того, чтобы ощутить пол под ногами, вдруг оказываюсь захвачена в плен его рук. Удерживает за талию, не позволяя двинуться.

Чувствую, как горячие ладони обжигают кожу даже сквозь ткань вечернего платья. Неожиданно, против здравого смысла, острое желание закручивается во мне спиралью, падая в низ живота.

Это всего лишь физиология. Животный инстинкт. Я запала на самого сильного в округе самца. Он здесь альфа.

Раньше никогда похожего не испытывала. Даже прикосновения мужа на меня не действовали подобным образом.

Поднимаю ошалелый взгляд на Глеба, хлопая ресницами как старшеклассница. Это наверняка всё воздействие алкоголя.

– Куда собралась, Истомина? – вновь напоминает мне о моей девичьей фамилии, пока его ладони греют мои рёбра. – Ты же пьяная в хлам.

Дорогие читатели! Спасибо огромное, что активно делитесь мнением в комментариях, для нас это очень важно! К сожалению, мы не успеваем всем отвечать, так как активно пишем продолжение, бросая на него все силы. Но мы всё читаем, и нам очень интересно, какие эмоции вызывает у вас история!

Не забывайте добавлять книгу в библиотеку и подписываться на авторов, чтобы получать уведомления о выходе глав и других новостях!

Глава 4

– Мне кажется, это давно не твоё дело. Я взрослая девочка, а не младшая сестрёнка твоего лучшего друга, – вжимаю ладони ему в грудь. Чувствуя кожей биение сердца. К моему удовольствию, довольно частое. – Возвращайся к своей компании. Тебя ждут.

Киваю в ту сторону, где находился его столик.

Глеб будто только что вспомнил про своих друзей. Поморщился, словно упоминание о них вызвало головную боль.

– Нет, Истомина, твой брательник не простит мне, если я допущу поругание твоей чести и пятна на вашей фамилии, – снова ленивая ухмылка ломает изгиб его губ.

Ловлю себя на том, что смотрю на них слишком долго. Поднимаю робкий взгляд к глазам. Глеб Старовойтов. Моя запретная мечта. Тот, о ком не смела грезить даже в фантазиях, вдруг оказался рядом. Только почему именно сегодня?