Игрушка для дочки Полкана

Глава 9 - Тренинг

Сегодня мы на спецкурсе у Психа. Спецкурсы крутые, интересные, но ведут их у нас пока редко. В основном всякая херня - устав, физуха, бытовуха... Драим, красим, что-то таскаем, копаем... Прямо спецназ по домохозяйству!

Но сегодня привезли клетки на полигон...

В них несколько собак бесятся и исходят пеной на нас.

Мы стоим на поле заброшенного стадиона с потрескавшимся асфальтом на беговой.

- Что-то я стесняюсь спросить...

Расстегиваю куртку от прилива крови к лицу.

- Нахера нам эта сомнительная зубастая компания?

- Может, просто полюбоваться? Смотри какие миленькие... - стебется брат.

Огромный пёс скребёт открытой пастью по стальным прутьям, исходя слюной.

- Милота...

- Сегодня мы будем учиться работать с измененными состояниями, - сложив руки за спиной ходит перед нами Псих. - С адреналином, паникой, страхом. От того насколько вы овладеете самоконтролем, напрямую зависят ваши шансы на выживание.

Сзади звук машины.

Псих поднимает взгляд, глядя за наши спины.

- Это кто у нас ещё?

Головы солдат дёргаются, посмотреть.

- Команды "вольно" не было.

Застываем, со скрипом возвращая их в исходное положение.

Псих разворачивается к остальным инструкторам, кивая вопросительно.

Танго уходит в том направлении.

- Сейчас выясним.

- Вольно, - командует Псих.

Но вольно в армии, это тоже самое что и "кругом". Не на "полный оборот" вольности, а небольшое послабление к позе.

Оглядываюсь.

Там тачка Полкана...

- Тело реагирует на чужой адреналин выплеском своего, - вещает Псих. - Это глубинный механизм выживания. Адреналин повышает скачком нашу реакцию и силу, сжимает сосуды, повышает тромбоциты и глюкозу в крови, препятствуя обильной кровопотере, но заставляет нас действовать инстинктивно. Как животное. Активируя непривычные для нас области мозга и блокируя привычные. В ситуации современного технологического боя инстинкт больше не является главным фактором выживания.

Кладет раскрытую ладонь на клетку с собакой. Та бесится, сквозь решетку пытаясь зацепить его зубами. Касается, скребя по ладони.

- Состояние повышенного адреналина - основной рабочий режим бойца спецназа. И он не должен мешать вам помнить тактику, мыслить, работать в команде.

Собаки надрываются.

- А чего они такие злые, товарищ капитан?

- Их дрессировали "на поражение". Это даже не охрана, это убийцы. Собаки изъяты на эвтаназию. Но... послужат ещё. Вам помогут.

- Жалко их... Они же не виноваты.

- Не виноваты... но реабилитации, увы, не подлежат. Люди, самые страшные животные, Левченко. Страшнее нет никого. Они все вокруг превращают в оружие. В общем, сейчас вы будете знакомиться с собой в состоянии легкой паники. И стараться не терять функциональность. Рядовой Левченко, спиной к клетке.

- А чо я-то?... - бормоча недовольно, идёт к Психу.

Он давит Дане в грудь, вжимая его спиной в решетку.

Тот неадекватно улыбается, облизывая губы и дёргается телом на попытки собак загрызть его через преграду. Глаза распахиваются, зрачки расширяются.

- Стих читай.

- Чо?

- Стих читай любой.

- Мм... Не помню! - не моргает.

- Соберись, мобилизуйся. Прислушайся к своему состоянию.

- Ыы...

- Таблицу умножения давай.

Дан, сбиваясь, рассказывает таблицу умножения. Через несколько минут начинает выдавать ровнее.

- Следующий, - отпускает его Псих. - Рядовой Кременчуг... Устав, давай, рассказывай.

Кременчуг держится лучше.

Подзуживая собак, Псих приоткрывает дверь вольера, позволяя собаке чуть высунуть нос, рядом с задницей Кремня.

"...Переносить тяготы воинской службы... службы... стойко!" Эй! - отлетает от клетки он.

- Гы... - настороженно угорает строй, нервно переминаясь.

Возвращается Танго.

- Полковник с гостями . Хотят посмотреть на спец подготовку бойцов, - глядя спокойным демонстративно равнодушным взглядом, сообщает Ершову.

Лицо Психа коротко дёргается. Тихо переговариваются. Но я стою крайний и слышу.

- Штатские?

- Гость при больших погонах... - пожимает плечами Танго. - Но не военный.

- И женщины с ними - тоже при погонах на территории части? - скептически.

- Хозяин-барин... - пожимает плечами Танго. - Нас это не касается.

Понторез Никитин, решая понтануться у клетки, просовывает палец, одергивая за мгновение до того, как сомкнутся челюсти.

- Ничо у тебя яйца стальные, Никитин! - выкрикивает кто-то.

- Да-а...

При следующей попытке получает увесистого леща от Психа, отлетает от клетки.

- Яйца и правда стальные. Жаль что в башке и вместо мозга. Никитин, наряд вне очереди. От тренинга отстранён. Якунин... Давай.

Прижимаюсь спиной к клетке. Обваривает жаром от хищного рычания за спиной. Решетка не кажется моему телу надёжной преградой.

Поднимаю взгляд.

Из машины выходит Полкан. И Ульянка! А следом... Юлианна! Та самая "шаболда", которую мы с братом "порадовали". Вахатова... И сам он. Генерал.

- Еба-а-ать... - бормочу беззвучно, сглатывая ком в горле, и забывая про собак за спиной.

- Песню давай, Якунин.

- "Врагу не сдается наш гордый варяг...".

- Аха-ха!

Генерал беседуют с полканом и на нас не смотрят. А вот Уля и Юлианна - да.

Юлианна дёргает бровями, узнав меня!

Как они могли оказаться рядом?!

Ульянка просто нереальная в своем платье. И полностью затмевает Юлианну.

Уголок губ Вахатовой дёргается в усмешке.

Блять... Дура. Сейчас подставит всех.

А можно мне в клетку к собачкам? Чисто спрятаться.

- Якунин... Чего завис?

- Слова вспоминаю, - оттягиваю футболку от шеи, чувствуя как бросает в жар.

- Сила трения... Пример действия приведи.

- Секс... - ловлю взгляд Ульяны.

- Эк тебя накрыло за месяц службы, - усмехается Псих. - Песня-то будет?

- "Мне глаза ее нравятся... Как от пламя все плавится... - хрипло пою, глядя в глаза Ульянке. - По минутам, а не по дням... Только в них утопаю я!"

- Вот дурак... - тихо комментирует Йода, помечая у себя там что-то. - Слабоумие и отвага. Так и запишем.

- В строй. Следующий.

Делегация приближается. Пульс ускоряется.

Толкаю в бок брата.

- Юлианна...

- Черт... да как?? Нам пиздец?

- Да хер знает, вообще... Что они тут делают?!

- Якунин, Левченко, - подходит Шутов, глядя на приближающихся. - Шаг вперед. Нале-во. Бегом по стадиону.

Это Йода наши наглые морды спасает. От опознания, видимо. Он в курсе деталей. Отец нас ему "разложил"...

Круг маленький. И уже через пару минут мы бежим опять мимо своих.

Полкан стоит перед строем.

- Смирно, - командует Псих. - Товарищ полковник, третья рота проходит военно-психологическую подготовку. Командир - капитан Ершов.

- Вольно...

Идёт вдоль строя, заглядывая в лица.

- Как бойцы? Тянут?

- Нареканий нет.

- И рукоприкладства нет?

Видел как Псих отвесил леща Никитину? Так мало отвесил. Надо было добавить. Если бы собака палец отхерачила, кто бы за этого дебила отвечал?

- Никак нет. Отработка боевых приемов, - равнодушно отвечает Псих.

Пробегаем дальше.

Ульяна подходит к клеткам, присаживается, заглядывая в глаза собакам. И в своем светлом платье в цветочек смотрится как что-то красиво-инородное, притягивая взгляд.

Кормит собак, кидая в клетку через отверстия сверху. Рядом стоит Танго, контролируя процесс.

Собаки немного подуспокаиваются.

- Ульяна Николаевна, вы нам так тренинг сорвете, - улыбается ей.

- А не надо над собачками издеваться!

- Мы тут все на службе. И они тоже.

- А я вот нет. И буду кормить.

Пробегаем дальше.

Полкан идёт через стадион, разговаривая с Психом.

В какой-то момент мы бежим достаточно близко, чтобы расслышать разговор.

- ... Я, Ершов, твою подноготную знаю. Не смотря на то, что досье почистили... Ты смотри мне, чтобы никаких ЧП в части... Мне неприятности не нужны.

Убегаем, заходя на очередной круг.

- Улечка, - за локоть поднимает Ульянку Вахатов. - Это не безопасно. Потом будешь спать плохо.

Кладет руку на ее спину и так отводит от клеток.

Эээ... Чо лапаем?! Сворачиваю голову на них.

Пробегаем мимо.

- Отвернись, - шикает на меня брат.

- Он Ульянку лапает.

- Да перестань. Он ее лет на тридцать старше. По-отцовски.

Но я как намерения собак кожей чувствую, что не по-отцовски.

Вот сейчас, например, косы ее незаметно касается.

Вот козлина старая!

- Он ее лапает, - разворачиваясь туда лицом.

- Фейс отверни, дурень, - дёргает за рукав, заставляя бежать дальше.

Йода тормозит нас и припахивает, складывать снаряжение, чуть в стороне.

Юлианна, срывая цветы вдоль дорожки, подходит к нам ближе.

Встречаемся взглядами. Вот чо блять в башке у нее?! Судя по навыку заглатывания - пусто, конечно.

Улыбнувшись, бросает нам похабненько, холодно рассматривая своими змеиными глазами:

- Вы никому особо не хвастайтесь, что тётенька вас немножко потрогала...

- Вы б к мужу шли, а... - цежу я, - “тётенька”...

Твой старый пень крутится возле Ульянки.

Юлианна уходит.

- Интересное кино, братан, - стирает пот со лба Даня.

- Чо?

- Нас значит, ищут, чтобы прикопать. А она в здравии и на месте. Так бывает?

- Удивительное рядом. Хер этих взрослых разберёшь! Но такое себе... ага.

"Гости" уезжают.

Глава 10 - Наслаждаться

В наш уличный бассейн, который отмыли бойцы, набирается вода.

Отец с Виталием Андреевичем на веранде играют в бильярд.

- Сегодня вечером в баньку сходим... - разговаривают они. - У меня кедровая. Из Сибири везли! Распоряжусь, чтобы натопили.

Я закатываю белые брюки и сижу, свесив ноги над водой в бассейн. Ее ещё мало, на дне.

Юлианна загорает на шезлонге.

В доме сейчас убирается наша молчаливая домработница. Реально молчаливая. Немая вдова одного из отцовских подчинённых.

Воды набирается чуть больше, включается насос, запуская красивый водопад на краю бассейна.

Вот здесь внутри у нас "вилла в Италии", но стоит выйти за забор все тот же убогий военный городок. В котором время замерло где-то в девяностых ещё до моего рождения. Все как на старых фото.

А так - Италия, да.

Отец говорит - не выходи. А мне здесь так уже приелось, что я бы на комнату в общаге поменяла эту "Италию", честное слово! Лишь бы в городе.

- Да что ж так ловит плохо? - поднимает телефон повыше Юлианна.

- ПВО глушат связь.

- Кто?

- Противовоздушная оборона. Это закрытый объект. Здесь серьезная техника работает.

- Ясно... - шипит недовольно. - Что тут охранять-то?

- Чтобы узнать, надо иметь доступ секретности.

- Пф... Только если мальчиков. Остальное - развалины. Есть тут у тебя... - дёргает бровями с улыбкой. - Мальчик? А может несколько? Ахах... Выбор тот тут - ах! Глаза разбегаются. "Тридцать три богатыря"...

- Эм... - теряюсь. - Н-нет.

- Почему?

Помимо запрета папеньки?

- Они же срочники... Дослужат, уйдут. Многих девчонки ждут.

- Тебе-то какое дело? Эти уйдут, другие придут. Наслаждайся...

Вздыхаю.

Наслаждаться конечно заманчиво. Но как-то это... Без чувств противно, вот.

- Эх! Хотела бы я быть на твоём месте, Уля... - с мечтательной улыбкой надевает темные очки, ложась обратно на спину. - Я когда молоденькая была, тоже скромничала. Все невинность боялась потерять! Глупая... Невинность, как оказалось, только старых извращенцев привлекает. А надо было жрать молодняк большой ложкой и не давиться. Потому что все равно все кобели. Только и пользовать для своего удовольствия. Выйти замуж успешно и... - замолкает.

- Эм... Ясно... - бормочу, дергая растерянно бровями на ее философию.

И я конечно очень желаю быть более раскрепощенной, но... наверное, я чувствую сейчас границу, за которую мне точно не хочется.

Ещё немного неприятно за Виталия Андреевича. Он ко мне всегда хорошо относился. А она откровенно его унижает своей позицией.

Но это дело не моё.

Генерал смотрит через проем веранды в нашу сторону.

- Ты бы ему особенно не угождала... - ядовито.

- Да я... - пожимаю плечами.

- Бегаешь тут, щи-борщи-пироги.

- Мне не сложно.

Все равно же готовить. Ну попросил он что-то там...

Так и он не забыл, подарки привез мне всякие. Поддерживает по-отечески, интересуется. Перед отцом заступается. Как я должна к нему как гостю относиться?

Замолкаю.

Вспоминаю, что письмо так и не пришло. Мысль Аллы про то, что отец не показывает мне его, не даёт покоя.

Генерал выносит поднос с фруктами. Ставит не возле жены, а возле меня.

- Ну как ты тут поживаешь, Улечка, расскажи мне.

Садится на ближайший шезлонг.

Ааа... Так они поругались! - вдруг

доходит до меня. Поэтому она так говорит. А он ее демонстративно игнорирует.

Все понятно!

- Да как, Виталий Андреевич! Как рабыня Изаура. Папу вот обслуживаю, да учусь бесконечно. Заключённая Ульяна Царько... Только срока своего не знаю.

- Не дело это, конечно, молодой девочке в темнице сидеть.

- Поговорите с папой, что мне обязательно нужно в университет. Он вас уважает, может, послушает.

- Понимаешь ли, Уля... Быть семьёй высокопоставленного человека в погонах - это всегда определенная мера опасности. Детей в первую очередь используют для давления. У меня их, например, поэтому и нет. Как ему тебя отпустить? А завтра ему твой пальчик в коробочке пришлют и попросят состав с калашами на другие пути перевести и потерять.

- И что мне делать? - горестно вздыхаю я. - Так и жить в тюрьме?

- Ну не в тюрьме... Порешаем мы что-нибудь, придумаем. Может, пока учиться будешь, под моей охраной поживешь. У меня конечно не охраняемая часть, но охрана вооруженная и профессиональная.

Зависаю в сомнительных чувствах. Из одной темницы в другую... Да и жить в доме с Юлианной... Я же ей очевидно не нравлюсь.

- Виталий! - зовёт отец. - Поехали?

Вахатов поднимается.

- Часа через три буду, - сообщает мне отец. - В сад не ходите, там солдаты работают.

Да-да... А у ворот охрана стоит.

Запирает калитку в сад на засов. Сад и двор разделяет высокий штакетник, увитый имитацией плюща.

Жду пока свалит в дом Юлианна.

Чтобы незаметно отнести солдатам пирог и оставшиеся со вчерашнего бутерброды. Я их все аккуратно упаковала в пакеты и холодильник. Но "генералам" на стол вчерашнее не подашь.

Поставлю там на столик у бани...

Юлианна с любопытством поглядывает на калитку в сад.

- Большой у вас сад?

- Двенадцать соток.

- А что там?

- Сад... Турники. Баня.

- Схожу баньку посмотрю... - засовывает сигарету в рот.

В растерянности иду за ней.

Вроде как одну неудобно там оставить, неоднозначно получится. На ней только прозрачная пляжная туника.

Она распахнута, обнажая белый купальник.

В саду работают. Перекладывают забор, обрезают плодовые деревья, лакируют деревянный декор и скамейку. И баню топят.

Баня сразу же у калитки. Но Юлианна проходит дальше, туда, где тусуются парни.

- Баня здесь... - показываю ей.

- Ахаха... Уля. Ты смешная...

По сравнению с ней, может и смешная, да. В своих брюках, закатанных до колен и клетчатой хлопковой рубашке. С собранными в двух шишечек волосами. Куда уж мне с этими “ушками”, до яркой Юлианны с дайсон-укладкой!

Парни застывают, оглядывая нас. Сначала растерянно переглядываются. Потом внезапно все словно меняется. Хищно... молча... осторожно... разглядывают. Не меня. Ее... И даже двигаться начинают иначе.

Юлианна улыбается им так, словно предлагает себя, смело шагая вперед.

Испанский стыд! - чувствую, как мои щеки заливает краской.

Встретившись с заинтересованным взглядом какого-то кавказского парня,

торможу, пячусь назад.

Не потому что боюсь их, нет. Не тронут они меня. Здесь, вообще-то не гопота, а лучшие из лучших. С высоким интеллектом, морально-волевыми и мотивированные. Но отец их всех загнобит просто за то, что оказались не в том месте, не в то время! Для профилактики остальных.

Интуитивно пытаясь как-то отгородиться от этой истории с Юлианной, я захожу на крыльцо бани, вставая за поручень с балясинами.

Что мне делать-то уйти??

Темная прозрачная дверь бани открывается и бьёт мне по локтю. Тело пронзает словно разрядом.

- Ай! Ой! - подпрыгиваю я, возмущённо разворачиваясь.

Якунин!!

Глава 11 - Тест-драйв

Он делает шаг назад от неожиданности, оступается на краю ступеньки. И взмахнув руками, ловит равновесие, спустившись на нее.

За моей спиной - открытая дверь, передо мной на лестнице Якунин.

Наши глаза на одном уровне.

Застыв, молчим. Его взгляд теряет фокус. Он тяжело сглатывает...

И я даже на мгновение забываю, что вообще-то ситуация ту мач разворачивается в саду.

Делаю шаг к нему, пытаясь сбежать. Но он не пропускает, стоя на месте.

И мы стоим так, касаясь телами, зависнув друг на друге.

Оглушающе бьётся сердце...

Ощущаю, как по кромке моей ладони, по мизинцу двигается его палец. От ощущений и его раздевающих взглядов подкашиваются колени...

Отлетаю от него на пару шагов. Так получается что в предбанник. Больше некуда.

- Водички дашь попить? - с кем-то флиртует Юлианна.

Ренат резко оборачивается на ее голос.

Юлианна стоит рядом с парнем, который держит шланг с бегущей водой.

Парень медленно поднимает его. И она пьет, обливаясь и умывая шею... Призывно смеётся. Словно специально дразнит их.

Полыхаю от смущения вместо нее.

Как ее муж ещё не прибил за такое поведение?!

И забыв про меня, Якунин теперь таращится на нее та-а-ак!

Меня вдруг сжимает изнутри словно вакуумом. Болезненно полыхает в грудной клетке.

А что у тебя за ревнивые судороги, а, Ульяна Николаевна?!

Встряла в эту харизматичную наглую сволочь?!

- Да блять... - шепчет Якунин с досадой, вдруг скуксившись на Юлианну.

Делает шаг внутрь, ко мне и закрывает дверь.

- Выпусти меня! - заикаясь, требовательно стреляю глазами на дверь.

- Иди.

Шаг в сторону.

- Только попробуй меня тронуть! - с опаской смотрю на него.

Этот точно может! У него с тормозами беда просто.

- И не планировал, - ухмыляется, складывая руки на груди.

Обиженно сбиваюсь с очередной тирады.

- Ну да! - тоже складываю руки на груди, защищаясь от его напускного равнодушия к моей персоне. - А кто там меня наглаживал?

- Это ты... об меня, - нахально. - терлась.

- Чего?! Ты обалдел? - тыкаю пальцем ему в обнаженный торс.

- Воу-воу... Руки прочь, Ульяна Николаевна... - демонстративно отдергивает свои, поднимая их.

От того, что он переворачивает происходящее, зло психую.

- Тут я приказываю, а не мне. Понятно?

Распрямляет широкие плечи.

Из вредности веду по его торсу пальцем вниз, тормозя на солнечном сплетении.

- Захочу и буду трогать, ясно?

На самом деле, теряюсь, чувствуя себя девочкой совсем.

Уверенность испаряется без следа. И это просто дурацкая бравада.

- Побоишься... - хрипло, - трогать...

- Пф.

Спускаю палец ещё чуть ниже.

- Мм... - втягивает он живот, вздрагивая и словно уворачиваясь от прикосновения.

И я, давя сильнее, нечаянно доезжаю до ремня, попадая на дорожку волос от пупка вниз.

Замечаю оттянутую эрекцией ширинку.

Ой...

Настороженно отдергиваю пальцы, зависая ими в воздухе.

- И это все? - пьяным взглядом давит меня. - Или желаете ещё... потрогать?

Ну теперь как-то глупо давать заднюю.

- Может быть. А может быть и нет.

Выставил, словно я за ним тут бегаю!

- До встречи... - мне в спину.

- Это вряд ли, я уезжаю, - вру я.

Ловит за пояс, притормаживая.

- Куда?

- Замуж выхожу... - зло дразню его, ухмыляясь.

Нефиг на Юлианну пялиться.

- Девственницей? Плохая идея... - слышу улыбку в его голосе.

- Да ты офигел, Якунин? - разворачиваюсь опять к нему лицом.

- А вдруг тебе секс не понравится, а ты уже замужем? - ухмылка.

- Чего это он мне не понравится? - сдуваю щекочущую нос прядку, свожу грозно брови.

- Да ты даже потрогать мужчину боишься... - улыбается.

- Нет. Тебя же потрогала.

- Пальцем, как неведомую зверушку? А муж в тебя... целый член засунет... - распахивает устрашающе глаза.

Его бедра делают несколько плавных движений, демонстрируя мне, как это будет.

Ай!..

- А вдруг он тебе не понравится...

- Кто?.. - хриплю, сглатывая.

- Член.

- Господи, - сжимаю переносицу, неверяще качая головой. - Ты такой идиот!

И я такая же.

Ставит ладонь на дверь, наклоняясь ко мне. Чувственно смеется, прижимая губы к моей шее.

- Нужен же какой-то тест драйв для девочки...

- Эй-эй... - шепчу, неуверенно отталкивая в грудь.

- М... - стон.

- Не трогай меня, - давлю ладонями ему на грудь.

- Не притронусь сам, клянусь... - шепчет мне в ухо подрагивающим голосом. Ставит демонстративно вторую ладонь тоже на дверь.

- Давай... Потрогай меня.

Ах, какая увлекательная игра!

Но ты же не будешь, да, Ульяна?

Но... Словно пьяная веду ладонями по его рельефному торсу.

- Аа... - чувственно подрагивая под моими руками, выдыхает мне в ушко.

Я плыву в горячем сиропе, слушая свой грохочущий пульс.

- Ещё... - скользят его губы по моей мочке.

Под моими ладонями его грудные мышцы и твердые соски, пульс на крепкой шее.

- Знаешь, как понять твой мужик или нет? - дразнящий шепот.

- Как?..

- Если сердце бьётся между бедер, значит, твой. Бьётся?..

Да оно взорвется сейчас там!

- Мм... - впрессовывает меня в дверь.

- Стой! - пугаюсь от неожиданности.

Мычу отрицательно.

Отстраняется немного.

- Только тебе можно?

- Да... - шепчу, прикусывая губу.

- Я - твоя игрушка? - улыбаясь шепчет мне в губы, не целуя.

- Аха... - задохнувшись, подтверждаю я. - Тест-драйв...

- Окей... - тяжело сглатывает. - Играй...

Поднимает на меня свой горячий и пошлый взгляд. Облизывает снова губы.

Тебя развели как малолетку, Ульяночка! Я все понимаю. Но как остановиться?..

Словно себе не принадлежу!

Глажу большим пальцем его челюсть и распахнутые губы. Влажные, горячие...

Меня обжигает дыханием.

И пахнет он совсем не парфюмом...

Он пахнет так, что голова моя кружится и тело слегка паникует...

Прикусывает мой палец, проходясь языком по подушечке.

Ай-ай-ай!

Нас обоих судорожно тянет, передёргивая от накала ощущений. Зажмуриваюсь, втягивая громко воздух. И... в следующее мгновение я уже чувствую его вкус, язык, губы!...

Это так медленно и крышесносно…

Шокированная тем, как это меня выносит в абсолютную беспомощность перед ним, отталкиваю его. Вылетаю из бани.

Сбегаю домой, позабыв про Юлианну.

Стою перед зеркалом.

Со стеклянным взглядом, горящим лицом, растрёпанная... Пульсирующая, раскаленная и мокрая...

Кто кого поцеловал вообще?!

Не могу вспомнить…

От автора: Дорогие читатели, если вы желаете почитать истории ИНСТРУКТОРОВ - Психа и Танго, сегодня на них действуют скидки. И самые шустрые ловим подарочки - промо на книги.

1) "Сломанная кукла" - капитан Ершов, Псих

https://litnet.com/shrt/uo24

- Не отдавай меня им. Пожалуйста! - умоляю шепотом.

Взгляд у него... Волчий! На лице шрам, щетина. Он пугает меня. Но лучше пусть будет он, чем вернуться туда, откуда я с таким трудом убежала!

Она - девочка в бегах, нуждающаяся в помощи. Он - бывший спецназовец с посттравматическим. Сможет ли она довериться? Поможет ли он или вернет в руки тех, от кого она бежала?