Игрушка для дочки Полкана

Глава 12 - Завоёвывать

Часть здесь непростая и в нашей казарме есть спортзал. Да только им почти никто не пользуется. Все выматываются за день и так.

Но у нас три слабых звена не могут сдать норматив по физухе на статическую нагрузку.

И мы с Кременчугом дрюкаем их в спортзале.

Потому что если не сдал хоть один - не сдал весь взвод.

- А кто вам "премию" принес? - проходя мимо открытых дверей спортзала, прапор Ложка заходит в казарму. Вываливаем гурьбой за ним.

Как кубок поднимает кнопочный допотопный телефон.

Пацаны подрываются с мест.

- Короче, так! Телефон до отбоя будет в казарме. Сами по времени посчитайте, сколько каждый говорит, чтобы всем хватило. Ясно?!

- Так точно...

- Якунин, ты за старшего!

- Чо я-то опять?

- Тебе товарищ прапорщик сказал, Якунин? Как надо отвечать?

- Так точно.

- В-о-о-от...

У окна втыкает телефон в зарядное. Всовывает мне в руки.

Считаю быстро оставшееся время.

- По семь минут на морду. Нечаев, будешь засекать.

Пацаны быстро определяют очередь. Я последний, так и быть. Но первому отдаю брату.

Вставляет симку, набирает номер. Отворачивается к окну.

- Мам... Мам, это я, Даня. Мамочка не плачь, пожалуйста. У нас все нормально. Как вы?

Пацаны отходят подальше, не мешая ему разговаривать.

У них свои разговоры...

Юлианна красивая телка. Подать себя умеет так, что у мужиков слюни текут. И вчера пацанов конечно взбодрила.

Сегодня ее обсуждают...

- Пацаны, мне тут "дырку" для самоволки спалили. Прикроете ночью? - понижая голос, спрашивает Артамонов.

- Нет! - опережаю всех, валяясь с уставом. - Не прикроют, Артемон. Никаких самоволок.

- Слышь, Якунин, ты не командир тут. Не зарывайся.

- Не психуй. Пойдем я тебе один на один объясню.

Встаю с койки.

- Ну, пойдем, - агрессивно срывает футболку.

- Ну прямо фаталити! Оденься, придурок... - ухмыляюсь я. - Комары покусают.

В курилке протягиваю ему открытую пачку сигарет.

- Чо хотел сказать? - вытаскивает одну.

- Знаю я к кому ты собрался.

- И чо? - нахально.

- И ее знаю... Лично.

- И чо?

- Муж ее в курсе, что она трахает пацанов. Ее не трогает, а вот тех, кто покусился - в расход.

- Да ладно? - неверяще. - Так и скажи, что сам претендуешь.

- Нет, Артемон! Нет! - психую я. - Нахуй она мне не нужна. Я за товарища переживаю. Не делай херни. Стройбатом не отделаешься. Ну ты же умный!

- А чего тебя так бомбит?

- Того... - вздыхаю я. - Семья у меня под раздачу попала из-за нее.

Вернее, из-за меня, но не суть сейчас.

- А детали?

- Не будет деталей. Не могу. Но ты никуда не пойдешь, усёк?

Затягивается, хмурясь.

- Все на луну воют. Но оно того не стоит.

- Самоволка? Да ладно... Подумаешь нарядами закидают. Мы и так в них влетаем.

- Причем тут блять самоволка?! Юлианна... Она того не стоит. Ты глухой что ли?

Я его понимаю, когда тестостерон на мозги давит, начинаешь глохнуть на все остальное.

- А кто стоит, Ульяна Николаевна? - дёргает бровью, ухмыляясь.

Мечтательно вздыхаю, улыбаясь.

- Ульянка - не шлюшка. К ней потрахаться не сбегаешь. Там завоёвывать надо... Самоволка мало поможет.

- Пиздец здесь тяжко с этим! - закатывает глаза. - Женщин по пальцем перечесть. И из дающих две сомнительных.

- А вторая-то кто?

- Да есть тут "приемник"... На троечку. И близко не Юлианна. Адрес дать?

- Да фу...

- Реально рассчитываешь царьковскую дочку отжарить?

- Артемон... - морщусь я. - Ну чо ты такой примитивный?

- Ну а что ты с ней собрался делать? - играет бровями.

Хороший вопрос...

- А где "дырка" то?

- Хе... - ухмыляется. - Я может тоже за товарища переживаю. Оторвёт тебе Царько яйца.

- Да я не собираюсь... Просто хочу знать на всякий случай.

- Забор по левую сторону от полигона. Примерно сотая секция. Там рощица. То ли собаки, то ли лисы подкоп сделали. А пацаны до нас положили кусок линолеума... - показывает рукой, словно скатывается с горки. - Кусты с двух сторон подкоп маскируют. Дыра эта ведёт на территорию военного городка и по этому маршруту особо там не ищут. Все равно через КПП не выйти в город. Только караул ходит около двенадцати. Но караул не дураки же лазейку палить.

Жмём руки друг другу.

Ну и что с этой опасной информацией делать? Меня, вот уже подкидывает от нетерпения!

А пацаны так вообще ордой сорвуться.

Догоняю Артемона.

- Не говори нашим.

- С хера ли? Мы ж не крысы.

- Не говори. Подставятся.

- А это уже их мозги и их дело, Якунин. Тупым в спецназе делать нехуй. Самоубьются. Пусть уж лучше отсюда вылетят.

- Тут ты прав, пожалуй...

С нетерпением жду очереди.

Расспрашиваю у Дани.

- Чего мама говорила?

- Говорит, отец уволился, дом продали. Переезжают.

- Класс... - психуя, пинаю ножку кровати. - А куда?

- Не успели поговорить.

- Отец не подошёл?

- Нет...

Возвращается Ложка.

- Так, бойцы, у кого есть водительские права?

- Ну, у меня... - кошусь на него.

Все остальные молчат.

- Плюс один и... за мной.

- Так я ещё не поговорил! - бросаю взгляд на телефон.

- Успеешь.

- Дань, - киваю брату.

Догоняем у КП Ложку.

- А чего надо-то, товарищ прапорщик.

- Сейчас покажу. Вот... - останавливается перед абсолютно новым маленьким экскаватором.

- Да ну... Я такой техникой не владею.

- Давай-давай. Разберёшься.

Прикалывается он что ли?!

- А если я разобью его?

- Ну а чо тебе будешь? Ты ж ещё дух. Другое дело мне - прапорщику Ложкину. Можно и погоны урезать. Полезай. Полезай сказал!

Вздохнув лезу в кабину.

- Короче, перегонишь его к дому Полкана. Там поставишь у забора. А ты, - подталкивает вперёд Даню. - Иди впереди, смотри, чтобы он ничью тачку не зацепил. Дорога узкая, ориентируй по габаритам.

Экскаватор дёргается с места и тормозит. Вообще управление другое!

Психую, пытаясь понять.

Неожиданно оживает ковш. Одергиваю руку от рычага.

- Это нам карма, - плюется Дан. - За то, что тачку у бати угоняли. Давай я? Я в деревне помнишь, на тракторе ездил. Может, тут так же.

Пускаю его за руль.

Через десять минут экскаватор начинает вести себя более предсказуемо.

Даня приподнимает ковш. Отлетаю на пару шагов.

- Круто! - радуется он. - Поехали.

Ну поехали...

Иду рядом с ним. Медленно ползем от части в направлении аллеи.

Чтобы пригнать к дому Полкана надо сделать петлю, объехав сквер. Напрямую не подъедешь.

- Ульянка!.. - притормаживаю на мгновение.

В спортивном костюме и наушниках бежит по аллее.

Бросает на нас взгляд. Запинается и летит прямо под фонарь...

У меня поджимается живот, словно это я лечу с качелей вниз, а не она на асфальт.

Дергаюсь в ее сторону.

Руками и коленкой приземляется. Вскрикнув, переворачивается на спину, хватаясь за коленку и прижимая к себе.

- Ооо...

Даня тормозит, спрыгивает и тоже идёт к нам.

Белые тонкие штаны на коленке пачкаются кровью.

- Ну, привет, - присаживаюсь рядом с ней.

Обиженно поджимает подрагивающие губы.

- Извини, я не хотел.

- Что не хотел? - растерянно.

Задираю ее штанину, осматриваю коленку.

- Быть таким охуенным. Засмотрелась на меня? - стебу, пытаясь немного развлечь ее.

- Очень смешно!

Она шипит от боли, нерешительно отталкивая мою руку.

Промакивает салфеткой коленку.

- Не могу разогнуть... - жалуется.

Бедро ее дрожит. Содрала жёстко.

А я смотрю на ее бедро и думаю только о том, как будут дрожать ее бедра, когда она кончит со мной.

Мля… хочу-хочу! - теряю адекват на мгновение, улетая в эту фантазию.

Сглатываю…

Кисть моя сама двигается от разбитой коленки на бедро.

Поглаживаю.

- Якунин, - строго.

- Ах, да… только тебе можно, я помню.

- Больно вообще-то!!

- Шрам будет, - хмурюсь я.

- Да и ладно. Кто там на коленках увидит.

- Я... - подмигиваю ей. - Буду смотреть, вспоминать, как тебя на руках носил.

- Якунин... - вздыхает с сарказмом. - Каких руках?!

Ловлю ее за талию, подхватывая на руки.

- Этих.

- Это конечно героично, но нереалистично, - вздыхает она. - До дома далеко. Да и отец тебя прибьет, если узнает. Поэтому лучше поставь. И сбегай за ним.

- Ну дай хоть на руках подержать... - ухмыляюсь ей. - Брат, сгоняй за полканом.

- Нет. Стоп. Он же уехал! - тормозит его Ульяна.

Веду носом по ее плечу, вдыхая запах.

Мля.... Ыы... Это просто пиздец! Тело сходит с ума.

- В целом, мы по очереди нести можем, - чешет затылок Даня. - Или типа, как раненую, на скрещенных руках. Так можно и несколько километров нести.

- Я тяжелая... - смущенно. - У меня же мышцы.

- Это у меня мышцы...- подкидываю ее слегка, перехватывая крепче.

- Так. Никто меня не понесёт. Ставь. Немедленно.

Опускаю на ноги.

- Ай... Ай... Ой... - прыгает на одной ноге, держась за меня.

- Ну только ковш остался из вариантов. Как вам такой транспорт, Ульяна Николаевна, - шучу я.

- Ахах... - болезненно смеётся. - В ковше - это прикольно! А разве можно?

- А кто нам указ? Дорога ровная.

Бросив свои куртки на дно, усаживаем ее внутрь новенького, выкрашенного в жёлтый ковша. Он по размеру как маленькая ванна.

Держу руку на стенке ковша.

- Ну так вас ещё никто не катал, Ульяна Николаевна, да?

- А как вас по батюшке?

- Константинович.

- Смею вас заверить, Ренат Константинович, что меня вообще никто не катал!

- А я как-то... догадался, - прикусываю губу. - Ну пусть первый раз будет фееричным! Держитесь крепче, Ульяна Николаевна.

- Ты такой придурок, - улыбается мне.

- Как там наш жених?

- Нормально!

Наврала же, зараза такая!

Ухмыляется.

- Удобный.

- В смысле?

- Ну там браслетики, цепочки на рога вешать… Удобно, наверное.

- К-чер-ту-и-ди… - дразня меня, шевелит губами.

Машу брату.

И мы медленно ползем дальше, катая Ульянку. Ковш максимально низко опущен к земле.

Прикусив губу, она как мелкая радуется приключению. И я улыбаюсь тоже ее эмоциям.

- Я хочу повыше! Можно повыше? - перекрикивает она двигатель и машет руками, показывая вверх.

Дан поднимает ковш.

- Эй!! - пугаюсь я за нее.

Нихрена ведь Дан не умеет управлять им еще. Перевернет нечаянно ковш и вылетит она на асфальт.

Скрещиваю руки, показывая ему "стоп".

Он поднял ее уже высоко.

Выключает движок.

- Вы чо?! - ору на них. - Долбанулись? Верни обратно.

Закатывают на меня оба глаза.

- Ну ты душный, - фырчит Даня. - Дай девочку покатать! Острые ощущения, все дела...

- Это уж я как-нибудь без экскаватора.

Покатаю...

В общем, в безопасном, "низком" режиме довозим ее до дома, паркуя технику у забора, сбоку.

Поднимаю ее на руки.

- До кровати донести?

- Допрыгаю!

- Боишься?

- За тебя! - надменно. - Там камера на входе. И гости дома.

Дан уходит вперёд, отворачиваясь от нас и доставая сигарету.

- Ну а вкусным чем-нибудь угостишь? - шепчу ей.

- Мм... - растерянно зависает. - А я ничего не готовила... вкусного.

- А у тебя все готово... - неровно дышу я, ловя на мгновение её губы.

Ахнув, дёргается назад.

Пьяно смотрю на ее приоткрытый рот, медленно опуская на ноги.

От эмоционального накала и судороги в паху темнеет в глазах.

Ну как блять можно тормозить в такой момент?! Я сейчас кончусь…

- Я пойду, - бормочет, поправляя волосы.

Держу ее за руку, глядя в глаза.

- На присягу придёшь ко мне?

Неуверенно кивает.

Тяну медленно к себе. Веду носом по ее щеке, закрывая глаза. Наши губы соприкасаются. Меня окатывает жаром.

- Ммм... - вырывается у меня стон.

Веду по ее губе языком, утопая во вкусе, подхватывая за затылок, впиваюсь глубже, тая от ощущений.

- Ульяна Николаевна! - резко разворачивается Дан. - Может всё-таки помочь дойти?

Мы разлетается с Ульяной на три шага. Она хватается за ковш.

- Да! - выпаливает она хрипло и неровно. - Да...

И это звучит, как "Да-да-да... Еще-еще...".

Из-за угла выворачивает "наш" генерал!

- А что здесь происходит? - низким тяжёлым тоном.

- Я ногу повредила... - жалобно жалуется Ульяна. - Не могу идти...

- Свободны, - тихо бросает нам.

Пересиливая себя, делаю несколько шагов к Дану.

Оглядываюсь.

- Давай-ка, моя девочка, - подхватывает ее за талию. - Вот так…

Она обнимает его за шею. Он помогает ей идти.

Меня всего сводит.

Дан, хватая меня, тянет подальше.

Выворачиваясь, ещё раз оглядываюсь и ещё раз. Открыв дверь, он подхватывает ее на руки и заносит.

- Да блять... Не нравится он мне! - психую я.

- Тебе какое дело, брат?! Она сама разберётся.

Есть мне дело. Есть…

- Сейчас звонок свой проебешь.

- Точно! Бегом…

И мы летим свой очередной кросс. Потому что мама будет волноваться ещё сильнее, если я не позвоню.

Глава 13 - Туповатая

Мы сегодня обедаем у бассейна.

Стол уже накрыт, я рву цветы в вазу.

Наши гости завтра уезжают.

Водружаю букет посреди стола.

Отец недовольно сдвигает его на край.

Юлианна поглядывает в сторону сада. Там опять сегодня работают. Снимают часть стены, отец хочет из ручья подвести воду и сделать у нас маленький пруд.

Увидел у кого-то из вышестоящих чинов и загорелся.

Нога моя все ещё немного побаливает.

- Сядь, Уля, не мельтеши.

Сажусь напротив Юлианны.

- Пап...

- М?

- Я хочу попасть на курса самообороны.

- У нас их нет.

- У тебя есть инструктор.

- Это кто тебе сказал?

Сказал мне прапорщик Ложкин. Он иногда со мной болтает. В силу его уважаемого возраста, неприглядной внешности и глубокой женатости на тираничной жене, ему не воспрещается вести со мной вежливые беседы по случаю. И сопровождать меня.

- Ты всегда говоришь, что я в опасности. Но курсы по самообороне - это табу?! Я перестаю тебя понимать.

- Потом поговорим.

- Когда? Когда они уедут? - злюсь я.

Специально раскачиваю при генерале. Может он качнет отца в мою пользу?

- Тебе заняться больше нечем?

- А чем? На учебу ты меня не отпустил. Я уже год дома торчу. Программу всю вызубрила. Форму тебе, может, постирать?!

- Следи за языком, - рычит он.

- Ну пусть идёт, Николай. Найми ей инструктора. Лишним не будет. Чем ей заниматься в этой глуши? Она же у тебя не в клуб отпрашивается.

- Я охрану лучше найму. Ещё не хватало, чтобы ее валял кто-то! Никаких контактных видов спорта. Бегаешь по вечерам и бегай...

- Я умру! От скуки. Прямо завтра.

Отпихиваю чашку. Не лезет ничего!

- Ничего, Уля, не переживай, сегодня поедем собак смотреть... Тренировки бойцов. Хочу этот опыт внедрить у своих. Развлечешься.

Юлианна вдруг оживает, с аппетитом налегая на лагман.

А Виталий Андреевич хвалит...хвалит...хвалит... И лагман мой, и плов. И торт сейчас похвалит, конечно же.

А отец меня никогда не хвалит, и маму не хвалил. Как само собой разумеющееся воспринимает.

- Я тебе кстати подарок привез. В саду стоит. Чтобы ты не очень скучала.

- Какой? - улыбаюсь я.

- Гончарный круг с хорошей глиной.

- Вау. Супер! Спасибо...

Отец бросает взгляд на экран телефона.

- Я сейчас...

- Пойду за десертом схожу, - поднимаюсь я тоже через минуту.

У выхода он рассчитывается с нашей молчаливой домработницей. Ольгой.

Отдает ей несколько купюр.

Она пишет на телефоне, разворачивает к нему экран.

- Нет, - категорически режет он. - Как договорились, так и будет. Не могу отпустить. А хочешь больше денег... Ты знаешь, как их взять, - берет ее за запястье.

Она вежливо вытягивает руку, отводит взгляд, отрицательно качнув головой.

Мне становится гадко за неё...

Я стою, переминаясь с ноги на ногу.

Мы с ней никогда не общаемся, она всех избегает. Одевается всегда невзрачно и выглядит тенью. Но вообще-то ещё молодая и красивая женщина. А отец так ее оскорбляет!

Ой, ну фу...

- Папа!!

Вздрогнув, медленно поворачивается.

- Принеси, пожалуйста, торт, он тяжёлый.

Молча идёт в дом. Ольга сбегает.

А я возвращаюсь к гостям. Издали слышу их разговор.

- Да вижу я на кого ты глаз свой пожилой положил. Да только мне все равно, Виталий... Хочешь развод, я его тебе дам.

- Разво-о-од? - скептически и надменно. - Развод надо ещё заслужить, моя дорогая. Развод - это дорогой подарок. Ишь ты - свободу ей дать... Свободу я тебе дам только тогда, когда ты ей воспользоваться не сможешь. А просто так развод ты не получишь.

Капец как неудобно.

Специально шаркаю обувью, чтобы было слышно, что я иду.

- Сейчас папа принесет, - подходя к ним, сообщаю я.

Мы собираемся и едем на полигон.

У солдат сегодня обед в полевых условиях. Работает полевая кухня, вкусно пахнет кашей с мясом.

Мы сидим с Юлианной в открытой машине, недалеко от полевой кухни. В моем желудке урчит...

Генерал и отец курят, прогуливаясь дальше.

- А можно мне каши порцию? - улыбаясь, прошу у повара.

- Солдатской?! Ульяна Николаевна, да Вы такое и есть не будете.

- Буду-буду! Ну, пожалуйста.

- Ну если желаете...

Приносит мне чашку гречки с тушёнкой. Алюминиевую ложку.

Спустив ноги из машины, сижу ем, наслаждаясь привкусом дымка. Вспоминая детство. Когда могла спокойно появляться то тут, то там. Подглядывать за подготовкой, угощаться их едой. Теперь только в сопровождении отца.

Рассматриваю издали солдат, по походке и жестам узнавая Рената и Левченко...

Сердце моё бьётся так мощно, что я пьянею.

- Уля...

- М?

- Я бы на твоём месте, сейчас бы постаралась сильно разочаровать Виталия Андреевича.

- Почему?.. - не вникаю я, не сводя с них глаз.

- Если конечно ты не хочешь на мое место.

Ренат смотрит в мою сторону.

- Какое место?.. - не соображаю ничего.

- Дура бестолковая.

С досадой.

Вздрагиваю как от пощёчины. Пытаясь въехать о чем мы говорили. И не могу припомнить, честно говоря.

Ловлю ее взгляд.

- Он тебя хочет, дура. И он тебя заберёт.

Это она о...

- И можешь сколько угодно смотреть на этих милых зайцев, но выебет тебя этот старый козёл.

Ещё одна пощёчина.

- Чего?! - становятся дыбом волосы по моему телу.

Опускаю ложку.

Она открывает окно со своей стороны, прикуривает сигарету.

- Ты не подумай, я не ревную. Пусть делает что хочет. Но мне тебя жалко. Ты ж туповатая... А самое главное - девственница. Словно в прошлом веке воспитанная. Прямо фетиш для генерала.

- С чего ты взяла? - мямлю я смущённо

- Господи... - закатывает глаза. - Да от тебя разит неискушенностью.

Моя картинка мира плывёт, превращаясь в какое-то уродство.

- А отец твой тебя продаст. У моего на него компромата дохрена. Поэтому, мой тебе женский совет - разочаруй.

Вылетаю из машины.

Растерянно иду вперёд, сжигаемая изнутри кислотой.

Я не верю в то, что она сказала. Это какой-то бред!

Генерал ни разу мне ни на что не намекнул. Не прикоснулся как-то пошло. Да и отец тоже слова не сказал...

Я чувствую себя тупой, да. Наивной, невинной, беззащитной...

Она же от злости это все? От ревности. Или всё же - нет?

Но она может просто ошибаться, да? Она и отца-то моего не знает!

Да и как я на ее месте окажусь, когда генерал ей прямым текстом сказал - никакого развода.

Оказываюсь рядом с солдатами и инструкторами.

- В результате эмоции страха, мы как правило получаем три реакции от психически здорового животного. Затаивание, бегство и нападение. Последнее - только при отсутствии выбора. Вывод, Левченко? - говорит инструктор со шрамом.

- Не загонять в угол испуганное животное?

- Молодец. Это же касается и людей. Если загнать в угол, вы можете получить сопротивление и агрессию превышающую на порядок обычный ресурс. И крыса может загрызть кота.

Встречаемся взглядами с Ренатом.

Незаметно подмигивает мне.

И я вспоминаю, что в первую нашу встречу он не показался мне таким уж красивым. Скорее, на любителя.

А теперь чувствую себя любителем! И дальше, я уже не очень слышу лекцию. Я "туповатая"...

- Юлианна... - перешептываются другие парни, стреляя взглядами.

Ну да. Звезда вышла?

Ревниво отслеживаю взгляд Рената. Но он не сводит глаз с меня.

Ты двинулась, Ульяна? У вас просто флирт! И всё.

Бросив на него холодный взгляд, прохожу мимо, через стадион, дальше к лесу.

Я даже внутри себя повторить не могу, все, что мне наговорила сейчас Юлианна.

Сажусь на старое колесо посреди стадионного поля. Пытаюсь отдышаться... Мы торчим тут очень долго. Отец курит, раздражается, дрюкает состав.

Солдаты уходят обедать. Клетки остаются на месте. Там нервно суетятся собаки. Я считаю их. Пять собак.

Юлианна, присев у клетки, зло ухмыляясь, дразнит их.

Лучше бы покормила...

Собаки злятся и лают.

Инструктор возле нее что-то объясняет. Взмахивает ей рукой на машину, словно прося вернуться.

Она вместо этого встаёт и "хамит", демонстративно двигая задвижку на клетке туда-сюда.

И небрежным жестом "поправляет" его форму на груди.

Инструктор, уклоняясь, делает шаг назад.

Подходит к генералу, что-то хмуро говорит ему.

Генерал идёт в ее сторону, отец в мою.

В прострации наблюдаю, как солдат уводят на какой-то другой объект. Инструктор прибавляет шаг, догоняя бойцов.

- Уля... Давай в машину. Поехали.

Поднимаюсь с колеса. Иду с отцом рядом к машине.

Оглядываюсь.

Генерал кладет локоть на клетку, наблюдая за Юлианной.

Ушла бы она от этих собак. Живот подводит от страха наблюдать за тем, как она дурит.

- Пап... Ты же меня защитишь?

- От чего?

- От всего.

- Я тебя и защищаю, Уля.

- Ты меня от всех людей защищаешь, а надо только от плохих.

- Я сам разберусь, кто хороший, а кто плохой.

Вот это то и страшно!

Он открывает мне дверь машины. Сажусь.

Лай собак вдруг меняет интонацию, я слышу женский истошный визг и... выстрел!

В шоке сжимаюсь, дергаясь, чтобы посмотреть назад.

- Мать твою так! - отец, достав, свой табельный, вперевалку бежит к ним.

Свора заваливает Юлианну!

Генерал, стоя за открытой дверцей клетки, прицеливается.

Ещё выстрел... Ещё... Ещё...

Закрывая уши, зажмуриваюсь.

Ужас!…

Глава 14 - Набор гимназистки

Меня всю трясет. Перед глазами Юлианна с порванным лицом, руками, в полукоматозном состоянии.

Естественно - никакой скорой или полиции. Погоны отца запросто полетят. Если бы пострадал военный, можно было бы скинуть на кого-то за неисполнение ТБ, но Юлианна штатская! Оказалась на полигоне.

Мне дана команда онеметь и забыть.

Официальная версия - напали бродячие собаки вне гарнизона.

А я не могу забыть.

Генерал говорит, она баловалась с задвижкой и собака изнутри толкнула дверь, выбив у нее из рук...

Я видела, как она это делала, да. И такой вариант очень вероятен.

Но не знаю, не знаю...

Я ничего больше не знаю.

Только уверена, что отец к этому не причастен. Вся вина как не крути на него ляжет. Погоны вздрогнут. А он их очень ценит. И жизни вне системы не представляет. Отец испугался. Такое не сыграешь.

Это не могло быть запланировано, нет. Иначе бы они меня с собой не взяли!

Всё-таки, несчастный случай?..

Генерал с отцом увезли Юлианну в больницу, в город.