Осколки Сердец – 2. Рыцарь смерти

– Когда вы стали Рыцарем Смерти? – задал он встречный вопрос.

– Несколько лет назад, – ответил я.

– Как же давно я перестал надеяться, что встречу такого, как вы, – снова непонятно сказал он.

– Называйте меня Каином и на «ты».

Вампир кивнул:

– Думаю, тебя интересует все, что касается Рыцарей Смерти.

– И даже больше.

– Это длинная история, – вампир поерзал на стуле, усаживаясь удобнее.

– Повелитель, я весь внимание.

Он прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания.

– Риэн! – раздался голос матери.

Я отбил мечом выпад брата и, поклонившись ему, закончил тренировочный бой. Голос у мамы был обеспокоенный, следовало поторопиться. Подбежав к ней, я спросил:

– Что случилось, мам?

– Быстро беги домой, отец хочет тебя видеть! – еще более взволнованно сказала она.

Я удивился – мама была самым невозмутимым вампиром из всех, кого я знал. Я выскочил из пролеска, где мы каждое утро тренировались с братом, и припустил к нашему замку. Вбежав во двор, я замер от удивления – там стояло огромное чудовище. Поодаль толпились и дети, и взрослые.

Я оглядел странного монстра – никакое другое слово ему не подходило. Больше всего он был похож на дракона, изображения которых висели у нас в холле. Точнее, не на самого дракона, а на скелет дракона, так как чудище состояло из одних костей. Они были черными, невероятно шипастыми, с белыми вкраплениями, тускло мерцающими на солнце. Огромные костяные крылья были сложены по бокам его длинного тела. Картину дополняли четыре костяные лапы, заканчивающиеся большими когтями, и красные, горящие огнем глаза. Монстр изредка недовольно рыкал и поворачивал свой огромный шипастый череп к окружавшей его толпе.

«Похоже, ему не очень нравится ощущать на себе слишком много чужих взглядов», – подумал я, обходя это чудище по широкой дуге.

Проходя мимо его бока, я удивился еще больше. Посередине хребта переплетение костей походило на большое кресло. Я протер глаза – нет, зрение мне не изменило, это было именно кресло, выросшее из костей, но абсолютно гладких, без шипов.

«Место для всадника, – понял я. – Что же за всадник у этого монстра?»

Меня ждал отец, и я побежал в его кабинет, оглядываясь на костяного дракона.

Мой отец, третий Повелитель рода Быстрых Теней, был невероятно могуществен, а то уважение, которым он пользовался у остальных родов, позволяло мне смотреть на своих сверстников свысока. Все знали, что Повелитель – постоянный победитель турнира мечников, проводимого раз в десятилетие всеми родами. Еще никто за эти годы не смог составить ему конкуренцию. Я очень гордился отцом и делал все, чтобы быть на него похожим. Даже мама, смеясь, говорила, что я перегибаю палку, стараясь копировать его походку и манеру говорить, но меня это не останавливало – я хотел стать таким, как он.

Взволнованный, я постучал в дверь и, не дождавшись ответа, вошел.

Картина, которую я увидел, меня настолько поразила, что кровь прилила к лицу, а уши буквально стали гореть – в высоком кресле сидел странный незнакомец, а перед ним на одном колене стоял мой отец.

«Отец на колене перед неизвестно кем?! – мелькнула у меня первая мысль. – Его заколдовали!» – решил я, прыгая на незнакомца и вытаскивая свой короткий меч.

– Риэн! – раздался голос отца, когда я замахнулся для удара. И почти сразу же перестал чувствовать свое тело, меня полностью парализовало.

Я посмотрел на незнакомца, и мои глаза словно встретились с двумя горящими углями, каким‑то чудом попавшими в его глазницы. Чужак молчал. Я почувствовал, как мои кости начинают ломаться одна за другой, и в комнате раздался противный хруст. Боль пронзила меня, но я не мог закричать, язык тоже мне не повиновался.

– Достойнейший, я отвечу за своего сына, только не убивайте его, – раздался просящий голос отца.

Незнакомец перевел взгляд на него, сила, сковывавшая меня, внезапно исчезла, и, крича от боли, я упал на ковер.

– Ты сам это сказал! – раздался приглушенный и очень спокойный голос незнакомца. – Поверь, я возьму твое слово.

Незнакомец повернулся ко мне:

– Если ты хочешь прожить долгую жизнь, никогда не нападай, не зная силы противника. Сломанные кости – это самое малое, что может с тобой случиться. А теперь слушай меня молча, иначе твой отец ответит за твой поступок.

Я стиснул зубы и больше не издал ни звука, несмотря на терзавшую меня боль.

– Завтра ты проводишь меня на древнее драконье кладбище. На то, что ты нашел в горах.

Как он узнал? Ведь я говорил об этом только отцу и его другу, год назад.

– Но, достойнейший, у него сломаны кости, – возразил отец.

Незнакомец перевел свои горящие, словно огнем, глаза на него, и отец замолчал. Зато я почувствовал, как сломанные кости внезапно пришли в движение, и меня захлестнула новая боль, заставив потерять сознание.

Пришел я в себя оттого, что кто‑то гладил меня по голове. Открыв глаза, я увидел заплаканную маму, сидящую рядом со мной, а чуть левее от нее сидел отец. Увидев, что я пришел в себя, он облегченно вздохнул.

Пошевелившись, я понял, что у меня больше ничего не болит, но все тело было охвачено странным зудом.

– Лежи, Риэн, – сказала мама, предотвращая мою попытку подняться.

– Что произошло, папа? – недоуменно спросил я.

– Он срастил тебе все сломанные кости, – хмуро ответил отец. – Даже не спрашивай меня как, магия Рыцарей Смерти подвластна только им.

– Да кто они вообще такие?! Почему ты встал перед ним на колено?! – закричал я.

– Риэн, нельзя так разговаривать с отцом! – строго сказала мама.

– Именно таким образом обязаны приветствовать все вампиры того, кто приблизился всего на один шаг к нашей Госпоже, – тихо ответил отец.

– Не понимаю тебя, – я постарался успокоить бушевавшую во мне бурю.

Почему отец так унижался перед незнакомцем?

– Понимаешь, Риэн, все вампиры наполовину мертвы, нас нельзя назвать ни живыми, ни мертвыми. Мы существуем между Жизнью и Смертью. Когда‑то давно Жизнь и Смерть – эти две могущественные богини – поделили между собой все на Эратии. Так как Жизнь была более могущественной, то она забрала себе многое, оставив Смерти лишь нежить, различных тварей и злость оттого, что та была обделена при разделе.

Поэтому, когда они начали делить людей, Смерть вцепилась в последнего человека и не захотела отдавать его Жизни. Они поборолись за него, а потом, разозленные упорством друг друга, одновременно бросили его на землю. Именно так появился первый вампир. Он жил недолго, но из его мертвого тела появились другие. Мы живем почти так же, как люди, испытываем чувства, как люди, но все же в нас есть и мертвая часть, поэтому мы существуем и как нежить. Нам, для поддержки нашей неживой части, нужна кровь, и только благодаря ей мы имеем преимущество перед людьми – возможность трансформироваться и переходить в боевую форму.

Богини решили сделать так, чтобы мы сами выбрали одну из них. И, чтобы не уступить друг другу, принялись наделять вампиров разными способностями. Так наши женщины стали рожать, как и людские. Но все наши дети рождаются мертвыми, и если отец не даст ребенку напиться своей крови, тот умрет. Ничья другая кровь не оживит новорожденного.

Жизнь давала нам радости любви, вкушения пищи и вина, Смерть же давала неуязвимость, сильную магию, возможность к высшим трансформациям. К сожалению, первые вампиры решили не выбирать ни одну из богинь, они жили, радуясь полученным дарам и требуя еще. Тогда богини рассвирепели и поклялись, что вампиры смогут присоединиться к одной из них только при выполнении некоторых условий. Если вампир захочет присоединиться к богине Жизни, он должен произвести на свет столько детей, сколько капель крови он выпил за свою жизнь. Тогда у него появится красный плащ за спиной. А когда детей станет столько, что он сам увидит свой плащ, тогда Рыцарь Жизни присоединится к богине Жизни и сможет жить рядом с ней, в ее божественных чертогах.

Смерть же поклялась, что Рыцарем Смерти станет только тот вампир, который убьет столько живых существ, сколько капель крови он выпил за свою жизнь. Тогда у него появится черный плащ за спиной, и если он продолжит убивать до тех пор, пока сам не увидит свой плащ, то богиня Смерти заберет его к себе.

Дав такую клятву, возмущенные богини бросили вампиров и уединились каждая в своем дворце.

Как показало время, от этой клятвы выиграла только Смерть. Жизнь зря наделяла вампиров столь многими чертами людей: месть, алчность, жажда власти – все это передалось и вампирам. Вскоре после того, как вампиры поняли, что благ больше не будет, они стали драться за лучшую еду, лучшее вино и лучших женщин, убивая друг друга. Сильнейший, убивший множество своих собратьев, получал часть черного плаща за плечами, который рос по мере того, как он убивал все больше и больше.

Так в мире появились первые Рыцари Смерти, их стали называть достойнейшими и преклонять перед ними колено. Первый из них создал собственную магию Смерти и передавал знания о ней только тому, кто носил за плечами черный плащ. Сила этой магии была неодолима, один Рыцарь Смерти мог противостоять многим тысячам людей, эльфов, вампиров.

Весь мир вздрогнул от появления Рыцарей Смерти, ведь убивать гораздо проще, чем давать жизнь, а приобретаемое могущество было очень велико. Рыцари не учли только одного: как только они пересекали черту и начинали видеть свой плащ, то умирали, присоединяясь к богине Смерти. Когда остальные Рыцари узнали, что происходит с их братьями, увидевшими свой плащ, они отказались от убийств. Об этом узнали те, кто страдал от тирании Рыцарей Смерти, и началась большая охота. Рыцарей Смерти преследовали, стараясь сделать так, чтобы они убивали как можно больше живых существ. Подставлялись все, лишь бы Рыцарь убивал больше. Очень скоро Рыцарей Смерти почти не осталось.

Все изменилось, когда один из Рыцарей Смерти придумал, как можно так преобразовать магию Смерти, чтобы при убийстве плащ не увеличивался. Свое заклинание он назвал Поглощением и пользовался им, высасывая из живых существ их энергетическую оболочку, но не трогая тело. Конечно, лишившись своей души, все умирали, но плащ не увеличивался, ведь Рыцарь при этом не затрагивал живую материю.

К его большому сожалению, в живых остались единицы Рыцарей Смерти, поэтому знание об этом заклинании досталось уже немногим. Но все же именно это время считается настоящим расцветом Рыцарей Смерти: могущественные, практически неуязвимые, они теперь убивали без оглядки на плащ, и вскоре реки крови залили все материки.

Тогда и вошло в жизнь вампиров правило: тот, кто убьет Рыцаря Смерти, становится Королем всех вампиров. Изредка это все же удавалось, и такие Повелители правили веками, объединяя все роды вампиров в один, под своим правлением.

Отец закончил повествование и замолчал.

– Неужели не было ни одного Рыцаря Жизни? – спросил я, ошеломленный его рассказом.

Отец покачал головой:

– Понимаешь, Риэн, я рассказал тебе легенду, которую услышал от своего деда, когда был в том же возрасте, как ты сейчас. Сейчас эту легенду вообще никто не знает, как, впрочем, и множество других. Если Рыцари Жизни и были, то об их существовании никто не помнит, Рыцарей Смерти же все помнят по тому ужасу, что они несли с собой. Именно поэтому, когда я увидел, кто снижается с неба, я постарался вести себя так, чтобы не раздражать нашего незваного гостя. Поверь, он, не моргнув глазом, превратит наш замок в пепел и песок.

Поэтому, когда завтра поведешь его к кладбищу, старайся не разговаривать с ним и, вообще, как только выполнишь то, о чем он тебя просил, сразу возвращайся домой. Не надо нам знать, для чего ему нужны кости древних драконов. А теперь спи, завтра тебе предстоит дальняя дорога.

Отец взлохматил мне волосы и вышел из комнаты. Мама поцеловала меня и вышла вслед за ним.

Я еще долго ворочался в кровати, вспоминая события этого дня и рассказ отца. Утром, после завтрака, мы вышли во двор. Монстр по‑прежнему стоял там. Увидев хозяина, он заревел.

– Ну, ну, успокойся, – сказал Рыцарь, подойдя к нему ближе, и положил ладонь на подставленный огромный шипастый череп.

Монстр заурчал, когда хозяин поглаживал его по тем местам, где не было страшных шипов. Рыцарь Смерти повернулся ко мне:

– Отправляемся, иди сюда.

Когда я подошел ближе, дракон лег на землю, и Рыцарь прошел по его крылу к тому углублению, где я вчера заметил кресло. Дойдя до него, он посмотрел на меня:

– Тебе нужно особое приглашение? Быстро сюда!

От его окрика я очнулся и ступил на крыло дракона. Присмотревшись, я увидел узкую дорожку без шипов. Она вела к углублению, где стоял Рыцарь. Добравшись до него, я еще раз убедился в том, что там действительно есть кресло. За креслом я обнаружил небольшую костяную корзину, наверное для вещей. Сев в кресло, Рыцарь показал мне рукой место рядом с собой. Когда я сел, он сказал чудищу: «Полетели». Дракон, довольно рыкнув, присел на лапы и внезапно, как лягушка, подпрыгнул.

Я поразился высоте этого прыжка. Монстр оказался почти вровень с верхушками башен замка и расправил огромные крылья. Затем произошло то, что я с восторгом вспоминаю до сих пор, – Полет!

Когда монстр заскользил по небу, я забыл все свои горести. Ведь я летел! Дракон набирал скорость и поднимался все выше, устремляясь в том направлении, которое я рукой показал Рыцарю. Как тот передал это дракону, я не знал, во всяком случае – не голосом, да и лицо у него было закрыто повязкой для защиты от встречного холодного воздушного потока. Теперь я понял, почему кресло стоит внутри дракона, а не на нем. С увеличением скорости полета ветер становился все холоднее и сильнее, я даже не представлял себе, что было бы, если бы я сидел наверху. Ведь даже здесь, в этом переплетении костей, ветер был очень силен, и мне пришлось закрыть лицо рукавом.

То кладбище, куда мы летели, я обнаружил случайно, на ежегодной охоте в прошлом году. Уйдя со всеми, я сначала отстал, а потом и вовсе потерялся в горах. И там наткнулся на большую пещеру, на полу которой было полно костей, точнее, пола не было видно вовсе, он весь был устлан большими и малыми костями. Тогда я ничего не понял и, выйдя из нее, еще долго плутал, пока не наткнулся на искавших меня вампиров. Только потом, рассказывая отцу о том, как потерялся, я упомянул странную пещеру. Присутствовавший при этом Повелитель другого рода сказал, что, скорее всего, это древнее кладбище драконов. Они все прилетают умирать в одно место. На мой вопрос, почему оно древнее, он ответил, что в противном случае там были бы не только сухие кости, но и разлагающиеся останки недавно умерших драконов.

Сверху я с трудом узнавал места, где был год назад. Рыцарь посмотрел на меня, взглядом спрашивая дорогу. Я немного замялся, вспоминая события многомесячной давности. Крутя головой, я заметил знакомый рисунок горных пиков и показал на него. Монстр сразу же помчался туда.

Пещеру мы искали до самого вечера. К счастью, Рыцарь был терпелив и спокоен. Когда же она была найдена, он внезапно снял с пояса кинжал и отдал его мне со словами:

– Носи его с честью.

Вытащив кинжал из ножен, я обомлел. Небесное железо, ошибки быть не могло – голубое лезвие с волнистыми переливами. Кинжал стоил огромных денег. Только у отца был меч из небесного железа, все остальные вампиры нашего рода не могли себе позволить такую роскошь.

– Но… это же небесное железо… оно очень дорогое… – пролепетал я.

– Бери, – отрезал Рыцарь.

Он вернулся к дракону и достал небольшую сумку.

– Здесь еда, которую приготовила тебе мать. Забирай и отправляйся назад.

Я только собрался последовать его совету, как Рыцарь добавил:

– Никто больше не должен узнать об этом месте. Твоего отца я уже предупредил, теперь говорю тебе – об этом месте можешь рассказать только другому Рыцарю Смерти. Понятно?

Я кивнул, взял сумку и пошел по знакомому пути домой. Когда я вернулся и показал всем подарок Рыцаря Смерти, было много восхищенных и завистливых взоров. Шли годы, десятилетия, века, и только кинжал теперь напоминает мне, что все происшедшее не было сном.

Закончив рассказ, Повелитель внимательно посмотрел на меня:

– Сегодня, увидев твой плащ, я как будто заново пережил тот день.

Я отбросил мысли, навеянные его рассказом, и сказал:

– Мне нужно попасть в это место.

Он кивнул и спросил:

– Если мы двинемся в путь завтра, тебя устроит?

– Да, мне необходимо отдохнуть и постирать одежду, – ответил я.

– Я распоряжусь. – Он встал из‑за стола. – Пойдем, я покажу твою комнату.

Комната оказалась небольшой и уютной. Раздевшись, я отдал свою одежду той же девчонке, что приносила нам еду, и отправился мыться на кухню, там уже согрели для меня воду.

Утром я оделся в высохшую одежду, висевшую на стуле, и в дверях столкнулся с девушкой, которая, жутко смущаясь, пригласила меня к завтраку. Повелитель ждал меня в той же комнате. Поприветствовав друг друга, мы приступили к еде.

– Когда выходим? – спросил он, когда мы насытились.

– Возьму вещи, меч, и я готов, – ответил я.

– Жду тебя на улице.

Путь до пещеры занял два дня. Никаких неожиданностей не произошло. Как объяснил Повелитель, с этой стороны гор до ближайшего эльфийского города неделя пути, поэтому‑то вампиры и живут относительно спокойно, хотя иногда эльфы устраивают выезды на охоту. Тогда всем поселком приходится уходить в горы. Я поразился, как можно терпеть, что на них охотятся, как на диких зверей. Повелитель с грустью поведал, что его род не может противостоять эльфам, даже убийство одного и то огромная потеря для селения, в котором всего один Старший вампир – это он сам. Он сказал еще, что почти все роды свободных вампиров живут так же, а те, кто обитает к эльфам ближе, вообще находятся в полном подчинении у них.

Пока мы шли, я узнал много интересного о ближайших городах эльфов и об обстановке в этой области. Про дальние города Повелитель ничего не знал, так как передвижение всех существ по эльфийской территории жестко контролировалось вооруженными патрулями. Передвижение без ограничений было возможно только при наличии подорожной грамоты, купленной в одном из городов, а тех путников, которые таких грамот не имели, всегда задерживали патрули. За этими разговорами мы и добрались до пещеры.

Вход в нее был скрыт разросшимся кустарником. Если бы не Повелитель, с трудом вспомнивший это место, найти его было бы невозможно.

– Наверное, вам не стоит меня ждать, – обратился я к вампиру. – Я сам все разведаю, а вы нужны в поселке.

Не став спорить, он пожелал мне удачи и зашагал назад.

Я проводил его взглядом и, как только он скрылся за скалой, снял со спины сумку и меч. Закинув все это в лаз, я втиснулся следом и пополз вперед. На мое счастье, лаз нигде не сужался, я продвигался в нем свободно.

«Как‑то странно, – подумал я. – Повелитель рассказывал, что весь пол был в костях, а тут каменная кишка какая‑то».

Я поскреб пол перед собой, и пальцы нащупали твердую поверхность под тонким слоем земли и каменной крошки. Я разгреб его и наткнулся на гладкий блестящий материал с небольшими зазорами между стыками. Приглядевшись, я понял, что этот материал – кость. Почистив стенки, а также потолок лаза, я убедился, что он целиком состоит из кости.

«Интересно, зачем тот Рыцарь сделал такой лаз?» – удивился я.

И тут же попал рукой в какую‑то липкую жижу, от которой защипало кожу. Я поднес руку к лицу и увидел, что ладонь покрыта непонятной белой субстанцией.

Поскольку, кроме небольшого жжения, неприятных последствий не было, я продолжил движение и вскоре оказался полностью покрытым этой странной мазью. Жижа заполняла лаз, как пробка, следовало или сквозь нее протискиваться, или возвращаться. Еще через несколько минут я угодил в пробку из черной мази, а преодолев и ее, вляпался в третью, серую.

От погружения в эти вязкие субстанции все тело чесалось, но больше ничего неприятного не происходило. И вот что было странно – я полз уже около часа, а воздух оставался таким же свежим, как и в самом начале пути.

Вскоре впереди стало светлее. Я ускорил движение и добрался до конца лаза. Осторожно выглянув, я увидел большую пещеру, полностью – от пола до потолка – выложенную плотно пригнанными друг к другу костяными плитками. Скинув на пол меч и сумку, я спрыгнул вниз. Пещеру внезапно залил мерцающий белый свет. Поозиравшись и ничего угрожающего не обнаружив, я подошел к стоявшему посередине пещеры постаменту. На нем лежала не особо толстая книга, излучавшая странную ауру. Я пригляделся и с удивлением понял, что меня насторожило – эта аура была схожа с аурой живого существа! С таким я встретился впервые, ведь все неодушевленные предметы имели четкий незатуманенный ореол, по которому можно было твердо определить вещество, из которого они изготовлены, будь то камень, дерево или кость.

Сейчас же я не знал, что и подумать. Серая как пепел аура не имела четких границ, так что если смотреть не очень внимательно, то казалось, что она расползается по всей пещере. Я открыл книгу. В меня ударил яркий луч света, и та субстанция, в которой я был весь измазан, начала стремительно затвердевать, превращаясь в панцирь. Не успев даже пошевелиться, я оказался живой статуей. Одежда, пропитанная разноцветной жижей, превратилась в костяную оболочку. Свет из книги вскоре перестал слепить меня, сменившись с белого на красный. Под его действием костяной панцирь начал разрушаться, а затем обратился в пепел, оставив меня полностью обнаженным и без единого волоска на теле. Ничего не понимая, я посмотрел на книгу. Она перестала излучать свет, и я увидел текст, написанный вампирскими рунами.

Прежде чем приступить к чтению, я осмотрел книгу. Ее страницы были сделаны из тонкой, отлично выделанной кожи, а текст был красным, как только что пролитая кровь. Я решил, что это, в общем‑то, не удивительно, Рыцари Смерти прошлого были способны на многое. Обложка книги была изготовлена из очень прочной и толстой кожи. Поскребя по ней ногтем, я не смог оставить даже царапины. Снова раскрыв книгу, я прочитал:

«Собрат! Если ты читаешь эти строки, то мои труды были не напрасны, и ты добрался до созданной мной пещеры. Кость дракона – самый лучший материал для магической трансформации, и мне повезло, что я нашел это кладбище.

Ты спросишь, почему я уверен, что ты мой собрат? Отвечу. Только Рыцарь Смерти мог пройти выставленные мной пробки из специального состава, который реагирует лишь на ауру Рыцаря Смерти. Если бы в них сунулся кто‑нибудь другой, он не пережил бы мельчайшей капли, попавшей ему на кожу. Если бы кто‑то другой сумел очистить от них мой туннель, то для таких умников я приготовил второй сюрприз: свет, исходящий от этой книги, убил бы любого, кто не обмазан моим составом. Прошу простить меня за то, что увеличил этим твой плащ, но никаким другим образом я не мог защитить книгу».

Оторвавшись от чтения, я взглянул себе за спину и с удивлением впервые заметил за плечами тоненькую черную полоску, которой раньше не было. Я понял, что легенда, рассказанная мне Повелителем рода Быстрых Теней, оказалась правдой, и теперь мне необходимо постоянно следить на длиной плаща, если я, конечно, не хочу раньше времени присоединиться к богине Смерти, а такого в моих планах пока не было. Еще раз взглянув на темную каемку, я вернулся к чтению.

«Еще я прошу простить меня за скудность той информации, которую я постараюсь тебе дать на страницах этой книги. Пойми, меня преследуют отряды охотников, и я не могу задерживаться на одном месте подолгу. Я отдал половину своей силы, чтобы создать эту пещеру и дать тебе хотя бы этот необходимый минимум, который позволит тебе стать настоящим Рыцарем Смерти. Запомни! Ты Рыцарь Смерти, и это обратимо только в одном случае: ты должен прекратить убивать, и через несколько столетий плащ полностью исчезнет, а ты станешь обычным вампиром.

Я знал нескольких Рыцарей, которые пошли этим путем, но ни один из них не пережил меня – все они были убиты. Так что решать тебе – продолжать жить с гордо поднятой головой, в постоянной готовности к сражению или скрываться от всего мира в какой‑нибудь затхлой норе. Я почему‑то верю, что ты такой же, как я, и встретишь свою смерть достойно. Скорее всего, я буду уже мертв, когда ты начнешь читать эту книгу, поэтому я еще раз прошу меня простить за недостаток информации. Ну, что же, начнем!

Прежде всего, хочу сказать, что заклинаний Рыцарей Смерти немного, каждое поколение Рыцарей Смерти добавляло всего по одному к этому списку, и я надеюсь, что твое поколение также составит свое. Для этого я оставляю пустое место в списке заклинаний. Я не стал расписывать все заклинания подробно, а указал только важные точки при их использовании. Все остальные главы в книге – это формулы заклинаний и то, как правильно их составлять и активировать. Более половины книги я потратил на описание последних трех, самых сильных заклинаний, хотя сам смог выполнить только одно из них. Я призвал к себе дракона, так как на Короля Личей не хватило душ, а плащ я решил не трансформировать из‑за его ежедневного прироста. Хотя хочу специально отметить, что ни разу не пожалел о том, что призвал дракона, я и тебе советую начать именно с него.