Разрушитель Данжей
- -
- 100%
- +
*Хотите сменить класс на Чумоносца?*
*Чумоносец: Ты можешь входить в любое подземелье слабее твоего ранга. Ты получаешь чуму.*
Ага. Именно так и следовало ожидать. Этот класс тоже бесполезен. Нет, этот даже бесполезнее предыдущего. Хотя бы «Жирный Краб» давал бонус к телосложению. А этот просто дал ему чуму. Звучало приятно. Хотя он и не ожидал чего-то выдающегося — ведь боя даже не было.
Но… это было не совсем так. Бой был, просто не физический. Это было испытание морали и характера. Судя по цветам пьедестала, встреча с «Чумоносцем» оказалась сложнее боя с крабом. Может, цвета отражали не сложность, а опасность. Для Зеро это, вероятно, было самым опасным испытанием всей башни, приведшим прямо к его заточению. Просто опасность была не немедленной.
По спине Тада пробежала дрожь от этой мысли. Башня оказалась гораздо опаснее, чем казалось. Здесь были не только бои, где ставишь жизнь на карту, но и измерения таких вещей, как твой характер, с помощью скрытых часовых бомб в случае провала. Хуже всего было то, что о провале можно было и не узнать.
Провалить встречу можно было множеством других способов. Будь он слишком добр и сразу избавил бы существо от мук, он бы упустил предупреждение. Или если бы не стал с ним разговаривать, ожидая нападения. А может, задай он неправильные вопросы, существо и не предупредило бы его. Столько способов ошибиться. Задним числом, может, стоило попробовать поговорить с крабом…
Отлично. Теперь он будет сомневаться в себе на каждом шагу. Спасибо, башня, полная безумных психологических игр! Как же я рад, что здесь!
Невольно на лице Тада расплылась улыбка. Он и правда был рад. Хотя бы немного. Исследовать эту башню этаж за этажом, с обещаниями силы, заставляло волосы на руках вставать дыбом от возбуждения. Какие ещё испытания его ждут? Каких монстров он победит? Но больше всего его манили насмешки башни: светящийся пьедестал поддразнивал, чёрный туман манил со ступеней, и каждый спрашивал: «Ну как высоко ты сможешь подняться?»
Тад отверг класс Чумоносца. Он схватил ключ, всё ещё находившийся в пьедестале, и повернул. Он был готов к следующему испытанию. Ключ выстрелил вверх, и Тад шагнул сквозь туман.
Он закричал.
Пол исчез под ногами. Он летел вниз, всё быстрее и быстрее, окружённый чёрным холодом. Кожа стала ледяной, воздух — разреженным. Он падал к шару далеко внизу, к планете, которая с каждой секундой становилась всё больше. В свободном падении он пытался сориентироваться. Кроме ослепительного света солнца, только начинавшего выглядывать из-за планеты, вокруг была лишь тьма космоса. Кроме солнца, звёзд не было. Вообще не было ни планет, ни лун, ни чего-либо. Только кромешная тьма. Насколько высоко он находился? Тад посмотрел вниз. Планета внизу росла с каждым мгновением.
Внезапно Таду не хватило сырой темноты земляных пещер. Его прежняя просьба о подземелье в небе была исполнена, и оно оказалось гораздо, гораздо хуже, чем он думал. Это было испытание на время, с сокрушительной смертью в конце.
Тад заставил себя открыть глаза, ресницы мгновенно покрылись льдом, но он прищурился и стал искать то, с чем ему предстояло сразиться.
Острые когти полоснули по спине Тада, бросив его в яростный штопор. *-20 здоровья.* Тад закрутился, потеряв контроль. *-19 здоровья.* Третий резкий укол — *-20 здоровья,* на этот раз в ногу. У него не было времени беспокоиться о том, что его атакует. Он даже не мог понять, как управлять своим падением. Плащ яростно хлопал на ветру. Он обмотался вокруг лица и мешал ему на каждом шагу. Тад мысленно снял плащ и взглянул на своё здоровье.
*Здоровье: 341/400*
Без сопротивления ветра от плаща повышенная ловкость Тада быстро проявилась. Он перевернулся, направив ступни вниз, к сияющей золотой планете внизу. Прижав руки к телу, он закрутился, оглядываясь вокруг. Гигантская птица, похожая на сокола, с клювом в форме зазубренного ножа, рассекла ему бок туловища и пронеслась мимо в размытом движении. *-21 здоровья.*
Как, чёрт возьми, она могла пикировать быстрее, чем он падал? Разве птицы вообще на такое способны? Тад призвал кинжалы в руки. Серебряный кинжал тут же вылетел из пальцев, возможно, подхваченный сопротивлением воздуха. Клык Рэкаста болезненно примёрз к уже ледяным пальцам. Тьма космоса была холоднее любого места, где Тад бывал. Он думал, что лишь его телосложение не даёт ему замёрзнуть насмерть.
Планета внизу уже закрывала весь горизонт. Если судить по ощущениям, он был на полпути к поверхности с того места, откуда начал. Планета приближалась слишком быстро. Смерть надвигалась. Тад отогнал эту мысль, сосредоточившись на задаче. Птица пикировала сверху. Он был готов. Уклоняться он не собирался. Это всего двадцать единиц урона. Он мог выдержать.
Птица пронеслась мимо, *-18 здоровья,* он потерял управление, когда кинжал разрезал её. Он восстановил самообладание, но птица ударила его во второй раз, *-22 здоровья,* снова отправив его в штопор.
Воздух слегка потеплел по мере того, как Тад падал всё ниже сквозь стратосферу. Ледяной укус исчез. Конечности болезненно пульсировали от резкой смены температуры.
Тад наконец заметил птицу. Из раны у неё на шее обильно текла кровь. Полоска здоровья была заполнена на две трети. Тад ещё раз взглянул на поднимающуюся снизу планету. Далёкие горные хребты уже почти на уровне его глаз. Нужно было заканчивать сейчас. Птица была быстрой, но не очень живучей. Он приготовился к удару, когда гигантский сокол перешёл в полное пике, его ножевой клюв сверкнул на солнце. Тад напряг зрение, выжимая ловкость до предела. Птица словно замедлилась, когда оказалась в зоне поражения. Тад резко раскинул конечности и перевернулся над пикирующей птицей. Свободной рукой он поймал перья. Перекинувшись на спину птицы, он вонзил обсидиановый кинжал ей в спину. Второй удар в бок шеи опустил полоску здоровья до опасно низкого уровня. Третий удар — глубокий разрез вдоль всей спины. Полоска здоровья исчезла полностью.
Тад вцепился в мёртвую птицу, чтобы замедлить падение, но обратно в белую мраморную комнату его не вернуло. Вместо этого падение к поверхности планеты продолжалось.
Челюсти Смерти раскрылись внизу.
Глава 3
Сокол был мёртв, но Тад всё равно падал. Он схватился за безжизненные крылья птицы и расправил их; вдвоём они кувыркались в воздухе. Реки, озёра и горы стремительно приближались. В груди вспыхнула паника. Он убил его! Победил в схватке! Что ещё ему оставалось делать? Руки были как лёд, суставы распухли от пронизывающего холода на большой высоте. Тад посмотрел вниз — туда, где его ждала неминуемая гибель.
Но подожди… что-то происходило. Тад замедлялся. Сперва было трудно понять, но рёв ветра в лицо стал тише; вместо яростного напора ветер теперь лишь ласкал кожу. Наконец Тад совсем остановился. Он парил в воздухе, всего в нескольких тысячах футов над поверхностью планеты.
Тад облегчённо выдохнул и отпустил птицу, которую использовал как парашют. Она рухнула вниз и ударилась о землю через двадцать секунд. Похоже, на какое-то время он был вне опасности. Он наслаждался видом, впервые по-настоящему его разглядывая — по крайней мере, впервые не омрачённый страхом смерти. Тад думал, что вид с вершины горы был захватывающим, но это было ничто по сравнению с этим. Планету покрывала густая зелёная растительность, реки прорезали леса и равнины. Сбоку возвышалась гора, и её вершина, похоже, находилась примерно на той же высоте, что и он. Внезапно он был рад меткости того, кто забросил его сюда. Будь он менее удачлив, его могло раздавить на вершине горы, а не оставить парить в воздухе. Насколько же высоко он был? Какова высота самых высоких гор? Столько всего Тад собирался узнать, когда вернётся домой.
Наконец он стоял на грубых коричневых ступенях в Башне Классов. Воздух здесь был разреженным, но по сравнению с тем, что было в верхних слоях атмосферы планеты, казался густым, как блинное тесто. Он жадно глотал воздух, кончики пальцев приобрели тёмно-багровый, болезненный оттенок. Это могло бы выглядеть даже красиво, если бы он не знал, что это значит. Обморожение. По крайней мере, первая стадия. Тад уже получал обморожение раньше, в одну особенно холодную зиму.
«Характеристики».
*Тэд Харрингтон
---
Ранг: Воин
Уровень: 30
Здоровье: 236/400
Мана: 42/42
Сила: 15
Ловкость: 28
Телосложение: 30
Магия: 21
Отвага: 10
Харизма: 1
Дебаффы: Обморожение, стадия 1
Очков для распределения: 35*
Сто шестьдесят четыре единицы здоровья пропали. Неужели ножевой сокол нанёс ему столько урона? Казалось, слишком много. Возможно, телосложение не полностью защитило его от урона холодом — обмороженные руки служили тому доказательством.
Тад вызвал информацию о своём новом дебаффе.
*Обморожение, стадия 1: Получаешь 1 урона каждую секунду, пока находишься при температуре ниже нуля.*
Ну, это объясняло, куда делось его пропавшее здоровье.
«Исцеление».
Тад перечитал описание заклинания, ощущая укол сожаления об утраченном наборе целителя.
*Исцеление: Восстанавливает 5 здоровья. Стоит 1 маны.*
Тело Тада пронзила волна тепла и боли — раны затягивались, заживая мгновенно. Пальцы пульсировали теплом, но вместе с тем и болью, словно тысяча иголок выталкивалась из кончиков пальцев. Наконец цвет кожи вернулся к нормальному. Несмотря на слова той чемпионки-целительницы, исцеление причиняло боль. По крайней мере, его исцеление. Он пытался представить исцеление теплом, с успокаивающим прикосновением, без боли, но всякий раз, когда приходилось восстанавливать разорванную плоть и сломанные кости, боль терзала его. Больно, но лучше, чем альтернатива; лучше быстро, как срывать пластырь. Обычно следом приходила странная стянутость — раны быстро покрывались коркой, стягивая кожу и растягивая плоть в странных направлениях. Но результат всегда был один: новая розовая кожа поверх старых ран, но за определённую цену. На этот раз ценой стали 33 маны.
Должна была быть какая-то тайна безболезненного исцеления, а может, просто нужна практика. Тад был полон решимости узнать это, сколько бы времени ни ушло.
Тад взлетел по ступеням, сгорая от нетерпения увидеть класс, который его ждал. На этот раз существо, с которым он сражался, было грозным. Быстрое, как молния, даже если его атаки и защита не вызывали восторга. На фут выше Жирного Краба и Чумоносца парил сокол, крылья расправлены, клюв-нож блестел в каком-то невидимом луче солнца. Тад коснулся парящей птицы.
*Желаешь сменить класс на Клинкового Сокола?*
*Клинковый Сокол: Ловкость увеличивается на 50%. Телосложение и Сила снижаются на 25%. Ты превращаешься в Соколиную форму.*
Таду пришлось сдерживаться, чтобы не принять класс — «Клинковый Сокол» звучал куда круче, чем «ножевой сокол». Но Соколиная форма… что это такое! Он коснулся слова, и перед ним всплыло новое окно.
*Соколиная форма: Твои руки превращаются в крылья гигантского сокола. Ты получаешь доступ к скрытому пассивному навыку «Полёт».*
*Полёт: Ты умеешь летать.*
Этого было достаточно. Он принял класс ещё быстрее, чем переименовал Зубоблендера-на-палочке. Он всегда мечтал парить в воздухе, не зная забот.
Неожиданно его руки удлинились, а затем начали трансформироваться. Волосы на руках закрутились и превратились в перья; костный мозг вытягивался из рук, минуя плечи, становясь полым. Костный мозг напоминал желе, которое всасывают через соломинку. Плечи срослись со спиной, завершая процесс.
Тад сиял, разглядывая свои новые крылья — гладкие и блестящие. Перья на кончиках крыльев были изумрудно-зелёными, а ближе к коже — бледно-зелёными. Они оказались удивительно тёплыми; лютый холод затяжного падения уже забылся.
Что-то с грохотом упало на пол. Тад посмотрел на источник звука — его обсидиановый кинжал, Клык Рэкаста, теперь лежал неподвижно на полу. Он держал кинжал в левой руке, но теперь уже нет — трансформация завершилась. Тад вытянул шею, пытаясь получше разглядеть крылья.
Как он собирался сражаться в таком виде? У него не было рук! Даже Клык Рэкаста со своей силой, не позволяющей его обезоружить, не имел ответа на его безрукость. Возможно, это не считалось обезоруживанием, если рук больше не было вовсе. В животе нарастало гнетущее предчувствие, что он не до конца продумал это решение.
Тад вызвал нужные характеристики. Удивление вспыхнуло — он не знал, что так можно! Одной лишь мыслью появились именно те статы, которые он хотел увидеть.
*Класс: Клинковый Сокол
---
Здоровье: 320/320
Сила: 11
Ловкость: 45
Телосложение: 22
Баффы: Соколиная форма
Дебафф: Слабость
Очков для распределения: 35*
Здесь было столько всего, что Тад не знал, с чего начать. Ловкость выросла до 45, а телосложение и сила уменьшились на 25 %, причём с округлением вниз. Хуже всего было то, что трансформация вернула дебафф «Слабость». Тад дал бы себе пощёчину за свою глупость, если бы у него были руки.
Но слабость легко исправить, если у него ещё остались очки для распределения. Медленно он добавил ещё пять очков в силу, и после снижения она поднялась до пятнадцати. Знакомая ломота в мышцах исчезла из его конечностей.
Ну вот, он не подумал об этом заранее. Тад попытался коснуться парящего сокола на столе вытянутым крылом. Ничего. Он попробовал представить себя в обычном виде, произнося «убрать класс», «вернуться без класса» и все варианты, какие только приходили в голову. Ничего. Он застрял в этом состоянии. В животе разрасталась паника. Как он собирался сражаться? У него буквально не было рук! Он даже не отрастил клинок из носа, как у Клинкового Сокола. Оружия не было.
Тад опустился на колени на нижний ярус коричневого пьедестала, перегнулся через два верхних и зубами схватил выступающую головку затейливого ключа. Стараясь не провернуть его, он вытащил ключ зубами. Тад подошёл к Клыку Рэкаста, всё ещё лежавшему на полу, коснулся его ногой и изгнал обратно в один из слотов экипировки. Он исчез в облачке тумана.
Ключ всё ещё зажат между зубами, Тад на третьей попытке приемлемо произнёс «телепорт» и наконец телепортировался обратно в свою комнату.
Но свет был включён, и не так, как он оставил.
«Тад? Это ты?»
Паника Тада усилилась от вопроса. Он повернулся к источнику голоса, и его взгляд встретился с взглядом брата. Лиам. Они молча смотрели друг на друга, мысли Тада лихорадочно искали объяснение своему нынешнему положению.
Тад выплюнул ключ изо рта; грохот о пол спальни был оглушительным. Лиам встал — не такой высокий, как Тад, но выше среднего; его тёплые карие глаза подчёркивала родинка в форме томагавка на левой скуле. Когда Тад был младше, он завидовал этой родинке — видел в ней знак судьбы, что Лиама с рождения отметили как воина, но теперь считал это детским суеверием.
Глаза Лиама округлились, когда он в восхищении разглядывал крылья Тада. «Они выглядят так, как будто настоящие! Я не знал, что ты увлекаешься косплеем!»
«Почему ты в моей комнате?» — Тад прозвучал более защитно, чем намеревался.
Лиам отступил на шаг, но не ушёл далеко. «Я… волновался за тебя. Ты на днях оставил дверь открытой, а простыни были в крови. Я… поменял их для тебя, раз мама уехала, но при таком количестве крови я думал, что ты мёртв. А той ночью ты съел еду, которую я приготовил, так что я подумал, что ты дома. Просто зашёл проверить». Лиам подошёл ближе и потрогал перья на крыльях Тада. Его глаза расширились. «Они настоящие! Я так и знал! Я знал, что твоё перерождение сработало. Как ты всех обманул?»
Лиам явно переоценивал его, но впервые в памяти Тада Лиам был им впечатлён. Именно так младшие братья должны смотреть на старшего, а не постоянные ссоры и соперничество. Это казалось правильным. Тад не удержался и выложил историю последних дней.
Он начал рассказ с самого начала — со своего перерождения. Его переродили с показателем силы ноль, и эта часть была правдой. Тад поведал историю загадочного ночного сообщения, спрашивавшего, что он готов отдать за силу. Было так приятно рассказать кому-то правду — пробка, так крепко державшая бутылку, исчезла, и содержимое вылилось свободно. Он описал установку программы повышения уровня, жгучую боль. Свой первый подземелье, босса-комара во всех жутких подробностях. Как Бунта едва не погиб в ледяной сфере. Он рассказал Лиаму о друзьях, о повышении уровня, даже о своей ошибке со статами, об отрицательной харизме и о том, как, по его мнению, из-за неё его мучили хулиганы. Тад рассказал ему всё. Ну, почти всё. Груфф каким-то образом остался за рамками истории. Как его подвиги, так и предательство. Всякий раз, когда тот приходил на ум, история менялась, исключая Груффа. Это всколыхнуло чернильную тьму, осевшую на дне его души; язык невольно коснулся гладких дёсен. Тьма разжигала его вспыльчивость, пока он не подавил её и не продолжил. Он рассказал Лиаму о боссе-ящерице и о том, как она подчинила Бекку и Скара, а затем, наконец, об их смерти. О своей отчаянной битве с ящерицей в одиночку, а потом о страшном побеге, когда каждая секунда была на счету.
Лиам оказался отличным слушателем — в его глазах плясало возбуждение. Тад никогда не видел, чтобы брат так внимательно его слушал.
«Так ты правда ходил в подземелья и убивал тварей? А откуда у тебя крылья? Где твои руки?»
Тад посмотрел на свои крылья — он всё время рассказывал свою историю, оживлённо взмахивая ими. Никогда не замечал, как много жестикулирует руками во время разговора. Теперь приходилось просто «крылить». «Э-э, я вроде как трансформировался, но я почти уверен, что могу вернуться и отменить. Наверное».
«Вернуться куда? Ты просто появился из ниоткуда». Лиам взял крыло и экспериментально взмахнул им.
Тад внезапно подумал. «Может, я смогу показать тебе. Держись за моё крыло. Потом подними ключ, можешь положить мне в рот?»
«Телепорт!» — слова прозвучали глухо из-за ключа, но вдруг Тад снова стоял перед башней. Один. Ну, шансы были невелики, но попробовать стоило. Тад телепортировался обратно в свою комнату.
«Эх, не сработало. Я тоже хотел посмотреть». Лиам выглядел лишь слегка расстроенным, прежде чем его взгляд изучил взгляд Тада, внезапно став серьёзным. «Ты больше не странный». Это не было оскорблением — просто констатация факта. «Я наконец могу с тобой разговаривать. Приятно».
Тад, наверное, должен был обидеться или что-то в этом роде, но знал, что Лиам прав. И было приятно не только Лиаму, но и ему самому. Приятно было довериться кому-то, кому он доверяет, а таких людей у Тада было немного. Тад снова выплюнул ключ, на этот раз Лиам поймал его. «Ты должен хранить это в секрете, никому нельзя рассказывать, даже маме».
«В отличие от тебя, я отлично умею хранить секреты». Его глаза лукаво блеснули. «Но я опаздываю в школу. Вообще-то, я уверен, что уже пропустил автобус». Лиам помолчал. «Тад, ты думаешь, вернёшься в школу? Твоё отстранение скоро закончится, но теперь, когда ты слейер…»
Лиаму не нужно было заканчивать. Тад был Слейером солдатского ранга — по силе, если не по закону, он мог воспользоваться правами Слейера и бросить школу навсегда. На лице появилась ухмылка от осознания. «Нет, никогда больше». Он наконец освободился из этой тюрьмы.
«Мама звонила вчера, сказала, что вернётся завтра утром». Лиам помолчал, а потом голос его стал игривым: «Надеюсь, моё перерождение придёт скоро, но я не буду жалким Зеро, как ты».
Еще несколько дней назад Тад обиделся бы на шутку, теперь же рассмеялся. Так ли это было у нормальных людей? У людей без отрицательной харизмы? Тад слышал шутку в голосе Лиама, в его жестах и манере держаться, даже видел попытку юмора на его лице. Он шутил, а не провоцировал. Целый мир человеческих эмоций только что открылся перед Тадом — спелый для сбора.
Лицо Лиама стало задумчивым. «А ты не мог бы довезти меня до школы? Как я уже сказал, я почти уверен, что пропустил автобус».
Тад рассмеялся: «Конечно, почему бы и нет?»
Тад снова телепортировался к башне, с ключом во рту. Лиам всё время пути до школы радостно кричал и вопил, называя это «величайшей в мире поездкой на спине». Тад думал, что будет весело, но он только учился летать, а смещающийся вес брата на спине чуть не заставил его несколько раз сбросить ношу. Это стало одним из самых нервотрёпных переживаний в его жизни — он уже представлял, как объясняет маме, почему брат упал насмерть с трёх тысяч футов.
Но теперь, стоя у подножия башни на первом этаже после того, как изгнал ключ в свой подземный карман, он решил, что пора насладиться ролью Клинкового Сокола. Может, даже удастся получить намек на то, где он находится.
Тад оглядел бесконечные, покрытые облаками горные просторы. Вот это было подходящее место для полёта — не нужно было беспокоиться о линиях электропередач, деревьях или низколетящих самолётах. Тад разбежался и прыгнул в воздух. Крылья заработали почти автоматически. В первый раз он был впечатлён сильнее, но знание полёта было инстинктивно заложено во всём его существе. Сердце билось всё быстрее, каждый толчок гнал кровь по крыльям. Дыхание участилось, но это чувствовалось естественно.
Тад был соколом.
С каждым взмахом крыльев он поднимался всё выше и выше, свободный от груза брата. Он парил, естественно используя воздушные потоки, чтобы без усилий взмывать ещё выше в небо. Солнце ласкало его лицо, ветер мягко касался, пролетая мимо. Он парил и пикировал с небес, раскрывая крылья в считанных дюймах от облаков, заставляя их кружиться, и повторял это снова. Синее небо над головой было прекрасным.
Любопытство глубоко укоренилось в сердце Тада — оно горело желанием узнать, что скрывается под облаками. Узнать, где он находится. Тад пролетел мимо горного хребта и спустился ниже облаков, неохотно теряя обзор, когда проходил сквозь влажный пар. Облака наконец расступились, открывая долину. Тад снизился ближе к земле, его острое зрение улавливало каждую невероятную деталь чужой земли внизу. Глаза широко раскрылись в изумлении. Странные деревья усеивали землю, ландшафт был необычного цвета, покрытый листвой и флорой, которых он никогда не видел. Но то, что приковало его взгляд, было самым крупным существом, которое он когда-либо видел вживую, включая боссов. Его шея высоко тянулась над пологом деревьев, где оно щипало листья. Кожа была покрыта серым пушком, словно перья у птенца.
Челюсть Тада отвисла, недоумение достигло пика. Он смотрел на то, что можно было описать только как бронтозавра.
Тад стоял в башне. Его мысли метались от увиденного. Это никак не могла быть Земля. Не с динозаврами. Но тогда где он? Или когда он был? Вся эта планета — подземелье? Может, он на Земле, но попал в прошлое? У Тада было столько вопросов, но ни одного ответа.
Он разглядывал маленький столик перед собой — мимо Жирного Краба к существу, покрытому болезненно выглядящими язвами. Это было единственное, что пришло ему в голову, чтобы исправить своё положение. У Жирного Краба было слишком много недостатков. Чумоносец лишь давал настоящую чуму, но это было лучше, чем потерять половину своих статов. Тад покачал головой. Он не мог поверить, что собирается это сделать. Но он не видел другого способа вернуть себе руки. Ему пришлось пойти на это из-за своей глупости и импульсивности.
Тад ткнул Чумоносца кончиком крыла и принял класс.
Костный мозг вернулся в кости, перья выпадали на месте, собираясь огромными кучами на земле. Кости меняли форму, странно тяжелея внутри рук, когда плоть возвращалась к нормальному виду.
Затем началась чума.
По всему телу выступили огромные болезненные шишки. Это были лимфатические узлы. Они распухли во много раз, делая любое движение невероятно болезненным; даже дыхание причиняло боль. Тело покрылось потом, лихорадка крепко овладела им, голова нестерпимо стучала. Мышцы ослабли. Тад внезапно проникся сочувствием к закованному существу. Существовать в таком состоянии неисчислимые годы. Это свело бы с ума кого угодно.
Тад проверил свои характеристики. Все вернулись в норму, кроме чумы, сидящей в графе дебаффов.
*Чума: Болезненные шишки терзают твоё тело. Боль и недомогание лишают тебя возможности использовать заклинания. У тебя лёгкая форма дебаффа «Слабость».*