Разрушитель Данжей

Глава 4

Тад не мог пошевелиться.

Он лежал на спине, ноги вытянуты прямо, руки прижаты к бокам и зажаты в том, что можно было назвать лишь гробом. Крошечным гробом. Холодный металл касался кончиков пальцев, куда бы он ни потянулся. Места для манёвра не было. Колени он подтянуть не мог — ни на дюйм. Паника нарастала. Никогда прежде он не был так ограничен. Он не считал себя клаустрофобом, но сейчас едва сдерживал панику.

Были ли у него заклинания, способные вытащить его из этой ловушки? Нет, заклинаниями он пользоваться не мог! Может, если прижать руки к груди, удастся выжать крышку гроба вверх? Сила у него уже впечатляюще выросла. Покачивая плечами из стороны в сторону, он едва раздвинул пространство, чтобы завести руки на живот, а потом медленно провести их вверх по груди, но верхняя крышка гроба заскребла по ладоням.

Перевернуть руки оказалось сложнее всего. Небольшой ящик был так близок к его собственным размерам, что ладони впивались в мускулистую грудь, а суставы пальцев выворачивались в болезненные положения, которых они прежде не знали. Наконец, после долгих усилий и с ныющей от боли грудью Тад одержал победу. Теперь ладони были обращены вверх и касались прохладной металлической крышки гроба.

Снаружи донёсся приглушённый высокий крик. Вдруг крышка гроба Тада резко вдавилась вниз, выдавливая воздух из лёгких и почти ломая ему запястья. Тад инстинктивно упёрся, сопротивляясь силе, пытавшейся его раздавить. Крик звучал человеческим, женским голосом. В нём слышалась паника, отзывавшаяся на его собственный страх.

— Эй! Там кто-нибудь есть? — выдавил он с усилием.

Ответа не последовало. Снова раздался крик, и Тад в ужасе наблюдал, как крышка его гроба задрожала, а затем сдвинулась вниз. Запястья хрустнули под давлением. Они сломаны? Вес увеличился ещё сильнее, вслед за очередным криком.

Времени почти не оставалось. Его гроб сжимали снаружи! Тад упёрся. Мышцы кричали от напряжения, гроб громко скрипел, но держался. Сверху на коробку легла огромная тяжесть. Сил всё равно не хватало. В ограниченном пространстве было невероятно трудно задействовать мышцы, а воздух в горле становился густым, затрудняя дыхание. Если он пробудет здесь слишком долго, то может просто задохнуться от нехватки воздуха. Время поджимало, его не оставалось. Тад открыл статистику. У него ещё оставалось тридцать свободных очков. Мысленно он распределил пять дополнительных очков на силу, доведя её до двадцати пяти, и снова упёрся.

Тад толкал изо всех сил, но каждый сантиметр давался с боем. Давление сверху усилилось, он был уверен, что его запястья вот-вот сломаются. Вес на груди и спине рос, выжимая весь воздух из лёгких. Ужас вытеснил воздух — ещё немного, и его раздавит, как букашку. Тад добавил ещё пять очков в силу, доведя её до тридцати. Постепенно крышка перестала сдавливать его — его мощь наконец сравнялась с невидимой тяжестью.

Крича от напряжения, он почувствовал, как крышка гроба на мгновение чуть приподнялась. Он был так близко! Ещё пять очков довели силу до тридцати пяти. Мышцы вздулись и налились, когда сила выросла. Из-за увеличившегося тела гроб стал казаться ещё теснее — новые мышцы заполнили прежние зазоры. Ладони болезненно упирались в крышку, а мышцы груди и спины давили на металл снизу. Замедлив дыхание, Тад закрыл глаза, сосредоточился и взорвал всю свою силу в концентрированном рывке. Крышка гроба приподнялась на целый дюйм!

Свежий воздух ворвался в лёгкие сквозь щель в крышке гроба. Воздух придал мышцам ещё больше силы. Чистый воздух никогда не казался таким сладким. Руки дрожали от напряжения, пока он толкал крышку сантиметр за сантиметром. Тад издал свой громкий крик. В ответ донёсся второй приглушённый крик, и вес на гробе многократно увеличился. Давление было огромным, но было уже поздно. У Тада появилось слишком много пространства и рычага. С новой мощью Тад снова рявкнул. Крышка гроба взлетела вверх на целый фут, сопровождаемая тяжёлым и густым хрустом.

Крышка гроба парила в футе над Тадом. Густая тишина повисла в воздухе. Исчезли крики и борьба. Слышно было только его собственное тяжёлое дыхание.

Каждый вдох отдавался болью в мышцах. Тад выполз через узкое отверстие и огляделся. Неужели это и была битва? Пот стекал по лбу, он почесал затылок, пытаясь осмыслить увиденное.

К крышке его гроба была прикреплена массивная металлическая пластина. Над пластиной поднималась толстая стальная балка, уходившая вверх к рычагу. С противоположной стороны вторая стальная балка спускалась и крепилась к другой металлической пластине. В животе у Тада похолодело при виде этого. Тад нажал на противоположную металлическую пластину, почти полностью прижав её к полу. В Скрытном зрении из-под пластины медленно сочилась густая чёрная жидкость.

Инстинктивно Тад знал, что лежит под пластиной, но ему нужно было увидеть, нужно было узнать. Тад схватил стальную пластину и изо всех сил потянул вверх. Сила пронеслась по балке, и металлическая пластина над его гробом резко опустилась, смяв гроб под собой.

Тад не хотел смотреть, почти не мог, но язык невольно скользнул по дёснам там, где не хватало зубов. Он собрался с духом и призвал в руку светосферу. Это ещё не худшее, что ему придётся увидеть, если он продолжит путь к Зеро. По слову светосфера пролила белый свет по комнате, и глаза Тада отыскали смятый гроб внизу. Раздавленная фигура с длинными, пропитанными кровью волосами лежала в позе нажатия. Тело было так изуродовано, что было трудно определить пол, но длинные волосы и стройный силуэт выглядели женскими.

Тад боролся с подступающей желчью в горле.

Взглянув снова на рычажную конструкцию, он понял правду. Он раздавил её насмерть. Проиграй он в этом состязании сил — и она смотрела бы на его труп, гадая, кто эта раздавленная фигура. Была ли она настоящим человеком, как Тад? Ещё одной пустотой, возможно? Или обитательницей Башни Классов, как Чумоносец? Тад надеялся, что последнее. Ему нужно было, чтобы это было последнее. Утром он не планировал никого убивать. Никогда не планировал, но вот они здесь. Он ничего не знал о ситуации, но всё равно чувствовал себя ответственным. Он был жив. Она мертва. Тад снова вздрогнул, вновь переживая тот влажный хруст, наполнивший маленькую камеру после его победы.

Тад отвернулся от фигуры, опустился на колени в растекающуюся всё шире лужу крови и сильно вырвал. Так не должно было быть. Подъём по башне, получение класса — всё это должно было быть весёлым, полным испытаний и усилений, получаемых при победе. Это было ещё одним жёстким напоминанием, что он не играет в видеоигру. Каждый шаг в башне приносил с собой больше опасности, но и больше наград. Каждое испытание было ставкой, где на кону стояла его жизнь.

Она должна была быть обитательницей башни. Как птица. Или краб. Она должна была быть.

Тад осмотрел остальную часть комнаты. В дальнем конце стояла каменная табличка с высеченными на ней словами. Поднявшись на ноги, он, пошатываясь, подошёл ближе. Прочитал надпись. Потом ещё раз. И ещё.

«Поздравляем победителя битвы пустот! Один остался там, где было двое. Один продвигается к Зеро».

Тад опустился на колени и снова вырвал. Табличка подтвердила это. Девушка в гробу была пустотой, как и он. Башня Классов поместила их обоих в бой одновременно. И Тад победил.

Внезапно Тад снова оказался в Башне Классов, его светосфера всё ещё светилась рядом с ним. Свет как-то резал глаза, напоминая о том, что он только что видел. Он схватил её из воздуха и отправил в свой подземный карман. Оказывается, чтобы вернуться, нужно было прочитать табличку. Он поднимался по каждой ступени, ноги словно налиты свинцом, надеясь, что раздавленная девушка не окажется фигуркой на столе. Ярко-красные светящиеся ступени словно издевались над ним. После целой вечности он достиг вершины и подошёл к столу. Там стоял мускулистый мужчина без рубашки, совсем не похожий на девушку, которую раздавили насмерть. Он ходил взад-вперёд вдоль стола, время от времени одним ударом отбрасывая Жирный Краб на другую сторону.

Тад ткнул пальцем в фигурку.

*Хотите сменить класс на Воина?*

*Воин: сила и телосложение увеличены на 100%.*

Это был его первый отличный класс без каких-либо недостатков. Он должен был радоваться. Но момент оказался горько-сладким. Если бы он победил в бою могущественного монстра, он был бы в восторге. Однако перед глазами стояла лишь раздавленная крышка гроба и мёртвая девушка, свежая в его мысленном взоре.

Тад взял ключ с вершины пьедестала. Потом он остановился. Верхний уровень пьедестала был чистого и сияющего синего цвета, два нижних столба всё ещё тёмно-красные, почти такого же красного оттенка, как была кровь девушки при свете. Похоже, он получил ответ на свои прежние вопросы. Следующая битва будет где-то между рангом Воина и Воина. И если он не будет готов к следующему бою, то погибнет так же быстро, как та девушка.

Каждое испытание могло стать невероятно опасным, если бы ему не хватало определённых качеств. Не будь он достаточно быстрым, краб раздавил бы и смолол его насмерть. Если бы его урон был недостаточно высоким, бой с птицей затянулся бы, и он разбился бы о землю внизу. Верная смерть. Если бы его силы было недостаточно…

Нет. На самом деле её было недостаточно. Если бы Тад потратил все свои очки на ловкость и телосложение, как он планировал, девушка раздавила бы его заживо. Она была сильной, сильнее, чем он в начале испытания. Спасли его только нераспределённые очки характеристик. Нераспределённые очки могли оказаться даже ценнее неправильно потраченных.

Холодная мысль заморозила его разум. Но если бы девушка была сильнее, если бы её преимущество в силе было больше, Тада раздавили бы мгновенно, сколько бы нераспределённых очков он ни накопил. Оглядываясь назад, превращение в Клинкового Сокола и необходимость снять дебафф слабости, добавив силу… Именно его импульсивный выбор класса Клинкового Сокола, скорее всего, спас ему жизнь. Выбери он вместо чумоносца класс Жирного Краба, то, скорее всего, погиб бы с силой, уменьшенной вдвое. Разве что высокое телосложение дало бы ему больше времени, чтобы вложить все очки в силу. Хватило бы всех очков в силу при штрафах Жирного Краба? Вряд ли.

Существовал тонкий баланс между максимально эффективным распределением очков и оставлением части неизрасходованной. Он знал, что копил больше, чем следовало. Это могло когда-нибудь его убить.

Двадцать очков. Тад постарается держать двадцать очков в запасе — на случай неожиданных проблем, которые не сможет решить творчеством. Остальные он будет тратить, тратить и стараться стать идеальным слейером. Сила, ловкость и телосложение. Обязательно немного в отвагу — для боссов, и, возможно, несколько очков в харизму, чтобы посмотреть, какие навыки откроются.

Тад убрал ключ с верхнего пьедестала и спрятал его в подземный карман в клубах чёрного тумана. Затем он снова подошёл к столу, где взад и вперёд ходили четыре миниатюрных существа. Тад ещё раз ткнул в Парящий Клинковый Сокол и принял смену класса. Его тело изменилось: на месте рук выросли крылья. Зрение обострилось, а ловкость возросла. Тад спустился по оставшимся ступеням башни и вышел под пурпурное небо заходящего солнца. Где бы он ни находился, здесь уже почти наступила ночь.

Он разбежался и мощным прыжком взлетел в воздух, каждым взмахом крыльев поднимаясь всё выше и выше. Когда высота стала достаточной, он закрыл глаза и просто парил на воздушных потоках. Взмывал. Заходящее солнце било в его распростёртые крылья. Воздух был разреженным, но здесь он чувствовал покой.

Высоко в небе, где не было ни монстров, ни башен, ни испытаний, ни битв пустот.

Он знал, что вернётся в Башню Классов. Знал, что будет подниматься уровень за уровнем, даже если впереди ждут новые битвы пустот. Он будет рисковать жизнью, стремясь победить, нет… убить других таких, как он. Войдов, как их назвала табличка… То же самое, что и Чумоносец назвал его.

Слова больного существа снова всплыли в памяти: «Есть только один Зеро. Но много войдов».

Кроме теперь. Пустот стало на одну меньше.

Тад почувствовал влагу на щеках — потекли слёзы. Она не была первым человеком, которого он убил. Первым был Скар. Или, возможно, Бекка. По крайней мере, он чувствовал ответственность за смерть Бекки. Он не думал, что будет так тяжело. Он всегда читал книги и смотрел фильмы, где хороший парень отказывался убивать плохого, и считал хорошего парня глупым. Нет… «хороший парень» в фильмах был глуп. Или, может, он просто трус, боящийся боли от лишения чужой жизни.

Убить Скара, чтобы защитить Бунту и Груффа, было правильным выбором. Не убить Бекку стоило Скару жизни — это был неправильный выбор. Убивать нелегко, и не должно быть легко. Но иногда, как бы тяжело это ни признавать, убийство может быть правильным. Трудным, но правильным.

Тад снова собрался. Он будет делать трудные решения. Правильные решения.

Но было ли правильным выигрывать эти битвы пустот? Все они стремились к одной цели — к силе, чтобы преследовать тень Зеро. Девушка, которую он убил, была точно такой же, как Тад. Что делало его более достойным, чем её? Она знала, когда ступала на красные ступени, предупреждающие об опасности, что это может стать последним мгновением её жизни. У Тада было то же предупреждение. И теперь у него был класс, способный поднять его к новым силам, новым высотам. У него появился ещё один инструмент, чтобы побеждать опасные подземелья и уберечь друзей от смертельной опасности.

Тад стиснул зубы от неприятной правды. Он убил бы ту девушку тысячу раз, лишь бы спасти Бунту хотя бы раз. Погоня за силой никого не оставляет без шрамов, просто некоторые прячут их лучше других.

Тад парил в небе, его решимость закалялась с каждым взмахом крыльев. Он сделает выбор, который не смог сделать Груфф, — увидит, когда кто-то станет обузой в подземелье, и срежет стебель его жизни, прежде чем тот причинит больше вреда. Он будет достаточно жёстким, сделанным из железа, чтобы принимать правильные решения, какими бы трудными они ни были. Мысли неслись вместе с ним, большими широкими кругами, всегда возвращаясь к началу. В конце концов, гравитация вернула его к Башне Классов, и, приземляясь, он понял, что мысли улеглись.

Тад сделает всё необходимое, даже войдёт в эти битвы пустот, если это позволит ему сохранить друзей в безопасности.

Глава 5

На следующее утро Тад прибыл в Дом Гильдии Феникса Огня. Исследование Башни Классов заняло у него весь день. Гильдия была единственной в Небраске гильдией солдатского ранга, и пока что она его не впечатлила. Он ожидал организованности, дисциплины и, самое главное, опыта, но ничего из этого не было. Вместо этого приёмщица небрежно закинула ноги на стол перед собой.

— Имя?

— Тэд Харрингтон. Хотел бы вступить и, если возможно, поговорить с главой гильдии.

— Его нет. Вступаешь? Я всего лишь гражданская, так что не могу оценить твою силу, но выглядишь достаточно крепким. — Тёмноволосая женщина на миг задержала взгляд на бугрящихся мышцах Тада.

Он сменил класс на Воина, и вместе с этим его мышцы раздулись до почти нереальных размеров. Он выглядел почти как профессиональный бодибилдер.

— Ещё вопрос: как в этой гильдии стать лидером подземелья? — Тад мог бы получить хоть какие-то ответы у этой женщины, даже если глава гильдии отсутствовал.

Брови женщины полезли вверх. — Что, так сильно хочешь умереть, мальчик? Слушай, садись, я позвоню главе гильдии. Иначе он не появится ещё несколько недель.

Тад сел в вестибюле. Он ожидал, что зал гильдии будет находиться внутри подземелья, как «Снаряжение и товары Гримуара» или Автомобильное подземелье Джеральда, но это был обычный старый офис, зажатый между кабинетом стоматолога и адвоката.

Через полчаса Тад встал и начал расхаживать. Через час от чистой скуки открыл свою статистику и начал строить планы.

*Тэд Харрингтон

Ранг: Воин

Класс: Воин

Уровень: 30

Здоровье: 700/700

Мана: 42/42

Сила: 70

Ловкость: 28

Телосложение: 60

Магия: 21

Мужество: 10

Харизма: 1

Очков для распределения: 15*

Очевидно, что сила и телосложение давали наибольшую отдачу, но скорость всё ещё казалась невероятно важной, особенно если он хотел преуспеть в ближнем бою. Пока что единственным достойным оружием, которое у него было, была награда за класс, ну, или то, что потерялось в подземелье ящеров. Острое сожаление нахлынуло при мысли о потере Великого меча Метцлегопфа. У него даже не хватало сил, чтобы им пользоваться, но теперь он был уверен, что сможет, и к тому же меч масштабировался от его силы. Врейтфордские топоры были ещё одной потерей, о которой он сожалел. Они были невероятно мощными и полезными даже до того, как он смог их использовать.

Пока что ловкость лучше всего масштабировала урон, поскольку Клык Рэкаста получал очко урона за каждое очко ловкости. Но телосложение творило чудеса и с заклинанием «Исцеление другого», и с выживаемостью. Двадцать очков здоровья за каждое очко, вложенное в телосложение, — это было как мечта. Насколько он знал, у него было больше здоровья, чем у Груффа, больше, чем у кого-либо из его предыдущей партии, кроме Бунты.

Эта мысль омрачила его настроение.

Тад сидел в угрюмом молчании. Три часа спустя внимание Тада привлёк низкорослый веснушчатый мужчина в инвалидной коляске. Откуда он взялся? Тад отключился, глубоко погружённый в мысли, и вдруг оказалось, что рыжеволосый мужчина сидит прямо перед ним и смотрит ему в глаза. Наверняка мужчина не прошёл через дверь — Тад осмотрел пол и потолок в поисках какой-нибудь уловки, но ничего не нашёл.

Скисшее выражение веснушчатого мужчины сменилось оценивающим. Его коляска сама собой подъехала ближе, затем развернулась, обратившись лицом к приёмщице. Но, несмотря на странность происходящего, Тад сразу понял, что этот человек в коляске, скорее всего, глава гильдии: для воина его аура ощущалась сильной. Вероятно, сильнее, чем у любого другого воина, которого встречал Тад. Рыжеволосый мужчина, должно быть, был близок к верхнему пределу ранга воина, если не выше.

Кресло-каталка огненно-рыжего мужчины снова повернулась к Таду. В голове Тада зазвучал голос. «Добро пожаловать. Меня зовут Гем Фласк, но люди называют меня Пламенем. Я…» голос в голове Тада запнулся, «Странно, я совсем не чувствую твоей силы, но ты сложен, как лошадь…»

— Так мне часто говорят, — произнёс Тад вслух, неуверенный, сможет ли он послать ответ голосу в своей голове. Почему мужчина просто не говорит, как обычный человек?

— Жанетт говорит, ты хочешь стать лидером подземелья.

Тад кивнул один раз.

— Что ж, в Гильдии Феникса Огня мы требуем десять успешных зачисток подземелий, прежде чем вообще сможем рассмотреть тебя на эту должность.

Десять подземелий. Этого должно хватить, чтобы посмотреть, как работает профессиональная гильдия, и перенять стратегии и сильные стороны её лидера подземелья. Он надеялся на чёткую операционную эффективность, поэтому и выбрал гильдию вместо групп по объявлениям, но, возможно, они такими становились только внутри подземелий. Конечно, они не могли быть похожи на… его предыдущего лидера подземелья. Они были профессионалами. Его ладони зачесались от желания увидеть их в деле. «Когда первое подземелье? Хочу как можно скорее.»

— Жаннетт! — Каким-то образом Тад понял, что голос включил в разговор и помощницу. — У нас на руках горячая голова. Лично я люблю горячие головы, но они недолго живут и не становятся лидерами надолго. Ты уверен, что не хочешь остаться последователем? — Брови Пламени шевелились, в то время как всё его тело оставалось совершенно неподвижным. Как, чёрт возьми, этот человек вообще сражается?

— Я уже прошёл два подземелья, и если считать следующее третьим из десяти, то я в деле. Я уже понял, насколько беспощадными могут быть подземелья. Я отработаю свои десять, но потом хочу свою собственную команду.

Лицо Пламени было каменным, но глаза изучали Тада. Спустя долгий момент Тад почувствовал в уме кивок, хотя Пламя не пошевелил ни единой мышцей. Как можно кивнуть мысленно? «Когда следующее подземелье Железного Клыка?»

Женщина, должно быть, услышала его вопрос, потому что пару раз коснулась экрана перед собой. «Через пятьдесят минут. В Норфолке. Это два часа езды, примерно в ста милях отсюда.»

Рот Пламени медленно растянулся в ухмылке, и голос снова зазвучал в голове Тада. «Слушай, горячая голова, раз я не чувствую твоей силы, устроим вступительное испытание. Я скажу Железному Клыку подождать лишние десять минут. Если ты доберёшься до подземелья пешком до истечения таймера, то присоединишься к ним, и мы зачтём твои предыдущие два подземелья.» Его улыбка стала шире. «В противном случае начнёшь десять подземелий заново, прежде чем мы проверим тебя на лидера подземелья.»

Жаннетт небрежно вышла из-за стойки и направила на Тада небольшое устройство. Мгновение спустя его телефон, всё ещё лежавший в кармане, завибрировал.

Улыбка Пламени всё так же застыла на лице, словно каменная статуя. «Местоположение отправлено, поторапливайся.»

Тад мчался по местности. Он бежал без остановки так быстро, как только мог. Следовать по дорогам было слишком медленно, поэтому он мчался напрямик к подземелью. Он пересёк мелкую реку и перепрыгнул более глубокую. Его лёгкие втягивали воздух, питая тело, а мощное сердце гнало собственные реки крови. Всё его тело было машиной, силой природы, пока он мчался по земле. Небо над головой было чистым от порождений титана и оставалось таким с тех пор, как Брэд взял на себя работу скребка неба. Тад должен был отдать ему должное — Брэд оказался куда более преданным, чем Хайд когда-либо.

Наконец, в поле зрения появилась характерная примета подземелья — тонкая струйка Порождений титана, тянувшаяся на мили ввысь. Шесть Слейеров стояли — точнее, пятеро стояли, а один самодовольно восседал в инвалидной коляске — перед уже открытыми дверями зловещего подземелья. Яростный бег Тада остановился: наконец-то он достиг цели. Пот стекал по его лицу и шее, кожа липла от частичек насекомых и растительной пыльцы.

— Шестьдесят две минуты. Опоздал, горячая голова. — Пламя поприветствовал его ухмылкой, всё так же неподвижно сидя в коляске. Сколько он здесь пробыл и как успел обогнать Тада? — Ты быстр, но недостаточно быстр. Железный Клык, это тот новичок, о котором я говорил. Что думаешь?

Подошёл тяжело мускулистый мужчина; свободная кожаная броня болталась на нём. Металлические пластины покрывали кожаную броню в странных местах, некоторые свисали у колен — кожаная броня явно была сшита на кого-то другого. Мужчина был низкорослым, едва доставал Таду до груди, но его мышцы бугрились даже под мешковатой кожаной бронёй сильнее, чем у Тада. Мужчина протянул руку, Тад пожал её. «Добро пожаловать. Пламя говорит, ты хочешь присоединиться сегодня. Надеюсь, ты не трус и не садист». Железный Клык сжал руку Тада, но Тад не собирался проигрывать, особенно в силе.