Игра в Реальность. Сказка о смерти
- -
- 100%
- +
– Ты меня очень серьёзно обломал, венн,– посетовал пришелец,– я копил энергию для снука почти десять лет, а ты в два счёта его выдоил. Нехорошо.
– А ты заплачь,– Сабин насмешливо ухмыльнулся.
– Нехорошо брать чужое без спросу,– продолжал пришелец, словно не слыша слов своего собеседника,– придётся вернуть то, что тебе не принадлежит.
На какое-то мгновение Сабину показалось, что выключили свет, однако уже через несколько секунд знакомая боль вернула его в сознание, однозначно указывая на то, что он снова оказался в пятимерной Реальности. Видимо, пришлый венн каким-то образом затащил его в свой мир. Это несомненно был очень интересный феномен, о такой возможности Сабин даже не подозревал, однако время для обдумывания этой удивительной техники было явно неподходящее. Вряд ли пришелец решил устроить экскурсию своему нежданному сородичу, скорее, собрался тупо его прикончить без лишних сантиментов.
Ум Творца, немного освоившийся с местной спецификой во время его прошлого визита в это поганое местечко, на этот раз уже не ударился в неуправляемую панику. Несмотря на наведённые галлюцинации, Сабин мог довольно легко различать реальные образы и звуки. Он сконцентрировался, готовый отразить атаку пришельца, вот только того почему-то нигде не было. Некоторое время Творец удивлённо оглядывался по сторонам, которых было явно больше четырёх, и прикидывал, как должен выглядеть пятимерный венн в своей естественной среде обитания. Однако ничего, похожего на живое существо, рядом не наблюдалось. Сабину потребовалось несколько минут, чтобы понять, в чём подвох. Оказывается, пришелец не стал заморачиваться созданием какого-то конкретного тела, оно ему было без надобности, его сознание как бы окутало сознание невольного пленника и принялось поглощать его жизненную силу.
– Ну нет,– возмутился Творец,– этот фокус у тебя не пройдёт.
Он мгновенно создал себе защитный кокон и перешёл в атаку. Много лет назад Сабин создал алгоритм, который позволял проникнуть в сознание другого человека и подчинить его своей воле. Этот алгоритм действовал примерно так же, как вирусный червь на взламываемую программу. Вообще-то, Сабин создал его, чтобы убить своего брата, когда под действием наведённых отцом воспоминаний проникся уверенностью, что Гор его предал. Тогда это не сработало, по крайней мере, убить брата, к счастью, не удалось, а вот теперь давнее изобретение оказалось очень кстати. Недолго думая, Сабин запустил червя в сознание агрессора. Когда червь установил канал между двумя сознаниями, Творец послал по этому каналу мощный импульс боли.
Мир раскололся на тысячу осколков, на мгновение свет в глазах Сабина погас, а потом мир снова собрался в единую, на этот раз трёхмерную картинку. Он снова стоял под серым небом своего мира, а его давешний противник корчился на земле от боли. Впрочем, это продолжалось недолго, вскоре недобитый венн поднялся на ноги, окинул удивлённым взглядом своего противника и вдруг весело расхохотался.
– Надо же, а ты не так прост, трёхмерная букашка,– отсмеявшись пробормотал пришелец,– кусачая такая букашка попалась. Можешь гордиться, сделал меня на моей же территории. Впрочем, это ненадолго, дружок.
Сабин не стал дожидаться, пока его противник придумает ещё какую-нибудь пакость, белый луч из его правой ладони ударил пришельцу в грудь, отбросив того шагов на десять и приложив спиной о валун. Творец немного подождал, поскольку не имел ни малейшего представления, насколько могущественной может быть трёхмерная проекция вне своего мира. Однако пришлый венн не двигался, похоже, в трёхмерной Реальности он был не так уж всесилен. Победитель подошёл к распластавшемуся на земле бесчувственному телу и уже занёс ногу, чтобы раздавить горло врагу, но остановился. В условиях, когда миру грозит гибель, дармовая энергия не может считаться лишней, сколько бы её ни было.
– Пусть пособирает энергию для нового снука ещё с десяток лет,– усмехнулся Сабин поднимая левую руку. Место белого луча занял голубой, однако пришелец этого уже не почувствовал, он так и не пришёл в сознание до самой смерти. – Слабак,– презрительно бросил Творец, когда жертва его энергетического вампиризма перестала дышать.
Немного отдохнув после встречи с сородичем, Сабин занялся починкой разрыва в небе, который проделал снук. Несмотря на фантастические запасы энергии, провозился он до позднего вечера. Оставалось ещё одно дело, нужно было похоронить погибших Творцов. Сабин уложил их тела рядом на вершине холма и встал в изголовье. Вскоре под чёрным осенним небом вспыхнул белым пламенем гигантский погребальный костёр. Через несколько минут огонь погас, оставив на земле только серый пепел. Налетевший ветер закрутил этот пепел в тугую воронку и унёс куда-то ввысь, к небу. В целом, ритуал был хоть и короткий, но торжественный, даже, можно сказать, величественный. С похоронами убитого им пришельца Сабин не стал заморачиваться, просто убрал труп из Реальности и отправился домой.
Поначалу он хотел вернуться в ангельский мир, но было уже очень поздно, не хотелось будить Ани, и главное, ему нужно было сейчас немного побыть одному. В итоге, Сабин отправился в эльфийский лес, постоял немного над разобранной постелью, понял, что не уснёт, и отправился бродить по ночному лесу. Ему было откровенно тошно после всего, что произошло сегодня, хотя вроде бы он одержал победу, и следовало радоваться. Да, пятеро Творцов этого мира погибли, что несомненно было трагедией, но они погибли с честью, защищая жизнь. Наверное, они даже были счастливы, когда умирали. Так почему же Сабину сделалось так паршиво? Ответ напрашивался сам собой: без Творцов этот мир сделался беззащитным. Когда пятимерный веннский урод заявится снова, а в том, что венн вернётся, не могло быть сомнений, Сабину уже неоткуда будет зачерпнуть энергии, чтобы с ним справиться. И что тогда делать?
– Братишка,– взмолился Творец,– как же мне нужна твоя помощь. Ты же Создатель, услышь меня из своего райского уголка. Ведь этот мир для тебя тоже не чужой, ты просто обязан почувствовать, что ему скоро придёт конец.
Сабин, конечно, понимал, что брату никак его не услышать, но на что ещё ему оставалось надеяться, кроме чуда. Да, это несомненно был просто эмоциональный срыв, и Творец это отлично понимал, однако после того, как он выплеснул своё отчаяние, ему сразу полегчало. Правду говорил отец, что для венна он слишком эмоционален. Что ж, может быть, это и к лучшему, после встречи с этим пятимерным уродом Сабину совсем расхотелось быть венном.
Когда начало светать, Творец отправился на любимый обрыв брата в бывший мир Дачи. Он уселся на самом краю, свесив ноги вниз, и уставился на линию горизонта. Волшебный театр рассвета угодливо поднял перед единственным зрителем свой занавес, но зритель, казалось, вовсе и не замечал буйства красок, его взгляд был пустым, словно хозяин смотрел внутрь себя. Сабин думал про слепую девушку, которая невзначай перевернула всю его жизнь, и про сражение с монстром, которое так дорого обошлось миру, и про встречу с хозяином монстра, чьего следующего нападения этот мир уже не переживёт. Что ж, Дэлвиг был прав насчёт того, что нашей Реальности грозит уничтожение всё-таки этот ангелочек ещё ни разу не ошибся в своих предсказаниях. Но причём тут Ани? Почему для сохранения мира Сабин должен с ней расстаться?
– А если б знал почему, то расстался бы,– спросил себя влюблённый Творец,– ради спасения мира?
Увы, у него не было ответа. Сабин снова с тоской подумал о брате. Сам Гор всегда был готов на всё ради своей Анары. Или не на всё? Он создал целый мир для своей любимой, но смог бы он ради неё пожертвовать этим миром? Самому умереть – это запросто, даже не просто умереть, а совсем развоплотиться, но смог бы он принести в жертву жизни других людей, пусть даже чужих? Нет, брат на такое не способен.
– А на что способен я ради Ани? – задал себе вопрос Сабин.
Не обращая внимания на красочный рассвет, он поднялся и перенёсся в ангельский мир, ему срочно нужно было поговорить с Ани, почему-то он чувствовал, что этот разговор нельзя откладывать. Сабин ворвался в свою спальню словно смерч, створка двери хлопнула о стену, проделав в ней солидную вмятину. Только в этот момент до Сабина дошло, что он ведёт себя как безумец, так ведь можно сделать бедную девушку заикой. Мало ей слепоты, что ли? Но он зря волновался, комната была пуста, кровать застелена, никаких вещей Ани не осталось. Разгорячённый Творец застыл на пороге, словно его парализовало, а потом сорвался с места и бросился обшаривать весь дом. Следы пребывания девушки исчезли, словно она была просто волшебным сном, который развеялся под утро.
Набегавшись по дому, Сабин взял себя в руки и попытался успокоиться. Ясно ведь, что без вмешательства Дэлвига тут не обошлось. Сама по себе Ани не смогла бы покинуть мир ангелов, значит, ей помогли, и совсем нетрудно догадаться, кем был этот помощник. Поверить в то, что друг мог так подло действовать за его спиной, было непросто, это было за гранью допустимого в их отношениях. Выходит, ангел решил пожертвовать дружбой ради того, что он полагал своим долгом, ради спасения мира.
– Что же это? – вслух произнёс Сабин. – Теперь у меня никого вообще не осталось. Единственный друг меня предал, а любимая меня бросила, даже не попрощавшись. Что же такого я сделал, чтобы заслужить полное одиночество?
Увы, ответ был очевиден. Что бы ни говорил брат про отсутствие кармических отпечатков в прошлых преступлениях Сабина, а наказание за грехи всё-таки догнало Творца. Наверное, это было справедливо. Сабин опустился на пол веранды и уронил голову на руки. Ему сейчас очень хотелось заплакать, но слёз не было, только чёрная тоска, словно облако, окутала его сознание. Он даже не заметил, как провалился в пятимерную Реальность, на этот раз душевная боль напрочь заглушила физическую. И тот мир, что совсем недавно представлялся ему безумным кошмаром, вдруг показался почти родным, по крайней мере, знакомым.
– Братишка,– донёсся до Сабина голос брата,– это правда ты?
Земля
I
Быстрый речной поток вынес лодку из тёмного ущелья под ласковые лучи заходящего солнца. Течение замедлилось, и Эйвис пришлось налечь на вёсла, поэтому некоторое время она молчала. Однако любопытство всё же пересилило стремление поскорее добраться до тёплого и, главное, сухого места.
– Насчёт ангела – это ты так образно выразился? – поинтересовалась девушка, глядя исподлобья на своего спутника.
– Вовсе нет,– Зандер вдруг как-то сник,– ты должна была слышать про ангелов Гора, я уверен.
– Да, мне рассказывали,– подтвердила Эйвис,– вот только встречаться не довелось. Какие они были?
– Внешне такие же, как мы, ты бы даже не заподозрила, что увидела ангела,– голос Зандера прозвучал отстранённо, но от собеседницы не укрылось, что эта тема задевает его за живое. – И всё же они были совсем другие, человеческие устремления были им непонятны и чужды. Богатство, власть, могущество для ангелов не представляли никакой ценности.
– А что для них было ценным? – Эйвис даже слегка обиделась, для представительницы правящего клана власть над людьми представлялась ей вполне себе ценностью.
– Все они были совершенно бескорыстными,– задумчиво проговорил Зандер. – Бескорыстное служение было для них естественной потребностью, а ещё все они стремились к познанию себя и мира и умели любить без каких-либо условий. Леона тоже так любила,-он замолчал, было видно, что воспоминания о любимой женщине не на шутку растревожили душу венна.
– Что с ней случилось, с твоей женой,– у Эйвис от возбуждения заблестели глазки,– она умерла?
– Во-первых, она так и не стала моей женой,– обессиленный венн улёгся на дно лодки и уставился в небо.
Эйвис сделала несколько гребков, ожидая продолжения рассказа, но Зандер молчал, синие глаза смотрели прямо на солнце не мигая.
– А что во-вторых? – не выдержала девушка.
– Эв, я не знаю, что с ней сталось,– Зандер устало улыбнулся,– она меня бросила. Это было давно, больше двадцати лет назад.
– Как же она могла тебя бросить? – возмутилась Эйвис. – Какой же из неё тогда ангел?
– Не нужно её судить,– отстранённо произнёс венн,– ангелам было очень непросто в нашем мире.
– А мне рассказывали, что они как раз очень даже стремились сюда к нам из своих райских кущ,– фыркнула девушка.
– Так оно и было поначалу,– Зандер кивком головы подтвердил её версию. – Когда Создатель Гор открыл своим ангелочкам доступ в базовую Реальность, то они все ринулись к нам, уж очень им хотелось попробовать нормальной человеческой жизни.
– Не понравилось? – Эйвис скептически подняла одну бровь.
– Не знаю, на что рассчитывал их Создатель,– усмехнулся Зандер,– возможно, хотел, чтобы ангелы подтянули остальное человечество до своего уровня, да только ничего не вышло. Людей было больше, и ангелы ничего не смогли изменить, но и сами измениться, стать людьми не захотели, они так и остались чужими для нашего мира.
– Ну и проваливали бы обратно в свой ангельский мир,– Эйвис с досады хлопнула веслом по воде.
– Так оно и случилось в конце концов,– спокойно подтвердил Зандер. – Гор не стал уничтожать ангельский мир, и все ангелочки, пожелавшие сбросить свои человеческие тела, могли вернуться туда в любой момент. И очень многие вернулись. Не все, конечно, а только те, что смогли вспомнить свою прошлую ангельскую жизнь.
– Значит, твоя Леона вспомнила и вернулась,– догадалась Эйвис.
– Нет, она ничего не помнила,– Зандер грустно покачал головой,– она случайно узнала. Так уж случилось, что на нас с Леоной напали сыновья главы одного из правящих кланов, которого казнили из-за моего отца. Я же тебе рассказывал, что мой отец был медиумом, вот он и выяснил, что тот глава клана был замешан в убийстве. Его детки решили отыграться на нас и устроили засаду. Леона была серьёзно ранена и инстинктивно покинула своё тело, вот так мы и узнали, что она была ангелом.
– И что же, она сразу сбежала в ангельский мир? – губы Эйвис скривились в презрительную усмешку. – А как же любовь?
– И не подумала сбегать,– одёрнул её Зандер,– это мой друг заморочил ей голову. Алекс ведь тоже был ангелом, но в отличие от Леоны, он знал о своём ангельском прошлом. Я помню, как он первый раз побывал в мире Гора, потом неделю ходил сам не свой. Я даже боялся, что он покончит с собой от безысходности.
– А что ему мешало остаться там навсегда? – удивилась Эйвис. – Не приняли?
– Не говори глупости,– голос Зандера сделался холодным и чужим,– это всё ваши клановые заморочки. Алекс ведь был старшим в семействе Варзов. Знаешь такой клан?
– Ещё бы,– Эйвис послушно кивнула,– Алекс Варз ведь должен был стать наместником. Так вот почему его не выбрали, он просто сбежал.
– Эх, если бы всё было так просто,– вздохнул Зандер,– ты же лучше меня знаешь ваши правила. Что ждёт отступника, отказавшегося от сомнительной чести возглавить Совет?
– Смерть,– отрезала наследница правящего клана.
– Вот-вот,– подтвердил Зандер,– и не только его самого, но и его ближайших родственников.
– Постой-ка,– возразила Эйвис,– насколько я знаю, кланом Варзов сейчас управляет Стагрин Варз.
– Да, младший брат Алекса,– Зандер невесело улыбнулся,– к нему-то мы сейчас и плывём. Не забывай, в то время нашим миром ещё управлял Гор, только благодаря его вмешательству Совет кланов согласился отпустить Алекса и передать управление кланом его брату. Повезло.
– Я что-то не поняла,– Эйвис бросила грести и выпрямилась,– он что же, увёл твою женщину?
– Можно и так сказать,– пожал плечами Зандер,– но на самом деле, я не знаю, что там произошло. Леона попросилась проводить Алекса в мир Гора, просто чтобы хоть раз увидеть его своими глазами, они ушли и больше не вернулись.
– Но ведь этого мира больше нет,– Эйвис удивлённо нахмурилась. – Куда же они делись?
– Когда Гор ушёл из нашего мира, я ждал, что Леона с Алексом вернутся,– Зандер устало прикрыл глаза,– ведь они прожили там совсем недолго, меньше десяти лет.
– Наверное, не терпелось отдать должок,– Эйвис кровожадно сжала губы.
– Как же вас там жёстко дрессируют в ваших кланах,– Зандер с жалостью посмотрел на воинственную девицу. – Я давно простил и его, и её, мне просто хотелось вновь увидеть близких людей, пусть бы даже они были мужем и женой, но они не вернулись. Вот такая история.
Над водой повисла гнетущая тишина, даже плеск вёсел больше не нарушал её муторного потока. Эйвис бросила грести и отвернулась от трагической фигуры на дне лодки, ей сделалось невмоготу смотреть на молчаливое страдание своего спасителя. Тот факт, что сам Зандер, похоже, вовсе не погибал от неразделённой любви, был вторичен, девушка никак не могла принять предательства, да к тому же, если это предательство касалось близкого человека. У неё просто в голове не укладывалось, как можно было предпочесть какого-то ангела такому человеку, как Зандер. Эта вертихвостка крылатая не заслуживала даже того, чтобы о ней помнили, а уж тем более, чтобы тосковали.
Внутри Эйвис кипела от возмущения, как вода в чайнике под плотной крышкой, но внешне сохраняла полное спокойствие, её фигура застыла на носу лодки в полной неподвижности, а взгляд не выражал ничего, кроме равнодушия. Что ж, её действительно очень жёстко дрессировали в родном замке, которого больше не было. Вот так, в полной тишине они и доплыли до пристани у большого и в меру ухоженного замка.
– Знаешь, Зандер,– задумчиво произнесла Эйвис, когда они выбрались на берег,– как только вернёмся, сразу пересели меня, пожалуйста, в другую комнату.
Зандер ничего не ответил, просто кивнул, соглашаясь с просьбой своей гостьи. Он отлично понимал её чувства, хоть и не разделял их.
Хозяином замка и главой клана Варзов оказался невысокий пухлый человечек сильно за сорок с бородкой клинышком и солидной лысиной. Он всё время улыбался, его движения были резкими, суетливыми и, по мнению наследницы рода Саттори, совсем не соответствовали его высокому званию. Эйвис мысленно сравнила этого клоуна со своим покойным отцом и невольно поморщилась. Не удивительно, что Совет не хотел передавать ему бразды правления кланом. Ну какой из него правитель? Однако демонстрировать своё пренебрежение человеку, от которого ждёшь помощи, явно не стоило, поэтому девушка вежливо раскланялась с главой клана Варзов со всеми подобающими случаю церемониями. От такого спектакля мастер Стагрин застыл с открытым ртом. Зандер заметил его замешательство и решил внести ясность в эту нелепую сцену.
– Грин, позволь тебе представить Эйвис Саттори,– важно произнёс он, пряча улыбку,– она последняя из погибшего славного рода.
Лысый человечек смешно заохал и принялся витиевато выражать свои соболезнования. Это могло бы продолжаться ещё долго, если бы Зандер опять ни вмешался.
– Дружище, ты не мог бы дать нам чего-нибудь перекусить,– с наглой улыбочкой попросил он,– а ещё переодеться в сухое, нам пришлось немного поплавать прошлой ночью.
Мастер Стагрин закудахтал ещё громче прежнего, но теперь уже по делу, раздавая поручения слугам. Мокрых беглецов препроводили в комнаты, где горячий душ смыл все последствия их ночных приключений. Выйдя из ванной, Эйвис обнаружила, вместо мокрого комбинезона, какое-то невнятное одеяние из бархата, больше похожее на пижаму. Одевать его она совершенно не собиралась, мало того, что хозяин сам походит на клоуна, так ещё и свою гостью хочет нарядить в шутовской наряд. Девушка гордо завернулась в одеяло и уселась в кресло, всем своим видом выражая презрение к местным порядкам. В таком виде её и застал Зандер.
– Эв, вообще-то, нас ждут в столовой,– с досадой заметил он,– я, если честно, голоден как волк. Ты не могла бы поторопиться? – только тут он разглядел бархатную пижаму и расхохотался. Девушка надулась и отвернулась от насмешника к окну. – Ты не сердись на Грина,– примирительно попросил Зандер, отсмеявшись,– в замке совсем нет женщин. Думаю, он просто голову себе сломал, пытаясь нарыть какой-нибудь костюм, соответствующий твоему статусу. Сейчас пойду покопаюсь в гардеробной Доминика, сына нашего хозяина, он должен быть примерно твоего возраста.
Зандер ушёл, весело посмеиваясь, а расстроенная наследница правящего клана запихала бархатную пижаму под кровать и принялась ждать. Несмотря на уверенность Зандера в успехе предприятия по поиску подходящей одежды, вернулся он расстроенный и с виноватым видом. Оказывается, он совершенно не представлял, сколько лет может быть местному наследнику, а ему было почти восемнадцать, и был он парнем крепким и довольно высоким. Так что его одежда годилась разве что самому Зандеру, но никак не хрупкой шестнадцатилетней девушке. Пришлось Эйвис отказаться от участия в званом обеде, еду ей принесли прямо в комнату, а хозяин и его гость уединились в малой столовой.
– А где Доминик,– спросил Зандер, когда слуги, накрыв на стол, удалились,– он к нам не присоединится? Я помню его совсем ещё ребёнком, ему тогда было лет десять, наверное. Интересно посмотреть, каков сейчас твой наследник.
– Знаешь, Зандер,– Стагрин тяжко вздохнул,– я даже рад, что мы можем поговорить наедине. У меня серьёзные проблемы с сыном, Никки сбежал из дома.
– Что произошло? – с тревогой спросил гость. – Он замешан в чём-то предосудительном?
– Лучше б был замешан,– снова вздохнул хозяин. – Нет, Зандер, просто мальчик не желает становиться главой клана.
– Ты уже говорил об этом с Советом? – Зандер озабоченно склонил голову. – Это ещё можно как-то скрыть?
– Они всё знают, дружище,– с тоской откликнулся Стагрин. – Ты же, наверное, помнишь, что они отпустили Алекса с условием, что мой сын займёт моё место в день своего совершеннолетия. Остался ровно месяц.
– А если Доминик не найдётся к тому времени? – Зандер посмотрел в глаза своему собеседнику.
– Помоги мне,– Стагрин положил ладонь на плечо своему гостю. – Если я его не найду, то это сделают они, Совет не прощает отступников, мальчика казнят, да и меня тоже, но это уже неважно.
– Какой помощи ты от меня ждёшь? – Зандер опустил взгляд, вид у хозяина дома был жалкий, и это было неприятно.
Некоторое время Стагрин молчал, уставившись в свою тарелку, словно надеялся найти ответ на вопрос своего приятеля в супе. А может быть, он просто собирался с силами, чтобы поделиться ещё одной непростой новостью.
– Я помню, как тебе было больно, когда Алекс увёл твою женщину в ангельский мир,– голос Стагрина звучал отрешённо, словно он только что ни умолял о помощи. – Что бы ты сделал, если б он вернулся?
– Почему ты спрашиваешь? – вскинулся Зандер. – Он правда вернулся?
– Ты его убьёшь? – вместо ответа холодно спросил Стагрин.
Пару секунд Зандер сидел молча, ошарашенный таким диким предположением, а потом расхохотался.
– Думаешь, если я венн, то готов убивать направо и налево? – отсмеявшись спросил он.
– Именно так про вас говорят,– начал оправдываться хозяин,– прости, если я тебя обидел, Зандер.
– Не юли, Грин,– в голосе венна прорезались командирские нотки,– где Алекс?
Стагрин немного помедлил, словно набирался храбрости для признания.
– Доминик – это реинкарнация твоего бывшего друга,– дрожащим голосом промямлил он. Несколько секунд венн молчал, а потом снова расхохотался. – Ты мне не веришь? – обиделся озабоченный папаша.
– Грин, дружище, что-то я раньше не замечал за тобой пристрастия к мистике,– насмешливо отозвался Зандер. – Поверь мне, Алекс не стал бы таиться, я был бы первым, с кем бы он поделился, он был кем угодно, но только не трусом.
– А что, если он сам не подозревает о своём ангельском прошлом,– тихо произнёс Стагрин.
– Возможно, но маловероятно,– рассудительно заметил гость,– он ведь помнил о своём прошлом воплощении. С чего бы ему сейчас забыть?
– Я думал об этом,– согласился Стагрин,– мне кажется, что он просто не захотел помнить, может быть, потеря ангельского мира была настолько болезненной, что он предпочёл всё забыть, раз уж этого мира больше нет. Но себя не переделаешь, наши человеческие дела всегда были для Доминика скучны и обременительны. Знаешь, чем старше он становится, тем больше напоминает Алекса, даже внешне. Ты ведь видел его всего раз, и то почти ребёнком, не удивительно, что он не показался тебе знакомым.
Чем дольше Зандер слушал аргументы Алексова брата, тем более вероятной казалась ему версия Стагрина. Если Доминик был Алексом, то его отказ становиться во главе клана был понятен, ангелы всегда старались избегать политики, они совершенно не видели смысла во власти над людьми, а тем более, в манипулировании и подавлении их воли. Алексу в своё время не удалось откосить от должности главы клана по одной единственной причине: это была воля его отца, высказанная перед смертью, и старшему мужчине в семье пришлось пообещать умирающему родителю, что он примет бразды правления. К тому же тогда Алекс ещё не побывал в мире Гора и не осознал своего истинного предназначения. А что же теперь? Неужели его реинкарнация решилась пожертвовать своим отцом ради собственных интересов? Как-то это непохоже на поведение ангела.