Воскрешение вампира

Глава 185. ВАМПИРСКИЙ ПИР – ТРЕВОГА И ПОГОНЯ.

Теперь в гостинице раздавался общий звон колокольчиков из всех занятых спален, и шум в доме был просто ужасающим.

Мистер Лейк забарабанил в дверь и вскоре к нему присоединился вахтер, который, оправившись от первого потрясения, вызванного этим криком, выказал больше мужества и решимости, чем кто-либо мог от него ожидать. Это был довольно грузный человек, и без особых церемоний он бросился на дверь с такой силой, что распахнул ее и вывалился в коридор.

Все было погружено во тьму.

– Свет! Свет! Свет! – закричал мистер Лейк. – Свет! Мистер Черный, где вы? Мистер Черный! Мистер Черный!

Дверь – это была дверь мистера Синего – распахнулась настежь, и появился джентльмен со свечой в одной руке и крепко зажатым пистолетом в другой. Это было очень странно, но на нем бы искусственный маскарадный нос огромных размеров и рыжий парик.

– Кто запер мою дверь? – воскликнул он. – Кто запер дверь моей комнаты снаружи, что мне пришлось взламывать ее? Кто это сделал?

– А где же вампир? – сказал мистер Лейк.

– Свет! Свет! Свет! – крикнул ночной вахтер.

Через минуту хозяин и несколько официантов, полуодетые, но с фонарями в руках, вооруженные первыми попавшимися под руку предметами, которые они смогли найти в суматохе, появились на месте происшествия.

– В чем дело? В чем дело? – воскликнул хозяин. – О боже, в чем дело?

– Бог его знает! – воскликнул мистер Лейк и бросился в комнату молодой леди. Затем он быстро вышел и, пошатываясь, направился к одному из кресел.

– Она вся в крови, – сказал он.

Мистер Синий и хозяйка гостиницы бросились в комнату. Через минуту мистер Синий вышел и, войдя в свою комнату, закрыл за собой дверь. Всем показалось, что они услышали, как он упал во весь рост на пол.

– Я в недоумении, – сказал хозяин, – что все это значит?

– И где мистер Черный? – спросил мистер Лейк.

– Сюда! – крикнул официант, указывая на бесчувственное тело, лежавшее так близко к столу, что его никто сразу не заметил. – Вот и он. Он выглядит так, будто он мертв.

Бедного мистера Черного подняли, глаза его были закрыты, как и рот, и он, казалось, с трудом дышал. Его усадили в кресло, и держали, пока ему в лицо плескали водой, чтобы он пришел в себя. Через некоторое время, когда один из официантов, посланных за доктором, который прежде ухаживал за молодой леди, появился вместе с этим джентльменом, он медленно открыл глаза.

– О! Пощады, пощады…! Где я сейчас нахожусь?

– Что все это значит? – спросил врач.

– Никто не знает, сэр, – сказал хозяин, – в этом вся и прелесть. Но барышне опять очень плохо; не проводите ли вы, жена, доктора в ее комнату? Боже милостивый, я сойду с ума! Мой отель, который имеет славу одного из самых спокойных мест во всем Лондоне – да, самый спокойный, я могу сказать… Я разорен!

– Мистер Черный, – сказал мистер Лейк, – умоляю вас, объясните мне, что все это значит.

– Все … все, что я знаю, – еле слышно проговорил мистер Черный. – Все, что я знаю…

Все собрались вокруг него, с испуганными и тревожными лицами, чтобы послушать. Дрожащим голосом мистер Черный рассказал:

– Я … я сидел здесь и ждал, когда мистер Лейк вернется с ночным вахтером, когда кто-то внезапно подошел ко мне и ударил. Удар пришелся мне по макушке, причем такой сильный, что я упал как будто подстреленный.

– А потом? Что потом?

– Ничего. Я больше ничего не видел, пока вы не нашли меня.

– Но, мистер Черный, вы не можете сказать нам, кто вас ударил? Каким он был? Вы сможете опознать его при встрече?

– Боюсь, что нет. В самом деле, я едва ли заметил что-то больше, чем то, что он был высок.

– Ну что ж, – воскликнул мистер Лейк, – все, что я могу сказать, это то, что у меня были подозрения со вчерашнего вечера, но теперь я уверен. Что скажете, хозяин? Неужели в доме нет ни одного человека, которого нельзя было бы справедливо заподозрить?

Говоря это, он посмотрел на дверь комнаты мистера Синего, и действительно, взгляды всех остальных тоже были обращены в ту сторону. Хозяин, собравшись с духом, подошел к двери и сказал:

– Он больше ни на минуту не задержится в моем доме. Мы его выгоним. Такого рода вещи недопустимы. Мы его выгоним. Я говорю, господа, мы его сейчас же выгоним.

Одно было совершенно ясно: хозяин хотел, чтобы кто-нибудь вышел вперед и помог ему избавиться от мистера Синего; но когда он увидел, что никто даже не пошевелился, он обернулся к двери и выглядел довольно глупо.

При любых других обстоятельствах, возможно, такое поведение вызвало бы смех у всех присутствующих, но дело, в общем и целом, носило слишком таинственный и серьезный характер, чтобы позволить себе посмеяться над этим.

– Я, – сказал мистер Лейк, подходя ближе, – выгоню его отсюда, если никто другой этого не сделает!

Казалось, мистер Синий прислушивался к тому, что происходило в коридоре, потому что в ту же секунду он распахнул дверь и сказал:

– Кто меня выгонит и зачем?

– Вампир, вампир, – раздался хор голосов.

– Идиоты! – воскликнул мистер Синий.

– Задержите его! Задержите его, мы не успокоимся, пока это дело не будет тщательно и законно расследовано. Задержите его.

– Пусть тот, кто не дорожит своей жизнью, – сказал мистер Синий, – только дотронется до меня, и ему придется восхищаться последствиями своей опрометчивости. Я не из тех, с кем можно шутить; я хочу немедленно покинуть этот отель и пусть только кто-нибудь осмелится встать у меня на пути.

– Вас зовут не Синий, – сказал хозяин, – вы не тот, за кого себя выдаете.

– Вы так думаете?

– А! Вы признаете это, – сказал Лейк. – Держите его, я дам за него десять фунтов, живого или мертвого. Я часто слышал о вампирах и, клянусь небом, теперь верю в них. Хватайте его, говорю я, хватайте.

С этими словами он сам бросился вперед и уже собирался схватить мистера Синего, когда один хорошо направленный удар этого человека заставил его растянуться на полу. После этого никто не выказал особого желания нападать на него, и ему было позволено спокойно и медленно спуститься по лестнице отеля, в то время как Лейк собирался с силами, несколько смущенный происшедшим падением. Но его страсть не была подавлена, так как он вновь бросился за предполагаемым вампиром, но было уже слишком поздно. Дверь гостиницы захлопнулась с грохотом, который эхом разнесся по всему дому, и мистер Дж. Синий исчез, вампиром ли он был или нет.

– Хозяин, я покидаю ваш дом, – сказал Лейк.

– Я разорен, – сказал хозяин – Это дело непременно попадет в какую-нибудь воскресную газету. Мистер Черный, что делать?

– В самом деле, у меня так болит макушка, – ответил мистер Черный, – что я не могу сейчас думать ни о чем другом.

– Вот еще беда на мою голову, – пробормотал хозяин.

Затем мистер и миссис Лейк отправились в комнату молодой леди и застали ее в состоянии крайней тревоги. История, которую она рассказала, сводилась к следующему.

Она рассказала, что спала, совершенно уверенная в том, что с ней ничего не случится, так как за дверью ее комнаты следят. Она понятия не имела, как долго проспала, когда ее разбудила чья-то рука, закрывающая ей рот и мешающая дышать. Она пыталась освободиться, но тщетно. Чудовище вцепилось ей в шею зубами, и все, что она помнила, это то, что ей чудом удалось вырваться на свободу, чтобы издать всего один крик, а потом она потеряла сознание.

– Дорогая моя, – сказала миссис Лейк, – мне нужно серьезно поговорить с вами на предмет, о котором я уже говорила. Уходите, Лейк.

Лейк вышел из комнаты, а затем миссис Лейк продолжила:

– Это совершенно ужасная история, Аннетта. Мы все вас так любим и так восхищаемся вами…

– Остановитесь, сударыня, остановитесь, – сказала молодая девушка, – я знаю, что вы хотите сказать, вы снова будете уговаривать меня выйти замуж за вашего сына, чего я никогда не сделаю, потому что питаю к нему величайшее отвращение.

– Не выйдете? Но кто защитит вас от вампира лучше, чем законный муж?

– Вероятно, никто, но, по крайней мере, я оставляю за собой право выбирать, кому поручить это дело. А сейчас я чувствую себя ужасно больной и слабой; прошу вас, не утомляйте меня больше разговорами на тему, относительно которой мы никогда не сможем прийти к согласию. Я лучше предпочту умереть.

– И такое очень скоро может случится, если вампир высосет всю вашу кровь.

– Да будет так. Да поможет мне небо!

– Тьфу ты! Ты умри ты как захочешь и когда захочешь!.

Глава 186. ВСТРЕЧА В СЕНТ-ДЖЕЙМССКОМ ПАРКЕ.

Еще один день прошел в гостинице, и так как мистер Синий был так любезен, что удалился, и этот отъезд, казалось, был окончательным, поскольку он больше не показывался, мистер Лейк отменил свое решение об отъезде.

Вероятно, ему было гораздо удобнее остаться, хотя он и делал вид, что делает это из уважения к хозяину, который не должен был быть наказан за невинное укрывательство такого подозрительного персонажа, как мистер Синий, будь он вампиром или нет.

Но день, как мы уже сказали, прошел, и сейчас около половины девятого вечера, и было совсем темно, так как луна взойдет только через час, поэтому никто не видит, как мистер Лейк направляется к Сент-Джеймсскому парку.

Он вошел в него через узкий проход и направился к Сент-Джеймсскому дворцу, точнее к ограде его частного сквера, выходящего на парк; затем под тенистыми деревьями он остановился и вопросительно огляделся.

– Он должен был прийти сюда незадолго до девяти, – пробормотал он. – Тише!

Часы на здании Конной гвардии пробили три четверти девятого.

Мистер Лейк отступил, когда двое мужчин медленно подошли к тому месту, где он стоял, и пробормотал:

– Это Миллер, но, черт бы его побрал, кого он привел с собой?

Один из мужчин приблизился, оставив другого шагах в двенадцати от него.

– Мистер Лейк, я думаю – сказал он.

– Да, Миллер, это я; но кого, во имя дьявола, ты привел с собой? Ты сошел с ума, если доверяешь в таком деле кому-то, кроме себя?

– О, не беспокойтесь об этом, сэр. Дело в том, что он служит у меня уже несколько лет, он мой управляющий и такой же большой мошенник, какого вы и хотели видеть. Я не смогу ничего полностью скрыть от него, поэтому лучший выход, как я нахожу, – это сразу же ввести его в курс дела.

– Мне это не очень-то нравится.

– Вы можете полностью положиться на Ли, так его зовут, и вы никогда не знали второго такого мошенника, как он, сэр. Кроме того, кому-то ведь, как вы понимаете, нужно было доверить роль отца, и именно он возьмет ее на себя, и еще, вы также понимаете, сэр, что…

– Тише, тише! Говорите тише! И приведите сюда этого законченного негодяя, раз уж мне все равно придется иметь с ним дело! Позовите его сюда, Миллер, и мы поговорим на ходу, это всегда безопаснее, чем обсуждать такие дела в одном месте, где любой может спрятаться. На ходу шпиону гораздо труднее следить за вами и в то же время подслушивать вас.

– Вы – гений, мистер Лейк.

– Боже! Мне не нужно никаких комплиментов от вас, Миллер, я хочу просто поговорить о деле.

К этому времени мистер Миллер сделал знак своему спутнику, чтобы тот подошел, что тот и поспешил сделать. Он сразу же поприветствовал мистера Лейка и сделал несколько тривиальных замечаний о погоде. Мистер Лейк ответил довольно отстраненно, а потом сказал:

– Я полагаю, сэр, мистер Миллер ознакомил вас с делом, в котором, по-видимому, я должен рассчитывать на ваше любезное содействие?

– О нет, – сказал Миллер, – я, конечно, вкратце изложил ему суть дела, но я всегда предпочитаю, чтобы заказчик сам давал всем всевозможные указания и рассказывал свою собственную историю.

– Ну, сэр, я думаю, что вы могли бы рассказать ему, а не доставлять мне хлопот. Но, однако, если это теперь должен сделать я, то так и быть. Так что, пожалуйста, слушайте внимательно, сэр.

– Конечно, – сказал Ли.

– Значит, мой брат – лорд Лейк. Это скорее новый титул, так как наш отец был первым, кто получил его, и он оставил большие поместья моему брату и его детям. Титул достаётся только наследникам мужского пола, я получу этот титул, если я переживу своего брата, но, черт возьми, у него есть дочь, и ей достанутся все поместья.

– Я понимаю.

– Старая графиня Бхакбайт по моей просьбе тайно увезла ребенка при его рождении и заботилась о нем за вознаграждение, которое израсходовало две трети моего дохода, но старая кошка перед своей смертью призналась, что это ребенок лорда Лейка, но, к счастью, она не выдала меня. Так вот, мистер Миллер был ее поверенным, и мы вдвоем подделали письмо, якобы найденное в бумагах старой графини, в котором она заявляет, что собирается выдать ребенка за ребенка лорда Лейка, но на самом деле его ребенок умер.

– О да.

– Это подействовало на лорда Лейка, который в какой-то степени отрекся от девушки, и я хочу окончательно решить этот вопрос, предоставив кого-то, кто якобы действительно будет ее отцом.

– Я понимаю, – сказал Ли, – но это будет неловко, если его раскроют.

– Я хочу защититься от любых неприятных последствий, заставив ее выйти замуж за моего сына, но не думаю, что она согласится. Абсолютное страдание, до которого я намерен довести ее, если смогу, может сподвигнуть ее на этот шаг, и тогда все будет в порядке. Секрет в моих руках, и я собираюсь распорядиться им так, как посчитаю правильным.

– Очень хороший план.

– Видите ли, у нее уже есть любовник, молодой гвардейский офицер, но он естественно бросит ее, как только узнает, что она дочь клерка адвоката, а не лорда… Ха! Ха! Ха!

– Вполне вероятно. Хорошо, я согласен. Я буду ее как-бы-отцом.

– Благодарю вас, а теперь о деньгах. Миллер получает тысячу фунтов. Чего вы хотите? Только будьте умеренным.

– Вы должны будете заплатить мне пятьсот фунтов.

– Черт возьми! Ну, я не хочу скупиться. Но вы должны иметь в виду, что это очень хорошая плата. И теперь мы должны подготовить первоклассный рассказ, настолько полный во всех своих частях, что в нем не будет никакого сомнения. Рассказ, который выдержит любую проверку и критику.

– Это лучше сделать в моем кабинете, – сказал адвокат. – Я думаю, что теперь мы прекрасно понимаем друг друга, и вряд ли нам нужно обговаривать что-либо еще прямо сейчас. Денежные вопросы улажены, и так как мистер Ли уже взялся за это дело, я абсолютно уверен, что оно будет хорошо сделано.

– Я рад слышать это от вас, Миллер, и я вполне смирился, хотя, должен признаться, не сразу, с тем, что мистер Ли приложит к тому руку.

– Спасибо, – сказал Ли, – спасибо, мы, конечно, справимся. В самом деле, теперь, когда вы мне всё объяснили, это кажется довольно легким и простым делом.

– Вы так думаете?.

– Я действительно так думаю.

– Тогда вы снимаете с моей души груз беспокойства, потому что я думал, что это будет трудно устроить. Спасибо что успокоили меня, мистер Ли.

– О, такое делается каждый день, мой дорогой сэр.

Они ходили взад и вперед, разговаривая, и к тому времени, как они уладили свои дела, они стояли в центре главной аллеи. Парк был очень тих и имел совершенно пустынный вид. В самом деле, приближалось время, когда находиться в нем незамеченными становилось труднее из-за повышенной бдительности ночных стражей.

Луна постепенно исчезла, или, казалось, что исчезла, когда ее закрыли легкие пушистые облака, и стороны, которые вели этот интересный диалог, разошлись. Мистер Лейк торопливо пошел к своей гостинице, а адвокат и его сообщник постояли еще несколько минут, разговаривая шепотом. Затем они повернули к Зеленому парку, и в этот момент их заинтересовала высокая призрачная фигура, закутанная в огромный плащ, но, казалось, не замечавшая их, потому что ее глаза были устремлены на Луну, которая в этот момент снова начала появляться из-за облаков.

Она вытянула вперед руки, словно хотела прижать к сердцу прекрасную спутницу.

– Странно, – прошептал адвокат.

– Очень, – сказал его спутник. – Теперь я хотел бы знать, кто это такой.

Адвокат пожал плечами и сказал:

– Скорее всего, какой-нибудь безобидный псих. Говорят, что такие часто ночами бродят по паркам.

– Странно, вы только посмотрите на него сейчас. Он, кажется, поклоняется Луне, и вон как он шагает вперед; и видите, там другой человек встречает его, и они уже оба поднимают руки таким странным образом к Луне. Что же, черт возьми, это может значить?

– Я действительно не знаю.

– Возможно, какие-нибудь религиозные фанатики.

– А! Это очень вероятно. У нас их полно, всевозможные прыгуны, крикуны и раздирающие тела, а возможно это кто-то из тех, кто называет себя лунарианцами. Что касается меня, то я скорее поклонюсь Луне, чем стану, как это делают большинство женщин, посещающих церковь и часовню, поклоняться какому-нибудь распутному евангельскому вору-пастору, у которого… О боже! …такие изящные руки, и такие бакенбарды, и говорит он так мягко и внушительно. Из всех негодяев на земле больше всего я ненавижу тех, кто щеголяют в стихарях!

Глава 187. КЛАДБИЩЕ В ХЭМПСТЕДЕ. ВОСКРЕШЕНИЕ ВАМПИРА.

До полуночи осталось полчаса. Небо всё ещё было затянуто облаками, но порой можно было увидеть проблески луны, когда облака проскальзывали перед ее диском, и великолепный поток серебряного света разливался по ландшафту. И этот пейзаж, во всех отношениях рассчитанный на то, чтобы выглядеть красивым и величественным под целомудренным лунным ликом, находился в пределах многих миль от Лондона. Это Хэмпстед-Хит – излюбленное место, где в небольшом масштабе собраны редчайшие ландшафтные красоты, которые самые романтичные горные графства Англии могут представить удовлетворенному взору туриста.

Те, кто знаком с Лондоном и его окрестностями, конечно, хорошо знакомы с каждым укромным уголком, поляной, деревом и лощиной в этой прекрасной пустоши, где в любое время года есть много мест, которые можно порекомендовать посмотреть. В самом деле, если бы оно было, как и должно быть, лишено извозчиков и прачек, едва ли можно было бы найти более восхитительное местечко, чем одна из загородных вилл, которые разбросаны по этой живописной пустоши.

Но уже почти полночь. Грядет время, когда народное суеверие трепещет, когда голоса невежества и предубеждения понижаются до шепота и когда слабые сердцем и робкие духом воображают себе миры неведомых ужасов. В данном случае, однако, мы увидим, что имелисьо бы некоторые оправдания, если бы даже самые смелые в ужасе отступили от того, что происходило.

Но мы не будем предвосхищать событий, ибо действительно в этом случае мы могли бы сказать, что для каждого времени свои ужасы.

Если бы кто-нибудь стоял на той части большой дороги, которая ведет прямо через вересковую пустошь и далее в Хендон или Хайгейт, в зависимости от того по левому или правому пути он направляется, и, дойдя до таверны замка, посмотрел бы через широкое пространство пустоши на запад, то в течение некоторого времени он не увидел бы ничего, кроме густых кустов цветущего вереска и живописных елей, которые там растут в большом количестве. Но через какое-то время появилось бы кое-что более значимое.

Без четверти двенадцать из зарослей кустарника, частично скрывавших глубокую пещеру, поднялась человеческая фигура, и там она стояла в этот тихий и спокойный час ночи так неподвижно, что едва ли казалась живой, но вскоре на небольшом расстоянии поднялась другая, а потом появилась третья, так, что эти три странных существа теперь стояли на фоне неба, как ориентиры. И когда Луна выглянула из-за облаков, которые на короткое время заслонили ее лучи, они выглядели странными, высокими и сверхчеловеческими.

Один заговорил:

– Пора, – сказал он глубоким, глухим голосом, который звучал так, словно доносился из могилы.

– Да, время, – сказал другой.

– Время пришло, – сказал третий.

Затем они двинулись, и по жестам, которыми они пользовались, казалось, что между ними происходит оживленная дискуссия, после чего они двинулись в совершенном молчании в сторону деревни Хэмпстед.

Однако, не дойдя до нее, они свернули на узкую тенистую дорожку между садовыми стенами и задними дворами конюшен, пока не оказались рядом со старым кладбищем, которое стояло на возвышенности и которое тогда – по крайней мере, в западной его части – не было окружено никакими зданиями. Те виллы, которые сейчас окружают его, построены недавно.