Тень Луны

Я бесшумно поднялся с дивана и так же бесшумно двинулся на звук. В полумраке, освещенном лишь городскими огнями из панорамных окон, я увидел ее силуэт. Она стояла посреди гостиной, повернувшись спиной ко мне, и смотрела на ночной город. Ее хрупкая фигура в одном только моем просторной футболке, которую я, видимо, оставил на стуле, казалась призрачной и беззащитной.

Она не кралась с целью напасть. Она... блуждала. Как лунатик. Или просто не могла уснуть в незнакомом месте.

Я сделал шаг, намеренно позволив половице слегка скрипнуть под ногой, чтобы не напугать ее внезапным появлением.

— Леся? — тихо позвал я.

Она резко обернулась. В свете окон я увидел ее широко раскрытые глаза, полные ночной темноты и смятения.

— Я... я не знала, где я, — прошептала она, и ее голос дрожал. — Я проснулась, а вокруг все чужое... Я испугалась.

Сердце мое сжалось. Она не пыталась сбежать. Она была дезориентирована и напугана.

— Ты в безопасности, — сказал я, останавливаясь в паре шагов от нее. — Это моя квартира. Ты так крепко уснула в машине, что я не решился тебя будить.

Она обвела взглядом огромную, затемненную гостиную, и ее плечи слегка опустились, будто от облегчения.

— Прости, что разбудила тебя.

— Ничего, — я подошел ближе, но не прикасаясь к ней. — Не можешь уснуть?

Она молча покачала головой, снова глядя в окно. Ее руки обнимали себя за плечи.

— Город такой... большой. И тихий сверху.

Мы стояли рядом в тишине, глядя на усыпанное огнями полотно мегаполиса. И в этой ночной тишине, в ее беззащитности и в моем желании эту беззащитность оберегать, было что-то более интимное, чем любая страсть. Что-то настоящее.

Я встал с дивана, и в тусклом свете, падающем из окна, она наконец разглядела меня получше. Вернее, разглядела, в чем я был. Вернее, в чем я не был.

— При этом ты переоделась в футболку, — я кивнул в ее сторону, пытаясь разрядить обстановку легкой шуткой. — Мне нравится. На тебе сидит... уютно.

Мои слова повисли в воздухе, но эффект оказался прямо противоположным желаемому. Ее взгляд, скользнув по моему лицу, тут же устремился куда-то в район моего плеча, а затем, будто обжегшись, отскочил в сторону. Ее щеки, и без того бледные при лунном свете, залились таким ярким румянцем, что его было видно даже в полумраке. Она резко отвернулась к окну, скрестив руки на груди еще плотнее.

— Я... я просто... я не помню как это произошло, наверно, на автомате... — пробормотала она в стекло.

Я понял свою ошибку. Шутка про футболку прозвучала как намек на что-то личное, в то время как она была абсолютно дезориентирована и уязвима. А мой вид — голый торс, испещренный шрамами и мышцами, спортивные штаны, низко сидящие на бедрах — только усилил ее смущение. Для нее я был не просто Артуром. Я был альфой, чье тело говорило о силе и агрессии, и сейчас мы стояли посреди ночи в моем логове.

Я не стал подходить ближе.
— Прости, — сказал я тише, уже без тени иронии. — Я не хотел смущать тебя. Хочешь, я принесу тебе воды? Или... можешь вернуться в кровать. Я не буду тебе мешать.

Она медленно покачала головой, все еще глядя в окно.
— Нет. Я... я просто постою тут немного. Если ты не против.

— Конечно, — я отступил назад, к дивану, давая ей пространство. — Стой, сколько захочешь.

Я сел на край дивана, наблюдая, как ее силуэт вырисовывается на фоне ночного города. Она была похожа на испуганную птицу, заблудившуюся в слишком большой клетке. И все, что я сейчас мог сделать — это не спугнуть ее, дав ей время привыкнуть к тому, что эта клетка... может стать и убежищем. Тишина затягивалась, становясь все более тягостной. Она стояла, отвернувшись, и я чувствовал исходящее от нее смятение, как физический вибрацию в воздухе. Молчание было хуже любой неловкости.