Взлом с последствиями

— Садись, — сказал он, указывая на стул напротив. — Поешь. Поговорим о деле. Надеюсь, теперь ты в более… рабочем настроении.

Я села, взяла чашку кофе. Напиток был крепким и горьким, как и должно быть. Я смотрела на него поверх края чашки. Его игра была ясна: держать меня в состоянии легкого стресса, неуверенности, постоянно проверять границы. Но у каждой игры есть правила. И если он хотел, чтобы я работала, ему придется эти правила хоть как-то соблюдать. Или я найду способ сделать его несоблюдение… невыгодным.

— Я всегда в рабочем настроении, — ответила я, отставляя чашку. — Говорите, какое задание?

Он изложил ситуацию с холодной, беспощадной логикой. Исходя из моего описания — «металлическая пустота», «тишина, давящая на уши» — круг подозреваемых сузился. Это не был грубый, шумный Маммон с его денежными потоками. Не Астарот с его любовью к сложным, паутинообразным интригам. Это был кто-то… аскетичный. Хладнокровный. Ценящий порядок и чистоту методов выше грубой силы. Он назвал несколько имен из высших эшелонов, чьи «почерки» и сферы влияния могли соответствовать: некто Ваал-Забулон, архивариус Бездны, или Шаккал, Страж Равновесия, чья магия работала на принципах абсолютного нуля и нейтрализации.

— Твоя задача, — сказал он, откидываясь на спинку кресла, — найти их следы здесь, на Земле. Агентов, подставные фирмы, финансовые воронки. Все, что может вести к ним. Используй доступ к базам. Я дал тебе достаточно каналов.

Я кивнула, погруженная в данные. Это была сложная, но понятная работа. Детектив в мире теневой экономики и межпространственного шпионажа. На какое-то время я даже забыла, кто сидит напротив.

Забыла, пока он не нарушил тишину. Не резко. Плавно, как змея, меняющая направление.

— Кстати, о следах, — его голос потерял деловой оттенок, стал задумчивым. — Ты, когда описывала ощущения… была очень сосредоточена. Лицо стало таким серьезным. Почти суровым. Совсем не то, что утром, когда ты потягивалась или… ругалась на меня.

Я подняла на него взгляд. Он смотрел на меня с легкой, игривой улыбкой, перебирая пальцами ручку.
— Мне даже стало интересно, какое у тебя лицо, когда ты… ну, не на работе. Когда расслаблена. Искренне.

Это был легкий, почти невесомый флирт. Замаскированный под любопытство. Провокация.

— Когда я искренне расслаблена, — ответила я, не отводя глаз от экрана, но чувствуя, как по спине пробегают мурашки, — за мной обычно никто не подглядывает. Это способствует расслаблению.

Он рассмеялся — тихим, приятным смешком.
— Справедливая критика. Но представь мое положение. Рядом находится такое… яркое существо. С характером. С талантом. И с такими выразительными глазами, которые так здорово сверкают, когда ты злишься. Как тут не заинтересоваться?

Он встал и медленно обошел стол, остановившись сбоку от моего кресла. Не касаясь. Но его присутствие стало физически ощутимым.
— Ты знаешь, большинство тех, кто работает на меня, боятся даже вздохнуть лишний раз. А ты… ты устанавливаешь правила. Требуешь уважения. Это редкое качество. И, должен признать, весьма… возбуждающее.

Последнее слово он произнес почти шепотом, наклонясь так, что его губы оказались в сантиметре от моего уха. Его дыхание, теплое и пряное, коснулось кожи. Это была уже не провокация. Это была прямая атака. Игра на моей территории, которую он сам же мне и выделил.

Я не отпрянула. Но и не повернулась к нему. Продолжала смотреть на монитор, хотя буквы уже расплывались.
— Если «возбуждающее» — это ваш критерий профессиональной пригодности, — сказала я, заставляя голос звучать ровно, — то, боюсь, вы наняли не того специалиста. Я здесь, чтобы искать дыры в порталах и финансовые схемы, а не… развлекать.

Он выпрямился, и я почувствовала, как напряжение слегка спало.
— А кто сказал, что это взаимоисключающие понятия? — он вернулся на свое место, снова приняв вид делового партнера. — Ладно, ладно. Не буду отвлекать от важной работы. Но запомни, златовласка… — его взгляд стал тяжелым, обещающим. — Твой профессионализм я ценю. Но твоя… живость… интересует меня куда больше. И рано или поздно мы исследуем и этот аспект нашего сотрудничества. Без домогательств, разумеется. По взаимному согласию.

Он улыбнулся, как кот, который только что показал когти, а теперь умывается.
— А теперь, пожалуйста, вернись к схемам Шаккала. Мне нужны факты. Красивые глаза подождут.

Я кивнула, чувствуя, как внутри все переворачивается. Он снова установил правила. Сместил фокус. И оставил меня с тлеющим угольком тревоги и… черт возьми, чего-то еще, что отказывалось угаснуть. Сделка с дьяволом становилась все сложнее. И все опаснее. Не только для жизни. Для самой себя.