Судьба династии Фортиа. Неправильный выбор
- -
- 100%
- +
Виоланта поудобнее устроилась на жестком троне, готовясь встречать посетителей. Стража уже выстроилась у ступеней трона и подле двери. Все было готово. Виоланта бросила грустный взгляд на пустующее кресло слева от нее. А после на такое же справа. Сегодня нечего и ждать, что что-то поменяется. Придется провести в гордом одиночестве ближайшие несколько часов. Она вздохнула, готовая к своей скорбной участи. В этот момент дверь зала раскрылась. Но вместо герольда и первого посетителя вошел совсем другой человек. Виоланта и не ждала его увидеть сегодня. По каменному полу раздался глухой стук. Человек опирался на деревянную лакированную трость. Он был одет в темно-синий узорчатый камзол и плащ. На голове берет из голубого бархата. А глаза, с морщинками в уголках сузились в приветливой улыбке. Это был лорд Огюст, королевский советник. Медленным шагом, постукивая тростью, он прошел через зал и поклонился, тяжело сгибая старческую спину. Виоланта встретила его удивленным и обеспокоенным взглядом.
– Милорд. Я и не думала, что Вы придете. Вы же больны. Я вовсе не требую Вашего присутствия на церемониях. Вы можете спокойно отдыхать, пока полностью не поправитесь.
– В моем возрасте уже поздно думать об отдыхе. – добродушно заметил лорд Огюст. – у меня еще будет для этого время. А потому все оставшееся предпочитаю посвятить делам королевства. Если Вы позволите, Ваше Величество.
Виоланта жестом указала на кресло советника, что стояло справа от нее. Теперь хоть одно не пустовало. Она еще раз взглянула на левое. Это было место перовой фрейлины, леди Бригитты. «Сюда бы Бриджит, – с грустью подумала Виоланта. – Она бы нашла хорошие слова, чтобы все вокруг не казалось таким тоскливым. Ну что ж, это невозможно. Поэтому начнем прием посетителей».
Через минуту герольд объявил о начале королевской аудиенции. В зал впустили первого посетителя. Мужчина, по виду крестьянин, вошел, взволнованно озираясь по сторонам. Просторный каменный зал, стражники в доспехах на каждом шагу, дракон с рубиновыми глазами совсем задавили беднягу. Проинструктированный до начала аудиенции, он кое-как доплелся до конца бардового ковра, постеленного у подножия трона на расстоянии двух шагов. Далее ступать было нельзя. Одно движение вперед и стража у ступеней посчитает тебя за угрозу. Здесь следовало поклониться и не поднимать головы, пока королева не позволит заговорить. Но под впечатлением от увиденного и услышанного за сегодня (особенно от пункта про отрубание головы) мужчина растерялся, вместо поклона упал на колени и затараторил, как будто за ним гнались:
– Ваше Величество! Землю украли! Они пришли и отобрали ее! Сказали наша и все! А потом Калерийцы придут, зачем вам ее беречь? Ну как же так можно! Королева, сделайте что-нибудь!
– Встаньте. – приказала Виоланта. – Рассказывайте по порядку. Что произошло?
Мужчина медленно поднялся. Ему казалось, что на каждое его движение ближние к нему стражники реагируют нервным подергиванием рук в строну ножен с оружием. И это не добавляло уверенности. Однако он сглотнул ком в горле и заговорил вновь, уже более разборчиво. Он из Трэбфорда. Служил на земле одного из местных лордов, но пришли войска из соседних земель и прогнали всех. Объявили землю собственностью их лорда, согласно какому-то там строму завещанию. А ведь рента за нее была уже уплачена. А новый хозяин земли не посчитался с этим. Выгнал чужаков и расселил своих людей. Не дали даже вещи собрать. Прогнали из собственных домов. Оставили ни с чем. Местные крестьяне обратились за помощью к лорду Трэбфорду. Но тот отказался влезать в разборки между своими вассалами. Ему было все равно кто из них какую землю занимает, главное, чтобы все служили ему и отдавали долю от налога. Тратить силы на еще одну войну, помимо Калерии, он не желает. А люди остались брошены на произвол судьбы. Кто-то разбрелся по дальним уголкам земель Трэбфорда, кто-то подался в соседние земли. А самые смелые решились требовать справедливости у королевы из Фортистерры. Мужчина закончил рассказ и теперь с надеждой уставился на блестящую фигуру на троне, что смотрела на него сверху вниз. Виоланта задумалась, склонив голову. Лорд Огюст хранил молчание, лишь иногда шурша накидкой, из-за которой он доставал платок и вытирал морщинистый лоб. На несколько секунд тишина напряженно повисла в воздухе. А после Виоланта заговорила:
– Я вызову к себе лорда Трэбфорда и вменю ему в обязанность уладить этот конфликт. Все дома и прилегающие к ним земли должны быть возвращены. Если выяснится, что новый хозяин законно занял владения прежнего, тогда он будет вправе выгнать людей с земли по истечении срока ренты. Но ни днем раньше. Если же он не является законным владельцем, то лорд Трэбфорд обязан прекратить его посягательства на чужие земли. – Она дала знак секретарю, который все это время записывал за ней, сидя за меленьким столиком у подножия трона, – Отправьте мое распоряжение Саину Трэбфорду. Пусть займется этим делом и прогонит чужаков с земель своих крестьян. – Она обратилась к мужчине, который слушал все это, сжимая побелевшими пальцами свою шапку. – До тех пор Вы можете остаться в Фортистерре. Пусть этому человеку выделят из казны сто пятьдесят серебряных монет. Этого должно хватить на первое время. Такую же сумму получат те, кто пришел с ним. Когда беспорядки на вашей земле кончатся, вы вернетесь домой.
Крестьянин завороженно смотрел на нее, будто не веря своему счастью. А после стал лихорадочно кланяться.
– Благодарю Вас! Благодарю, королева!
– Следующий. – объявила Виоланта. У нее на сегодня десятки визитов. Если выслушивать благодарности каждого, дня не хватит.
Мужчина на ватных ногах поплелся к выходу, а Виоланта задумчиво проводила его взглядом. Ее вдруг осенила идея. Она обернулась к секретарю.
– Напишите также. Пусть Трэбфорды возместят мне расходы, связанные с пребыванием их людей на моей земле. Даю им два дня без учета длительности пересылки письма. За каждый день промедления начисляю вдвое больше того, что я потратила за сегодня.
«Пускай пооткрывают замки в своих подвалах с золотом. Не все мне отвечать за их ошибки» – подумала она и улыбнулась, встречая нового посетителя. Торговец из Агрисланда. Кажется, их сегодня будет много.
– Будет говорить про неудобство запрета на торговлю с Калерией. – шепнул ей лорд Огюст.
Виоланта заблаговременно поинтересовалась:
– А мы можем смягчить запрет?
– Пока идет война. Это невозможно. Для торговли нужно хотя бы перемирие. Новых земель мы не захватили. Враг торжествует. Против такого перемирия восстанет армия, посчитав свои потери напрасными. Таким образом, наш путь пролегает между копьями воинов и галерами купцов.
Торговец все еще шел по бардовому ковру, склонив голову. Виоланта перевела обеспокоенный взгляд с гостя на советника.
– Тогда что лучше ответить?
– Предложите им присмотреться к Фиании на юге. И дайте хороший заказ от Фортистерры.
– Нам ничего не нужно сейчас. Да и лишних денег нет.
– Разве Ваше Величество не желает новое свадебное платье из южного шелка? А к нему жемчуг и диадему.
– Мое Величество желает выйти замуж в старом платье. Мне глубоко все равно, какие ткани и драгоценности будут на мне во время этой свадьбы. Но если так нужно для государства… Пожалуй, я потерплю неудобства.
«Перед кем мне хвастаться нарядом? – в раздражении подумала Виоланта. – Перед Трэбфордами? Или, может, перед Лорентом Де-Либеро? Глупость какая-то».
Торговец уже приблизился к ней, остановившись на положенном расстоянии, и с разрешения королевы начал свою историю о глубоком разочаровании и убытках в торговых делах. Виоланта выслушала его и отправила восвояси с выгодным заказом. Затем выслушала второго торговца. С той же историей. А после третьего и четверного.
– Это будет длинный день. – шепнула она лорду Огюсту, когда вошел герольд и объявил о пятом торговце из Агрисланда.
Глава 3
Из Агрисланда в столицу приезжали не только торговцы. В этот день во дворец прибыла леди Батильд, старшая дочь лорда Идгарда Агриса. Миловидная шестнадцатилетняя девочка с огромными голубыми глазами, круглым личиком и вздернутым маленьким носиком. Как и почти у всех сиридок, у нее были светло русые локоны, которые она перевязывала лентами у затылка. И как почти у всех новых людей во дворце ее улыбка не сходила с лица ни на минуту. Девушка с радушием и наивностью улыбалась всем и каждому, потому как у нее здесь не было ни одного врага. Пока еще не было.
Третья фрейлина королевы, Даниелла, встретила гостью с весьма скептическим видом. Увидев ее счастливое наивное лицо, и вовсе растеряла энтузиазм. Сколько всего придется пояснить этой невежде. Тем более сиридке. Они все, наверное, и понятия не имеют о правилах жизни в южной столице. И все же Даниелла взяла себя в руки и пригласила гостью пройти вместе с ней через парк по направлению западного входа.
– Другие выходы сегодня перекрыты. – милостиво пояснила она. – Сегодня день аудиенций. В центральном и восточном холле толпа посетителей и охраны. Там мы не пройдем.
– Аудиенции?
– Королева принимает посетителей и решает их проблемы.
– Я бы так хотела взглянуть на это.
Леди Батильд с детским восторгом смотрела на свою сегодняшнюю наставницу. Даниелла раздраженно поджала губы. «Аудиенции, эка невидаль…» – подумала она.
– Я покажу Вам, как это происходит, если хотите. Но позже. Нам еще нужно разобрать множество моментов, связанных с правилами дворца, прежде чем Вы сможете приступить к обязанностям фрейлины.
«Если бы только Хелен не была так занята с расписанием королевы… Мне бы не пришлось возиться с этой новенькой. В конце концов, инструкции – это дело второй фрейлины». Они прошли галерею с арками и вошли во дворец. Тоненький голосок отвлек ее от размышлений.
– А каковы будут мои обязанности?
Даниелла отвечала небрежно.
– Какие угодно. Пятая фрейлина – это все равно, что служанка. Будешь бегать по поручениям, приносить книги и шкатулки, слушать приказания леди Элайны. Она у нас главная после королевы. Все фрейлины подчиняются ей. Она следит за нашим поведением, репутацией. Если что не так – может выгнать из дворца без разговоров.
Девушка ловила каждое слово Даниеллы. Кажется, будь у нее бумага и перо, она бы начала вести записи.
– Леди Элайна – камер-фрейлина. Она организовывает все мероприятия женской части общества во дворце. Все чаепития и прогулки под ее ответственностью. А еще она возлюбленная лорда Одрика. Поэтому лучше ей не перечить. Лорд Одрик – опасный человек. Не связывайся с ним.
– Одрик Моэн?
– Именно. Он канцлер. Руководит страной. Королева делает все, что он считает нужным. Перейдешь ему дорогу и тебе несдобровать. Хотя, куда тебе до интриг… Так что просто будь учтивой. И не дружи особо с кем-то из Фламиа. Он не любит Фламиа.
– Почему?
– Никто не любит Фламиа.
– Ясно…
– С тебя ничего особенно не требуется. Только будь почтительной, услужливой, вежливой. Ни с кем не ссорься. Веди себя как леди. Ни в коем случае нельзя бегать, громко разговаривать, одеваться не по этикету и выезжать на прогулку вне дворца в одиночестве. Не будь как Бригитта Мабили.
– Она все это делала?
– Ей можно, она подруга королевы. Они неразлучны с самого детства. А еще запомни, что ни в коем случае нельзя видеться с мужчинами и заводить отношения. Это настоящий позор для придворной дамы.
– Но… Вы сказали про леди Элайну и лорда канцлера.
– Ей можно, она приближенная королевы и пользуется ее расположением. Я забыла сказать про Совет лордов. В Совете у нас семь лордов. Одрик Моэн, Трэбфорд, Де-Либеро, Мабили, двое Фламиа и светлейший Северин. Лорды Совета каждый представляют свою землю и помогают королеве управлять страной.
– О да, я это знаю. Членом Совета может стать любой из родственников верховного лорда земли. Но только не сам лорд. Поэтому все, кто входят в Совет являются младшими представителями своих фамилий.
– Кроме Одрика. Он верховый лорд Моэнии. Но для него сделано исключение. Он был близким соратником короля Джерода и регентом королевы Виоланты.
– Здесь так много исключений из правил. – удивилась юная фрейлина. – Наверное, королеве можно нарушить их все сразу.
– Нельзя. Она же королева. И Вам не советую, леди Батильд.
Они шли по коридору дворца торопливыми шагами. Очевидно, Даниелла не хотела тратить время на экскурсию и намеревалась поскорее провести новенькую в покои королевы.
– Вторая фрейлина, леди Хелен, должна вести учет всех встреч и планов королевы на день и напоминать ей о них, на случай, если она забудет. Я – третья фрейлина. Моя задача – помнить всех и каждого при дворе. Знать имена и фамилии прибывших в столицу лордов и леди. Напоминать королеве имя человека, который обращается к ней во время приема или пира. А также рассказывать все последние новости дворца и столицы. Первая фрейлина, леди Бригитта, сейчас в отъезде. Много дерзила всем и каждому. Вот ее и убрали.
– А что… она должна была делать в должности первой фрейлины?
– Ничего. Я же сказала, она подруга королевы. Они были как родные сестры. Везде ходили вместе. Шептались, секретничали. Только королева еще управляла страной. А Бригитта Мабили просто бездельничала.
Они раскрыли двери в покои Виоланты и застали там Айлин, руководившую прислугой. Под ее командами служанки выносили из гардероба платья, чистили их и раскладывали по сундукам. Услышав, что кто-то вошел, девушка обернулась. Ее красивое румяное лицо озарилось приветливой улыбкой.
– Вы уже прибыли, леди Батильд. Добро пожаловать.
Новенькая фрейлина сделала реверанс, а после по настоянию Даниеллы прошла через спальню в гостиную.
– А это леди Айлин, четвертая фрейлина. Она обязана следить за модой и подбирать наряды на день для королевы. Ты с ней поосторожнее.
– Почему?
– Она никогда не скажет правды. Будь уверена. Даже боги не знают, что у нее на уме.
– Как это не скажет? Совсем?
– Смотри сама.
Даниелла взяла новенькую под руку и вернулась с ней в спальню.
– Как тебе вон то желтое платье с розами на юбке? – шепнула она на ухо леди Батильд.
– Ужасно. – ответила та.
– Айлин, я говорила с Хелен. – громко объявила Даниелла. – Она спрашивает, когда ты пришлешь ей желтое платье. Ведь королева подарила ей его. Разве ты не помнишь?
– Помню. – быстро отозвалась фрейлина.
– Так что же ты медлишь? Отправь его в сундук и пусть отнесут в комнату Хелен.
– Сейчас я занята. А вот вечером как раз смогу этим заняться.
– Хорошо. Я так и передам ей. Кстати говоря, тебе не кажется, что фасон немного старомоден? И что Хелен в нем нашла, что упросила королеву подарить ей его.
– Я думаю, что платье очень милое. И Хелен будет к лицу желтый цвет.
– Как знать. Как знать.
Даниелла и леди Батильд исчезли за дверями гостиной.
– Вот видишь? – звонко шепнула третья фрейлина.
Батильд пожала плечами.
– Может, у нее попросту дурной вкус.
– У нее дурной вкус? Да она королева красоты при дворе. Кроме того, имей ввиду. Никто не собирался дарить Хелен платье. Я все это придумала. А эта врушка легко поддалась. Она всегда так делает. Спроси о чем угодно.
Батильд промолчала, с уважением глядя на наставницу. Сколько нового она сегодня узнала от нее. И сколько еще предстояло узнать.
Через десять минут обе фрейлины приблизились к дверям тронного зала. Не к тем, откуда впускали посетителей, а к боковому входу. Стража позволила им приоткрыть двери, чтобы увидеть, что там происходит. Батильд с восторгом уставилась на необычное для себя зрелище. В доме отца она не раз видела, как тот принимал господ, торговцев и крестьян, выслушивал их жалобы или раздавал указания подчиненным. Но наблюдать подобное в королевском дворце – совсем другое дело. К тому же, тут столько всего интересного, чего дома не увидишь. Например, высокий золотой трон, на котором королева восседает в роскошных одеждах. Батильд никогда не видела такой блестящей ткани. Должно быть она соткана из золотых нитей. А какой длинный шлейф у платья, точно золотая река. А еще этот странный жезл с головой дракона. Для чего он стоит тут, воткнутый в металлическую подставку? И почему королева во время всей церемонии сжимает его в руке, не отпуская ни на секунду. Неужели ее рука не устает? А эти разноцветные перстни такие красивые. И корона выглядит как нельзя лучше. Батильд приехала во дворец всего только пятой фрейлиной, но после увиденного ощутила острое желание сделаться королевой. К сожалению, это место было уже занято и получить его не представлялось возможным.
– Какая красота… – прошептала Батильд, обращаясь к Даниелле.
Та закатила глаза, но снисходительно промолчала.
– А что это за жезл в виде дракона? Это такое украшение? По-моему, выглядит слишком громоздким для Ее Величества.
Даниелла вздохнула, подавляя раздражение. Чего еще ожидать от необразованной сиридки? Придется объяснять ей всем известные истины.
– Это вовсе не украшение, леди Батильд. Это скипетр Фортиа – символ королевской власти. Считается, что он был выкован богами. Много веков тому назад. Как раз тогда, когда среди лордов всех земель Фортиа были признаны верховными владыками. Боги спустились с небес передали скипетр в дар Вейлру Фортиа. В ответ он поклялся защищать и оберегать свои земли и земли своих союзников. А те дали ему присягу и поклялись в верности. С этого момента началась история Визардании как единого королевства, союза земель.
Батильд продолжала наблюдать за церемонией приема просителей и не повернула головы.
– Я где-то слышала об этом. – только и ответила она.
«Где-то слышала… – мысленно передразнила Даниелла. – И вправду говорят, что сириды – дикари и ничего не знают об истории и культуре страны».
Девушки перестали разговаривать и затаились у дверей, потому как в зале воцарилась тишина. Несколько секунд молчания, а после ровный голос с вышины трона.
– Я наслышана о Вашей проблеме. И уже приняла решение относительно нее. Прошу Вас подождать еще один месяц. И долги по жалованью будут полностью выплачены. Даю слово королевы.
– Благодарю, Ваше Величество.
Военный в кольчуге и черном плаще поклонился и повернулся к выходу. Батильд провожала его заинтересованным взглядом. С тем же интересом встретила она и следующего посетителя. По виду обычный горожанин. Потрепанный камзол и накидка, старая шапочка, испуганный вид, как и у всех простых людей, что оказывались здесь до него. Незнакомец долго жаловался на нехватку хлеба в городе, на наглость налогосборщиков и ужасное засилье приезжих.
– Просто шагу негде ступить! Везде толпы беженцев! У них чаще всего есть деньги, и они успевают скупать все продукты в лавках. Пока нам, здешним, приходится отдавать все нажитое непосильным трудом на налоги. То есть… простите, Ваше Величество… Но эти сборщики совсем совесть потеряли. Не может быть, чтобы налог настолько подняли. Двадцать пять серебряных монет. И даже медью не берут.
Виоланта подняла брови.
– Налог составляет ровно пятнадцать монет.
– Я говорю чистую правду, Ваше Величество. Простите за дерзость.
– Я поняла Вас. – Виоланта кивнула. – Обещаю заняться этим вопросом в первую очередь. Деньги будут возвращены. Виновные наказаны.
– А… что с беженцами, Ваше Величество?
– Они вернутся к себе на родину, как только мы прогоним врага подальше от границ. Наша армия уже наготове. Пограничные территории вне опасности. И люди смогут туда вернутся. Остается подождать совсем недолго. Следующий.
Батильд слушала спокойный властный голос и наблюдала как уходит, пошатываясь, напуганный горожанин. Королева говорила так уверенно и гордо. Сидела практически неподвижно на своем троне несколько часов подряд. Ее лицо не тронула ни тень улыбки или недовольства. Невольно возникала мысль о том, что она и в жизни чрезвычайно серьезна, холодна и неприступна. Как золотая статуя.
Через два часа Даниелле надоело смотреть за новенькой, наблюдавшей аудиенции. И она насилу уговорила ее пройтись по разным коридорам и комнатам замка и познакомиться с обстановкой. Уж лучше экскурсия, чем провести здесь оставшиеся часы до самого вечера.
Батильд разрывалась между желанием узнать, что скажет высокий господин в фиолетовой мантии и перспективой прогулки по королевскому дворцу. Но раз ее наставница предложила прогулку, она согласилась. Девушки затворили двери, через которые наблюдали за аудиенциями, и направились дальше по коридору с намерением вернуться сюда ближе к вечеру.
– Возобновление торговых отношений с Калерией сейчас невозможно. – твердо произнесла Виоланта. – Лучше подумайте о делах с Фианией. Я собираюсь снизить пошлины для их купцов, скоро их станет много на наших рынках. Следующий.
Торговец раскланялся, плохо скрывая разочарование на недовольном лице. Но делать нечего. Не будешь же спорить, глядя на эту толпу стражи и голову дракона с красными, прожигающими насквозь глазами. Мужчина удалился, скрипя подошвами сапог. Виоланта вздохнула. Она уже не чувствовала руки, которой сжимала скипетр. А еще у нее возникли подозрения, что лорд Огюст заснул. Не просто так он не произнес ни слова за целый час. Пока в зал заходил новый гость, Виоланта мельком взглянула на советника. Тот сидел, склонив голову и поддерживая ее рукой.
– Милорд.
Огюст вскинул голову. Лицо его показалось королеве ужасно бледным, не смотря на темноту из-за сгущающихся сумерек.
– Вам нехорошо? – обеспокоенно спросила Виоланта.
Бледное морщинистое лицо добродушно улыбнулось ей.
– Что Вы, Ваше Величество. Разве что немного скучно. Вас ведь тоже не развлекают эти повторяющиеся прошения об одном и том же?
– Это верно.
– В Ваших руках сделать так, чтобы в следующий раз на аудиенцию пришли люди с более интересными проблемами нежели нехватка еды и денег.
Виоланта грустно усмехнулась.
– Я постараюсь. Обязательно постараюсь. Мне сейчас вспомнился один из наших уроков арифметики. Как я не могла решить задачу. Вы помните эту задачу, милорд? Тринадцать купцов плывут из Инсуля в Филдберг на десяти кораблях. У троих из них тарелки и кувшины. У четверых ткани. Восемь везут мех. И только один – специи. Нет ни одного корабля с посудой и мехом. Ни одного с тканями и специями. Вопрос: что везет каждый из кораблей?
– Вы помните это, Ваше Величество?
– Разумеется. Я просидела с этой задачей целую ночь. Но так и не нашла ответа. Затем пришла на урок на следующий день и сказала, что не знаю, что везут корабли. Но им нужно поворачивать назад. Потому как тринадцать судов никак не смогут пройти через Южный пролив у берегов Агрисланда и пришвартоваться в порту Филдберга. И Вы сказали тогда, что это верно. И похвалили меня за сообразительность. Но я была расстроена, что не смогла решить задачу по правилам. Тогда Вы сказали, что я королева и мне устанавливать правила. И иногда самое неожиданное решение может оказаться лучше любого обыкновенного. Я запомнила это. Хотя, у меня не было более случаев, чтобы решать подобные сложные задачи. И вот спустя столько лет. Случай вновь представился. Я его не упущу.
Лорд Огюст посмотрел на нее с ностальгией. В глазах его отражались воспоминания о тех далеких временах, когда эта величественная дама в золотой короне и меховом плаще была маленькой девочкой, утопающей в королевской мантии во время приемов как в чане с водой. Как светилось ее лицо всякий раз как она прочитывала новую книгу из библиотеки и бежала поделиться впечатлениями. Как она часами сидела в классе и выписывала любимые цитаты философов из древних текстов. Как предпочитала всем поездкам и прогулкам интересную беседу в библиотеке. И всегда она была доброй и милой со всеми, хотя должна бы кажется вырасти ужасно избалованной, потому как вокруг все только и делали, что бегали за ней по пятам и выполняли ее указания. Ее регент, лорд Одрик, позаботился о том, чтобы королеву окружили заботой, всячески развлекали и не нагружали обязанностями. Но откуда-то взялась в ней любовь к наукам, уважение к людям и чувство ответственности за дела в стране. Быть может, потому что дворец часто навещали известные писатели, поэты и мыслители. Здесь устраивались книжные вечера. Леди Элайна была любительницей всяческих умных вещей. Или все же потому, что в девять лет королева увидела первую в своей жизни казнь. В любом случае, Визардания получила не просто ребенка на троне. А ребенка, у которого был потенциал стать хорошим правителем. Если только он сам захочет этого. А если не захочет, то никто на свете не заставит.
– Вы всегда были способной ученицей, Ваше Величество.
Виоланта не ответила. Очередной торговец уже кланялся у подножия трона.
– Ну сколько там еще? – шепнула она лорду Огюсту.
– Полагаю, человек десять, Ваше Величество.
– Говорите. Я слушаю.
За окном совсем стемнело. Аудиенции подходили к концу. Леди Батильд в компании Даниеллы уже наблюдала из-за приоткрытых дверей как последний из посетителей покидал зал. После этого лорд Огюст встал со своего кресла, отошел в сторону и склонил голову. Виоланта наконец пошевелилась. Она разжала пальцы, намертво застывшие на скипетре с драконьей головой. Металлический гигант не шевельнулся. Он был надежно закреплен на подставке. Далее Батильд с удивлением наблюдала следующую сцену. Королева поднялась со своего трона, не опуская руки. К ней подбежала служанка с золотой емкостью в руках. Оказалось, в ней была вода. Королева окунула руку в емкость с водой, вторая служанка накрыла ее ладонь белоснежным полотенцем. Виоланта взяла полотенце и наконец опустила руку. Та быстро скрылась за тяжелым плащом. Тем временем другая пара слуг принесла в зал тяжелое разноцветное полотно. Взмахнув тканью в воздухе, они накрыли ею скипетр, скрывая его от глаз. Теперь дракон походил на высокую худую фигуру человека в капюшоне. Батильд удивленно захлопала глазами и обернулась к Даниелле.