Байкеры. Бес'совестный
- -
- 100%
- +
– Сейчас иду, свет выключу, – сказал чей-то мужской голос.
После чего в комнате воцарилась тьма. Лишь единственным источником света оказалась – маленькая красная лампочка возле двери.
Здорово. На этой двери магнитный замок, который открывает только магнитная карточка. Которой у меня нет. То есть, я молодец, сама себя загнала в ловушку. Первое моё действие – долбить в дверь с криками «выпустите меня отсюда!» Так я проверила качество изоляции этой комнаты. Зато нашла включатель для света. Так хотя бы было менее страшно. И хорошо, что у меня нет клаустрофобии. Хотя запертой всё равно быть не очень приятно. А ещё неудобно при свете спать. Но уж точно здесь было лучше, чем в комнате с целующейся парочкой. Поэтому спустя час я успокоилась и попыталась поспать.
***
Не знаю, что именно меня разбудило. Казалось, я всем телом почувствовала чей-то тяжёлый и внимательный взгляд. А когда открыла глаза, то увидела очередного бородача. Нет, это был огромный медведь. Настоящий суровый хищник, который питается маленькими девочками. Под его взглядом я с трудом смогла сглотнуть. Такой большой дядька! Высокий, плечистый, опять же спортивный, и с такой шеей, что у меня нога худее. Да он даже крупнее Беса. Волосы длинные и волнистые. Глаза острые, как ножи. Тёмные брови, которые сошлись на переносице, придавая его лицу такой суровый вид, что впору было умереть на месте. И на его куртке была такая подозрительная нашивка в виде незамысловатого слова «President», которое явно говорило, кто здесь главный.
– Ты кто такая? – спросил он у меня так, что захотелось исчезнуть.
– Племянница Беса, – выпалила я то, что по моему мнению могло бы спасти мне жизнь.
Но от этого мужчина нахмурился ещё сильнее.
– И какого чёрта ты здесь делаешь, племянница Беса?
– Я… я случайно зашла… когда заблудилась.
– А дверь как открыла?
– Она была открыта, клянусь…
Он недовольно рыкнул. А потом протянул свою лапу, схватил за предплечье и куда-то потащил. Мне буквально приходилось вставать на цыпочки, чтобы идти с ним, а не волочиться вслед. Но что я такого сделала? Я же ничего не украла! Куда он меня тащит – было вообще непонятно, пока мы не перешли из развлекательной на жилую часть здания. А когда он затащил меня в комнату к Бесу, то пнул того по голой ноге, которая торчала из-под одеяла, и грозно спросил у сонного мужчины:
– Твоя?
Прищуриваясь, Бес так посмотрел на меня, словно не сразу узнал. Он был взъерошенный и, кажется, совсем там голый. А рядом с ним та Кенди, тоже явно неодетая и такая же сонная.
– Да, моя, – хрипло ответил Басманов.
– Тогда какого чёрта она делает в очаге?
Теперь ещё и Бес уставился на меня с недовольной физиономией. Но что вообще я такого сделала?!
– Понятия не имею, – ответил ему Бес, усаживаясь на кровати и прикрывая одеялом всего лишь свое хозяйство.
Мама дорогая! Да он весь в рисунках! Ярких. Завораживающих. На груди птица с распахнутыми крыльями – орёл, кажется. Ниже него тигр в оскале. А ещё змеи, цветы, надписи и какие-то лица. И это всё на рельефном теле с тугими мышцами. Да это не человек – ходячая картина.
– Что ты делала в очаге? – спросил у меня уже Бес.
– Где? – переспросила я, на всякий случай.
Потому что понятия не имела, что такое «очаг».
– В той комнате, где я тебя нашёл, – пояснил Президент.
– Так я же объяснила. Я случайно туда зашла. Я ведь ничего не сделала. Пожалуйста, отпустите, – уже начала просить, стискивая зубы от боли в предплечье.
У этого Президента такая хватка, что вот-вот кость мне переломит.
– Ну и? – обратился Бес к своему явно старшему. – Сказала же, зашла случайно. Чё бузишь?
– Откуда вообще взялась? – спросил тот, наконец-то выпуская меня из руки.
– Вчера приехала. Жить негде.
– А у Верки? – спросил, видим, про бывшую жену.
– Да харош тебе, она не примет.
– Тогда держи при себе, – сказал мужчина в приказном тоне, прежде чем шагнуть к двери. – Давай, собирайся, ждём тебя внизу.
– Понял, – сразу ответил ему мой суровый дядюшка.
А у них тут строго. Настоящая иерархия какая-то. Все кому-то подчиняются и обязательно есть самый старший, кому подчиняются все. Может, я в армии?
– Если принесёшь кофе, то я не буду на тебя злиться, – вдруг произнёс Басманов, поднимаясь с кровати и утягивая за собой всё одеяло, которым прикрывался.
В итоге Кенди осталась там одна, в чём мать родила.
– Эй! Холодно же, – сразу заворчала девушка, пытаясь ухватиться за кусочек своего счастья.
Но я отвлеклась. Он что, вообще обурел? Сначала едва меня не пристрелил, потом выгнал из комнаты, а теперь ему кофе подавай.
– Я не знаю, где его брать, – ответила ему, вставая в позу.
– В баре. Позовёшь Флинта. Скажешь кофе для Беса.
Я так возмутилась, что разом закипела.
– Хрен вам, а не кофе! – выпалила на эмоциях.
После чего развернулась и ушла в единственное доступное сейчас мне место – ванную комнату. Хотела закрыться, но у него здесь даже защёлки нет! Да что человек-то такой! Это оказалась последняя капля. Вдруг стало так обидно, что я разревелась. Но вволю поплакать не дали. Мой дядюшка решил нагло сунуть ко мне свой противный нос. Ну хотя бы джинсы одел. Хотя лучше бы и футболку. А то эти его татуировки – как магнит для глаз. Облокотившись плечом об косяк, Басманов уставился на меня.
– Стрессанула?
– Да, – честно призналась я.
– Ладно, не ной. За кофе схожу сам. Дай только хотя бы умыться.
Да я бы и с радостью вышла, если бы он не загораживал собой весь проход. Высокий, красочный и невероятный жаркий. Или это просто меня бросило в жар от его присутствия. Так неловко вдруг стало. Хоть в окно выпрыгивай. Если бы оно только тут было. А так всё-таки пришлось как-то протискиваться мимо него. По стеночке, стараясь ничем не коснуться, и не смотреть в упор его наглого провожающего взгляд. А в итоге ещё не сгореть со стыда от своих неприличных эмоций. И после всего этого ещё слушать неприятную мужскую усмешку, после которой в ванную комнату наконец-то закрылась дверь.
Только тогда я спокойно выдохнула. Но расслабиться всё равно не дали.
– Блин, не могу найти свои трусики, – произнесла Кенди, прыгая вокруг кровати в одном чёрном полузадранном платье. – Ты не видишь?
Вот ещё. Заняться мне больше нечем, как искать чужие женские труселя. Надо было надевать панталоны, а не резинку для волос. Зато успела увидеть другое – её татуировки, даже на попе. Бабочки, кажется. На пояснице красивый завитой узор. А ещё на левой руке – розочки, птички и те же бабочки.
– М-м-м, нет, не вижу.
– Ладно, сам найдёт, – радостно сказала она и наконец-то выпрямилась, поправляя платье. – Так ты надолго к нам?
– Пока не знаю. Как пойдёт.
– Ну ты обращайся, если что. Я быстрее пойму, чем помочь, чем эти наши байкеры.
– Обязательно. Спасибо.
Всё. С меня пока хватит. Тоже хочу кофе и перекусить.
Глава 3
– Ну ты конечно отличилась, – говорил мне Финик вперемешку с хохотом. – Забраться в очаг, уснуть там и попасться самому Джексону! Скажи честно, это твой дар – попадать в неприятности?
– Наверное, – кисло ответила я, не разделяя его веселья. – А что за очаг-то такой? Какое-то супер важное место?
– Пф-ф-ф, конечно. Это главное место в нашем клабхаусе. Там происходят совещухи всего офицерского состава. А ещё хранятся важные документы клуба. И не только. Поэтому даже не удивляйся, что Джексон чутка напылил, когда тебя увидел.
– А Джексон здесь самый главный?
– Да, он Президент нашего клуба. Его слово – закон.
– Заметно.
Я снова в машине с Фиником. Едем за покупками. Всё-таки без одеяла и подушки мне не обойтись. В общем, поехала за самым необходимым. На лишнее не только не было денег, но и складывать некуда. Бес даже полку мне не выделит в своём шкафу. Условия просто спартанские. На вокзале и то было бы лучше.
– А Кенди – это девушка Беса?
– Типо того.
– Это как? – не поняла я.
– Ну, они как бы вместе, а как бы и нет.
Тут я вообще запуталась.
– Свободные отношения, что ли?
– Типо того, – снова повторил он.
Дальше я спрашивать не стала, чтобы не заблудиться в этом лесу странных отношений. Может у них так принято, в их большой и братской семейке. Но одно очевидно – Бес с ней спит. Хотя, меня это вообще не должно волновать. Басманов мой дядя, прости Господи, пусть и не кровный. А Кенди, получается, не кровная тётка? Ну или «типо того».
На обратной дороге что-то случилось. Благо не с нами. Но кто-то позвонил Финику и тот сразу разнервничался.
– Заедем кое-куда, – предупредил он меня.
Так мы выехали на окраину города и остановились возле какого-то заброшенного здания, вроде автомобильной мастерской. Заброшенной – так мне показалось на первый взгляд, из-за битых стёкол и общего бардака перед зданием. Но я ошиблась. Это была мото-мастерская, и очень даже рабочая. А ещё принадлежала Всадникам, и управлял ею именно Басманов. Это я успела узнать у Финика, прежде чем он вышел из машины с просьбой:
– Посиди пока.
Но моё любопытство всё-таки заставило выйти. Мне же не сказали сидеть строго на строго. Правда сразу увидела Беса, который находился внутри и метал молнии с отборным матом. И в этом состоянии увидел меня, проходящую в проём, на месте которого когда-то была дверь.
– Нахрена её притащил? – рыкнул он на Финика.
Тот ругнулся, глянув на меня с недовольством.
– Вообще-то я попросил её посидеть в машине. Просто она со мной была.
Пока они спорили, я едва не навернулась, оступившись о какую-то железку. М-да, здесь кто-то неплохо постарался, чтобы всё испортить. Будто ураган прошёл. Ограбление или вроде того.
– Тогда вези в клуб, без тебя справимся.
А Финик будто в шоке. Он схватился за голову, оглядел погром и печально выдохнул. Бес отошёл. А вместо него появился другой парень с таким же званием «Prospect».
– Все живы-то хоть? – тихо спросил Финик. – Шнапс дежурил?
– Да. Он в больнице. Бошку проломили.
– Сколько их было?
– Трое.
– Суки. Ясно кто?
– Нет. В масках все, без опозновалок.
– Бастарды? Волки? Кто ещё может быть?
– Пока не ясно, будем разбираться.
– Понял. Ладно. Позже позвоню, – сказал он своему другу и повернулся ко мне. – Поехали.
– А что случилось? – сразу же спросила я в машине.
– Кто-то нарвался на неприятности.
– А что за «Бастарды»? И «Волки» тут у вас ещё какие-то есть.
Финик усмехнулся, одним уголком губ.
– Бастарды – это наши вражеские соседи. Увидишь мужика с нашивкой «Bastards» – даже не разговаривай с ним. А лучше уноси ноги. Там одни дебилы, наркоманы и отморозки. А Волки, они же «Городские Волки» с нашивкой «City Wolves», они поприличнее, но лишь с виду, ясно?
– И кто же из них устроил такой погром?
– Будем выяснять. Гопоту тоже никто не отменял. Но они бы не посмели. Хотя были случаи. Правда давно.
– И часто у вас такое происходит?
– У нас всегда что-то происходит.
– И даже кто-то пострадал?
– Всегда кто-то страдает, – просто ответил он, как о чём-то будничном.
– Тогда понятно, почему Бес меня ночью чуть не пристрелил.
Финик снова усмехнулся и покачал головой.
– И почему я не удивлен? Со спины что ли подкралась?
– Почти. Выскочила из темноты.
– Да ты опасная штучка, оказывается, Алина-Малина. А вообще, да, так лучше не делай. Парни всегда на чеку.
Алина-Малина… надо же, как придумал. Первый раз такое слышу. И даже не обидно.
После небольшой, но волнительной поездки, я спряталась в комнате Беса, предпочитая никуда не выходить. Не так, чтобы здесь было самое безопасное место, но тем не менее. Хотя бы никто не тревожил, когда у самого Басманова вдруг наметились серьёзные дела. Но покой мне только снился.
– А я за тобой, – заявила Кенди, едва войдя в комнату. – Пошли, устою тебе небольшую экскурсию по нашему клубу.
Сегодня в тёмно-синем платье, облегающем. Волосы собраны в высокий хвост. Маникюр. На ногах высокие сапоги со шнуровкой. Тату на левой руке вся на виду. И кого-то она мне напоминала, ещё с прошлого раза. Наверное… проститутку. Это я к тому, что добровольно в жизни бы так не оделась на выход в мужскую суровую компанию. А она – порхала, сама как бабочка.
– А это обязательно?
– Да ладно тебе, не бойся, я не дам тебя в обиду.
Вот, сама же сказала, что здесь могут обидеть. И это не лучшее приглашение.
– Может завтра?
– Не-е-ет. Пойдём сейчас, – настаивала она.
Даже подошла, взяла за руку и стащила меня с кресла. Так я поняла, что проще будет её послушать. Пойти с ней, усыпить бдительность, а потом спокойно сбежать, когда она чем-нибудь там увлечётся.
Так я попала в уже знакомый мне Ад. С гулом голосов и смеха. С рок-музыкой на заднем плане. С толпой мужчин в чёрной коже и с эмблемами неживых наездников на спинах. Хотя были и другие нашивки, вернее с другими картинками и названиями клубов.
– Это наш бар, – ознакомила меня Кенди, усаживая за свободный столик. – Центральное место тусовки. В основном здесь отдыхают наши Ночные райдеры. Но бывает много гостей.
– А ты тоже член клуба?
Она усмехнулась.
– Нет. Женщин туда не берут. Мы те, кто около, кто поддерживает клуб. Так что да, я его часть, но не в составе.
– Ты девушка Беса? – спросила я теперь у неё.
– Да.
Ну вот, совсем другое дело, чётко и ясно. Но, стоило вспомнить о дядечке, как он сам и появился. Вошёл в бар таким грозным, будто вокруг него витала настоящая плотная сила, перемещаясь в пространстве вместе с ним. Потому что люди расступались, пытаясь не путаться под ногами. И шёл он совсем не к нам, а за бар. И вдруг несколько мужчин двинулись туда же, все как один, словно по команде. Среди которых был и Президент клуба. А ещё у одного я заметила нашивку «Sergeant at Arms». Потому что прошёл мимо. И выглядел он так сурово, словно какая-то машина для убийства. Словно действительно настоящий сержант из боевой армии. Словно в любую секунду был готов дать кому-то в морду. То есть, как сказал мне Финик, всегда на чеку.
– Опять какая-то хрень случилась, – произнесла Кенди взволнованным голосом.
– А что случилось? – задала я свой любимый вопрос.
– Не знаю пока. С нами делятся далеко не всем. Но Бес ужасно зол. Сегодня к нему лучше не подходить.
Я невольно сглотнула. Вообще-то, мне ночевать с ним в одной комнате. Ничего так?! Э-э-эй! Вселенная! Я здесь! Пошли мне хоть что-то хорошее.
– Привет, девчонки, – сказал Финик, плюхаясь к нам за столик с двумя коктейлями. – Это от меня, угощайтесь.
– Так, давай, рассказывай, – сразу взяла его в оборот Кенди. – По поводу чего наша банда пошла совещаться?
– Так я тебе и сказал, – произнёс и покосился на меня.
Потому что я-то хоть что-то знала.
– Ну правда, почему Бес такой злой?
– Кенди, отвали. Я не при делах.
– Врёшь.
– Спроси у Малины, – сказал, кивая в мою сторону. – Я сегодня целый день с ней катался по магазинам.
А я дар речи потеряла. У меня что, новое имя? А ещё новые друзья, так вдруг появились, когда к столику стали подходить разные лица. Я даже не всех успевала запоминать. Зато узнала что-то новенькое, по теме клубного братства. Например, тот мужчина с нашивкой «Sergeant at Arms» – Тайфуном зовут, и он тут главный по безопасности, опасный тип, настоящий боец. Были здесь и другие девушки, подруги Кенди. Забавно, но я заметила у некоторых из них одинаковые красные браслеты. А ещё рядом со мной присел какой-то «Nomad», клубный кочевник – как объяснил мне Финик. С забавным именем – Беляш. Не такой спортивный, как остальные, но с аккуратной бородкой. Приятный такой. Если бы только не начал ко мне подкатывать. А Финик и Кенди, как назло, были увлечены другими разговорами.
– Что-то я тебя раньше не видел здесь, – сказал мне Беляш, оглядывая липким взглядом.
Стало крайне неуютно. Захотелось уйти. Но это либо через него проходить, либо через другого бородача, что сидел рядом с Кенди.
– Я здесь недавно, – ответила ему, почему-то ещё и улыбнувшись ему.
Наверное – это нервы.
– М-м-м, – протянул он и следом спросил: – Компания нужна?.. на ночь.
Я чуть не умерла на месте. Их наглость – просто верх мастерства. Благо ничего не пришлось врать. Тут очень вовремя к нам повернулась Кенди и стукнула Беляша по руке.
– Эй! Это племянница Беса, придурок!
– Оу, не знал. Всё-всё, понял, – сказал и как-то сразу отстранился.
И мне немного полегчало. Какое всё-таки волшебное заклинание – «племянница Беса». Казалось, даже тараканы будут от меня разбегаться. Но испытывать это заклинание на прочность что-то не хотелось.
– Я, наверное, пойду, – сказала я Кенди.
И она уже как-то не стала сильно настаивать. Махнула на меня рукой и дальше продолжила свои душевные беседы. Жаль только Финик куда-то убежал. Так что, до комнаты мне пришлось идти одной. И вроде торопилась. А всё равно привлекала мужское внимание. Да они тут все какие-то голодные. Как с гор спустились. Того и гляди схватят и потащат в кусты. Но не сегодня. В этот вечер я добралась до комнаты без происшествий. Быстро приняла душ и залезла под новое одеяло. Даже уснула. Правда ненадолго.
***
– Что удалось узнать по камерам? – спросил у него Джексон, который сидел во главе стола в их очаге.
– Ничего толкового. Трое в масках и толстовках.
– Шнапс там как? – поинтересовался Президент уже у Перса, своего вице-президента и правой руки.
– Жить будет. Отделался сильным сотрясением и шишкой. Трещин нет, критичных гематом тоже.
– Значит, Бастардам нам предъявить пока нечего?
Сука! Какая блядская неприятность. Жопой чувствовал, что это они. Разгромили его сервис по полной программе. А там чужие байки на ремонте. Теперь весь бизнес встал. И полное попадалово на бабло.
– Но это их почерк, – произнёс Тай. – Только с чего вдруг? Скучно стало?
С чего… хороший вопрос. И у Беса даже была одна позорная идея на этот счёт.
– Бес? – позвал его Джексон, так и чувствуя подвох нюхом. – Есть мысли?
Шумно выдохнув, Бес подался вперёд, к столу, складывая ладони в один кулак.
– Есть, но мне надо проверить информацию.
– Что за секрет такой? – поинтересовался у него Перс.
– Да говори уже, все свои, – начал давить на него Молот, он же Мот, их казначей.
И все разом уставились на него в ожидании. Тот же «безопасник» Тайфун, он же Тай, и «секретарь» Самурай, он же Мура. И только Арчи, их «дорожный капитан», уже был в курсе его маленького секрета.
– Ладно, хорошо… – начал он говорить, собираясь с духом. – На прошлой неделе у меня было свидание…
– Серьёзно?! – возмутился Самурай. – Мы ещё чего-то не знаем о твоих похождениях?
– Можно я договорю? – нагло уточнил он у умника.
– Давай, жги, – любезно разрешил тот.
– На прошлой неделе у меня было свидание с Фридой…
– Ты спятил?! – теперь уже возмутился Мот. – Это которая жена Черепа?
– Нет-нет, погоди, – вставил своё слово и Самурай. – Я просто хочу уточнить. То есть ты переспал с женой Президента Бастардов?
– М-м-м… да, – честно признался он, ощущая себя полным идиотом под этими ошарашенными взглядами братьев.
Усмехнувшись, Тай покачал головой. А Джексон и вовсе в лице изменился, обещая его убить, вот прям сразу после совещания.
– Тогда всё понятно, – озвучил Перс мысли всех присутствующих. – Тут и гадать нечего, это точно Бастарды. Да как так вообще получилось, Бес? Тебе наших баб мало? У тебя же есть там одна, блондинка эта… Кенди.
А всё потому, что любая женщина клуба для байкера из другого клуба – это полное табу. И только Арчи решил немного за него заступиться:
– Бес вообще-то когда-то встречался с Фридой.
– Когда? – спросил Молот. – Сто лет назад?
– Плюс-минус десять, – ответил уже сам Бес. – Слушайте, парни, мне охуительно стыдно за эту ситуацию, честно. Сам не знаю, как так получилась. Она позвонила мне вся в слезах, попросила приехать. Мы немного поболтали, выпили, как в старые добрые, она по-дружески пожаловалась мне на Черепа, которые ей изменяет налево и направо, а потом начала ко мне приставать… Ладно, подумал, минетом обойдемся, но… не получилось.
– А Череп как узнал? – поинтересовался Перс.
– Да наверняка сама и рассказала, – выразил свои мысли Самурай.
– Думаешь?
– Конечно. Если Череп ей изменяет, логично ответить тем же, особенно с кем-то из другого клуба. Месть двестипроцентная.
И вот он снова ощутил себя идиотом, которого ещё до кучи развели. Как мальчишку, блин. Дайте ему только выйти отсюда и набрать номер Фриды…
– Отлично, – наконец-то заговорил Джексон. – По сути сам виноват, что тут ещё сказать. Но, если это всё-таки Бастарды, разгром нашего сервиса нельзя оставлять без ответа.
– Согласен, – поддержал его Перс. – Если у них были к нам претензии, к Бесу в частности, могли бы прийти и спросить с нас, по-мужски.
– Короче, – снова заговорил Молот. – Позвони этой шалаве и спроси, говорила ли она про вас Черепу.
– Звони, – поддержал брата и Джексон.
И Бес уже не стал себя сдерживать, достал телефон и набрал номер бывшей подружки.
– Да, Бес, – сонно и хрипло ответила ему та.
– Привет. Одна?
– Да пока.
– Скажи, крошка, ты в курсе, что случилось с моим сервисом? – начал он издалека.
На что она вздохнула и ответила:
– Да, слушай… я ничего не хотела говорить Черепу, но этот урод меня вынудил. Он опять в чужую дырку полез, представляешь? Мы поссорились, начали ругаться, ну я и ляпнула. Прости, ладно?
Дико разозлившись, Бес усмехнулся себе под нос. А потому что действительно – сам, дурак, виноват.
– Ты хоть представляешь, что теперь может быть? – просто поинтересовался он у неё. – Я же просил тебя помолчать об этом.
– Бесёнок, ну я же извинилась…
Едва она это произнесла, как парни начали тихо ржать.
– А ещё я просил так меня не называть, забыла? И вообще… не звони мне больше, о’кей? Спасибо! – произнес он и сразу отключил звонок.
– Бесёнок, – повторил Молот с тихим ржачем себе под нос.
Да у него аж слеза в глазу проступила.
– Мот, я тебя сейчас ударю, больно, – предупредил он брата, без шуток.
– Ладно, всё, давайте серьёзно сейчас, – перебил Джексон. – Раз теперь нам всё понятно, надо встретиться с Бастардами и предъявить им это. Перс, Мура, узнайте, какая у них сейчас движуха. И ещё – на завтра всеобщий сбор на уборку сервиса, будем приводить в порядок.
Они заседали два часа. Решили пока не горячиться. Завтра у всего клуба субботник – все на уборку сервиса. А пока можно было выпить и немного поспать. Вчера Кенди не дала ему это сделать. Сегодня пусть отдыхает.
Взял в баре бутылку пива и пошёл к себе. Не сразу вспомнил, что теперь не один. Свалилась же ему на голову… какая-то племянница. Теперь смотрела на него с опаской, выглядывая из-под одеяла. Место в комнате заняла. Особенно креслом своим необъятным. И нахрен ему это надо? Сестра прям пошутила. Надо было чаще встречаться. Тогда бы она знала, что он – не лучшая компания для девочки. Жаль даже попрощаться не успел.
– И давно Марина тебя удочерила? – спросил у неё.
– В семь лет.
А сейчас двадцать. Деваха в самом соку. Задница, грудь, мордашка – всё при ней. И губы блядские – красивые, пухлые. Привлекает внимание, девочка. Поэтому возникал всё тот же вопрос – нахрена ему эти проблемы? Вот только сестре действительно не готов отказывать. Пусть даже та с него уже не спросит. Виноватым себя чувствовал. Что даже не дёрнулся в её сторону, чтобы помочь. Потому что и не знал ничего. А точнее не хотел знать. Не стремился спрашивать о делах своих далёких близких. Разные города, разная жизнь. А теперь смотрел на свою «племянницу» и думал, что же с ней делать?