- -
- 100%
- +
Ни маленькой деревянной игрушки? Каэль отступил.
— Прекрати.
Ни колыбели?
— Я сказал, прекрати!
Голос прозвучал так резко, что Иара вздрогнула. Каэль закрыл лицо ладонями. И впервые она увидела, как этот сильный мужчина совершенно теряет самообладание.
— Не может быть, — прошептал он. — У нас не было ребёнка.
Пирожок молчал.
— Не было! — повторил Каэль.
Но дракон тихо ответил: Именно так заставили помнить всех.
IV. Человек, который забыл собственную дочь
Каэль отошёл от озера. Сел на поваленное дерево. Долго смотрел на свои руки. Иара подошла не сразу. Она не знала, что сказать. Как утешить человека, который только что узнал о возможной потере, которую даже не мог вспомнить? Она села рядом. Некоторое время они молчали. Потом Каэль произнёс:
— Я помню каждый день после Падения.
— Каждый?
— Почти.
Он посмотрел на озеро.
— Помню первый снег. Помню, как искал твоё имя в старых книгах. Помню город, где прожил двадцать лет. Помню людей, которых давно нет.
Голос его дрогнул.
— Но я не помню её.
Иара осторожно взяла его за руку.
— Возможно, Астрагор ошибается.
Каэль покачал головой.
— Драконы могут лгать. Но не о детях, чьи имена им доверили хранить.
Она почувствовала, как к глазам подступают слёзы.
— Тогда мы найдём правду.
Он повернулся к ней.
— А если правда окажется ужасной?
— Значит, будем разбираться с ней вместе.
Каэль смотрел на неё так, словно не ожидал этих слов.
— Иара…
Она слегка улыбнулась.
— Только не говори, что я не обязана.
— Но ты действительно…
— Каэль.
Он замолчал. Она сжала его ладонь.
— Я знаю, что не обязана. Я сама хочу.
И впервые за много столетий Каэль позволил себе заплакать рядом с другим человеком. Без попытки скрыть слёзы. Без стыда. Иара обняла его. Он прижался лбом к её плечу.
— А если она действительно существовала? — прошептал он.
— Тогда она была любима.
Он закрыл глаза.
— Я даже не помню её имени.
Иара осторожно погладила его по волосам.
— Мы найдём его.
V. Девочка на другой стороне
Ночью Иара не могла уснуть. Лагерь стоял на берегу озера. Костёр почти погас. Каэль спал рядом с поваленным деревом. Тейн дежурил у дороги. Лиорен читала старую книгу при свете магического огня. Иара поднялась. Осторожно подошла к воде. На этот раз отражение появилось сразу. Маленькая девочка. Она сидела на противоположной стороне озера. Держала в руках деревянного дракона.
— Здравствуй, — прошептала Иара.
Девочка подняла голову.
— Ты пришла.
У Иары перехватило дыхание.
— Ты меня знаешь?
Девочка кивнула.
— Конечно.
— Кто ты?
Ребёнок задумался.
— Я не помню.
— Как тебя зовут?
Девочка опустила глаза.
— У меня забрали имя.
Иара села на колени у берега.
— Кто?
Маленькая девочка посмотрела через плечо. Там, за её спиной, стояла высокая чёрная дверь. Без ручки. Без замка. На двери сияли девять пустых кругов.
— Они сказали, что если я останусь, мама умрёт.
Иара почувствовала холод.
— Кто сказал?
Девочка обняла деревянного дракона.
— Женщина в белом.
— Где она сейчас?
Ребёнок указал на дверь.
— Там.
Иара протянула руку.
— Иди ко мне.
Девочка покачала головой.
— Я не могу.
— Почему?
Её губы задрожали.
— Потому что мама ещё не вспомнила, как меня звала.
Иара почувствовала, как слёзы текут по щекам. Она не понимала почему. Не знала эту девочку. Не помнила её рождения. Не помнила, как держала на руках. Но в этот момент ей хотелось лишь одного. Укрыть ребёнка от холода. Взять за руку. Сказать, что всё будет хорошо.
— Послушай меня, — тихо произнесла Иара. — Я не знаю, кто ты. Но я обещаю, что найду твоё имя.
Девочка подняла голову. В её глазах появилась надежда.
— Правда?
— Правда.
И в ту же секунду вода вокруг них вспыхнула золотым светом. Позади Иары раздался крик:
— НЕ ПРОИЗНОСИ КЛЯТВУ!
Лиорен бросилась к берегу. Но было поздно. На ладони Иары появилась девятая звезда. Озеро задрожало. А маленькая девочка улыбнулась.
— Теперь она услышит тебя, мама.
И исчезла.
VI. Цена обещания
Лиорен схватила Иару за запястье.
— Что ты сказала?!
— Я обещала найти её имя!
Ведьма побледнела.
— Ты не понимаешь, что сделала.
Каэль подбежал к ним.
— Что происходит?
Лиорен посмотрела на него.
— Она дала клятву неназванному ребёнку.
Каэль замер.
— Невозможно.
— Посмотри на её руку!
На ладони Иары сияла девятиконечная звезда. Каэль медленно взял её пальцы.
— Иара…
Она посмотрела на него.
— Я не могла оставить её одну.
Он закрыл глаза.
— Знаю.
— Она плакала.
Лиорен резко отвернулась. Впервые за весь путь её лицо было совершенно белым.
— Ты не должна была обещать, — прошептала она.
Иара почувствовала раздражение.
— Вы все постоянно говорите мне, чего я не должна делать! А никто не объясняет почему!
Лиорен обернулась. Её глаза наполнились слезами.
— Потому что именно так всё началось в прошлый раз.
Тишина.
— Что? — спросил Каэль.
Лиорен посмотрела на него. Потом на Иару.
— Девятьсот лет назад Эйлара тоже дала обещание ребёнку.
— Какое?
Ведьма закрыла глаза.
— Что никогда его не забудет.
Каэль пошатнулся.
— Лиорен…
Она медленно произнесла:
— И когда мир потребовал стереть память о девятом имени, именно это обещание не позволило уничтожить ребёнка окончательно.
Иаре стало не по себе.
— Значит, она жива?
Лиорен молчала. Потом ответила:
— Я не знаю.
VII. Сон о доме у моря
В ту ночь Каэль не спал. Иара сидела рядом с ним у костра. Они смотрели на огонь. Некоторое время молчали. Потом он тихо спросил:
— Ты действительно видела её?
— Да.
— На кого она похожа?
Иара задумалась.
— У неё твои глаза.
Каэль закрыл лицо ладонью.
— И твои волосы, — добавила девушка.
Он выдохнул. Иара осторожно улыбнулась.
— А ещё, кажется, она очень упрямая.
Каэль слабо рассмеялся.
— Тогда точно наша.
Она тоже рассмеялась. Потом вдруг замолчала. Наша. Слово вырвалось само. Она не знала, имеет ли право его произносить. Она не Эйлара. Не помнит прошлого. Не прожила с Каэлем тех лет. Но девочка в озере назвала её мамой. А Каэль смотрел на неё сейчас не как на воспоминание. Как на человека, рядом с которым ему хотелось разделить боль. Иара осторожно положила голову ему на плечо.
— Расскажи мне о доме у моря.
Он повернулся.
— О каком?
— О том, который мы придумали.
Каэль улыбнулся.
— Небольшой. С белыми стенами.
— И большим окном.
— Обязательно.
— И садом.
— С яблонями?
— С яблонями.
Он осторожно взял её руку.
— А ещё там будет кухня.
Иара прищурилась.
— Только если ты не будешь готовить.
— Жестокое условие.
— Не обсуждается.
Каэль рассмеялся. Но потом его улыбка стала печальной.
— А если мы найдём её?
Иара подняла голову.
— Кого?
— Девочку.
Он посмотрел на озеро.
— Если она действительно наша дочь… что тогда?
Иара долго молчала. Потом произнесла:
— Тогда сначала спросим, чего хочет она.
Каэль посмотрел на неё. И медленно кивнул.
— Ты права.
— А потом…
— Что?
Иара улыбнулась сквозь слёзы.
— Потом, возможно, в нашем доме понадобится ещё одна комната.
Каэль закрыл глаза. На его лице появилось выражение, которого она никогда раньше не видела. Надежда. Осторожная. Почти болезненная. Он поцеловал её в лоб.
— Я бы очень этого хотел.
VIII. Сердце Лиорен
Лиорен стояла в стороне от лагеря. Она слышала их разговор. Не потому, что подслушивала. Просто не смогла уйти достаточно далеко. Дом. Море. Ребёнок. Семья. Всё, о чём она когда-то мечтала. Но на этот раз боль была другой. Она смотрела на Иару. На то, как та осторожно держала ладонь Каэля. И вдруг поняла, что завидует не только любви мужчины. Она завидует способности сестры начинать заново. Эйлара потеряла всё. Имя. Королевство. Воспоминания. Но всё равно сумела полюбить.
А Лиорен сохранила память. Магию. Молодость. И за девятьсот лет почти разучилась быть счастливой.
— Не спится?
Она обернулась. Тейн стоял позади. В руках держал две кружки горячего чая. Одну протянул ей.
— Я не просила.
— Знаю.
— Тогда зачем?
Он пожал плечами.
— Самому пить скучно.
Лиорен взяла кружку. Некоторое время они стояли молча. Потом Тейн посмотрел на костёр.
— Они хорошо смотрятся вместе.
Лиорен стиснула пальцы.
— Да.
— Ненавижу это признавать.
Она невольно улыбнулась.
— Я тоже.
Тейн повернулся к ней.
— Знаешь, что самое обидное?
— Что?
— Мы ведь оба неплохие люди.
Лиорен посмотрела на него с удивлением.
— Я совершила много ужасных поступков.
— А я в детстве украл у мельника целую корзину булочек.
Она рассмеялась.
— Очень сопоставимо.
— Не перебивай. Я пытаюсь тебя утешить.
Лиорен улыбнулась. И вдруг сказала:
— Иногда мне кажется, что я прожила девятьсот лет зря.
Тейн перестал улыбаться.
— Не говори так.
— Почему?
Он посмотрел ей в глаза.
— Потому что если ты всё ещё здесь, значит, у тебя ещё есть время прожить что-то хорошее.
Лиорен долго молчала. Потом тихо спросила:
— Ты правда в это веришь?
Тейн пожал плечами.
— Я кузнец. Если железо испортилось, его иногда можно перековать.
Она рассмеялась сквозь слёзы.
— Ужасное сравнение.
— Зато моё.
И Лиорен впервые за девятьсот лет почувствовала, что рядом с ней находится человек, который ничего от неё не требует. Не просит спасения. Не ждёт чудес. Не сравнивает с сестрой. Просто стоит рядом. И держит вторую кружку чая.
IX. Девятое имя
Глубоко под озером Лаэр открылась чёрная дверь. За ней находился зал без стен. В центре стояла колыбель из белого дерева. Девять серебряных колокольчиков висели над ней. Но ни один не звенел. Возле колыбели стояла женщина с белыми глазами. Великая Мать. Она смотрела на маленькую девочку, сидевшую на полу. Ребёнок держал деревянного дракона.
— Она обещала прийти, — сказала девочка.
Женщина улыбнулась.
— Знаю.
— Значит, мама меня помнит?
Великая Мать медленно присела перед ней.
— Почти.
Девочка радостно улыбнулась.
— А папа?
Улыбка женщины исчезла.
— Он пока нет.
Ребёнок опустил голову.
— Он всегда забывает.
Великая Мать осторожно коснулась её волос.
— Не печалься. Скоро он вспомнит.
— И мы будем вместе?
Женщина долго смотрела на девочку. Потом ответила:
— Возможно.
Ребёнок прижал дракона к груди.
— Я хочу домой.
На мгновение лицо Великой Матери изменилось. В нём появилась настоящая печаль.
— Я знаю, маленькая.
Она поднялась. Повернулась к чёрной двери.
— Но сначала твои родители должны заплатить за то, что сделали с миром.
X. Девочка с девятью именами
На рассвете озеро Лаэр исчезло. Просто исчезло. Там, где ночью была вода, теперь лежала огромная каменная равнина. В её центре стояла белая колыбель. Иара выбежала из палатки.
— Каэль!
Он уже стоял у края бывшего озера. Рядом были Тейн и Лиорен. Пирожок парил над землёй. Его глаза сияли золотом. Она зовёт. Иара почувствовала, как девятиконечная звезда на ладони становится тёплой. Из колыбели донёсся детский голос.
— Мама?
Каэль резко вдохнул. Иара сделала шаг.
— Я здесь!
— Мама, мне холодно.
Она бросилась вперёд. Но Каэль успел схватить её за руку.
— Подожди!
Иара обернулась.
— Она там!
— Я знаю.
— Она ждёт нас!
Каэль посмотрел на колыбель. Потом на Иару. Его глаза были полны слёз.
— Тогда пойдём вместе.
Он отпустил её руку лишь для того, чтобы переплести их пальцы иначе. Крепче. Не удерживая. Поддерживая. Они шагнули на каменную равнину. И в ту же секунду девять серебряных колокольчиков зазвенели. Из колыбели поднялся золотой свет. Перед ними появилась маленькая девочка. Та самая. С тёмными волосами. Серыми глазами. И девятиконечной звездой на лбу. Она смотрела на них. Сначала на Иару. Потом на Каэля. Её губы задрожали.
— Папа?
Каэль замер. Иара почувствовала, как его рука стала холодной. Он смотрел на ребёнка. Не мог пошевелиться. Не мог произнести ни слова. Девочка сделала шаг.
— Ты опять меня не помнишь?
Каэль упал на колени. Не от магии. Не от боли. От чего-то гораздо более страшного. Он не знал её. Но всё внутри него кричало, что должен знать.
— Прости, — прошептал он.
Девочка подошла ближе. Осторожно коснулась его щеки.
— Ты всегда так говоришь.
И Каэль заплакал. Иара опустилась рядом. Протянула руку к ребёнку.
— Как тебя зовут, маленькая?
Девочка посмотрела на неё.
— У меня было девять имён.
— А сейчас?
— Осталось одно.
— Какое?
Ребёнок улыбнулся.
— Его нельзя произносить.
Иара нахмурилась.
— Почему?
Девочка посмотрела на Каэля. Потом на свою ладонь. На ней вспыхнула девятиконечная звезда.
— Потому что если папа услышит его…
Она замолчала. Слёзы потекли по её щекам.
— Он вспомнит, почему оставил меня умирать.
Каэль резко поднял голову.
— Что?
Девочка отступила. Свет вокруг неё начал меркнуть.
— Мама, — прошептала она. — Не верь ему, когда он скажет, что не помнит.
Иара почувствовала, как кровь застыла в жилах.
— Почему?
Девочка посмотрела прямо на неё.
— Потому что он помнит.
Каэль медленно покачал головой.
— Нет…
Ребёнок заплакал.
— Он просто не может признаться.
Колыбель вспыхнула. Девочка исчезла. А на камнях перед Иарой осталась маленькая деревянная игрушка. Дракон. С кривыми ушами. Точно такой же, какой Тейн когда-то подарил ей на десятый день рождения. Иара подняла игрушку. Медленно повернулась. Посмотрела на Тейна. Он стоял далеко позади. Бледный. Испуганный. Словно тоже узнал что-то невозможное. А потом раздался голос Великой Матери. Он прозвучал сразу в их головах.
— Девятое имя никогда не было потеряно.
Пауза.
— Оно было украдено.
Иара посмотрела на Каэля. Тот стоял неподвижно. На его лице не осталось ни капли цвета. А Великая Мать произнесла последнее:
— И вор всё это время был рядом с вами.
Иара медленно перевела взгляд с Каэля на Тейна. Потом на Лиорен. На Пирожка. На маленькую деревянную игрушку. Кто-то из них знал правду. Кто-то скрывал её. А главное… Кто-то однажды украл имя ребёнка, которого она любила ещё до того, как научилась помнить. И теперь ей предстояло решить, кому доверить собственное сердце.
Глава 7. Тот, кто украл имя
«Предательство начинается не тогда, когда человек лжёт тебе. А тогда, когда он решает, что его любовь даёт ему право распоряжаться твоей правдой».
I. Деревянный дракон
После исчезновения девочки Иара снова и снова вспоминала её последние слова: «Он помнит. Он просто не может признаться». Иара стояла посреди высохшего озера, сжимая маленького деревянного дракона. В нескольких шагах от неё Каэль пытался что-то сказать. Но она не хотела слушать. Пока.
— Кто сделал эту игрушку? — спросила она.
Тейн поднял голову.
— Что?
Иара протянула фигурку.
— Посмотри.
Тейн подошёл, взял дракона и провёл пальцем по криво вырезанным ушам.
— Это невозможно.
— Почему?
— Потому что я сделал его для тебя.
Иара стиснула ремень сумки. Знакомая с детства игрушка вдруг показалась ей чужой.
— Когда мне исполнилось десять.
— Я помню.
Тейн перевернул игрушку. Снизу виднелась маленькая буква «И» — он вырезал её сам. Теперь рядом обнаружился ещё один знак: девятиконечная звезда.
— Здесь раньше не было звезды, — прошептал он.
Пирожок опустился Иаре на плечо и впервые за день удержался от шутки.
«Это не просто игрушка», — прозвучал его голос у неё в голове.
Лиорен подошла ближе.
— А что?
Дракон посмотрел на Тейна.
«Это ключ», — услышала Иара.
Каэль резко поднял голову.
— Астрагор…
«Ты ведь знаешь, что он открывает». Иара повернулась к Каэлю.
— Каэль?
Он молчал.
— Только не начинай опять.
Мужчина посмотрел на неё. Усталость в его глазах была такой глубокой, словно за одну ночь он прожил ещё несколько веков.
— Я знаю, где видел такую игрушку.
Иара стиснула зубы.
— Где?
— В детской комнате дворца.
— Нашей дочери?
Он кивнул.
— Кажется, да.
— Кажется?
Каэль на мгновение прикрыл глаза.
— Я не уверен, что воспоминание настоящее.
Иара медленно выдохнула. Она хотела верить ему, но девочка утверждала, что он помнит. Теперь любое слово Каэля казалось частью слишком большой тайны.
— Тогда мы пойдём туда, — произнесла она.
Лиорен нахмурилась.
— Куда?
Иара посмотрела на деревянного дракона.
— В Затонувший дворец.
II. Девятьсот лет назад. Последний подарок
Рейнар ненавидел резьбу по дереву. У него плохо получалось. Особенно маленькие фигурки. Драконы выходили похожими на толстых куриц. Лошади — на собак. А однажды он попытался вырезать королевского орла, и Эйлара спросила, почему у птицы лицо её старого наставника. Но всё равно Рейнар продолжал. Потому что маленькая девочка любила его подарки. Она сидела на ковре возле окна. С тёмными волосами, заплетёнными в две косички.
И с совершенно серьёзным выражением лица наблюдала, как он работает.
— Дядя Рей?
— Да, ваше высочество?
— Почему у моего дракона кривые уши?
— Это рога.
Девочка задумалась.
— Очень плохие рога.
— Благодарю за честность.
Она рассмеялась. Рейнар протянул ей фигурку.
— Держи.
Девочка прижала дракона к груди.
— Он красивый.
— Ты только что сказала, что у него плохие рога.
— Но он всё равно красивый.
Рейнар улыбнулся.
— Как назовёшь?
Подумав, она подняла голову.
— Пирожок.
Рейнар расхохотался.
— Почему?!
— Потому что он толстенький.
Из-за двери раздалось возмущённое драконье фырканье. Настоящий Астрагор, тогда ещё огромный и величественный, просунул морду в окно. Это оскорбление всего моего рода! Девочка захихикала.
— Видишь? Даже настоящий Пирожок согласен!
Рейнар едва не упал со стула от смеха. Позднее в комнату вошла Эйлара.
— Чем вы тут занимаетесь?
— Создаём произведение искусства, — гордо заявил Рейнар.
Девочка протянула ей игрушку.
— Мама, смотри!
Эйлара взяла дракона. Осмотрела со всех сторон.
— Ох…
Рейнар закатил глаза.
— Только не начинай.
— Рейнар, дорогой, у тебя очень богатое воображение.
— Спасибо.
— Но, возможно, тебе стоит перестать мучить деревья.
Девочка расхохоталась. Рейнар схватился за сердце.
— Предательство! С обеих сторон!
Эйлара обняла его за плечи.
— Ты ведь знаешь, что мы тебя любим?
Он замер. Всего на мгновение. Потом улыбнулся.
— Знаю.
И это была правда. Он знал, что Эйлара любит его. Но не так, как он когда-то мечтал. Теперь же, глядя на её счастливое лицо и маленькую девочку рядом, Рейнар понимал: его любовь изменилась. Она больше не требовала ответа. Ему было достаточно быть частью их жизни. Когда Эйлара вышла, девочка подошла к нему.
— Дядя Рей?
— Да?
— А если я потеряюсь, ты меня найдёшь?
Он улыбнулся.
— Конечно.
— Даже если очень далеко?
— Даже тогда.
Она протянула мизинец.
— Обещаешь?
Рейнар хотел ответить. Но почему-то остановился. В этом мире клятвы имели силу. А он слишком хорошо знал, как опасно давать обещания. Поэтому просто взял её маленькую ладонь.
— Я сделаю всё, что смогу.
Девочка довольно кивнула.
— Тогда я не боюсь.
И Рейнар никогда не забыл этих слов. Даже когда забыл, кому их сказал.
III. Дорога, которой нет
К Затонувшему дворцу вела только одна дорога. И на картах её не существовало. Лиорен развернула старый пергамент.
— Нам придётся пройти через Долину Безмолвия.
Тейн заглянул ей через плечо.
— Звучит уютно.
— Там исчезают голоса.
— Ещё лучше. Может, Пирожок наконец перестанет разговаривать.
Я тебя слышу, кузнец!
— Пока ещё слышишь.
Иара невольно улыбнулась. Но быстро стала серьёзной. Каэль шёл рядом с ней. Не пытался взять за руку. Не приближался без приглашения. И почему-то это причиняло ей боль. Она злилась на него. И одновременно хотела, чтобы он подошёл. Чтобы сказал что-нибудь простое. Не о прошлой жизни. Не о древних клятвах. Просто спросил, не устала ли она. Но Каэль молчал. На привале Иара подошла к нему сама. Он сидел возле ручья и чистил клинок.
— Ты избегаешь меня?
Каэль поднял голову.
— Нет.
— Тогда почему молчишь?
Он отложил оружие.
— Потому что боюсь сказать что-нибудь, что снова причинит тебе боль.
Иара опустилась рядом.
— Ты понимаешь, что молчанием делаешь только хуже?
Каэль слабо улыбнулся.
— Начинаю.
Она посмотрела на воду.
— Я не знаю, как относиться к тому, что у нас был ребёнок.
Он молчал.
— Я ведь даже не помню, как она родилась.
— Я тоже.
Иара повернулась.
— А если девочка права? Если ты действительно помнишь?
Каэль посмотрел ей в глаза.
— Тогда я хочу узнать, почему не могу этого признать.
— А если окажется, что ты сам заставил себя забыть?
Он долго молчал.
— Тогда мне придётся ответить за это.
Иара почувствовала, как гнев понемногу уступает место печали.
— Я не хочу, чтобы ты постоянно искупал прошлое.
— А чего ты хочешь?
Она посмотрела на него.
— Чтобы ты говорил мне правду. Даже когда боишься, что после неё я уйду.
Каэль осторожно протянул руку. Не коснулся. Просто оставил ладонь между ними. Иара несколько мгновений смотрела на неё. Потом вложила свои пальцы в его.
— Я всё ещё злюсь, — предупредила она.
Он кивнул.
— Имеешь право.
— И, возможно, буду злиться завтра.
— Понимаю.
— И послезавтра.
Каэль улыбнулся.
— Тогда постараюсь приготовить достаточно чая.
Иара не выдержала и рассмеялась.
— Ты невозможный.
— Мне говорили.
Она прижалась лбом к его плечу.
— Я очень хочу тебе верить.
Каэль осторожно обнял её.
— Я знаю.
И впервые он не попросил прощения. Просто остался рядом.
IV. Долина, где нельзя произнести «люблю»
Долина Безмолвия начиналась между двумя высокими скалами. На камнях были высечены лица. Тысячи лиц. Мужские. Женские. Детские. Все с закрытыми ртами.
— Что это? — прошептала Иара.
Лиорен остановилась.
— Те, кто нарушил клятву молчания.
Тейн побледнел.
— Они… живые?
— Нет.
Он облегчённо выдохнул. Но Лиорен добавила:
— По крайней мере, теперь.
Тейн медленно посмотрел на неё.
— Ты совершенно ужасно умеешь успокаивать людей.
— Учусь у Каэля.
Иара усмехнулась. А Пирожок отозвался у неё в голове: «Наконец-то достойная компания». Когда они вошли в долину, все звуки исчезли. Сразу, без предупреждения. Иара открыла рот, но не услышала собственного голоса. Она попыталась позвать Каэля — беззвучно. Даже собственных шагов не было слышно. Тейн что-то сказал. Наверняка неприличное. Лиорен показала ему жестом замолчать. Он возмущённо развёл руками. Иара едва не рассмеялась. Но смех тоже оказался беззвучным. Тогда Каэль подошёл к ней. Протянул ладонь. Она взяла его за руку.
И вдруг услышала голос. Не ушами. Внутри. Не бойся. Иара замерла. Посмотрела на Каэля. Он тоже удивился. Ты слышишь меня? — мысленно спросила она. Его глаза расширились. Да. Она почувствовала странное тепло. Почему? Каэль посмотрел на их соединённые руки. Наверное, из-за клятвы. Иара нахмурилась. Какой именно? Он не ответил. И она вдруг поняла, что иногда его молчание страшнее любых слов. Они шли дальше.
По мере приближения к центру долины в сознании Иары начали появляться чужие воспоминания. Первое. Дворец. Маленькая девочка смеётся. Второе. Каэль держит ребёнка на руках. Третье. Эйлара стоит перед зеркалом. В руках у неё золотая нить. Четвёртое. Тейн — нет, Рейнар — бежит по горящему коридору. Пятое. Лиорен плачет над раскрытой книгой. Шестое. Чёрная дверь. Седьмое. Детский голос: «Папа, ты обещал». Иара остановилась. Схватилась за голову. Каэль тут же оказался рядом.