Подкати ко мне срочно

Глава 6: Джози

Я сжала губы, отчаянно пытаясь подавить рвущийся наружу крик чистого удовольствия. Тео нежно касался меня пальцами, медленно водя ими по кругу, подстраиваясь под темп своих неторопливых толчков.

– Не сдерживайся, детка, – попросил он. – Я хочу слышать каждый звук, который ты издашь.

Я подскочила так, словно меня ударило током. От резкого движения меня затошнило, похмелье заявило о своем присутствии. Я взмолилась, чтобы это был всего лишь эротический сон, а не воспоминания о прошлой ночи. Я украдкой приоткрыла глаз, проверяя, одна ли я в постели. «Нет, не одна». И если верить моему теперь подтвердившемуся, а значит, вполне реальному эротическому сну, у нас с Тео был секс. Везде. На кухонном столе. На диване. На полу. На моей кровати.

«Твою ж мать».

Как так вышло, что от моих слов «у моих грудей нет прозвищ» мы перешли к тому, что я позволила ему часами играться с ними, ласкать и лизать? Гребаная текила, чтоб ей пусто было. Я глянула время на телефоне и скорчилась от яркости экрана. Было всего пять тридцать утра. Повернувшись, я схватила с тумбочки «Адвил» и быстро проглотила две таблетки.

На мгновение задержавшись, чтобы окинуть взглядом Тео, я снова спряталась под одеялом. Не то чтобы я никогда прежде не замечала, какое у него великолепное тело – он достаточно часто щеголял обнаженным по пояс, – но никогда прежде я не позволяла себе по-настоящему оценить его. Теперь же, когда он оказался полностью голым в моей постели, я изучала его с такой внимательностью, словно он был «Моной Лизой», а я – аспиранткой, пишущей диссертацию о Леонардо да Винчи.

Каждая мышца в его длинном, поджаром теле была доведена до совершенства. Словно кто-то взял кусок мрамора, обтесал его, и на свет появился Тео Уокер. Я поборола желание провести рукой по его спине. Было что-то крайне уязвимое в том, чтобы видеть, как взрослый голый мужчина крепко спит в моей постели, даже не подозревая, что моя любимая с детства мягкая игрушка прячется под той самой подушкой, на которой покоится его голова.

Снова закрыв глаза, я попыталась заснуть. Когда у меня уже почти получилось, теплое тело прижалось ко мне сзади, мускулистое предплечье обхватило мою талию. Рука Тео скользнула вверх по моему животу, и наконец моя левая грудь удобно устроилась в его ладони. Я не смогла удержать тихий смешок. Даже во сне, тихонько похрапывая, Тео все равно оставался фанатом сисек.

Тео лизнул ложбинку между моими грудями и одобрительно застонал.

– Я назову твои сиськи Томом и Джерри.

Мой смех перешел в стон, когда Тео скользнул языком по одному моему соску, одновременно нежно поглаживая второй ладонью. Я изогнула спину, еще сильнее заталкивая мои сиськи ему в рот и руку.

Когда я несколько часов спустя вновь открыла глаза, я увидела его прекрасное лицо в сантиметрах от моего. «Как он может так божественно выглядеть с похмелья? Как такое вообще возможно?» Утренний свет окутывал его длинное тело и упругие мышцы теплым сиянием. Тео был так великолепен, что на него было больно смотреть. А может, это просто похмелье. Я еще не определилась.

– Доброе утро, принцесса, – с ленивой улыбкой поприветствовал меня он. – Хорошо спалось?

Молния поразила меня до глубины души при воспоминании о том, как Тео с точно такой же улыбкой раз за разом входил в меня.

– Мх-хм, – пробормотала я. – Знаешь, который сейчас час?

Тео взглянул на часы – единственный предмет на его теле помимо носков – и сказал, что сейчас девять пятьдесят пять утра. Я вылетела из постели с такой скоростью, словно кто-то развел огонь у меня под задницей, и быстро схватила джинсы и свитер с верха моей стопки чистого белья. Тео с интересом разглядывал меня – вся эта ситуация его явно не беспокоила. Глянув в зеркало, я увидела, что мою грудь и шею словно созвездия покрывали засосы.

– Проклятье, – простонал Тео и укусил меня за шею.

Он входил в меня долгими, жадными толчками, от которых мое тело гудело так, словно я только что выпила четыре энергетика подряд.

– Ты стоила всего этого ожидания, детка. Так чертовски стоила.

– Боже. – Я сняла свитер и сменила его на водолазку. – Ты вампир?

Тео ухмыльнулся, явно довольный проделанной работой:

– А что, тебе куда-то нужно идти?

– Да. – Я распылила духи на запястье, потерла о него второе. – Позавтракаю с мамой, а потом сниму тизер для подкаста Эллы.

– О-о-о! Что ты скажешь Голди о моем члене? – спросил Тео, сцепив руки на шее. – Что он полностью соответствовал твоим представлениям и даже больше?

Мои глаза округлились. Он краски нанюхался, если вообразил, что кто-либо об этом узнает? Хоть когда-нибудь? Я запру воспоминания об этой ночи в сундук, а сундук сброшу в Темзу. Я собиралась сосредоточиться на себе, и секс с одним из моих ближайших друзей явно не входил в мои планы, поэтому последнее, что мне сейчас требовалось, – это непрошеные мнения или комментарии от кого-либо.

– Во-первых, не льсти себе. Я никогда не представляла себе твой член, детка. А во-вторых, Элла ничего об этом не узнает.

– Разве девушки не говорят о подобных вещах?

– Тео, – совершенно серьезно произнесла я, – прошлой ночью было весело, но это останется между нами. Я не шучу.

Тео скуксился, словно я отобрала его любимую игрушку, поэтому я сурово прищурилась, чтобы подчеркнуть серьезность моих намерений. Трудно было не обращать внимания на его член, все еще полностью выставленный напоказ. Он был такой же идеальный, как и все остальное его тело. Никогда не думала, что смогу назвать пенис красивым, но его пенис действительно был красивым. Тьфу. Тео требовалось уйти как можно скорее, чтобы я смогла поволноваться из-за всей этой ситуации основательно и наедине. Ну почему я не могла даже правильно потрахаться без обязательств? Неужели я ничему не научилась за все время прослушивания «Дебилов и дилдо»? Сексом без обязательств надлежало заниматься с каким-то случайным парнем, с которым я познакомилась в баре. А не с тем, кто мне действительно нравился и с кем мне нравилось проводить время. Так и появлялись чувства.

– Кому какое дело, знают ли об этом люди? – Тео пожал плечами. – Это просто секс. Ничего особенного.

– Согласна. – Я кивнула. – Ничего особенного. Вот поэтому никто и не должен об этом знать.

– Погоди-ка… проклятье. – Он уселся в постели и озадаченно уставился на меня. – Тебе что, неловко?

Я не ответила, и его челюсть отвисла.

– Тебе неловко… что ты переспала со мной?

– Мне не нравится быть одной из твоих… дурочек? – «Дурочка? Кто вообще говорит „дурочка“ в наши дни?» – И я не хочу, чтобы люди себе что-то из этого воображали. У нас был секс. Но что сделано, то сделано, а теперь все вернется на круги своя.

Одному богу было ведомо, как вообще что-либо могло вернуться на круги своя после секса, от которого мне хотелось напевать Best I Ever Had Дрейка, но сейчас было не время думать об этом. Я поискала на полу его трусы. Тео нужно было прикрыться – мне со слишком многим приходилось справляться, чтобы справляться еще и с этим. Покопавшись в нашей одежде, хаотично разбросанной по всему полу, я наконец обнаружила его трусы под моим вчерашним платьем. Стараясь не смотреть на нижние части его тела, я протянула их ему.

– Можешь надеть, пожалуйста?

– Ты что, меня выставляешь? – спросил Тео с полными удивления глазами. – Серьезно?

– А ты что, хотел остаться и полежать в обнимку? – Я рассмеялась и закатила глаза. – Да, я тебя выставляю, Тео. Хоть ты и усложняешь процесс.

– У меня на тебя стоит.

Я провела языком по внутренней стороне его бедра, и Тео дернулся от предвкушения. Дразня его, я неторопливо запоминала форму и ощущение его яиц. Когда я наконец взяла его член в рот, он вздрогнул и провел пальцами по моим растрепанным волосам.

– Оденься. – Я всучила ему трусы. – Сейчас же.

Я была слишком сосредоточена на том, как выглядит его задница, чтобы обращать внимание на его ворчание, пока Тео натягивал на себя остальные предметы своего гардероба. Теперь я понимала, почему он называл себя «чудесным задом». Я была не из тех, кто объективировал мужское тело, – но вот она я, разве что слюни не пускаю на упругую задницу Тео. Никогда больше не буду пить текилу, потому что ей предстояло взять на себя полный груз вины за случившееся этой ночью.

Тео закончил одеваться, и я наконец-то могла смотреть в его сторону не краснея. Ну почти. Я не думала, что еще хоть когда-нибудь смогу взглянуть на него, не представив его сосредоточенно сморщившегося лба и потемневших от удовольствия глаз. Нет. Ему немедленно нужно было уйти.

– Не испытывай неловкости, Джос. – Тео подмигнул. – Просто теперь каждый из нас знает, как выглядит другой, когда кончает. Ущерба нет, нарушений тоже.

Знакомое напряжение сжало мой живот, дыхание застряло в горле. О. Господи. Это вообще законно – испытывать оргазм столько раз подряд? Воздух вырывался из моих губ с такой силой, что это граничило с гипервентиляцией.

– Ты собираешься снова кончить для меня, детка? – спросил Тео, касаясь губами моей ключицы. – Хорошая девочка.

– Откуда ты знаешь, что я не симулировала? – с вызовом бросила я.

За свою жизнь я симулировала немало оргазмов, но вчерашний вечер был не из таких. Большинство парней, с которыми я спала, либо были слишком сосредоточены на собственном эгоистичном удовольствии, чтобы обращать внимание, кончила я или нет, либо превращались в засранцев, как только понимали, что не смогли довести меня до точки. Вот и требовалось большое, жирное и насквозь фальшивое «АХ».

– Ну, ты явно не обряд экзорцизма проводила. – Тео ухмыльнулся. – Так что ты мне скажи.

Я застонала, и мой желудок упал в пятки.

– Господи, Тео. Как не сделать ситуацию еще более странной?

– Тебя это действительно настолько беспокоит? – Он нахмурился. – Ну ладно… мы… э-э-э… можем сделать вид, что этого никогда не было.

– Правда? – В моем голосе было столько надежды, что мне даже стыдно стало. – Можем?

– Ну разумеется. – Тео пожал плечами. – Но это будет трудно.

– Почему?

Он обезоруживающе улыбнулся, и мою кожу согрел новый прилив желания.

– Ты можешь притворяться ангелочком, но прошлой ночью ты превратилась в сущую дьяволицу и загнала меня прямиком в ад.

Я ошеломленно замолчала. Тео усмехнулся и коснулся своими мягкими губами моего лба. Ну вот зачем он так сделал? Я обожала поцелуи в лоб. Но случайные связи на одну ночь не должны были целовать тебя в лоб – эта прерогатива предназначалась для бойфрендов. А Тео не был ни связью на одну ночь, ни бойфрендом – он был моим другом. Вот только теперь он был моим другом, с которым я переспала.

– Увидимся на гонках в следующие выходные, ангелочек.

Тео многозначительно подмигнул мне и закрыл за собой дверь.

Он был прав в одном. Я определенно была дьяволицей, потому что мысли, возникавшие у меня о прошлой ночи, гарантировали мне прямой билет в ад.

Глава 7: Тео

Утро после секса часто бывает странным – на мою долю выпало немало таких дней. Одна девчонка утверждала, что забеременела через несколько часов после того, как мы переспали. Другая отказалась уходить, и мне пришлось вызвать охрану, чтобы физически выставить ее за дверь. О, а еще одна заявила, что мы были женаты в прошлой жизни и пора бы нам обновить свои клятвы в этой.

Я думал, будто все уже испытал, пока не увидел выражение чистого ужаса на лице Джози, когда она поняла, что у нас был секс… это было что-то новенькое. Я знал, что ей понравилось. Проклятье, ей это более чем понравилось. Она не лгала, когда призналась мне, что ее еще никто никогда так не трахал. Так какого ж черта Джози вела себя так, будто совершила смертный грех? Она не хотела повторения, она хотела, чтобы я как можно быстрее убрался из ее квартиры.

С тех пор прошло уже две недели, а я не мог перестать думать об этом. О ней. Не мог выбросить Джози из головы. Не мог забыть, как чертовски сексуально она выглядела, когда скакала на мне, откинув назад голову и открыв рот от удовольствия. Как ее сиськи идеально помещались в мои ладони. Как она отсасывала мне с таким энтузиазмом, что удивительно, как это я продержался больше минуты.

Ее достойные награды стоны беспрестанно прокручивались в моей голове. Проклятье. Хотел ли я снова с ней переспать? Можете в этом быть чертовски уверены. А вот я был уверен, что она предпочла бы скорее никогда больше не смотреть «МастерШеф», чем согласиться на повторный заезд. Но я не понимал почему. Секс был просто феноменальным.

Теперь мне приходилось наблюдать, как она носится по гаражу, снимая все на камеру, в обтягивающей футболке с лого «МакАлистера», которая подчеркивала каждый изгиб ее тела. Каким-то образом Джози удавалось делать вид, будто между нами ничего не произошло. Будто это не она просила меня трахать ее жестче.

– Тео, – в третий раз за минуту одернул меня Андреас, – обрати внимание.

Я оторвал взгляд от Джози и с очаровательной улыбкой извинился. На Андреаса это не подействовало бы, но вот на инженеров… Для Андреаса имели значения только победы, так что, если это не Гран-при и я не на подиуме… для него это не имело значения.

– Без проблем, – улыбнулся в ответ инженер. «Выкуси, Андреас». – Мы спрашивали о рулевом управлении. Ты говорил, что оно как-то барахлило во время тренировочного заезда.

Руль в «Формуле-1» – сложная штука. Учитывая, что на нем более двадцати переключателей, показателей и кнопок, так легко было ошибиться. Люди не могли пользоваться мобильными телефонами во время вождения, но мы могли управлять рулем с невероятными настройками на безумно высоких скоростях. Подумать только. И не моя вина, что я немного сбился с курса во время тренировочного заезда, поскольку возникла проблема с выравниванием. Не настолько, чтобы это заметно повлияло на мое пилотирование, но достаточно, чтобы я не чувствовал себя единым целым с машиной. А мне требовалось, чтобы все соответствовало моим стандартам. Команда должна была исправить это, а я пока что направился в свой номер.

Когда мне требовалось отвлечься, я играл в Call of Duty: Vanguard. А сейчас мне нужно было избавиться от мыслей о Джози, и не было для этого лучшего способа, чем разрядить свой виртуальный АК-47.

Я был на середине второй игры, когда зазвонил телефон. Обычно я игнорировал телефон во время таких забегов, но сейчас звонила моя младшая сестра Шарлотта. Я бы никогда не простил себя, если бы у нее возникла чрезвычайная ситуация, а я бы пропустил ее вызов из-за видеоигры.

– Все в порядке, Шер? – поинтересовался я, как только взял трубку.

Она издала театральный стон:

– Да. Почему, если я звоню тебе, что-то обязательно должно быть не так?

– Не обязательно. – Хотя я бы не удивился, учитывая все те ситуации, в которые раз за разом влипала моя младшая сестричка. – Ты же знаешь, я беспокоюсь за тебя. Просто хотел убедиться, что все хорошо. Как ты?

– Все хорошо? И нет, я не добавила ни одного нового ареста в свой послужной список, так что…

Я едва с дивана не упал:

– Арест? Список? Был какой-то первый арест, о котором я не знаю?

В моей голове мигом пронеслись десятки различных сценариев, один другого хуже: хранение наркотиков, похищение, ограбление, которое пошло не так. Откуда она взяла деньги на залог? Кому позвонила? Почему я только сейчас об этом узнал?

– Попался! – Шарлотта рассмеялась, явно очень довольная собой, и знакомый смех разогнал подступившую было панику. – Вот что бывает, когда ты весь такой тревожный. Я более чем способна позаботиться о себе, Теодор. Перестать со мной нянчиться.

– Моя работа – беспокоиться о тебе, малыш.

– В таком случае считай, что ты уволен.

Если люди считали меня занозой в заднице, они просто не были знакомы с моей сестрой. Я был готов поклясться, что она клала спиды вместо сахара в те пять чашек кофе, что выпивала каждый день.

Я зажал телефон между ухом и плечом:

– Как делишки?

– Да ничего особенного, – ответила она, после чего добавила: – Мама с Ричардом сегодня приедут в кампус, чтобы поужинать со мной.

– Здорово. Наслаждайтесь.

Шарлотта цокнула языком:

– Не будь таким.

– Каким?

– Таким душным, – простонала она. – Ты же любишь Ричарда. И тебе было насрать на всех остальных дружков нашей мамы. Ясно же, что ты попросту не одобряешь, что они встречаются.

С моих губ сорвалась раздраженная усмешка. Нет ничего более раздражающего, чем младшая сестра, которая не только высмеивала меня, но и была в этом права. Ричард был лучшим другом и менеджером моего отца во времена его гоночных дней. Для меня он стал своего рода наставником. Тем, с кем я мог поделиться наболевшим и выпить пивка.

А теперь он встречался с моей мамой.

Я бросил джойстик рядом с собой и вздохнул:

– Чего ты хочешь, Шер? Чтобы я потанцевал от радости и выпустил из задницы заряд конфетти?

– Порадуйся за них, Тео, – наставительно произнесла Шарлотта, словно это было так же просто, как щелкнуть пальцами. – Не понимаю, зачем ты все усложняешь больше необходимого.

– И как же это я все усложняю, Шарлотта? – огрызнулся я, сжав ладони в кулаки. – Это они изменили всю динамику, когда начали встречаться.

– Ты же знаешь, как говорят, – нараспев произнесла Шарлотта. – Изменения – соль жизни. Нет, стой, не так говорят. Может, разнообразие – соль жизни? Неважно, смысл тот же.

– Кто это говорит?

– Что?

Я усмехнулся:

– Кто говорит, что разнообразие – это соль жизни?

– Ну. Я не знаю. Люди.

– То есть ты на самом деле не слышала, чтобы кто-то так говорил? – Я продолжал давить, зная, что чем больше буду ее дразнить, тем сильнее она выбесится.

– Ты кем себя возомнил? Испанской инквизицией? Перестань задавать мне так много вопросов. Ты же знаешь, тесты никогда не были моей сильной стороной.

Проигнорировав ее мудрый совет, я ухватился за знакомую тему:

– Кстати, как прошел тот тест на прошлой неделе? Из-за которого ты так сильно нервничала?

Следующие двадцать минут Шарлотта болтала о каком-то профессоре, который вызывал у нее ужас и стремился сделать ее жизнь невыносимой. Она замолкла только тогда, когда поняла, что опаздывает – ее неистребимая привычка – и ей уже нужно собираться к ужину, на что потребуется около часа.

– Береги себя, – пожелал я. – Скоро созвонимся, ага?

– Конечно, – произнесла она, а затем добавила: – И, Тео… Позвони маме. Она скучает по тебе.

– Гм.

Ни да ни нет. Отношения между мамой и мной стали напряженными с тех пор, как мне пришлось раньше улететь из Австралии в январе. Мама знала, что это было связано с работой, но я с готовностью ухватился за первый же предлог уехать. Ричард тогда только что переехал к ней, и мне не очень нравилось чувствовать себя иначе в доме, где прошло мое детство. Мне не нравилось, что теперь там живет кто-то, кто не являлся моим отцом, но всегда был для меня своего рода отцовской фигурой.

Снова взяв джойстик, я решил заменить АК-47 на что-нибудь покрупнее. Пришла пора что-нибудь взорвать.

Я был готов поклясться, что Блейк – дед, застрявший в теле тридцатилетнего. Он целый год думал, что CRM – это инициалы человека, помогавшего нам с маркетингом. Он был просто в шоке, когда узнал, что это означает «менеджер по работе с клиентами». И я до сих пор удивлен, как это он не подписывает каждое свое текстовое сообщение.

Но прямо сейчас я был как никогда благодарен за его неспособность уловить важность хэштегов. Задаваемые им вопросы ведром холодной воды остудили любое возбуждение, которое я мог бы испытывать из-за того, что пялился на Джози. Она всю встречу что-то печатала на своем компьютере, совершенно не обращая внимания, что мой член реагирует на нее словно компас на Полярную звезду. Это была уже не первая наша совместная встреча с Джози. Проклятье, мы вместе с ней провели сотни таких встреч, и у меня никогда прежде не было таких проблем. Как раз то, что мне было нужно – каменный стояк, пока кто-то бубнит о важности попадания в нужную демографическую группу.

Я немного поторчал в социальных сетях, пытаясь отвлечься, листая сообщения от множества красивых женщин, которые проскользнули в мои лички, но это не очень-то помогло. Когда мне написал мой менеджер, я просто сгорал от нетерпения завязать разговор. Все что угодно, лишь бы не пожирать взглядом сидящую напротив меня блондинку.

Мартин менеджер: Только что приземлился.

Тео Уокер: Я думал, ты прилетаешь только завтра. Добро пожаловать в Португалию, сладкий.

Мартин менеджер: Сюрприз! Заглянешь ко мне в номер после тренировочного заезда?

Тео Уокер: К тебе в номер?! Мартин, ты что, клеишься ко мне? Мне никогда не нравились мужики, но если ты наденешь парик, я подумаю…

Мартин менеджер: Тео, я бы не прикоснулся к тебе даже пятиметровым шестом.

Тео Уокер: Ты приглашаешь меня в свой номер!? Не отрицай, что ты меня любишь. Все меня любят:)

Мартин менеджер: Я пригласил тебя в свой номер, чтобы никто не услышал, как я на тебя ору. Ты не сообщил мне, что у Джеймса Эйвери на тебя зуб!