- -
- 100%
- +
Сладкая, сладкая победа. Не было ничего лучше, чем брызги шампанского, полученного за первое место в гонке. Я как раз проверял телефон во время пресс-конференции после Гран-при Австралии, читая полученные письма и сообщения, когда мне пришло новое сообщение. Я не давал Элле свой номер, но кто-то явно сделал это за меня.
От: Элла Голд
Поздравляю с победой! Это я должна задавать тебе вопросы, но сделка есть сделка. Завтрак завтра в 10 утра?
Я заметил ее во втором ряду, она что-то писала стилусом на своем айпаде. На ней были слишком большая для нее футболка с лого «МакАлистера», рваные джинсы и «кеды». Я быстро набрал ответ.
От: Блейк Холлис
Сойдет. Кстати, не очень профессионально раскрашивать картинки на своем айпаде во время пресс-конференции.
От: Элла Голд
На самом деле я собираю головоломку, но раскраски тоже отличная идея. Хочешь, нарисую тебе картинку? У меня отлично получаются палочные человечки.
Угол моего рта изогнулся в улыбке прежде, чем я успел спохватиться. В этот уик-энд Элла была везде. Она разговаривала с инженерами об особенностях регулируемого заднего антикрыла. Спрашивала механиков о шинах, которые используются во время гонки. Тусовалась с персоналом моторхоума. От нее и ее заразительного смеха попросту не было никакого спасения.
Лукас внезапно пихнул меня локтем и прошептал, что мне задали вопрос. «Черт». Я не слышал ни единого слова.
– Простите, я не расслышал ваш вопрос, – извинился я. – Вы не могли бы его повторить?
Спустившись к завтраку, я очень удивился, обнаружив, что Элла уже ждет меня. Благодаря бесконечным сториз Тео я знал, что вчера она пошла вместе с остальной командой в бар отмечать мою победу. Тусовки с Тео отнимают примерно год человеческой жизни, поэтому я не рассчитывал застать ее живой и здоровой. Я-то ставил на похмельную и хмурую Эллу.
Она помахала мне.
– Доброе утро.
Ее волосы были собраны в небрежный хвост, а очки иначе как бабушкинскими и не назвать было. Надела она велосипедные шорты и футболку с надписью Queen.
Я задумался, не разузнала ли она, какая музыка мне нравится. Она могла выбрать эту футболку в расчете на бонусные очки – ведь я был огромным фанатом Фредди Меркьюри.
Я сел напротив Эллы, и официант тут же налил мне в чашку свежий кофе. Хорошо, что я предпочитал свой кофе черным, ведь Элла опустошила весь молочник в свою чашку. Неудивительно, что у того ее кофе был такой мерзкий вкус.
– Я видел, что ты тусила с Тео прошлой ночью. Не рассчитывал, что ты будешь вовремя.
– Ну нет. Я – профессионал и никогда не опаздываю, – ее губы изогнулись в понимающей улыбке. – Кроме того, ты впервые добровольно находишься в одном помещении со мной, так что я даже и не думала опаздывать.
Пропустив ее слова мимо ушей, я достал из кармана сложенный лист бумаги. Прошлым вечером перед сном я потратил немного времени и составил список вопросов для Эллы. Некоторые были простыми, некоторые неловкими, некоторые – откровенно провокационными.
Она уважительно присвистнула.
– Я впечатлена, Блейк.
Я проигнорировал комплимент и приступил сразу к делу.
– Первый вопрос. Почему ты решила работать на меня?
Элла удивленно изогнула бровь.
– Ну, чисто технически я работаю на Джорджа. Просто так уж вышло, что моя работа – это ты.
«Туше, Элла, туше».
– Почему ты ушла со своей работы, чтобы провести целый сезон с парнем, которого едва знаешь?
– Быть кем-то настолько популярным, что люди хотят читать о его жизни? Это впечатляет, не говоря уже о том, что требует определенной смелости. Я рада быть частью этого. И я ушла с предыдущей работы до того, как мне предложили эту. Так что это не взаимосвязанные вещи.
– Тогда почему ты ушла? – не сдавался я.
Я пытался гуглить, не случилось ли там чего скандального, но ничего не нашел. «ПлейМедиа» объявило о закрытии подкаста в своих социальных сетях, но никак не объяснило, почему закрывает его. Некоторые фаны пытались спекулировать в «Твиттере», но их догадки были ничем не лучше моих.
– А это имеет значение? – Она пыталась вести себя непринужденно, но тон был резким.
– Почему я должен быть честен с тобой, если ты не можешь быть откровенна со мной?
Получилось тоже резко, но я не стал извиняться. Если уж я должен поделиться с Эллой историей своей жизни, пусть и она поведает мне маленькую детальку о своей.
– Не имеет значения, почему я ушла, Блейк. Я просто ушла.
Элла откинулась на спинку стула, с опаской наблюдая за мной. Часть меня хотела копнуть глубже, но в душе уже начали пробиваться первые ростки чувства вины. Я с детства страдал от приступов тревожности, поэтому сразу узнал первые признаки – напряженные плечи и нахмуренные брови. А если добавить, что она цеплялась за свое ожерелье словно за спасательный круг, ее поведение можно было прочесть легче, чем знак «Стоп». «Проклятье». Я не собирался давить на нее так сильно, чтобы она закрылась и перешла в оборону. Просто хотел немного отплатить той же монетой. Но хмурое выражение на лице ей не шло, и мне стало стыдно, что это я его спровоцировал.
Я отхлебнул чертовски горячий кофе и обжег язык. Полагаю, это карма мгновенно наказала меня за то, что вел себя как мудак.
– А чем ты тогда занималась между той работой и этой?
– Смотрела повторы «Закон и порядок: Специальный корпус» и продавала фото своих ног в интернете, – ответила она без всякой интонации в голосе. Но ее плечи, кажется, немного расслабились при смене темы. – Здесь платят лучше, но из-за тебя я уже сомневаюсь, стоило ли оно того.
Я фыркнул в ответ. Просмотрев список вопросов, выбрал тот, что обязан был вызвать у нее пылкую реакцию.
– У тебя есть парень?
Я просмотрел все фотки в ее соцсетях. Судя по всему, она была очень близка с парнем по имени Джек, но мне не показалось, что они состоят в отношениях.
– Это серьезно было в твоем списке вопросов? – Неверие в ее голосе смешивалось с раздражением.
– Ага. Мое интервью, мои вопросы.
Она пробурчала что-то себе под нос, после чего выдавила:
– Нет.
– Отлично. Не хочешь стать «друзьями с привилегиями»? Это сделает ситуацию определенно куда более приятной, да и от напряжения в общении поможет избавиться.
И хотя друзьями в данный момент нас можно было назвать только с очень большой натяжкой, единственным моим другим вариантом оставались «потрахушники» – любимое слово Тео, которым он описывал случайный секс. В ожидании ее ответа я откинулся на спинку стула и сцепил руки за головой.
Затем, словно в ней повернулся какой-то внутренний переключатель, она расхохоталась. Это был всепоглощающий, до колик в животе, смех.
– Ты… ты… я… а… да ты, должно быть, издеваешься надо мной, Холлис.
Да это она надо мной издевалась. Я разбивал женские сердца с тех пор, как у меня волосы на лице начали расти, и еще ни разу не встречал человека, которого одновременно настолько оскорбило бы и заинтриговало предложение переспать со мной.
Элле потребовалось несколько секунд на то, чтобы перестать смеяться. Но когда она успокоилась, то наградила меня таким взглядом, будто я только что предложил вместе сунуть руки в мусоропровод для какого-то извращенного тимбилдинга.
– Независимо от того, всерьез ты это предлагал или шутил, – добавила она, поджав губы, – мне придется вежливо отказаться.
Я сканировал ее лицо в поисках любых намеков на то, что творится в этой прелестной маленькой головке.
– Почему? Добровольный секс без обязательств между двумя взрослыми людьми – не такое уж и большое дело.
Секс был единственным занятием в моей жизни, где мне было важно прийти к финишу вторым. Я очень старался, чтобы ни одна женщина не ушла от меня неудовлетворенной.
Элла качала головой из стороны в сторону, словно находилась в трансе.
– Мы вместе работаем. И я не собираюсь рисковать своей работой просто потому, что тебе некому больше присунуть. Ты должен уважать меня как человека и как профессионала, Блейк. Даже если бы мы не работали вместе, я не из тех, кого можно трахнуть разок и отправить в игнор. Я не занимаюсь случайным сексом. Учитывая количество женщин, которых ты сюда водил с тех пор, как я здесь появилась, не думаю, что тебя вообще интересуют такие вещи. Кроме того, разве ты уже не староват для того, чтобы совать свою штучку во все дырки подряд, словно играешь в «Убей крота»?[23]
Хорошо, что я сегодня оделся в черное – не будет видно пятен кофе, который выплеснулся у меня изо рта.
– Мою штучку? Ты сейчас серьезно?
Она сделала большой глоток своего молока со вкусом кофе.
– А ты всерьез напрямик спросил меня, не хочу ли я с тобой потрахаться? И потом всерьез ожидал, что я отвечу «да»? Потому что, если ты ответишь утвердительно, то тогда да, я тоже абсолютно серьезна.
– Я не завожу отношений, – ответил я без дальнейших объяснений. – Меня более чем устраивает играть в «Убей крота» своей штучкой.
«Господи, не могу поверить, что я только что назвал свой член штучкой».
– Что ж, наслаждайся своими играми. Я в них участвовать не буду. Но прими мой совет, – она наградила меня двусмысленной улыбкой. – Тебе стоит прокачать свои навыки в «Убей крота», потому что та рыжуля прошлой ночью откровенно симулировала.
Не знаю даже, сколько еще может вынести мое эго. Мой мозг ушел в перезагрузку, и я не смог выдавить из себя ни единого слова.
– У нас с тобой соседние номера, – напомнила мне Элла. – Кстати, ее зовут Наташа. И она очень надеется, что ты ей еще позвонишь. Мы с ней вместе ехали в лифте утром.
Появился официант и спросил, что мы будем на завтрак. Элла явно никуда не торопилась, расспрашивая его о различных видах блинчиков и о том, какие овощи подаются к омлету. Если бы я не знал ее, я бы подумал, что она – ресторанный критик.
Я по-прежнему не мог произнести ни слова, когда Элла спросила:
– Ну, каков твой следующий вопрос?
«Кто эта девушка и почему она выбила меня из моей же игры?»
– Ну хорошо, хорошо, – я неловко раскашлялся, пытаясь прийти в себя. – Почему ты считаешь меня плохим пилотом?
– Я не считаю тебя плохим пилотом. Я считаю, что ты необычайно одаренный пилот. – Она как-то странно на меня посмотрела. – Не знаю, слушал ли ты мой подкаст или нет, но я целых десять минут потратила, распинаясь о том, как безупречно ты адаптируешься к любым условиям, совершенно не обращая внимания на соперников.
– Ты задавалась вопросом, кто же приносит победы, я или болид «МакАлистера».
– Задавалась. Но я никогда не говорила, что это мое личное мнение. И все же мне стыдно. – Ее щеки озарил румянец. – Мне не стоило быть такой резкой. И за это я прошу прощения. Ну что, мир?
Она протянула руку и выставила мизинец. Она собиралась заставить меня поклясться на мизинчиках? Я уставился на нее, пытаясь понять, всерьез ли она рассчитывает, что я на это пойду? «Вашу ж мать». Какую-то частичку моей души убивало признавать это, но, возможно, Тео был прав и мне действительно стоило дать ей шанс. Вот только чем ближе я подпустил бы к себе Эллу, тем больше вреда она могла мне нанести и тем быстрее поняла бы, сколько тараканов на самом деле скрывается в моей голове.
Сделав глубокий вдох, я протянул мизинец, закрепив соглашение. Взгляд, которым она наградила меня в ответ, вызвал прилив крови к моему члену. «Предатель».
Она не увиливая ответила на все мои остальные вопросы. Основываясь на ее резюме, текстах и блестящей рекомендации Джорджа, я и так знал, что Элла умна. Но разговор с ней только подтвердил это. Мы были словно героями из любимого фильма Милли «Красавица и чудовище». Роскошная независимая женщина и самовлюбленный эгоистичный хмырь. К сожалению, а может, и к счастью – смотря как посмотреть – для Эллы, я не был снаряжен для эмоциональных гонок под названием любовь. И, к сожалению для меня, она не собиралась растворяться в экстазе страсти.
Глава 7. Элла
Я и не надеялась, что с Блейком будет легко работать, но предложение секса без обязательств уж совсем ни в какие ворота не лезло. Он еще и озвучил его таким будничным тоном, словно предлагал поездку на «Убере» пополам разделить. Когда я рассказала Поппи, она назвала меня дурой за то, что я отказалась. Она все твердила, как было бы круто, если бы я смогла описать в книге его навыки и на трассе, и вне ее. «Да ну нафиг».
Я не лгала Блейку, когда говорила, что не занимаюсь сексом без обязательств. Я пыталась, но для меня это не работало. Я слишком ценила эмоциональную близость.
К его чести, он с достоинством воспринял мой отказ и с тех пор ни разу не заставил меня почувствовать себя неловко в его присутствии.
Однако наша беседа действительно помогла мне пройти тот странный тест, который он устроил. Блейк сдержал данное на мизинчиках обещание и наконец-то позволил мне проводить с ним время.
Мы гуляли вокруг трассы на автодроме имени Жиля Вильнева, где проводится Гран-при Канады – Блейк поступал так перед каждой гонкой, – когда он спросил меня, на какой самой высокой скорости я когда-либо ездила.
– Я как-то раз разогналась до ста сорока пяти километров в час, и меня остановили за превышение скорости, – призналась я, когда мы добрались до конца трассы. – Я отделалась предупреждением и с тех пор больше не лихачила.
– Ты когда-нибудь была на горячем круге?[24]
Я покачала головой:
– Нет.
На горячем круге обычный человек может почувствовать хотя бы четверть того, что испытывает настоящий пилот «Формулы-1» во время гонки. Я не сомневалась, что этот опыт стоил дороже самого болида – а это о многом говорило.
– Как ты можешь писать книгу обо мне, не зная, что испытывает человек внутри гоночного болида?
– Прокатиться по горячему кругу – не то же самое, что принять участие в гонке, – отметила я.
– Это довольно близко, – Блейк остановился и повернулся ко мне. – Ты должна попробовать, чтобы достоверно писать обо мне.
– Это называется «сбор материала». Авторам книги об астронавтах не нужно летать в космос. Книги о президентах пишут, не выигрывая перед этим выборы. – Меня понесло. – Ты же не думаешь, что Эрик Карл прошел через окукливание, прежде чем написать «Очень голодную гусеницу»? Нет. Он собирал материал.
– Элла.
– Блейк.
Ни одна косточка в моем теле не горела желанием оказаться внутри гоночного автомобиля на скорости 400 километров в час с Блейком за рулем.
– Некоторые платят больше одиннадцати тысяч фунтов, чтобы прокатиться с пилотом «Формулы», – указал он, словно это было способно меня переубедить.
– Да, и эти люди явно не в себе.
Блейк взглянул на меня с уверенностью человека, привыкшего добиваться своего. Он подозвал Джози. Джози должна была занять мою сторону. «МакАлистер» же не хочет нести ответственность за мою смерть, не так ли?
– Привет! – улыбнулась Джози, поравнявшись с нами. – Что у вас тут творится?
– Элла не хочет ехать со мной горячий круг.
Ну просто замечательно, теперь и Блейк, и Джози смотрели на меня так, словно я выжила из ума. Бросив на меня извиняющийся взгляд, Джози произнесла:
– Прости, детка, но я думаю, что это будет очень круто для наших социальных сетей.
– Предательница, – я прищурилась, – я посмотрю финал второго сезона без тебя.
Мы с ней вместе запоем смотрели «Игру престолов», хотя Джози в основном закрывала глаза руками, предоставляя мне пересказывать происходящее.
– Ну не злись ты так, – она не купилась на мой блеф. – Начальство хочет, чтобы я продвигала эту опцию через наши соцсети, а что может быть лучше видео, где ты сидишь в салоне с Блейком за рулем?
Блейк приобнял меня за плечи.
– Давай, Элла, соглашайся. Ты же не сможешь отказать Джози, а лучше меня ты никого не найдешь.
– Лучше в чем? В убийстве с отягчающими обстоятельствами? – резко поинтересовалась я, игнорируя румянец, заливший мои щеки от прикосновения Блейка. – Я не сомневаюсь, что весь ваш контент все равно заблокируют за нарушение правил сообщества, когда я умру прямо на камеру.
– Ты так часто упоминаешь убийства, что я начинаю серьезно беспокоиться, – теперь он говорил в точности как моя мама. «Закон и порядок» не просто так завоевал столько премий «Эмми». – На этих машинах соблюдены все меры предосторожности. Иначе нам бы не позволяли катать на них фанатов. Обещаю тебе, ты будешь в полной безопасности.
Он протянул мизинчик, но я тут же оттолкнула его руку в сторону. Уж простите меня за желание сохранить органы в целости и сохранности. Следующие десять минут они вдвоем убеждали меня, что эта поездка будет лучшим опытом в моей жизни. Как скорость заставит меня почувствовать себя неуязвимой и я испытаю прилив адреналина как никогда прежде.
– Ну хорошо, – наконец нехотя сдалась я, сверля взглядом донельзя довольного собой Блейка. – Я согласна. Но если меня вырвет, я возьму твою кредитную карту и куплю себе новый гардероб.
Взгляд его темных глаз остановился на мне, и он кивнул:
– Все, что захочешь, дорогуша.
Джози начала напевать себе под нос Eye of the Tiger, и мы направились к палатке «Хот лэпс». Мое сердце яростно стучало в ушах. На всех тут было навешено столько бейджиков, что я со своим одним-единственным бейджем «МакАлистера» чувствовала себя голой.
– Водички хочешь? – поинтересовался Блейк. – Кажется, ты вот-вот грохнешься в обморок.
– Если ты хочешь, чтобы я описалась посреди поездки, то да, конечно, я выпью водички, Блейк.
Ну теперь он точно не захочет никаких потрахушек со мной. Пока мы сюда шли, я раз десять произнесла слова «вырвет», «описаюсь» и «наложу в штаны». Ничто так не отталкивает парней, как описание функций женского организма.
Заплатившие за развлечение фанаты буквально с ума посходили, когда Блейк вошел в шатер. Он сегодня не участвовал в заездах с гостями, так что его присутствие стало дополнительным бонусом. Учитывая плотное расписание, я была удивлена, что он вообще раздобыл нам машину. Меня попросили заполнить отказ от претензий в случае, если со мной что-то случится. Видимо, чтобы я окончательно почувствовала себя в полной безопасности. По тому, с каким хрипом воздух покидал мои легкие, пока мы шли к машине, можно было подумать, что у меня астма. Черная краска гоночного автомобиля яростно сверкала на солнце.
Блейк нахлобучил мне на голову шлем и проверил, плотно ли он сидит. То, как его пальцы коснулись моих щек, облегчения не принесло.
– Это будет весело, поверь мне. – Он легонько постучал по шлему. – Надежно и безопасно.
Джози установила на приборной панели автомобиля камеру GoPro, чтобы заснять мои впечатления. Камера была закреплена куда надежнее, чем я, вынужденная довольствоваться жалким ремнем безопасности. Мне казалось, что у меня желудок сейчас из задницы вывалится. Пока Блейк проверял зеркала и удостоверялся, что все в полном порядке, я вцепилась в приборную панель побелевшими пальцами. На этом все и закончится. «У меня вообще есть страховка жизни? А завещание? Я даже не попросила Джози очистить мою историю поиска. Вот дерьмо».
– Ты готова?
– Нет.
Я попыталась повернуть голову, чтобы обжечь его взглядом, но массивный шлем ограничивал мой угол обзора, а потом мы стартовали. Блейк прошел круг «медленно», поскольку скорость 260 км/ч была определенно отличным способом для разогрева. Все это время я орала во всю мощь своих легких, делая паузы только для того, чтобы ввернуть пару матерных. И только когда мы дошли до конца первого полного круга, он по-настоящему утопил педаль газа в пол.
Ускорение было таким сильным, что мне показалось, будто мною выстрелили из рогатки. Когда машина рванула вперед, мой живот буквально прилип к позвоночнику. Хотя мы находились на одном уровне с дорогой, по которой неслись, мне казалось, что мое тело ушло в свободное падение. Словосочетание «полная дезориентация» даже близко не описывало мои ощущения. Гул двигателя вибрировал через сиденье, а шлем болтался из стороны в сторону, словно жалкий болванчик.
– Тебе уже весело? – поинтересовался Блейк.
– Нет! – закричала я. – Мои почки и матка пытаются поменяться местами, как это может быть весело?
На втором круге я пыталась подстроиться под инерцию на поворотах, наклоняясь влево или вправо, но ничего не получалось. То, как машина так легко снижала скорость, всякий раз сбивало мне дыхание. Мне удалось повернуть голову и взглянуть на Блейка – он был спокоен как удав. Он держал руль только одной рукой, вторая покоилась на консоли рядом с моей.
– Десять часов и два часа, ты, маньяк! – закричала я. – Держи руки на десяти и двух. Ты где водить учился?
Он даже не пошевелился.
– Хочешь еще быстрее?
– А это еще не самое быстрое, на что она способна? – пискнула я.
– Да мы едва по верхам скользнули, детка, – он наградил меня улыбкой, которая заставила меня плотнее сжать ноги. – Готовься сжечь немного резины.
Блейк с радостью заставил меня переосмыслить понятие «быстро». По высоте мои вопли могли бы сравниться разве что с визгом шин по асфальту.
– Ты наконец-то готова признать, что я лучший?
Я проигнорировала его. Он еще сильнее утопил педаль газа, и мы понеслись по прямой быстрее, чем мой мозг мог осознать.
– А теперь?
В глазах у меня все расплылось, и меня невидимой рукой вжало в кресло. «Как эта штука все еще может ускоряться?»
– Ну хорошо! Ты лучший водитель в мире! – прокричала я. – Каждый должен склониться перед твоим гребаным величием! Ты просто бог среди людей.
– Кажется, мне послышался в твоем тоне сарказм, – заметил он.
«Я убью его. Если только он не убьет меня первой».
– Я, Элиана Джейн Голд, настоящим провозглашаю, что Блейк Холлис – лучший гонщик во всей вселенной. Я всю жизнь буду находиться под впечатлением того, как божественно он управляется с машиной. Доволен?
– Очень, – ответил он. Мне не нужно было даже смотреть на него, чтобы знать, что гаденыш улыбается от уха до уха. – Я так и думал, что ты из крикливых. Рад, что мои догадки подтвердились.
– Рада, что ты знаешь, как должны звучать настоящие крики. В отличие от фальшивых стонов Наташи, фейковой порнозвезды.
Задорный смех Блейка и мой пронзительный визг заглушали друг друга, пока мы заканчивали последний круг. Когда мы вернулись на пит-лейн, я была морально, физически и эмоционально истощена. Когда я выбралась из машины, мои ноги дрожали словно желе. Блейку пришлось самому расстегнуть мне шлем, потому что мои руки слишком тряслись.
Джози хихикала в телефон, с экрана которого она наблюдала нашу поездку в режиме реального времени.
– Из-за визга и мата Эллы мне придется вырезать семьдесят пять процентов видео, но это первоклассный контент. Ты сделала это! Поздравляю!
Если я и заслуживала за что-то поздравлений, то только за то, что меня не вырвало на мои же кроссы. Я показала ей большой палец. Джози сфоткала меня, но я была настолько бледной, что, скорее всего, получилась полупрозрачной. Джози пыталась убедить меня позволить ей управлять моим профилем в социальных сетях. Она говорила, что не важно, чем я захочу заниматься после «Формулы-1», мне нужно будет отстроить свой бренд и использовать свой профиль в качестве резюме. Я отказалась давать ей пароль, но позволила снимать меня на фото.
– Я знаю, что тебе было весело, – произнес Блейк. – Мне – точно было.
Уголки его губ изогнулись в мальчишеской улыбке. Он выглядел счастливее, чем за все время нашего знакомства, и я не могла не наслаждаться видом. В детстве родители предупреждали меня о вреде наркотиков. Но они ничего не говорили о том, насколько притягательной может быть простая улыбка. «Тьфу».
Глава 8. Элла
Мне потребовалось три часа в Монако, чтобы осознать, что Блейк богат. Еще три – чтобы осознать, что Блейк чертовски богат. Я знала, что пилоты «Формулы-1» зарабатывают миллионы, но одно дело знать, и другое – увидеть своими глазами. У него денег было просто жопой жуй. Мне казалось, что дозатор мыла в одной из гостевых спален его дома стоил дороже всего моего обучения в колледже. После нескольких минут активного поиска в интернете я выяснила, что он купил этот дом за баснословные 7,2 миллиона. Сущая мелочь, если ты выиграл столько же чемпионатов, сколько Блейк.
А я говорила, что у него есть еще два дома? Этот даже не был основным его жильем, Блейк приезжал в Монако, когда в Лондоне становилось совсем тоскливо. Я сдавала в субаренду свою квартирку в Нью-Йорке, а у него несколько домов по всему миру. У нас столько общего!
Когда Блейк сказал мне, что хочет расслабиться дома перед следующей гонкой, я напросилась в гости. Удивление на его лице быстро сменилось раздражением. Ну прости, приятель. Я же должна узнать тебя получше? А это и то, чем ты в свободное время занимаешься, подразумевает.
Я провела в Монако всего несколько дней, зато каждое утро брала у Блейка интервью. Наконец-то я почувствовала, что делаю успехи. Давно пора. Джордж изначально предполагал, что мне придется столкнуться с некоторым сопротивлением, так что мы по-прежнему укладывались в сроки.