Кольцо Баюма. Безликие. Книга 4

– Что, совсем тяжко?

– Ничего, терпимо. Пару суток придется отлежаться, а потом ноги и спина начнут потихоньку разгибаться уже. Скоро наперегонки с вами бегать буду…

Шати, свернутый в клубок, лежал на земле и не мог даже повернуть голову в сторону. Его, такого скрюченного, и несли на себе уже вторые сутки его новые знакомые. Онемевшее тело совершенно не слушалось и причиняло неимоверную боль при любой попытке сделать хоть какое-то движение.

– Далеко еще?

– Два дня – это если не будем часто останавливаться.

– Понятно… Тогда поехали.

– Да полежи еще немного, а то кони двинешь еще по дороге. На тебя смотреть страшно.

– А ты не смотри, твое дело носилки тащить.

– Ну-ну…

Носилки снова взвалили на плечи, и Шати заколыхался в такт бегущих людей. Через какое-то время его покормили, напоили водой, и они вновь отправились в свой путь. Еще на подходе к Городу Шати заметил некоторые преображения дикого леса. Он, как опытный разведчик, сразу же отметил про себя, что ветки на верхушках высоченных деревьев сплелись так удачно, что по ним запросто можно было передвигаться подготовленным людям, и их совершенно невозможно было бы увидеть с земли. Также от его опытного взгляда не ускользнули несколько наблюдательных постов, замаскированных под кучи поваленных от ветра и времени деревьев. Все говорило о том, что они уже близки к конечной точке своего путешествия.

Наконец, лес неожиданно закончился, и носилки выскочили на залитое солнцем свободное пространство. Перед ними раскинулось широкое озеро, а вдали стояла высоченная нескончаемая каменная стена. От удивления Шати даже сумел частично повернуть голову, чтобы получше рассмотреть это удивительное чудо света.

– Вот это да-а-а… – только и смог он выговорить.

Ему было отчетливо ясно, сколько сил и времени было положено на эту стройку. И он не смог сдержать своего восхищения перед мужеством и упорством некогда близких ему людей. Они погрузились на скоростные катамараны и полетели подгоняемые ветром по водной глади к главным воротам Города. Огромный мост еле просматривался вдали, и они направили свое плавучее средство именно в его сторону.

Несколько часов заняло водное путешествие, прежде чем путники снова ступили на твердую землю. Судя по всему, их здесь ждали, так как только они прошли сквозь крепкие городские ворота, как их сразу же обступила огромная толпа. Шати лежал на земле, а вокруг него стояли люди и рассматривали его, как какую-то забавную зверюшку. Шати скрипел зубами и ждал, когда же наконец-то это все закончится. Ему казалось, что эти смотрины никогда не прекратятся. Через какое-то время рядом с ним остановился на вид очень важный человек. У него на поясе висел дорогой меч, украшенный золотом и драгоценными камнями. Он пристально рассматривал Шати и наконец произнес:

– Очень похож, только молодой чересчур уж больно…

– Ты глаза получше протри и посмотри внимательнее. Забыл, как в кандалах сидел в Капуи, а я тебе воду носил? – тут же отреагировал Шати.

– Точно он… Чемпион…

– Наконец-то… хоть один вспомнил. А где бригадиры и старейшины?

– Да все здесь, сейчас только тебя осмотрят наши доктора, а потом уж со всеми встретишься. Чего же сразу с нами не пошел еще тогда?

– Дела были дома, вот как все закончил, так сразу и пошел за вами.

– А почему с римлянами пришел, а не один?

– А как я, по-твоему, должен был один через тысячи километров по диким лесам идти? Вы-то все вместе ушли.

– Ладно, потом договорим, а сейчас несите его в санчасть.

Шати погрузили в повозку, и уже через несколько минут он был в белоснежной палате. Врачи в чистейших белых халатах трогали его пульс и пристально заглядывали в глаза.

– Да уж… Свит завел и здесь свои порядки. Все как раньше…

Пока врачи осматривали нового пациента, в коридоре собралась уже приличная очередь. Двери то и дело открывались, в проем просовывалась чья-нибудь взлохмаченная голова с неизменной репликой:

– Привет, Чемпион. Помнишь меня? Я был бригадиром второй бригады…

– Привет, Чемпион. Помнишь меня? Я – разведчик из команды РоМа…

– Привет, Чемпион. А меня помнишь? Мы с тобой играли в одной волейбольной команде…

Под окнами больницы также было не протолкнуться. Казалось, весь город собрался здесь, чтобы встретиться с живым посланием из своего далекого прошлого.

Вечером Шати перенесли в зал заседаний. Старейшины все еще с некоторым недоверием посматривали на своего бывшего друга и еле слышно перешептывались. Наконец начался Совет, и бывшему чемпиону пришлось долгое время отвечать на подробные вопросы главных руководителей Города. Он в мельчайших деталях рассказал все, что произошло с ним за последние тридцать с лишним лет, а в конце все предались неизбежным в таких случаях воспоминаниям. Чемпион сильно отличался от всех своих товарищей молодостью, чем бесконечно удивлял их. Но несомненно, это был он, и все очень радовались, что он, спустя столько лет, присоединился к ним в новой жизни, о которой они все и мечтали еще будучи рабами в древнем римском городе Капуи.

В зале было шумно и весело, и только один человек все время молчал и за весь вечер не задал ни одного вопроса. Это был старик в надвинутом на лицо плотном темном капюшоне. Он сидел дальше всех в одном из слабо освещенных углов и внимательно слушал рассказ вновь прибывшего. Разговор затянулся до поздней ночи. Когда все закончилось, Шати вновь отнесли в больничную палату и положили на кровать. В эту ночь он не спал. Он лежал, свернувшись клубочком на жесткой постели, и ждал… Он ждал появления того, ради кого проделал весь этот трудный и такой опасный путь. И ожидания его не обманули…

Глава II

Дверь в палату еле слышно приоткрылась, и внутрь проскользнула чья-то тень. Шати был готов к такому раскладу и с трудом повернул голову в сторону появившегося незнакомца:

– Значит, я не ошибся… Вы, действительно, здесь…

– Зачем ты пришел?

– За вами…

– Если бы я посчитал нужным вернуться, я бы вернулся сам…

– Нет, вы не сможете вернуться без меня. Капсулы возвращения обнулены.

– Ах, вот как? Интересно, а зачем тогда я вдруг понадобился нашим большим друзьям?

– У них очередное задание для вас, а надлежащим образом подготовить группу и разработать план операции можете только вы.

– Мне это неинтересно…

– Послушайте, Отец, все отправленные группы зависли во времени. Они не могут вернуться без вашей помощи и теперь обречены.

– Они не обречены, вернее, если отключить возвращение, то каждый, кто попал в измененное время, обречен на бессмертие.

– То есть они будут жить вечно?

– Да, если, конечно, не умрут насильственной смертью.

– Получается, что все они сейчас живут в нашем времени?

– Получается, что так…

– А почему они тогда до сих пор не вышли на связь? Ни один не вышел…

– Может быть, потому, что просто не хотят?

– Не хотят? Я тут с ума схожу, а они не хотят?

– Ну, или погибли на задании, или еще где… Ладно, пока отдыхай. Завтра поговорим, все расскажешь мне в подробностях…

Отец так же еле слышно проскользнул к двери и, уже закрывая ее за собой, вполголоса произнес:

– И это… Добро пожаловать домой, Шаттен…

Как Шаттен и обещал, через двое суток он уже был на ногах и мог, хотя и с большим трудом, но все же самостоятельно передвигаться. В каждом доме он был самым желанным гостем, и теперь Отцу было очень сложно его отыскать, так как каждый житель Города считал своим долгом пригласить Чемпиона к себе домой. Несколько дней ушло только на то, чтобы посетить самых близких друзей. Когда Отец встретил Шаттена в очередной раз, тот уже почти полностью оправился от своего болезненного состояния. Они сидели вдали от всех, вдвоем на высокой стене в сторожевой башне, откуда открывался красивейший вид на реку, и неторопливо вели беседу:

– Ты сколько уже здесь находишься?

– Лет пятнадцать. Пришлось хорошо зарекомендовать себя в римской армии, чтобы попасть в северный легион, который отправлялся в эти края.

– А с чего взяли, что я должен быть именно здесь?

– На базе отследили время последней отправки и просто ткнули пальцем в небо, наугад. Шанс был один из ста, но это сработало…

– Так что там с группами?

– Раскидали всех, кого куда, а как возвращать, никто не знает. К тому же аппарат стал работать, как мне сказали, «некорректно». То есть в одну сторону.

– Команда Блока на задании?

– Нет, он сумел вывести всех из-под наблюдения и залечь на дно. Они теперь – слиперы (сленг – слипер (англ. Sleep – спать, разведчики годами живущие под прикрытием и ждущие особого приказа для выполнения заданий).

– Значит, только твоя группа висит во времени?

– Не только… Были еще какие-то гражданские. Их посылали на экскурсии по знаменательным датам.

– Без сопровождения?

– Да, совершенно одних. Но куда именно, я не знаю…

– Кто сейчас рулит?

– Этого тоже не знаю… Что-то вроде Мирового правительства. Кстати, базу перенесли в другое место.

– Как это наши боссы отдали аппарат вот так запросто?

– Не отдали, а сдают в аренду. Сейчас вот за выполнение очередного задания они получают Крым.

– Так Крым теперь у нас? А как же Мировое сообщество?

– Они-то его и отдали нам под каким-то дурацким предлогом, хотя и делают вид, что очень недовольны… Там у них свои игры. Я знаю только то, что мне нужно передать вам.

– Где именно теперь находится база?

– Где-то у берегов Сомали, на одном очень хорошо охраняемом острове. Там эту базу готовили заранее много лет под видом борьбы с сомалийскими пиратами, там сейчас находится половина американского военного флота, да и наши корабли везде там стоят так же. Так что место охраняется получше, чем золотой запас любой страны. А мне сказали, что у вас с головой не все в порядке, и придется силком тащить обратно. Вас ведь пропустили через компьютер стирания памяти, мне так объяснили…

– Грош мне цена была бы, если бы я не мог обмануть каких-то идиотов-штабистов. А компьютер я сам настраивал и поэтому прекрасно знал, что нужно делать и когда делать.

– Ну, я вижу вы все еще в силе, значит, еще поработаем?

– Я подумаю… Пока можешь отдыхать и восстанавливаться и, кстати, побольше загорай на солнце – говорят, сильный загар старит кожу, а то для шестидесятилетнего воина ты слишком молодо выглядишь. Это друзья могут тебе поверить, но вот люди со стороны сразу же заподозрят что-то неладное…

– Хорошо, я буду тогда сильно хмуриться, чтобы появились ранние морщинки, и бороду отращу…

– Вот насчет бороды – это ты хорошо придумал. Отрасти и подлиннее…

– А что там с римским легионом?

– Все хорошо. Потихоньку прессуют. Туда выдвинулся отряд разведчиков. Планомерно отстреливают солдат. Через сутки будет смена караула – если хочешь размяться, то можешь сходить с бойцами, заодно подучишь их немного, поделишься, так сказать, своим боевым опытом.

– Схожу, отчего ж не сходить-то…

– Сильно там не высовывайся, не чужой, чай, человек…

– А когда обратно?

– Я еще не решил вообще, буду возвращаться или нет…

– На базе предполагали такой вариант развития событий и, чтобы подстраховаться, просили передать вам посылку.

– Давай…

Шаттен поднял левую руку, а в его правой руке сверкнуло острое лезвие. В один миг он распорол себе кожу подмышкой и извлек оттуда небольшую белую капсулу. Тщательно обтерев ее от крови, он протянул послание Отцу. Тот тщательно осмотрел ее на герметичность и, разломав тонкую оболочку, вытащил на свет маленький свернутый кусочек пластика с какими-то цифрами. Шаттен видел, как неожиданно резко прищурились глаза Отца и побелела рука, сжимающая послание:

– Они все-таки добрались до нее… Как они вышли на ее след?

– Я ничего не знаю. Только передаю посылку – и все. Так мы возвращаемся?

– Да… Но не сейчас… Мне нужно продумать различные варианты.

– Там что-то серьезное?

– Более чем…

– Ну, тогда сами решайте, все равно мое возвращение полностью зависит от вас. Только вы сможете вытащить меня отсюда, так как я так же, как и все, теперь буду висеть во времени, пока вы не нажмете на свои кнопки на компьютере… Вы ведь сможете вернуться с новой капсулой?

– Да, я сам настраивал свою отправку и возвращение, и поэтому смогу вернуться…

– Ну, тогда теперь все будет зависеть от вас… Кстати, римлян лучше пока не трогать, там несколько когорт лучников – это серьезная сила. Нужно выждать пару дождливых дней и только после этого приступать к ликвидации отряда…

– Ну, значит, ты и займешься этим. Сегодня на Совете тебе поставят эту задачу, а что делать и как, ты знаешь лучше, чем кто-либо…

Римский отряд был зажат в огромном овраге. Спереди и сзади бушевал сильный пожар, а отвесные земляные стены не позволяли покинуть эту природную ловушку. Разведки не было, поэтому у легиона было только направление, которое он и старался выдерживать. Когда легату доложили, что лесной пожар перекрыл дорогу назад, он прекрасно понял, что именно здесь и решится его судьба – или он станет победителем и вернется домой героем, или никто и никогда не узнает, что же произошло и куда исчез целый легион опытных римских солдат.

Он нисколько не удивился, когда услышал свист сотен стрел и его солдаты стали валиться на землю как подкошенные. Римляне постарались срочно сделать «черепаху», и как только последний солдат был укрыт щитом, стрелы, как по команде, прекратили свои полеты. Легионеры стояли в боевом защитном строю достаточно долго, но, видно, атака прекратилась, и стрелки ушли. Но стоило только кому-либо из солдат неосторожно выглянуть из-за щита, чтобы осмотреться, как меткая стрела молниеносно вонзалась ему в шею или лицо. Боем это назвать было сложно, так как это больше походило на обычное уничтожение живой силы противника.

В течение двух суток легион потерял больше половины своих солдат, и легат принял решение попытаться сохранить жизнь оставшимся. Он сделал шаг из-под щита и хотел уже громко назвать свое имя и звание, чтобы начать хоть какие-то переговоры, но чья-то смертоносная стрела с противным звуком пронзила его грудь насквозь, невзирая на то, что легат был в дорогой защитной броне. Командир покачнулся, по инерции схватился за стрелу, как бы пытаясь ее вытащить, бросил прощальный взгляд на свою некогда непобедимую армию, слегка присел и повалился на спину.

Солдаты видели, как погиб командир, и их охватила паника. Они были вымотаны длительным походом, и золото уже не казалось им таким манящим и близким. Оставшиеся командиры еще как-то пытались восстановить дисциплину в когортах, но это у них совершенно не получалось.

Неожиданно послышался сначала еле слышный, а затем все более усиливающийся конский топот. Земля потихоньку стала дрожать от множества коней, несущихся на полном скаку. Центурион когорты лучников все-таки сумел построить своих людей в боевую позицию и вышел вперед с поднятым вверх мечом:

– Лучники… Залп…

Но залпа не последовало. Он удивленно обернулся к своим людям и увидел их растерянные лица.

– Я сказал, залп…

Один из стрелков отбросил лук в сторону и громко крикнул своему командиру:

– Не получится… Тетивы отсырели от постоянных дождей. Луки бесполезны…

Какой-то солдат отбросил свой меч со щитом и рухнул на колени:

– Я же говорил вам, что царь Аид охраняет эти сокровища, – он пришел за нами… Он предупреждал нас, а мы не послушались…

Кажется, солдат был прав. Сотни черных с головы до ног всадников на таких же черных конях неслись к перепуганным римским отрядам. Эта нескончаемая черная волна несла с собой отчаяние и смерть. О том, чтобы выставить какую-то защиту, не могло быть и речи. Через несколько минут идеальные ряды конницы на всем скаку пролетели сквозь нестройные римские ряды, оставляя после себя только трупы и предсмертные крики тех, кому еще только предстояло присоединиться к своим уже покинувшим этот Свет товарищам. После второго захода все было кончено. Римский легион был полностью уничтожен, и тайна города, битком набитого золотом, превратилась в очередную увлекательную историю, каких в то время было несметное количество.

Шаттен стоял в зале заседаний, а военачальники внимали каждому его слову:

– Совершенно верно… Меч тамплиера – это очень опасное и самое современное оружие на сегодняшний день. Ни одна армия мира еще не обладает такими мечами, но мы с вами должны идти дальше. Нельзя останавливаться на достигнутом. Если мы хотим быть на голову лучше других всегда, то нужно переводить всю пешую армию в конницу. Лошадей у нас более чем достаточно, а сила конника во много раз превосходит силу пешего воина.

– Это понятно, но и без пеших войск мы не сможем обойтись. Мы живем в лесах, где воин на коне не всегда сможет пройти.

– Правильно. Поэтому я предлагаю перевооружить только разведчиков.

– Перевооружить? Разве есть что-то лучше меча тамплиера?

– Для пешего воина нет, а вот для всадника нужна боевая шашка.

– Что за шашка еще? Разве нельзя всаднику биться с нашими мечами, тем более они себя очень хорошо зарекомендовали?

– Можно, но эффект уже будет не такой, как с шашкой.

Шаттен принялся изображать на доске рисунок казацкой шашки:

– По законам физики этот изгиб…

Прошло больше часа, прежде чем военный совет убедился в правильности слов Чемпиона. Кузнецам была дана команда сделать несколько пробных экземпляров для тестов, и Шаттен довольно устроился в кресле:

– Наконец-то… Вы не пожалеете, сами потом увидите…

– А ты откуда знаешь про это новое оружие?

– А это… это… это вам привет от РоМа. Разве вы не помните, что он был моим персональным учителем. Он тогда мне много чего успел рассказать…

– И что же еще такого интересного он тебе рассказал, а нам нет?

– Я же сказал, что много чего. Например то, что в двух месяцах езды от этого Города лежит небольшой деревянный ящик, а в нем скромная посылка. Если мы сможем ее сюда доставить, то это будет огромный скачок в развитии нашей армии…

– РоМ лично при мне уничтожил все оружие какое было. Мы, сколько ни старались потом, не смогли ничего найти на дне реки.

– Это другое оружие. То, что я вам предлагаю, вполне можно использовать сейчас, а то, которое уничтожил РоМ, было еще рановато для вас. Итак, вы готовы выслать людей, чтобы забрать посылку?

– Да, вон карта, показывай место… да поподробнее…

– Кстати, вы как-то отметили бойцов, которые вытащили меня на себе из римского лагеря?

– Они будут награждены, когда будем отмечать День Города, на общем праздничном собрании на площади.

– На общем собрании? Это хорошо… Отличные ребята…

Спустя какое-то время на очередном военном совете Шаттен попросил слова. Он вышел на середину, прокашлялся и обвел взглядом военачальников:

– Насколько вы можете помнить, я был в Капуи ответственным за физическую подготовку наших отрядов.

– Был, но это было очень давно, и многое изменилось с тех пор…

– Да, вы правы, многое изменилось с тех пор, и я сейчас могу взглянуть свежим взглядом на подготовку наших разведчиков.

– И что не так с их подготовкой? Программу составляли РоМ и Воевода, и сейчас мы в точности следуем их рекомендациям…

– Программа была составлена десятки лет назад, а вы до сих пор в точности следуете этой рекомендации? Но это еще не все… Вспомните, сколько раз в месяц РоМ выводил своих людей на задания вне виллы? Вспомнили? А сколько раз сейчас они выходят? Контрольные проверки были два раза в неделю, а сейчас вы проводите их один раз в год. Вы считаете, этого достаточно? Вы считаете нормальным, что ваших торговцев запросто берут в плен и по их следу отправляются отряды римлян? Вы соскучились по кровавым битвам и римским кнутам? Вы привыкли к мирной жизни и начинаете забывать, как выглядят рабы в цепях. Вы уже не помните, как легионеры вырезают целые народы во славу великого Рима? Вы желаете воевать внутри Города или на римских границах? Разница ведь есть? Я только что вернулся оттуда и хочу, чтобы вы меня услышали – там ничего не изменилось. Сотни тысяч рабов и бесконечные кровавые реки, гладиаторские бои на аренах и распятые на крестах рабы – неужели вы все это забыли? Я это видел всего лишь несколько месяцев назад…

– Короче, что ты предлагаешь?

– Я предлагаю полностью пересмотреть боевую подготовку наших людей и, в первую очередь, подразделения разведки и штурмовых отрядов.

– Что для этого требуется?

– Две недели времени и пять строительных бригад…

– Зачем строительные бригады? Оборонные укрепления у нас отличные, и ничего переделывать не нужно…

– Да, стены хороши, слов нет. Но мне нужно переделать полосу препятствий для тренировок. Та, что есть сейчас, никуда не годится. Вернее, может и сгодиться, но только для прогулки под ручку школьника с несмышленой девочкой. А подготовленному бойцу нужно совершенно другое. Вот тут я набросал примерный рисунок будущей полосы… Значит, вот здесь нужно будет вырыть огромную яму и наполнить ее водой или грязью, а здесь построить отвесную стену, тут подводные преграды, ну, и так далее… Одним словом, давайте строителей и как можно быстрее… Мне еще многое нужно успеть сделать… И если никто не против, то я лично займусь подготовкой наших разведчиков. Их ведь по-прежнему двести человек?

– Да, ничего не менялось…

– Ну, вот и отлично. Значит, мне нужно ваше разрешение на вступление в должность и объявление по войскам.

Воевода еле заметно кивнул одному из своих помощников, и тот сразу вышел из зала заседаний. Через пару минут он вернулся и слегка кивнул своему командиру. Тот встал и громко, на весь зал произнес:

– Вот теперь я узнаю нашего Чемпиона виллы, ученика самого РоМа. У кого-нибудь есть возражения или пожелания? Нет? Значит, голосуем… Единогласно. Я-то уже стар стал, а вот у тебя энергии полно еще осталось, так что действуй, Чемпион, принимай командование на себя и смотри, чтобы армия была не хуже, чем при РоМе…

– Хуже не будет, постараемся сделать даже лучше…

Чемпион поклонился старейшинам и вышел из темного помещения на яркий свет. Он на секунду прищурился от солнечных лучей, пару раз глубоко вдохнул свежего воздуха, наполнил им свои легкие и что есть силы крикнул дежурному:

– Разведка, учебная тревога, выдвигаемся через одну минуту…

И тут же большой колокол в центре площади стал наполнять город тревожными звуками…

В течение целого месяца отряд Шаттена носился по близлежащим лесам и рекам, строил мосты, затем разбирал их. Устанавливал лагеря, а потом уничтожал их таким образом, чтобы ни у кого и мысли не могло возникнуть, что здесь когда-то было поселение. Разведчики засыпали целые овраги в лесу и в один миг прокладывали новые. Шаттен изредка заскакивал в город, чтобы проследить, как идет строительство новой полосы препятствий, затем его люди молниеносно покидали родные места, чтобы опять окунуться в тренировочные будни элиты боевой армии. Как и при РоМе, попасть в этот отряд теперь считалось большой удачей, и молодежь начинала заранее готовиться к призывному году, чтобы повысить свои шансы на попадание в команду Шаттена.

А через несколько месяцев была доставлена посылка из римской империи. Специально отобранные люди, рискуя своими жизнями и свободой, сумели проникнуть на опасную территорию и вывезти оттуда дорогой груз. Это был небольшой ящик из непонятного черного материала. Он немного походил на дерево, но был очень гладким, совершенно непромокаемым и очень легким. Когда на военном совете этот ящик положили на стол перед Шаттеном, все заметили, как заблестели его глаза. Он осторожно осмотрел посылку, щелкнул замками и медленно извлек на свет что-то, отдаленно напоминающее боевой лук:

– Ну, а теперь нам не страшны никакие угрозы. С нашими стенами и таким оружием мы смело можем чувствовать себя в полной безопасности еще полторы тысячи лет как минимум…

– Что это?

– Это? Это то, что позволит нам без малейшего усилия отбить любую атаку противника. Это называется блочный лук. Разницу вы сможете почувствовать сразу же. Пока не буду вас напрягать длинными и утомительными рассказами – сейчас выйдем и постреляем, и вы все поймете сами. Еще нам нужно будет заменить наши арбалеты на стене – там мы поставим более мощные, которые должны бить минимум в два раза дальше, я потом покажу, что нужно изменить и добавить в них, а те, которые есть сейчас, будут использоваться в ближнем бою… Ну, разве не красавец, а? Хорош, просто хорош… – Шаттен не мог налюбоваться своей опасной игрушкой:

– Ну что, пойдем постреляем? Желающие есть?

В этот же вечер инженерный отдел получил особое срочное распоряжение от старейшин города. Нужно было составить чертежи всех деталей нового оружия и незамедлительно приступить к его изготовлению. Опытные воины остались в полном восторге от блочного лука и каждый раз терпеливо стояли в очереди, ожидая своей счастливой минуты выпустить пару заветных стрел в далекую мишень.