Гитара в литературе

ЭДГАР ПО

По, Эдгар Аллан (1809-1849) – американский писательромантик,       критик.

      Классик

      новеллы,

      преимущественно трагической, «страшной», «

двойнической», фантастической или юмористической       (сборник

      «Гротески

      и

      арабески»,

      1840). Родоначальник детективной литературы («Убийство на улице Морг», 1841, «Золотой жук», 1843). Для зрелой лирики характерна тема трагических поисков красоты и ее смысла («Ворон и другие стих

отворения», 1845). Предтеча символизма.

В жутковатом рассказе Эдгара По «Свидание», который сейчас окрестили бы модным словечком «триллер», описывается малоправдоподобная история: богатая и знатная мать, стоя в окне над одним из венецианских каналов, случайно упускает из рук грудное дитя, и младенец скрывается в водной пучине. Далее происходит невероятное: поднимается суматоха, но родители ребенка ведут себя неадекватно. Маркиза в неглиже, издав дикий вопль, более не кричит, а лишь тупо смотрит на «Пломбы», знаменитую тюрьму, где некогда пребывал в заточении Казанова. Престарелый отец тоже совершает такие действия, будто находится на сцене театра абсурда. «Под аркою шлюза стоял, разряженный, и сам Ментони, похожий на сатира. Время от времени он бренчал на гитаре, как бы томимый смертельной скукой, а в перерывах давал указания о спасении своего ребенка». Наконец, когда отчаяние овладевает свидетелями происшествия, появляется таинственный незнакомец в плаще, бросается в воду и после нескольких томительных минут преподносит матери живого (!) и не потерявшего сознание (!) отпрыска. «Ни слова не вымолвил спаситель. Но маркиза! Сейчас она возьмет свое дитя, прижмет к сердцу, вцепится в маленькое тельце, осыплет его ласками. Увы! Другие руки взяли дитя у незнакомца – другие руки взяли дитя и незаметно унесли во дворец!» А мать, потрясенная, назначает спасителю тайное любовное свидание.

Словом, картинка такая, будто взята из пьесы Эжена Ионеску или Сэмюэля Беккета!

Исследователям пришлось немало потрудиться, чтобы разгадать замысел автора. Оказалось, это не что иное, как шутливая пародия на Байрона, графиню Терезу Гвиччиоли и ее старого мужа, а в роли потрясенного и глуповатого рассказчика выступает друг Байрона, английский поэт Томас Мур, посетивший опального лорда в Венеции. Нагромождая одну нелепость на другую, используя весь аксессуар романтизма вроде Моста Вздохов, Большого канала, гондол, плащей и непременной гитары, один американский поэт высмеивает двух английских. Как видим, за шестиструнным инструментом надолго и прочно утвердилась несколько сомнительная «романтическая» репутация.

НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ГОГОЛЬ

Гоголь, Николай Васильевич (1809-1852) – русский писатель. Литературную известность Гоголю принес сборник «Вечера на хуторе близ Диканьки» (1831-1832), насыщенный украинским этнографическим материалом, романтическими настроениями, лиризмом и юмором. Повести из сборников «Миргород» и «Арабески» (оба – 1835) открывают реалистический период творчества Гоголя. Тема униженности «маленького человека» наиболее полно воплотилась в повести «Шинель» (1842), с которой связано становление натуральной школы. Гротескное начало «петербургских повестей» («Нос», «Портрет») получило развитие в комедии «Ревизор» (постановка 1836) как фантасмагория чиновничье-бюрократического мира. В поэме «Мертвые души» (1 том – 1842) сатирическое осмеяние помещичьей России соединилось с пафосом духовного преображения человека.

Гоголь в «Невском проспекте», изображая петербургского художника, пишет: «Он рисует перспективу своей комнаты, в которой является всякий художественный вздор: гипсовые руки и ноги, сделавшиеся кофейными от времени и пыли, изломанные живописные станки, опрокинутая палитра, приятель, играющий на гитаре, стены, запачканные красками, с растворенным окном, сквозь которое мелькает бледная Нева и бедные рыбаки в красных рубашках».

Похоже, что в начале XIX века без гитары нельзя было представить существование столичной богемы.

В «Мертвых душах» писатель, посмеиваясь над романтизмом, изображает «замечтавшегося двадцатилетнего юношу, когда, возвращаясь из театра, несет он в голове испанскую улицу, ночь, чудный женский образ с гитарой и кудрями».

И каково отчаяние восторженного юнца, когда, услыхав пьяную брань, он вдруг оказывается где-нибудь на Сенной площади близ кабака! Да, в начале XIX века гитара непременно ассоциировалась с иноземной экзотикой, ее победное шествие по русской земле еще только началось.

Через 50 лет она перестанет кого-либо удивлять, о чем можно судить по рассказу «Сторож» Максима Горького, в котором изображается провинциальная вечеринка:

«– Дьякон – плясу! Тихон – делай! Живем! – Начали! – отзывается дьякон, взмахивая гитарой и хитрейшим перебором струн, с ловкостью фокусника начинает играть трепака, а Степахин – пляшет».

УИЛЬЯМ ТЕККЕРЕЙ

Теккерей, Уильям Мейкпис (1811-1863) – английский писатель. В романе «Ярмарка тщеславия» (1848) социально-типические пороки современного общества рассматриваются как зло, свойственное всему человеческому роду. Ноты социального пессимизма       усиливаются

      в

      романе

      «

Пенденнис»       (1850). Ослабление обличительного пафоса заметно в семейной хронике «

Ньюкомы» (1855). Исторические романы «История Генри Эсмонда» (1852), «Виргинцы» (1857). Сборник сатирических эссе

«Книга снобов» (1847), книга очерков «Английские юмористы XVIII века» (1853). Цикл пародий «Романы прославленных сочинителей» (1847). Иллюстратор собственных сочинений.

В романе Уильяма Теккерея «Записки Барри Линдона, эсквайра, писанные им самим» можно отыскать портрет джентльмена-щеголя, типичного представителя «золотой молодежи» Англии XIX века. Вот как этот денди говорит о самом себе: «У меня была по меньшей мере дюжина смен парадного платья: из них три богато расшитые золотом, а две отделанные серебром, и к ним богатая шуба гранатового цвета, подбитая соболями, и другая, из французского дымчатого плюша с серебряным шитьем, на шиншилле. Дома я щеголял в штофных халатах. Я учился играть на гитаре и мастерски вторил исполнителям французских песен».

Из этой цитаты нетрудно сделать вывод: гитара являлась непременной принадлежностью богатого дома.

Роман «Ревекка и Ровена» представляет собой блестящую пародию на Вальтера Скотта. В нем действуют самые разномастные герои, от Айвенго и Робин Гуда до легендарного Ричарда Львиное Сердце. Знаменитый сатирик с издевкой рисует портрет короля: «После танцев Его Величество приказывал подать себе гитару и начинал петь. Говорили, что эти песни он сочиняет сам – и слова и музыку, – но всякий, кто читал «Жизнеописания лорд-канцлеров», сочинение лорда Кампобелло, знает, что был некто Блондель, который писал для короля музыку; а что касается слов, то, когда их сочиняет король, охотников восхищаться наверняка найдется много. Его Величество исполнял балладу – всецело заимствованную – на мотив, заигранный всеми шарманщиками христианского мира, и, обернувшись к придворным, спрашивал: «Ну, как вы находите? Это я сложил нынче утром». Или: «Блондель, что скажешь об этой теме в B-moll?»

В данном карикатурном портрете монарха с гитарой в руках можно признать и прусского короля Фридриха Великого, который баловался игрой на флейте, привлекая в качестве аккомпаниатора сына гениального Иоганна Себастьяна Баха. Впрочем, лучше бы прославленный немецкий полководец никогда не выпускал из рук музыкальный инструмент, вместо того, чтобы взять шпагу или подзорную трубу. Возможно, тогда европейская история стала бы менее кровавой.

ТЕОФИЛЬ ГОТЬЕ

Готье, Теофиль (1811-1872) – французский писатель и критик, один из вдохновителей «Парнаса». Обосновал теорию «искусства для искусства» (предисловие к книге «Мадемуазель де Мопен», 1835-1836, книга «Новое искусство», 1852). Романтические, со следами байронического демонизма поэтические сборники («Комедия смерти», 1838). Приключенческий роман «Капитан Фракасс» (1863), сборник лирических миниатюр «Эмали и камеи» (1852), рассказы, путевые очерки.

Действие романа «Капитан Фракасс» Теофиля Готье происходит во Франции времен Людовика XIII. В нем есть комическая сценка: «Матамор, желая быть галантным кавалером, велел слуге принести гитару, поставил ногу на тумбу и начал щекотать брюшко инструмента, чтобы вызвать у него мелодический смех. А сам принялся по-испански мурлыкать куплеты сегедильи с такими взвизгиваниями, с такими гнусавыми мяукающими нотами, словно это кот Раминагробис пел серенаду сидящей на крыше белой кошечке».

В начале XVII века испанский инструмент уверенно начал завоевывать Европу, малопомалу вытесняя лютню.

У Теофиля Готье есть стихотворение «Вариации на тему «Венецианского карнавала». Какие только инструменты не участвуют в разгульном веселье: скрипки, шарманки, кларнеты, флейты… Да, наша любимица гитара тоже творит «неотвязчивый напев»: «И гитаристки вновь и вновь / Его твердят в кафешантанах, / Печально вскидывая бровь / На выкрики и хохот пьяных». Грустно. К лицу ли ей, шестиструнной прелестнице, эта уличная грязь? И лишь одно утешает, что напев-то, в отличие от публики, прекрасный и дивный: «Как будто ухватив крючком / Его в какой-то вечер синий / Своим божественным смычком / Поймал кудесник Паганини»».

Пошлость и красота в реальной жизни могут соседствовать, но это никак не роднит данные понятия. Слишком велика нравственная дистанция между мерзостью жизни и чудом искусства!

Ни один влюбленный не питал такой страстной любви к даме сердца и такой яростной ненависти к соперникам, как герой стихотворения «Rondalla» («Фантазия») Теофиля Готье. Он решителен и настойчив в своих намерениях: «Моя голубка и орлица, / Моя царица и дитя. / Я снова здесь – ты можешь не злиться! – / Я взял гитару не шутя. / На тумбу став ногой упрямой, / Хотя б всю ночь я проторчу, / Чтоб увидать за темной рамой / Твой профиль и твою свечу. / Здесь не играть другим гитарам, / Здесь я играю, я пою, / И переулок – мой! Недаром / Я славлю здесь любовь мою».

Затем он извергает поток гнева и ненависти к тому, кто посмеет приблизиться к нему. Грозится отрезать ему уши и нос. Готов расправиться даже с Вельзевулом, то есть с самим дьяволом.

Гитара не раз была свидетельницей кровавых поединков соперников, претендующих на руку и сердце красавицы.

ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС

Диккенс, Чарльз (1812-1870) – английский писатель. Юмористические нравоописательные «Очерки Боза» (1836) посвящены обитателям различных слоев лондонского общества. В сентиментальном романе «Посмертные записки Пиквикского клуба» (1837) свойственные Диккенсу ирония и сатира побеждаются своеобразным диккенсовским комизмом, обусловленным верой в доброе начало человека. Пафосом сострадания к униженным (особенно к переживаниям детской души), неприятием всех форм социальной несправедливости проникнуты авантюрно-приключенческие романы «Приключения Оливера Твиста» (1838), «Николас Никльби» (1839), «Мартин

Чезлвит» (1844). Социальный оптимизм Диккенса (романы «Лавка древностей», 1841, «Рождественские повести», 1843-1846) вступал в противоречие с гротескнореалистическим изображением губительной психологии собственничества и прагматизма (романы «Домби и сын», 1848, «Дэвид Копперфильд», 1850, «Холодный дом», 1853). Детективный роман «Тайна Эдвина Друда» (1870). Рисуя драматическую картину английской жизни, Диккенс вносил в нее смягчающие сказочносентиментальные оттенки (романы «Тяжелые времена», 1854, «Крошка Доррит», 1857). Основные нравственные коллизии романов Диккенса – столкновение бескорыстного, великодушного или беззащитного героя с миром эгоистических страстей и расчета, олицетворяемым низким «злодеем» или холодным рационалистом (иногда способным к нравственному преображению).

В «Очерках Боза» Чарльз Диккенс едко высмеивает одно семейство, мистера и миссис Бригс с тремя дочерьми, которых маменька пытается как можно быстрее выдать замуж. Чтобы обзавестись новым кругом знакомых, они отправляются в путешествие. Поскольку рядом постоянно возникали конкурентки, стремящиеся отбить потенциальных женихов, нужно было любой ценой оттеснить их на задний план. «Если девицы Бригс появлялись в умопомрачительных шляпках, то девицы Тоунтон обзаводились еще более умопомрачительными. Если миссис Тоунтон надевала чепец, отливающий всеми цветами радуги, то миссис Бригс немедленно нацепляла ток, пестротой не уступающий калейдоскопу. Если мисс Софи Тоунтон пела новый романс, две из сестер Бригс исполняли новый дуэт. Однажды Тоунтоны одержали недолговечную победу, пустив в ход арфу, но Бригсы ввели в бой три гитары и разгромили неприятеля. Конца этому соперничеству не предвиделось».

Тем не менее, три гитары оказались весьма действенным оружием, с которым девицы Бригс расставаться не собирались. «Пробило девять часов, и гости повалили косяками. Мистер Сэмюэл Бригс и миссис Бригс с дочерьми прибыли отдельно в кокетливом ялике. Три гитары в темно-зеленых футлярах и две увесистые папки с нотами, рассчитанные, видимо, на целую неделю непрерывных занятий музыкой, были бережно убраны в трюм».

Наконец, в кают-компании парохода настал час триумфа для изобретательного семейства. «Три девицы Бригс смиренно посмотрели на свою маменьку, маменька горделиво посмотрела на дочерей, а миссис Тоунтон с презрением посмотрела на всех четверых. По просьбе девиц несколько джентльменов кинулись за гитарами и так усердствовали, что зеленые футляры серьезно пострадали. Засим появилось три умилительно маленьких ключика к вышеозначенным футлярам, и – о ужас! оказалось, что одна струна лопнула; тут началось завинчивание, натягивание, закручивание и настраивание, а в это время миссис Бригс разъясняла всем и каждому, как страшно трудно играть на гитаре, и тонко намекала на блестящие успехи, достигнутые ее дочерьми в этом волшебном искусстве. Миссис Тоунтон шепнула соседке, что «просто слушать тошно!» – а девицы Тоунтон всем своим видом показывали, будто сами отлично умеют играть на гитаре, но считают это ниже своего достоинства. Наконец, девицы Бригс приступили к делу. Они исполнили новый испанский опус для трех голосов и трех гитар. Публика слушала точно наэлектризованная. Все взоры устремились на капитана, ибо он, как стало известно, побывал однажды со своим полком в Испании и, следовательно, обязан был хорошо знать музыку этой страны. Капитан пришел в неописуемый восторг. Это послужило сигналом: по требованию публики трио бисировали; сестрам Бригс устроили овацию, и Тоунтоны были окончательно посрамлены».

Несмотря на ернический тон, Диккенс все же дает понять читателю: умение играть на гитаре – редкостный дар, который грех зарывать в землю.

Герой романа «Торговый дом Домби и сын» щедро делится своим житейским опытом с окружающими. В частности, и таким, который относится к музыке. «Мистер Фидер говорит также, что он порекомендовал бы мистеру Тутсу – если тому угодно прислушаться к его совету – выучиться играть на гитаре или хотя бы на флейте, ибо женщины, когда вы за ними ухаживаете, любят музыку, и он сам в этом убедился».

Комичная рекомендация мистера Фидера, тем не менее, не так уж наивна. Общаться с музыкально просвещенным человеком куда интереснее, чем с неотесанным мужланом. Игра на гитаре, если это серьезное увлечение, способствует духовному развитию личности.

Одна из героинь романа «Холодный дом», миссис Беджер, мастерски умела «подать себя». К примеру, ожидая гостей, она обычно «сидела в гостиной, окруженная разнообразными предметами, по которым можно было догадаться, что она немножко пишет красками, немножко играет на рояле, немножко – на гитаре, немножко – на арфе, немножко поет, немножко вышивает, немножко читает, немножко пишет стихи и немножко занимается ботаникой. Это была женщина лет пятидесяти, с прекрасным цветом лица, одетая не по возрасту молодо. Если к небольшому списку ее занятий я добавлю, что она немножко румянилась, то вовсе не для того, чтобы ее осудить».

Нетрудно понять, что умение музицировать на гитаре считалось в викторианской Англии пристойным занятием для дамы из благородного круга.

В книге «Картины Италии» Диккенс делится своими впечатлениями о рынке в Неаполе: «Кукольники с Пульчинеллой, исполнители веселых куплетов под гитару, декламаторы, рассказчики, ряды дешевых балаганов с клоунами и фокусниками, барабаны, трубы, размалеванные холсты, изображающие чудеса внутри заведения, и восхищенные толпы зевак снаружи усугубляют толчею и сумятицу».

Забавно, что это единственное упоминание о гитаре в солидной по объему книге, написанной в 1846 году! Английский писатель, похоже, не был меломаном, его больше интересовали пейзажи и жанровые сценки.

Творчеству Чарльза Диккенса свойствен мягкий, незлобивый юмор. Его очерки привлекают внимание читателя меткостью характеристик. Так, в «Нашем французском курорте» встречается одно интересное наблюдение: «На пристани обычно есть гитара, которая отважно пытается своим треньканьем перекрыть свирепый гул моря, и всегда есть какойнибудь мальчик или женщина без голоса, которые поют песенки без мелодии; песня, которую нам приходилось чаще всего слышать, представляла собой призыв к «охотнику» не губить лучшую дичь – ласточку».

Все правильно: в праздной толпе отдыхающих гитара дает шанс заработать на жизнь тем, кто нуждается.

АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ ГЕРЦЕН

Герцен, Александр Иванович (1812-1870) – российский революционер, писатель, философ. Внебрачный сын богатого помещика И.А. Яковлева. Окончил Московский университет (1833), где вместе с Н.П. Огаревым возглавлял революционный кружок. В 1834 году арестован, шесть лет провел в ссылке, позднее эмигрировал. Печатался с 1836 года под псевдонимом Искандер. Создал мемуарную книгу «Былое и думы».

Герцен, отбыв ссылку в Вятке, должен был продолжать службу в Петербурге, в канцелярии министерства внутренних дел. Российское чинопочитание и внешняя добропорядочность коллег тяготили его, о чем в «Былом и думах» он высказался следующим образом: «Я не видал здесь пьяных чиновников, не видал, как берут двугривенники за справку, а что-то мне казалось, что под этими плотно пригнанными фраками и тщательно вычесанными волосами живет такая дрянная, черная, мелкая, завистливая и трусливая душонка, что мой столоначальник в Вятке казался мне больше человеком, чем они. Я вспоминал, глядя на новых товарищей, как он раз, на пирушке у губернского землемера, выпивши, играл на гитаре плясовую и, наконец, не вытерпел, вскочил с гитарой и пустился вприсядку; ну, эти ничем не увлекутся, в них не кипит кровь, вино не вскружит им голову».

В гитаре знаменитый вольнодумец видел инструмент, который способен пробудить в человеке нечто доброе, хоть и бесшабашное. Герцен верил в то, что искусство облагораживает людей!

Герцен, человек наблюдательный, остроумный и частенько желчный, рассказал в «Былом и думах», как на одном из социалистических сборищ родилась идея «отслужить» «Марсельезу». К превеликой досаде автора этой идеи выяснилось, что никто из присутствующих, за исключением Ворцеля, толком не знает слов боевой песни. Чтобы как-то спасти положение, пригласили некую американку, и та на гитаре исполнила памятную всем мелодию.

Так что и в революционной среде испанский инструмент был известен и любим!

ЭДУАРД ЛИР

Лир, Эдуард (1812-1888) – английский писатель, художник, путешественник. Один из создателей поэзии нонсенса (бессмыслицы) – жанра лимериков.

Английский поэт XIX века Эдуард Лир прославился как автор множества веселых детских стихотворений. В истории «Кот и Сова» комический эффект достигается нагромождением несуразностей: «Кот и Сова, / Молодая вдова, / Отправились по морю в шлюпке, / Взяв меду в дорогу / И денег немного / (Чтоб за морем делать покупки). / Сова, поглядев на луну, / На волну, / Запела под звон гитары: / "Ах, милый мой Кот, ты хорош / И пригож. / Давай обручимся – нигде не найдешь / Такой восхитительной пары, / Такой, такой, / Такой, такой, / Такой восхитительной пары"».

Серенада, спетая вдовой под аккомпанемент гитары для своего кавалера, – это нечто неслыханное для чопорной викторианской эпохи, так что смех читателей был гарантирован.

ЮЗЕФ КРАШЕВСКИЙ

Крашевский, Юзеф Игнацы (1812-1887) – польский писатель. Автор «крестьянских» романов «Ульяна» (1843), «Остап Бондарчук» (1847) и цикла романов из истории Польши («Графиня Козель», 1874, «Старое предание», 1876, и других).

Юзеф Игнацы Крашевский в романе «Король холопов» обращается к царствованию польского короля Казимира III, правившего с 1333 года по 1370 год. Один из героев повествования, Кохан, фаворит короля, обожал роскошь и неплохо музицировал. Его покои поражали воображение. «Главная комната и спальня были наполнены красивыми вещами… Одна стена была вся украшена красивым оружием, луками, колчанами, унизанными жемчугом, металлическими щитами, мечами, подвешенными на тяжелых широких поясах, которые часто стоили дороже, чем сами мечи. Стол, стоявший посреди комнаты, покрытый ковровой скатертью, был уставлен дорогими золотыми изделиями. Одним словом, на всем лежала печать богатства и роскоши, а цитра, приютившаяся в углу, заставляла предполагать, что Кохан когда-то занимался музыкой. В действительности, любимый гитарист венгерской королевы Елизаветы, большой любительницы музыки и возившей с собой повсюду музыкантов и певцов, научил Кохана аккомпанировать ему во время пения».

Ценные сведения сообщает Крашевский. Значит, уже в XIV веке гитара, наряду с цитрой, родственным ей инструментом, была известна в Восточной Европе, где пользовалась покровительством августейших особ!

ПАВЕЛ ВАСИЛЬЕВИЧ АННЕНКОВ

Анненков, Павел Васильевич (1813-1887) – российский литературный критик, мемуарист. Представитель эстетической критики.

Анненков оставил мемуарные записи о своих встречах с Гоголем в Риме в 1841 году. Описывая обычаи и нравы жителей Вечного города, он отмечает, что молодежь очень любила ночные прогулки: «Бряцание гитары и музыкальный строй голосов особенно хороши бывали при ярком блеске луны: чудная песня как будто скользила тогда тонкой серебряной струей по воздуху, далеко расходясь в пространстве».

Надо полагать, Гоголь тоже слушал эти импровизированные уличные концерты, и он умилялся ими.

ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ СОЛЛОГУБ