Сыновья подруги для разведёнки. Новый год с мерзавцами

Глава 1.

Двадцать лет я положила на этот брак! Двадцать лет была идеальной женой, казалось бы, идеального мужа. Но, как в итоге оказалось, – гнусного кобеля.

Моя идеальная сказка закончилось, стоило мужу нагло заявить, что мой срок эксплуатации закончился.

«Наташ, ты же и сама понимаешь, что… ну никакая уже! – размахивал мой муж руками совсем недавно, брызжа слюной. Раньше я и не думала, что он когда-то сможет вызывать во мне такое отвращение. – А я, как и все мужики, люблю глазами! Поэтому не серчай, я жить хочу, молодую хочу, энергичную. Вот моя Дариночка как схватит, так и…»

Слава богу, тогда он заткнулся. В ином случае пришлось бы разбить свою любимую вазу о его лысую голову.

Дарина – это его секретарша с пятым размером груди и круглой задницей, которую от трахал, не выходя с работы. Фу, как банально.

А ведь когда-то я любила его, уважала. И многие завидовали тому, как всё у нас гладко. Бизнес, большой красивый дом, умница-дочка, два дога, семейная идиллия.

Но все сказки когда-то заканчиваются. Вот и моя закончилась.

Ну что, Наташ, ты осталась одна в свои сорок два, с жирным штампом в паспорте, в канун нового года, за это можно поднять бокал!

Кто-то говорит, что в сорок жизнь только начинается, поэтому…

Улететь в горы на новогодние праздники? Одной? Поймать дзен, побороть страх высоты, научиться, в конце концов, кататься на лыжах… встретить новый год под старые фильмы с бокалом игристого? Звучит как отличное начало.

Осушаю бокал с шампанским, принесённое до этого стюардессой.

Выглядываю в окошко, и дух захватывает. От вида снежных вершин, покрытых спокойной туманной гладью.

Вот этого я хотела. Ощущения незначительности проблем под величием природы. Уже чувствую спасительный сквозняк в черепе, хоть и не поклонница холода. Никаких мужиков, никаких заморочек. Да. Только я и…

Здание аэропорта встречает меня суетой и гулким эхом голосов. Всё как обычно бывает в этом месте, но именно сейчас исключительно чувствуется предпраздничный, предотдыховый настрой пассажиров. Все они приехали сюда расслабиться, повеселиться. Это воодушевляет меня ещё больше.

Я иду к ленте выдачи багажа, чувствуя себя слегка отстранённой. На мне брючный костюм от известного модельера, кашемировое пальто, сумка от Луи, и всё это мой панцирь. А под ним шатается та самая уверенность, которую я когда-то считала несгибаемой.

Ненавижу, что они – мужики способны сделать с нами, женщинами. Всего одной фразой растоптать, заставить ощущать себя старой клячей с нулевыми перспективами, хотя это вовсе не так! Чёрт бы тебя побрал, Клюев. Вот отдохну, расцвету заново, ещё локти кусать будешь, но я на тебя даже не посмотрю.

У ленты уже толпятся пассажиры моего рейса. Особенно сильно привлекает внимание группа, состоящая из парней и девушек. Шумная, разгорячённая, от них несёт беззаботностью и юностью. Они тычут друг в друга, смеются слишком громко, кто-то из них прилюдно проявляет свою страсть, целуясь и обнимаясь.

Я невольно усмехаюсь. Эх, молодость… Они еще верят, что мир крутится вокруг них и их сиюминутных драм. Становится даже как-то грустно, что это моё время давно ушло.

Но я быстро себя встряхиваю.

Мой возраст тоже по-своему прекрасен. Никому ничего не должна, свободна в своём выборе. Делаю, что хочу. Теперь могу себе позволить вообще всё! А приятным бонусом идут мозги и опыт.

Конвейер с лязгом оживает. И первым выезжает мой чемодан. Неоново-розовый.

Я купила его специально для этой поездки, как протест против серой «старой» жизни. Всю жизнь провела в сдержанности, нужно с чего-то начинать.

Делаю шаг, уже стягиваю свой багаж, но в тот же миг один из парней из той самой компании, пятясь и что-то крича своему другу, отступает прямо на меня. Я теряю равновесие, чемодан валится на пол, а парень успевает молниеносно обернуться и подхватить меня за талию.

– Чёрт, – тихо срывается с моих губ. Сердце от испуга навернуться колотится в удвоенном темпе.

Поднимаю взгляд, и время замирает.

Передо мной темноглазый брюнет с лёгкой щетиной на лице. Высокий, под метр девяносто, плечистый, с лицом, которое с лёгкостью могло бы мелькать на рекламных щитах. Его полные губы изгибаются в наглой ухмылке, обнажая кусочек белоснежных зубов, а глаза сверкают озорством.

Упираюсь в его плечи, ощутив странный сбой пульса. И парень наконец выпускает меня из рук.

Не отводя от меня глаз, ставит мой чемодан на колёсики, после чего выполняет театральный поклон.

– Простите тысячу раз, мадам! Надеюсь, вы не пострадали, и ваши вещи в порядке? – его голос низкий, бархатный, и тон с лёгкой насмешкой.

Тем временем к нам подходит ещё один парень. Такой же, идентичный! Но только черты лица у него более правильные, отточенные, нежели у первого, с более грубой красотой. Но они всё равно одинаковые. Одного роста, одной комплекции, и даже куртки на них одного цвета, бордового.

– У вас тут всё нормально? – спрашивает он идентичным голосом. Переводит острый взгляд на меня, откровенно осматривает с макушки до острых носов сапог. И медленно обратно, его губы скашивает странная улыбка.

И уже второй раз мой пульс даёт сбой, а внизу живота становится горячо.

Я готова осадить их, сказать что-то резкое, потому что меня выбивают из колеи их бессовестные взгляды и наглые ухмылки. Ну и ещё потому, что меня чуть не сбил с ног один из них. Но слова застревают в горле. Что-то щёлкает в памяти. Эти черты… знакомы. Слишком знакомы.

Первый близнец хмурится, делая шаг ко мне. Но обращается к своему брату.

– Так, подожди… это… тётя Наташа? – одна его бровь взлетает вверх, а его низкий удивлённый голос ползёт по моей спине вибрацией с мурашками.

После того, как он это произносит, в моей голове происходит настоящий взрыв. Тётя Наташа. Боже, да меня так никогда никто не называет! Никто, кроме сыновей моей подруги. Когда-то.

Я вглядываюсь в них, и картинка накладывается на реальность. Два долговязых подростка, которых я видела… господи, в последний раз лет семь-восемь назад. Максим и Костя. Сыновья четы Пожарских. Моей подруги Ани. Мальчики, которые тогда смотрели на меня со смесью смущения и восхищения.

Их взгляды тотально изменились. Теперь они прожигают насквозь своей уверенностью, насмешкой… чем-то хищным. Очень мужским.

Прикусываю губу, озадаченно смотря на парней. С их мамой мы дружим до сих пор, дом Пожарских находится неподалёку от нашего, а вот мальчики уезжали учиться заграницу, знаю, что они достигли хороших результатов в лыжном спорте, и я видела их на фото мельком, когда Аня хвасталась успехами сыновей. Но я и подумать не могла, что встречу их тут, вживую, такими… взрослыми.

И даже не знаю, как реагировать на их широкие, озорные улыбки в адрес меня – взрослой женщины, подруги их мамы.

– Мир тесен, – выдавливаю я улыбку, чувствуя, как жар поднимается к щекам. Это не смущение. Это что-то другое. Тревожное, щекочущее. Господи, и когда я в последний раз краснела? Забираю чемодан из рук Кости, близнеца с более дикой внешностью, стараясь не выглядеть слишком сбитой с толку. – Вы сильно изменились, я вас не узнала.

Парни синхронно усмехаются, кидая друг на друга весёлые взгляды. И так же синхронно поворачиваются ко мне. Первым говорит Максим.

– А вот вы совсем не изменились. Только если стали ещё красивей.

– Поэтому и не признали сразу, простите, – добавляет Костя, смотря без ужимок мне прямо в глаза.

Сглатываю, поправляя волосы. Тело вспыхивает от их слов, и я чувствую, как блузка прилипает к спине. Мне кажется, я срочно должна уйти. Что-то мне не нравится ощущать себя под их взглядами смущённой школьницей с тахикардией.

Тем более сейчас одна из девушек с розовыми меховыми наушниками машет им и выкрикивает:

– Макс, Костя, ну вы идёте?

– Ладно, ребята, я пойду, – быстро вытаскиваю ручку чемодана, натягивая улыбку. – Рада была увидеться. Идите же, вас ждут.

Разворачиваюсь, делаю несколько шагов с громким цоканьем шпилек. Но меня догоняет один из них и удерживает за локоть.

– Подожди… те, – глубоко дыша, с улыбкой говорит Максим. – Вы здесь одна? У нас две машины арендованы, можем подвезти. Вы в каком отеле остановились?

Аккуратно вытаскиваю свой локоть из хватки и вежливо улыбаюсь, смотря на него снизу-вверх. Всё ещё не верится, что они так вымахали. Ужас.

– Ни к чему, я доберусь на такси. Хорошо вам отдохнуть, мальчики.

На этот раз удираю я намного быстрее, не оглядываясь. Но весь путь чувствую их взгляды у себя на спине. Как два целевых лазера. Слышу приглушенный смех одного из них и слова, долетающие до меня обрывком:

– …а я говорил, что эта поездка будет… интересной.

Глава 2.

Когда я подъезжаю к отелю, на улице уже темно.

Главный холл «Айсберга» встречает меня не просто теплом, а томной жарой, идущей от огромного камина из камня, вокруг которого расставлены кресла и диваны, чтобы гости могли посидеть и передохнуть от мороза вершин.

В этом месте всё кричит о продуманном уюте. Тяжёлые дубовые балки на потолке, мягкие ковры, шоколадные и изумрудные цвета, запах кожи и хвои от гигантской, украшенной ели в середине зала. И люди, много людей.

Заселяющихся, спешащих обкатать склоны под звёздным небом или посидеть в ресторанчике при отеле.

Вдыхаю блаженно и иду к ресепшену. Я никогда не любила зимние виды отдыха, поэтому мы редко выезжали в подобные места с мужем. Тем более для него подобные отели, без кучи обслуживающего персонала и блеска мрамора, были недостойными его деловой задницы. И как же мне нравится менять свою жизнь в противоположную сторону, подальше от того, что я делала с этим предателем, даже если всё это пока какие-то маленькие шаги.

Администратор, доброжелательная женщина в строгом костюме, но при этом в красном новогоднем колпаке на голове, вручает мне ключ-карту с гравировкой отеля.

– Добро пожаловать! Ваш номер с видом на восточный склон готов. Надеемся, вам у нас понравится. Приятного отдыха и с наступающим Новым годом!

– С наступающим, – с благодарной улыбкой киваю женщине и разворачиваюсь к лифтам.

Обязательно понравится. Сейчас, только разложу вещи, сниму с себя всю одежду и выдохну после долгой дороги. Затем ванна и ужин под фильм у камина в номере. Идеальный план.

Лифт с мягким шумом подъезжает и раскрывает свои зеркальные двери.

Все этажи я еду, испытывая почти умиротворение в душе. Даже в сон начинает клонить под тихие праздничные мотивы, звучащие из динамиков.

Но когда я только ступаю на бордовую ковровую дорожку коридора седьмого этажа, моё сердце пропускает удар.

Впереди я вижу шумную компанию молодёжи, и сразу вспоминаю сыновей Ани, что встретились мне в аэропорту.

Но нет, нет, глупости какие. Таких совпадений не бывает. Мы могли бы проживать в одном отеле, это я, конечно, допускаю, но чтобы жить на одном этаже…

На дверях отыскиваю нужные цифры, двигаясь в направлении той компании. И не могу не думать, почему меня настолько беспокоит то, что мы с мальчиками можем проживать рядом. В этом уж точно ничего такого нет, и я не понимаю, почему моё сердце так гулко колотится. Бред какой-то.

Всё же это они. Разбредаются по номерам, так же шумно, смеясь, выкрикивая что-то, затаскивая в двери свои сумки и чемоданы. Вижу бордовые куртки близнецов и повторяю про себя, что меня это не должно волновать. Это всего лишь сыновья моей подруги, и даже если мы будем встречаться время от времени, ничего страшного.

Надеюсь на то, что у меня получится проскользнуть в свой номер незамеченной. Правда, хоть это и какой-то детский сад с моей стороны. Но мне так хочется.

Они меня замечают, когда я уже почти достигла своей цели.

– Тётя Наташа? – удивлённый грубый бас звучит сбоку, но я не спешу оборачиваться.

Нахожу наконец свой номер, делаю шаг к своей массивной двери из красного дерева и только тогда оборачиваюсь. Деланно удивлённо улыбаюсь.

– Мальчики, и вы здесь? Какая неожиданность.

Мне всегда легко давалось различать их, вот и сейчас я словно уже привыкла к их новой, такой взрослой внешности, и без сложностей понимаю, что первым подходит Костя. У него щетина чуть больше выделяется, нос крупнее и рот.

Его уверенная улыбка становится шире.

– Да, очень приятная неожиданность. Вы в 712? Мы с Максом напротив, – кивает на дверь за своей спиной. – Если что, обращайтесь. Чем сможем – поможем.

Улыбка на моём лице застывает. Напряжение возрастает до небес. Потому что мне кажется, я услышала в его словах подтекст.

– Отлично. А… с чем вы можете мне помочь? – стараюсь выглядеть серьёзно, уверенно, и не показывать своей растерянности, внезапно сжавшей мозг в стальных тисках.

Костя тихо смеётся, в этот момент подходит Макс, освободившийся от должности носильщика чемоданов в номер девочек. И договаривает за него с нахальной ухмылкой, словно знает, о чём я подумала.

– Да мы здесь уже третий год останавливаемся, знаем это место как свои пять, так что, если появятся какие-то вопросы касательно местности, обращайтесь, – прикусывает пухлую губу, они с братом переглядываются, и он спрашивает, почёсывая указательным пальцем бровь: – Так вы одна здесь отдыхаете?

Киваю, начиная испытывать неловкость. Кидаю взгляд в сторону и вижу, как за нами хмуро, даже ревностно наблюдает одна из девушек.

– К сожалению, а может быть, к радости, – посмеиваюсь, прикладывая, не смотря, карту к двери. – Мальчики, уже поздно, я устала. Сейчас мечтаю только об одном: ванне и кровати. До встречи…

Глаза близнецов вспыхивают чем-то тёмным, нечитаемым после моих слов, одномоментно. И я спешу развернуться, быстрее уйти. С меня на сегодня хватит эмоций. Но…

– Мы поможем, – выдыхает около моей головы кто-то из парней, перехватив ручку моего чемодана.

Оборачиваюсь резко и смотрю на лицо Максима в непозволительной близости от своего. Наше дыхание встречается, как и глаза. Его такого насыщенного шоколадного оттенка, и смотрит на меня слишком неправильно, остро. На мои губы…

Моё сердце подскакивает, и что-то внутри обжигает. Делаю резкий шаг в сторону и киваю, пытаясь дышать. И не смотреть на их улыбки. Они как будто играются со мной, и мне это совсем не нравится. Ощущать себя жертвой только им понятных ухмылок и действий, от парней вдвое младше меня.

– Это было лишнее, но спасибо, – выдыхаю шумно, начиная злиться. Больше на себя.

– Мы всегда тут, тёть Наташ. И… насчёт развлечений, – разворачивается Костя, будто вспомнив кое о чём. – Сегодня в отеле тусовка, они тут почти каждый день, приходите тоже.

– Будет жарко, – добавляет Максим.

И вот, снова эти намёки. Или всё это только в моей голове? Господи.

– Пожалуй откажусь. Сегодняшнюю ночь я точно посвящу сну.

– Но, если передумаете, дайте знать.

– Такой, как вы, нужна охрана, – подмигивает Костя.

Я тихо смеюсь. И надеюсь, в этом смехе нет той горечи, которую я вдруг испытала.

Такой, как я.

Почему же мой муж так не думал. Эти ребята мне явно сильно льстят, наверняка уже зная о нашем разводе. Такие новости всегда разлетаются быстро. Тем более в век интернета и когда мой муж достаточно известен в определённых кругах. И всё это время они просто проявляют таким образом поддержку, пытаются быть обходительными и всё в таком духе. Всё-таки мы с их мамой довольно близкие подруги.

Парни наконец уходят, а я падаю на диван посередине гостиной и напротив горящего биокамина и пытаюсь прийти в себя после сегодняшнего дня.

И сейчас больше думаю не о странном поведении парней и своём неуместном смущении от этого, а о том, насколько мой дорогой бывший муж был прав.

Я старая кляча. Скучная, никакая. Мне интересна только работа и дом. Немного мода.

Не значит ли это, что я должна взять свои ещё вполне упругие ягодицы в руки и дуть на эту… тусовку?

Несколькими неделями ранее мне бы такое решение показалось бредом больного человека. Я и какая-то тусовка? В последний раз я танцевала, когда моей дочери было около десяти.

Сейчас ей двадцать…

Сейчас я отмокаю в ванне, ужинаю и выбираю платье, чтобы посетить вечеринку.

Наташ, ты свихнулась.

Но мне это начинает нравиться. Я же меняю свою жизнь в противоположную сторону, в лучшую, яркую, так что первым, что я должна сделать, это начать меньше думать и анализировать. Больше спонтанности, больше нового.

Главное, не сделать ничего такого, о чём потом буду жалеть.

Глава 3.

Я стою перед зеркалом в номере и не узнаю своё отражение.

Вместо стильного брючного костюма на мне короткое платье. Бархатное, глубокого винного оттенка, облегающее. Даже и не знаю, как оно оказалось в моём чемодане, словно я неосознанно к чему-то такому готовилась. Волосы, которые обычно собраны в строгий пучок или хвост, теперь падают на плечи лёгкими платиновыми волнами.

Макияж чуть ярче, чем днём, и каблуки выше. Я себя не узнаю. Осматриваю как какую-то незнакомку, подозрительно смотрящую на меня в ответ из отражения.

С таким волнением я даже переговоры с клиентами не посещала. Вообще не помню, когда в последний раз ощущала себя так взбудоражено.

Выхожу в коридор. Тишина. Двери напротив, за которыми живут Максим и Костя. Прикусываю губу и думаю, что лучше бы мне раствориться в толпе и не пересекаться с ними на этой вечеринке. Не знаю, что это за желание и волнение в животе, не могу объяснить это предчувствие. Но лучше сделать именно так.

На ресепшене девушка рассказывает мне, что на нулевом этаже отеля находится клуб, который в сезон работает каждую ночь и для проживающих в их отеле действуют ВИП-карты. Девушка мне её вручает и желает приятного отдыха.

Зал клуба горит огнями в темноте, бьют в лицо и вибрируют где-то в желудке басы энергичной музыки, здесь стоит спёртый воздух из запахов парфюма, алкоголя и кальяна. Народу битком. Молодые, красивые, раскрепощённые тела в хаотичном танце.

Замираю на входе, чувствуя себя не в своей тарелке. Слишком громко, слишком людно. И задаюсь вопросом: что я здесь вообще забыла? Правда ли мне это так нужно? Ну, где я и где тряска задницей? Привыкшая к тихим вечерам в ресторане, я себя переоценила.

Но всё-таки я напоминаю себе, для чего всё это делаю. Той прежней Наташи больше быть не должно, иначе я гарантировано превращусь в ту старуху, какой меня видит мой бывший муж.

Немного адреналина ударяет в голову, когда я просачиваюсь к барной стойке, запримеченной ещё на входе. Как минимум жалко того времени, которое я потратила на сборы. Я должна хотя бы попробовать.

Бармен с очаровательной улыбкой ставит передо мной бокал с красным вином, как только я устраиваюсь за стойкой.

– За счёт заведения, – подмигивает мне.

Я пью далеко не весь алкоголь, только то, что отлично знаю. Но сейчас с улыбкой принимаю бокал, благодарю и прикасаюсь губами к его краю. Нёбо обволакивает яркий терпкий вкус винограда и слив. Ладно, начало мне уже нравится.

Так я выпиваю бокал и заказываю ещё. Постепенно голова становится легче, кровь разгоняется по венам и мне уже находиться здесь нравится больше.

С этого места открывается отличный обзор, и я с лёгкой улыбкой начинаю осматривать присутствующих. Ещё минут десять и можно считать, что сеанс закончен. Можно вернуться в номер с чистой совестью перед собой.

Ловлю на себе несколько заинтересованных взглядов мужчин, конечно, моложе меня, это единственное, что сразу бросается в глаза. Я никогда не была обделена мужским вниманием, и мой муж часто закатывал мне сцены ревности на почве чужих взглядов. И если раньше я не заостряла внимание на их внимании, то сейчас доза таких взглядов оказывается очень кстати для моей пострадавшей самооценки.

Один из них даже начинает с улыбкой двигаться мне навстречу с танцпола, рождая в моей груди немного беспокойства. Знакомиться я уж точно ни с кем не планирую.

Но сбоку вдруг раздаётся низкий голос, от которого я вздрагиваю.

– Тётя Наташа, вы всё-таки здесь? А я думаю, вы это или нет!

Поворачиваюсь вправо и вижу Максима, облокотившегося о стойку рядом со мной.

– Снова приятная неожиданность, – слева звучит второй красивый мужской голос. Поворачиваюсь и вижу Костю.

На губах обоих улыбки хитрых котов. На них уже не те бордовые куртки, а чёрные футболки, плотно облегающие сталь молодых тел, мощные плечи и грудные мышцы. Джинсы сидят на них так, что любая женщина оценит. Длинные спортивные ноги и…

– Да, мне не спалось, и я решила прогуляться, – поспешно перевожу взгляд на их лица и посылаю поочерёдно улыбки. Сердце отчего-то гулко колотится.

Они смотрят на меня несколько секунд, а затем Максим наклоняется ко мне и выдыхает:

– Потрясно выглядите!

– Спасибо, – боже, я снова смущена, как девочка. Но сейчас в голове немного алкоголя, и меня не так напрягают мои горящие щёки.

– Мы уже собирались в номер, здесь слишком скучно, но с вашим приходом появился шанс, что эту ночь можно спасти, – говорит Костя, так же наклонившись ко мне, чтобы я расслышала за громкой музыкой.

Тут же звучит справа, в голосе слышится улыбка:

– Вы ведь не будете против, если мы присоединимся? Будем отгонять от вас непрошенных поклонников.

– Если вы так хотите! – пожав плечом, смеюсь и отпиваю вино. Выпиваю всё до капельки, пытаясь унять нервозность.

Не надо, Наташа. Вот увидишь, ничем хорошим это не кончится. Отдыхать в клубе с сыновьями Ани как минимум странно. Что у нас может быть общего? И с чего они прицепились ко мне? Вроде со своими друзьями тут, но оставлять меня не собираются. Всё это очень, очень странно.

Парни вскидывают руки, подзывая бармена, и я невольно засматриваюсь ими. Не из-за красоты. Из-за той уверенной, хищной грации, с которой они двигаются, говорят. Это очень притягательно, и должна ли я винить себя за то, что могу оценить, какими привлекательными и зрелыми они стали?

Дальше они заказывают себе текилу, а мне какой-то коктейль разового цвета. Поначалу я отказываюсь, но мальчики настаивают. Обещая приятный вкус и ноль похмелья. И я доверяюсь им.

Через полчаса в моей голове приятный, расслабляющий туман. Я цежу через трубочку второй по счёту коктейль и почти безостановочно смеюсь над тем, что мне рассказывают близнецы. Они оказываются очень хорошими рассказчиками, из них так и хлещет харизма, которой невозможно не восхищаться.

Они окружают меня, наш контакт уже не кажется чем-то вопиющим. Костя иногда дотрагивается до моей спины, а Максим до руки в ходе разговора, да и я, бывает, невзначай касаюсь их пальцами или плечом. Такие мелочи перестают иметь для меня значение в этом помещении, в такой атмосфере.

Мне весело, очень хорошо, я чувствую себя расслабленно, раскрепощённо и, не буду лгать, очень уверенно под прицелом их внимания. Давно так не было. Мне оказывается приятно их общество, очень.

Я всё ещё замечаю взгляды других мужчин на себе, но они уже не решаются подойти. За что мальчикам, конечно, спасибо.

– Тётя Наташ, помните… – Костя с улыбкой начинает что-то вновь рассказывать, и я не выдерживаю.

Привстаю, чтобы достать до него, и прикладываю ладонь к его губам, громко смеясь.

– Всё, всё, пожалуйста, хватит меня так называть! Мне кажется, ещё одна такая «тётя», и мне придётся мерить давление!

Парень застывает, улыбнувшись мне в ладонь, между нашими взглядами появляется напряжение. Боже, ну я даю! Что вообще творю!

Но если бы меня сейчас так сильно что-то подобное волновало. Меня волнует другое. Его горячее дыхание в мою руку, этот чёрный взгляд из-под густых бровей, темнеющий ещё больше на глазах…

Он обхватывает мою руку и кладёт её на стойку, но из своей не выпускает. Наклоняется и спрашивает громко с хитрой улыбкой:

– Хорошо! И как мне вас называть?

– Наталья Михайловна, если не затруднит! – не теряясь, выпаливаю я и снова смеюсь. Незаметно вырываю руку из-под его большой горячей ладони. Надуваю губы и оглядываюсь на Макса. – Я хоть и старше вас, мальчики, но прошу, не расстраивайте меня такой приставкой.

– Если бы не знали, то сочли бы за свою ровесницу, – хмыкает Максим.

Закатываю глаза и легонько бью его по плечу ладошкой.

– Прекрати. Твоя лесть слишком прозрачна!

– А кто сказал, что это лесть?

Прищуриваю глаза с улыбкой и допиваю вкусный цитрусово-молочный коктейль. По-моему, мне хватит…

Если бы на этом всё закончилось. Наверное, стоило уйти именно в этот момент, но…

– Наташа… Михайловна, – говорит Костя, наклонившись ко мне, снова с этой своей дьявольской улыбкой. – Мы ещё не танцевали, идём.

Он неожиданно переходит на «ты», и от этого по моему телу прокатывается тёплая волна. Я прикусываю губу, а он берёт меня за руку и стягивает со стула. Подхватывает за талию, когда я заваливаюсь на него на слишком неустойчивых шпильках. Тут же чувствую ещё одну ладонь на своей пояснице и напрягаюсь, но это напряжение под действием алкоголя какое-то странное. Зудящее.