- -
- 100%
- +
Часть 1. Детство
Глава 1. Крыша
Лето 1930 года выдалось знойным. В старой деревне, на пыльной дороге, в глубоких колеях ещё стояла вчерашняя дождевая вода — тёмная, с холодным отсветом неба. Вокруг, лениво поводя хвостами, бродила скотина, будто и она подчинялась тягучему ритму жары. Воздух, плотный и тёплый, был пропитан насквозь: пахло сеном, парным молоком и горькой полынью с полей.
По этой дороге, взбивая босыми пятками сухую пыль, неслись двое мальчишек. Обоим по десять. Рубахи взмокли от пота и прилипали к спине.
— Андрюха, не догонишь!
— Ща догоню!
Он догнал. Они кубарем покатились в придорожную траву, зашлись звонким хохотом, толкаясь и брыкаясь. А когда силы иссякли, забрались на самую вершину старого дома — туда, откуда видно всё: и изгиб реки, и поля, уходящие к горизонту, и край неба, где начинаются облака.
— Слушай, — Андрей сорвал травинку, задумчиво пожевал горьковатый кончик. — Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?
Максим, не отрываясь, смотрел в выцветшее небо. Там плыло облако, похожее на парусный корабль.
— Моряком, — выдохнул он мечтательно. — Уплыву далеко-далеко. Там, говорят, пальмы, море синее-синее, волны — выше дома! А ты?
— Я? — Андрей пожал плечами, разглядывая муравья, ползущего по щепке. — Наверное, как отец. Трактор водить. Поле пахать.
— Тебе самому-то нравится? — Максим приподнялся на локте, вглядываясь в лицо друга. — А то мой батя твердит: «Будешь на ферме горбатиться, как я». А я не хочу. Я хочу... ну, большего, понимаешь?
— Понимаю, — кивнул Андрей, но в голосе его не было тоски. — Но мне тут привычно. Дом, мамка, обед горячий... Не знаю. Наверное, я домосед.
— А давай вместе! — глаза Макса вспыхнули. — Поплывём на корабле! Ты и я! Вдвоём!
Андрей посмотрел на друга. Помедлил. Потом улыбнулся широко, по-детски.
— Давай.
Они стукнулись кулаками. Солнце уже клонилось к закату, тени от деревьев вытянулись и стали длинными, прохладными.
— Ой, темнеет, — спохватился Макс. — Мне мамка наказывала ночью не гулять. Погнали!
Он ловко соскользнул с крыши. Топот босых ног внизу — и вот он уже на земле, нетерпеливо машет рукой:
— Давай быстрее!
Андрей начал спускаться. Старая, рассохшаяся лестница жалобно скрипела под ногами. Он поставил ногу на ступеньку — и вдруг с ужасом почувствовал, как она подаётся под ним.
— Макс! — крик оборвал вечернюю тишину.
Лестница кренилась, медленно и неумолимо заваливаясь в сторону.
Макс замер внизу, задрав голову. Он видел, как друг летит вниз вместе с грохочущими перекладинами, и оцепенел от ужаса.
— Андрей!
И в этот миг — резкий, хриплый, оглушительный кар! Он раздался откуда-то сверху, с конька крыши.
Лестница замерла в воздухе, в самой нижней точке падения. Одна бесконечная секунда. Две.
А потом, медленно, словно подхваченная чьей-то невидимой силой, она стала возвращаться на место, вставая ровно, как стояла сто лет.
Андрей спрыгнул на землю. Колени дрожали, сердце колотилось где-то в горле. Он поднял взгляд.
На крыше сидел ворон. Чёрный, как сама ночь. Глаза его горели алым. Он смотрел вниз не мигая.
— Ты видел? — выдохнул Андрей побелевшими губами.
— Видел, — прошептал Макс. — Это она... она спасла тебя?
Ворон каркнул ещё раз, громко и властно, расправил крылья и взмыл в тёмное, наливающееся звёздами небо.
— Пошли, — Макс схватил друга за руку. — Пошли скорее...
Они побежали домой, не оглядываясь.
---
Глава 2. Материнский ужин
Нина Николаевна стояла у печи, не оборачиваясь. Голос у неё был сухой, как прошлогодняя трава:
— Наконец-то явился. Я уж думала, ты решил в лесу заночевать.
Андрей на ходу отряхивал штаны:
— Мам, ну что ты сразу... Я заигрался у пруда. Макс мяч новый принёс.
Нина повернулась, вытирая руки о передник:
— «Заигрался»... Я весь день в поле спину гнула. Думала: приду — сын поможет. А он по лужам скачет. Ты на себя глянь: колени в кровь, рубаха из портов лезет.
— Прости, мам. Я сейчас воды принесу, дров наколю.
— Садись уж, помощник. — Нина кивнула на стол. — Еда ледяная. Картошка как камень.
Андрей подсел к столу, потянулся к картошке:
— Да мне и холодная в радость. Твоя картошка самая вкусная.
Нина вздохнула, подошла и положила руку ему на плечо. Ладонь шершавая, мозолистая.
— Ешь уж. Ишь, раскраснелся... Игрок. — Она поправила ему вихры. — А то одни кости остались.
За окном, в сгустившейся темноте, на голой ветке старой яблони сидел ворон. Не шевелился. Только глаза поблёскивали.
— Мам, — спросил Андрей, глядя в тарелку. — А тятька когда вернётся?
Нина резко отвернулась к печи:
— Когда надо будет, тогда и вернётся. Ешь давай.
Ворон за окном каркнул тихо, почти неслышно. И, сорвавшись с ветки, растаял в ночи.
---
Глава 3. Рассказ матери
Макс влетел в избу, запыхавшийся, глаза горят:
— Мам, честное слово, я никогда в жизни ничего такого не видел! Андрей залез на лестницу, а она — хрусь! — и сломалась! Он вцепился в край, думал, упадёт. И тут, откуда ни возьмись, ворон! Чёрный, глазищи красные! Каркнул — и лестница на место встала!
Лена Афанасьева, его мать, поставила чугунок на стол:
— Господи помилуй... Разве ж птица на такое способна? Болтун ты этакий.
— Да не придумал я! — Макс даже подпрыгнул. — Я сам видел!
В этот миг дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял отец.
— Опять про море сказки плетёшь? — голос его был груб. — Опять у воды ошивались?
Макс сжался:
— Пап, так мы же... Ворон Андрея спас.
— Ворон его спас! — Отец шагнул вперёд, нависая над столом. — А голову на плечах иметь не пробовали? Слушай сюда, Максим. Пока ты по берегам бегаешь, жизнь мимо проходит. Море — оно обманчивое. Сегодня рыба дала, завтра — шторм и пустые сети.
Лена попыталась вмешаться:
— Отец, ну чего ты сразу с порога... Мальчишки ведь.
— Не «мальчишки»! — Он стукнул ладонью по столу. — Помощники расти должны! Запомни, сын: земля — она верная. Завтра с рассветом пойдёшь со мной на дальний клин.
Макс опустил голову:
— Понял, пап...
— То-то же. — Отец повернулся к матери. — Мать, давай ужинать.
Макс сидел молча, ковыряя картошку вилкой. В голове у него всё ещё кружился чёрный ворон с красными глазами.
---
Глава 4. Поле
Утро встретило Макса колючим холодом. Мать трясла его за плечо, когда за окном было ещё черным-черно.
— Вставай, соня. Отец ждать не будет.
За столом уже сидел отец:
— На, — он протянул через стол серп. — Держать-то умеешь?
Макс взял холодный металл. Серп был тяжёлый, непривычный.
— Умею, — буркнул Макс.
— Посмотрим.
После быстрого обеда они вышли. Поле было огромным. Край его терялся где-то у леса.
Отец остановился на меже:
— Вот здесь. От этого камня до той берёзы. Соберёшь всё — тогда домой. Никуда не уходи. Понял?
— Понял, — тихо ответил Макс.
Отец ушёл, не оглянувшись.
Макс остался один. Пшеница вокруг шумела, будто перешёптывалась. А он стоял посреди этого шума с серпом в руке.
— Моряк, — сказал он тихо, с горькой усмешкой. — Ага. Моряк.
И шагнул в пшеницу.
Солнце пекло немилосердно. Макс стоял посреди поля, уже не понимая, сколько времени прошло. Пшеница шумела, серп жёг ладонь, спина ныла. Он посмотрел туда, где вчера они с Андреем видели ворона.
— Надо рассказать ему, — шепнул он.
И тут в голове раздался голос — тихий, вкрадчивый:
«А Андрей-то ждёт. Там, у речки. А ты здесь. С этой травой возишься».
— Отец сказал: не сделаю — есть буду одну воду, — буркнул Макс.
«За один-то час? Что случится-то за час? А вдруг ворон улетит? Положи серп в солому. Скажешь — живот скрутило. Беги, Макс!»
Макс оглянулся на пустую тропинку. Потом на сияющую полоску реки вдалеке.
Серп медленно лёг на землю. Макс присыпал его травой.
— Я на минуту, — шепнул он ветру. — Только спросить.
И побежал.
А в небе, высоко, кружил чёрный ворон.
---
Глава 5. Тайна
Макс, задыхаясь, хватает Андрея за плечо. Руки трясутся.
— Стой! Я из-за тебя полосу бросил. Отец убьёт, если узнает.
Андрей вскидывает брови:
— Да ты чего, Макс? Лица на тебе нет.
Макс озирается, говорит быстро, сбивчиво:
— Про ворона... Не ангел это был. Это демон в перьях! Дед сказывал: если ворон человека от смерти спас — значит, себе присмотрел. Ты теперь его, Андрюх.
Андрей отмахивается:
— Да ну тебя! Какой демон? Я ж летел — а он каркнул, и я за сук зацепился. Ангел это.
— Ангел чёрный, как сажа?! — Макс срывается на крик. — Он тебя обманул! Они в голову залезть могут!
Андрей прищуривается:
— Откуда ты знаешь, как они лезут?
Макс замер.
В этот момент голос в его голове стал холодным и тяжёлым:
«Скажи ему. Расскажи, как я тебе нашептываю. Пусть знает. Только тогда он отвернётся. Дурачком назовут».
Макс открыл рот — и закрыл. Посмотрел на Андрея — весёлого, живого, верящего в своего ангела.
— Просто... — голос сел. — Просто сон мне плохой снился. Про голос... злой.
Андрей хлопает его по спине:
— Ладно тебе, пророк. Пошли к воде. Нет там никаких голосов.
Макс пошёл следом.
А голос внутри довольно мурлыкнул:
«Молодец, Максик. Это будет наша маленькая тайна».
За ними, с ветки ивы, наблюдал ворон.
---
Глава 6. Возвращение
Голос пропал. Макс постоял ещё секунду, прислушиваясь к тишине в голове — впервые за весь день она показалась пугающей. Потом развернулся и побежал обратно.
Спустя десять минут он выскочил на поле. Отец стоял на том же месте. Не работал. Просто стоял, опираясь на косу.
Макс шагнул ближе.
Отец не оборачиваясь, произнёс тихо:
— И долго мне здесь стоять, Максим? Тень уже до леса вытянулась, а ряд не пройден.
Макс замер. Сердце колотилось где-то в горле.
И тут — знакомый шёпот снова зашевелился в голове:
«Ври. Скажи, что занемог. Он добрый сегодня. Скажи про живот».
— Тятя... — голос Макса дрогнул. — Я в кусты бегал. Живот скрутило. Видно, квас несвежий был...
Отец медленно повернулся. Лицо его было спокойным. Ни злости. Только внимательный взгляд.
Он шагнул ближе. Положил тяжёлую ладонь на плечо.
— Занемог, значит? То-то я гляжу, лица на тебе нет. — Он помолчал. — Что ж ты сразу не сказал? Я бы тебя раньше отпустил.
Макс поднял глаза. В голосе отца не было злости. Только усталая забота.
— Ступай домой. Пшеница подождёт.
От этих слов внутри кольнуло так, что Макс чуть не задохнулся. Лучше бы ударил.
«Видишь? — довольно мурлыкнул голос. — Сработало».
— Мать пускай отвару даст, — продолжал отец, уже отворачиваясь. — И ложись сразу. Я сам соберу.
— Тятя... — голос Макса сорвался. — Я завтра с рассветом выйду. Всё наверстаю.
— Поглядим. Иди.
Макс пошёл к деревне. Ему хотелось обернуться, подбежать, сказать правду. Но ноги сами несли его прочь.
«Хороший у тебя отец, — прошептал голос. — Жалеет. Значит, завтра мы снова придумаем что-нибудь интересное».
Макс молчал. Только сжимал кулаки.
Солнце садилось за лесом.
---
Глава 7. Болезнь
Зима 1934 года. Хата Нины Николаевны. За окном метель, в избе холодно — печь прогорела. Все смотрят на лежанку, где мечется в жару Андрей.
Врач — пожилой, усталый — стоит у порога, собирает чемоданчик.
— Я ничего больше не могу сделать, Нина Николаевна.
Нина стоит у печи, руки сцеплены так, что побелели костяшки.
— Как это не можете? Вы же доктор!
— Перед болезнью я бессилен. — Врач разводит руками. — Рак, Нина Николаевна. У вашего сына рак.
Отец Андрея сидит за столом, молчит, сжимает кружку.
— И что? Совсем никак?
— Никак. От рака не вылечивают. Никто не выживает.
Нина покачнулась, схватилась за стену.
— Сколько? Сколько ему осталось?
— Месяц. Может, два.
Тишина. Только ветер воет за окном.
Отец встаёт, подходит к лежанке:
— А если к знахарке?
Врач криво усмехается:
— Хуже не будет. Но и лучше — тоже. Рак только смертью лечится.
Он застёгивает чемоданчик.
— Если станет совсем невмоготу — зовите. Помогу уйти... легче.
Нина вздрагивает.
— Уйти? Вы про что?
Врач не оборачивается. Открывает дверь.
— Держитесь.
Дверь захлопывается. Метель врывается в щели.
Нина медленно опускается на лавку.
— Господи... за что?
Отец гладит Андрея по голове.
— Может, он ошибается?
Нина поднимает глаза на икону в углу.
— Тут только Бог поможет. Или...
Она смотрит в окно. Там, на ветке, сидит ворон. Чёрный. Красные глаза горят в темноте.
Нина отводит взгляд.
— Или никто.
---
Глава 8. Чудо
Спустя пару дней Андрей начал чувствовать себя намного лучше.
Нина сидела рядом, не отходила. Когда сын открыл глаза, она вздрогнула:
— Андрей, сынок... Господи, да ты розовеешь!
— Мам, правда... дышать легче стало. И есть хочется.
Нина всплеснула руками, слёзы на глазах:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.