Долина вечноцветущих подснежников. История пятая

Иллюстрации: Дарья Терещук (студия Digital Wizards)

Карта долины: Дарья Терещук (студия Digital Wizards), Павел Копченов

Редактор: Юлия Афонасьева

© Головацкий Р. И., 2026

Посвящается моей любимой дочери Таисии.

Один раз в год в сказочном мире, где жили волшебные горностаи, происходило поистине чрезвычайное и удивительное событие: в одну из ночей мая из-за привычной нам луны выходила вторая, и обе эти луны всю ночь висели на небе, освещая своим бледным светом всё вокруг. Вторая луна была поменьше размером по сравнению с обычной и имела нежно-розовый цвет. Она сопровождала свою старшую спутницу всю ночь, а наутро уходила обратно за её спину.

Но и сама ночь, когда показывалась вторая луна, была необычной. Она длилась долго, почти как две обычные. В это время многократно усиливалось действие всех волшебных сил, и считалось, что заветное желание, загаданное в такую ночь с самым чистым сердцем, могло исполниться.

Горностаи обычно загадывали, чтобы подснежники, в обилии растущие в их долине, продолжали цвести вечно. Они верили, что именно в вечном цветении этих прекрасных цветов заключается секрет существования их волшебного мира.

Удивительную ночь горностаи называли Ночью двух лун, и это был самый грандиозный праздник в году. К нему готовились заранее, делали угощение на всю деревню. Каждая норка должна была выставить на общий стол какое-то блюдо. Обитатели норок могли даже объединяться друг с другом, чтобы приготовить что-то совместно. К приготовлению праздничных угощений все относились очень ответственно и со всем возможным старанием — никто не хотел опозориться. Напротив, все соревновались, чьё угощение будет самым вкусным.

На праздник Ночи двух лун любой, кто хотел, мог навестить деревню горностаев и угоститься приготовленными ими кушаньями. Горностаи радушно встречали каждого гостя и оказывали ему всё возможное уважение и внимание. А потом, когда вторая луна полностью выходила на небо, они выпускали в воздух множество бумажных фонариков и загадывали желание.

В этот раз к празднику начали готовиться за неделю. Горностаи-мальчики изготавливали фонарики из бумаги, чтобы запустить их в ответственный момент, а ещё устанавливали столы и стулья на большой полянке у реки; девочки же занимались приготовлением угощений.

Двери горностаичьих норок не закрывались ни на минуту. Деревня гудела, как пчелиный улей. Горностаи деловито сновали туда-сюда: кто таскал продукты, кто — материалы для фонариков, кто — украшения. Над деревней повисло сладостное ожидание праздника.

Чтобы удивить всех, Снежинка задумала испечь огромный пирог с дынным вареньем, и к ней присоединилась помощница — девочка-горностай по имени Незабудка. Надеюсь, читатель помнит, что у горностаев Долины вечноцветущих подснежников было два имени — полное и короткое. Так вот, полное имя Незабудки звучало как Свет, Идущий изнутри. Её мягкая шёрстка была песочного цвета. Незабудка носила модную чёлку, которая то и дело мило падала ей на лоб. Она любила носить лёгкое белое платье с вышитыми на нём голубыми цветами, которые прекрасно сочетались с её бездонными голубыми глазами.

— Снежинка, а какого именно размера ты хочешь испечь пирог? — спросила Незабудка Снежинку, которая стояла у стола и замешивала тесто.

— О, дорогая, это будет большой-пребольшой пирог, — заявила та и хихикнула. — Самый большой, который я когда-либо пекла!

— Где же мы возьмём такую печь, в которой можно испечь такой большой пирог?

— Я всё придумала, — улыбнулась Снежинка. — Мы испечём его по частям.

— По частям? — недоумённо спросила Незабудка. — Как это?

— Ну, мы испечём несколько квадратных пирогов поменьше, а потом на столе соединим их в один большой.

Незабудка засмеялась.

— Так это же будет просто несколько пирогов! — сказала она.

— Ну и что? Мы же никому не скажем, — развела руками Снежинка, и девочки весело рассмеялись.

Снежинка по своей привычке тут же придумала стишок:

Незабудка радостно захлопала в ладоши. Ей нравились стихи Снежинки.

А Снежинка, достав с полки несколько банок варенья, сказала:

— Главное, что это будет невероятно вкусный пирог. От его вкуса все просто улетят на небо. Вот что главное!

— Ой, ты знаешь, а я и правда хотела бы полететь на небо, — мечтательно закатив глаза, сказала Незабудка. — По-настоящему. Это моя самая заветная мечта. Стать лёгкой-лёгкой, как пушинка, и лететь туда, куда я захочу.

— А мне вот было страшновато, — поделилась Снежинка, — когда я летела на бумажном фонарике спасать Ветерка. Постоянно было ощущение, что я вот-вот упаду. Знаешь, как фонарик болтало ветром? А высота была — о-о-ой!..

— Да нет, я не так хочу! — возразила Незабудка. — Я не хочу летать при помощи каких-то ненадёжных штуковин. Мне и самой было бы очень страшно. А вот в моей мечте упасть невозможно вообще! Потому что поднимаешься в воздух лишь силой своей мысли — на такую высоту, на какую хочешь. И никакие силы не могут уронить тебя на землю. Ты можешь плавно опуститься на неё, и то только тогда, когда сама захочешь.

— Да такого не бывает! — усмехнулась Снежинка.

— А я верю, что это возможно, — упрямо сказала Незабудка. — Нужна лишь щепотка волшебства.

— Где же такое волшебство найти?

— Когда-нибудь это случится, — вздохнула Незабудка, — и я буду летать как птица. Даже лучше, чем птица! Сама по себе.

Снежинка только пожала плечами. Мечта подруги выглядела совершенно несбыточной.

А пирог у них действительно получился на славу: румяный, высокий, с узорами в виде различных цветов по бокам, а сверху обильно усыпанный ягодами. Как и было задумано, девочки испекли несколько квадратных пирогов, да так искусно, что когда их расставили в нужном порядке на праздничном столе, то они выглядели как один большой. Украшения одного пирога плавно переходили на второй и так далее, и все вместе они создавали единый узор. Такой сборный пирог явно грозил стать самым главным угощением на празднике. А какой от него шёл аромат! Это просто не передать словами. Другие горностаи так и суетились вокруг, чтобы понюхать это кулинарное чудо. Снежинка и Незабудка были очень довольны своим творением, хотя трудились целые сутки и не спали всю ночь.

Но пирог был, конечно же, не единственным угощением. Каждая девочка приносила что-то вкусное. Даже Волнушка, которую спасли Снежинка с Бинтиком, приготовила ароматную похлёбку из грибов, собранных ею в ближайшем лесу. Волнушка очень смущалась, потому что это был её первый праздник, но Бинтик во всём её поддерживал и даже помогал собирать грибы.

Наконец, когда перед началом Ночи двух лун солнце начало садиться за горизонт, все жители деревни горностаев уселись за длинным праздничным столом. К ним присоединился и Туманный дух. Чтобы обрести человеческие очертания, он вновь надел на себя плащ и шляпу. Он сидел у края стола и не мог дождаться, когда можно будет приняться за еду, а пирог Снежинки и вовсе сводил его с ума.

Горностаи приглашали и драконицу Еву, но та не могла отлучиться из своего гнезда, потому что скоро должен был вылупиться её маленький дракончик. Поэтому праздничное угощение горностаи принесли драконице прямо в Туманный лес.

Праздник официально принялся открывать охотник Репка. Он встал во главе стола, поднял стакан дынного сока и провозгласил:

— Пфифетфтфую фсех, бфатья и фёфтфы! Пофвольте вофвефтить о нафале феликого прафдника! Пофнимайте бофалы!

— Слушайте, кто вообще поставил его командовать? Ничего же не понятно, что он говорит! — вдруг сказал горностай с серой шёрсткой. Все звали его Ложкиным — оттого, что к его чёрной курточке было пришито множество металлических ложек. По мнению Ложкина, это было очень красиво. И хотя другие горностаи считали иначе, его было не переубедить.

— Вот я согласна с Ложкиным: ничего не понятно, — пискнула девочка-горностай с коричневой шёрсткой по имени Кнопка. Кнопкой её звали оттого, что на мордочке у неё было чёрное пятнышко.

— Да фто вы понимаете! — возмутился Репка, уперев лапы в бока.

— Вот именно: ничего не понимаем, — снова сказал Ложкин.

— Я, как гофнофтай ф руфьём, имею прафо нафать прафдник! — заявил Репка и помахал своим игрушечным ружьём.

— Ой, да кого напугает твоё ружьё с присосками? — насмешливо фыркнул Ложкин. — Ты лучше зуб себе вставь недостающий. Будешь хотя бы говорить, а не шепелявить.

— Да я, да я!..

— И правда, Репка, — мягко проговорил доктор Бинтик, — я тебе уже давно говорю: давай вставим тебе тот зуб, который ты выбил, когда с дуба по ошибке свалился. Тем более с нами теперь Волнушка, а у неё очень хорошо получается лечить зубы. Она отличный стоматолог! Даже лучше, чем я.

— Репка, ты не переживай, — поддакнула Волнушка. — Я всё сделаю. Тебе даже больно не будет.

— Ни ф коем флуфае! — крикнул Репка. — Это моё боефое фанение! Оно укфафает муфчину!

— А я Репку поддерживаю, — вдруг вступился за него Туманный дух. — Хоть и сам не понимаю его иногда.

— Ефли вы меня понять не мофете, — продолжал кипятиться Репка, — это вафы проблемы! Я поняфно гофорю? Глафное, я фам фсё понимаю, фто говорю.

— Ребята, ну перестаньте уже! — попросила Снежинка. — Праздник же! Пусть Репка открывает. Что вы, в самом деле?

— Фот именно, — подтвердил Репка. — Фто фы, в фамом деле!

Поворчав, горностаи согласились, чтобы Репка начинал праздник. Репка был очень доволен тем, что одержал победу в споре, хотя все попросили, чтобы после речи охотника Снежинка придумала стихи, подходящие к моменту.

И Репка начал вдохновенно произносить речь. По традиции он рассказывал, что произошло за год и как изменилась их жизнь после прошлой Ночи двух лун. Он говорил долго, делал длинные паузы, то и дело прокашливался и всё время прикладывался к своему стакану с дынным соком. Горностаи поначалу пытались его слушать, но так как он говорил невнятно и шепелявил, вскоре все стали откровенно скучать. Ложкин вообще обхватил голову лапами и страдальчески вздыхал.

Наконец завершив речь, Репка выкрикнул:

— Так пуфть нафнётся прафдник!

От резкого окрика задремавший Туманный дух проснулся и пробормотал:

— Да, это была самая непонятная речь в моей жизни. Браво, маэстро, ты так быстро закончил!

Он захлопал в ладоши. К нему тут же присоединились горностаи и Волнушка. Все были неимоверно рады завершению скучной речи, а польщённый Репка важно раскланивался.

Дальше настал черёд Снежинки. Она забралась на свой стульчик, простёрла вперёд правую лапку и начала декламировать только что придуманные стихи:

Все разразились аплодисментами. Все были в восторге. Туманный дух хлопал так, что перчатки слетели с его туманных рук, и одна из них улетела в траву, а другая шлёпнула охотника Репку по лбу. А Ветерок даже вскочил на свой стул и, не переставая хлопать в ладоши, закричал:

— Снежинка! Клянусь, это были лучшие стихи, которые я когда-либо слышал!

Снежинка счастливо улыбалась: ей было очень приятно, что её стихи так всем понравились.

— Ведь раньше тебе не нравились мои стихи, Ветерок, — хихикнула она.

— Ну, то было раньше, — заявил он. — Раньше у тебя и стихи были так себе. А сейчас это просто космос какой-то!

Снежинка, улыбаясь, покачала головой, а потом крикнула:

— Праздник начался. Друзья, давайте есть и веселиться! Вторая луна скоро покажется!

Все закричали «Ура!» и набросились на еду, так как давно уже проголодались. Крепче всех налегал на кушанья Туманный дух. Куски пирога, который испекли Снежинка с Незабудкой, моментально исчезали в его туманном чреве один за другим.

Тем временем солнце окончательно зашло за горизонт, и сверкающие звёзды густо усыпали чёрное небо. Но ярче звёзд светила луна, крупный диск которой нависал над Долиной вечноцветущих подснежников. И каждому было понятно, что ночь эта необычна. Её странность была во всём: в дуновении ветра, блеске звёзд, шелесте листвы деревьев… Даже подснежники не закрывали свои бутоны на ночь, как обычно, а продолжали стоять раскрытыми и распространяли повсюду неподражаемый насыщенный аромат.

Тут кто-то из горностаев возбуждённо зашептал:

— Смотрите! Смотрите!

Все посмотрели на луну и увидели, как у её правого края появилось голубое свечение. Оно постепенно становилось всё сильнее и больше, и вскоре стало видно, что из-за первой луны медленно выходит голубоватый диск второй.

Все заворожённо загудели.

— Как же это невероятно! — ахнула девочка-грибочек Волнушка, и в её глазах показались слёзы. — Я никогда не видела ничего подобного!

Вскоре вторая луна полностью вышла из-за первой и зависла в некотором отдалении от неё. Сразу стало заметно светлее. Вторая луна заливала всё вокруг голубоватым сиянием, которое смешивалось с бледным светом первой луны и придавало всем деревьям причудливые очертания.

Подснежники долины незаметно повернули свои бутоны в сторону двух лун. Приглядевшись, можно было заметить, как их лепестки едва светятся. Казалось, они напитываются, насыщаются светом голубой луны впрок.

Некоторые мальчики-горностаи побежали за бумажными фонариками, которые были аккуратно уложены у дуба. Потом они принялись раздавать их всем желающим, помогали зажигать специальные горелки в их нижней части. Благодаря таким горелкам фонарики могли подниматься вверх самостоятельно. Получив фонарик, каждый горностай зажигал горелку, произносил своё желание вслух или про себя и выпускал фонарик из рук — и тот сразу поднимался в воздух. На самом деле, желание у всех было одно, и его можно было услышать то там, то тут:

— Пусть цветут подснежники, — разносилось шёпотом по округе.

Спустя некоторое время над огромным дубом плавно взмыло множество фонариков. Эта светящаяся мерцающим светом масса добавляла моменту торжественности и таинственности. Все благоговейно смотрели, как фонарики поднимаются всё выше и выше и становятся всё меньше и меньше. Волнушка так вообще наблюдала за этим действом, широко раскрыв глаза и попискивая от восторга.

Единственной, кто не запустил свой фонарик, была Незабудка. Она подождала, пока остальные фонарики поднимутся повыше, и громко провозгласила с необычным воодушевлением:

— Друзья! Моё желание в этом году будет другим. У меня есть мечта всей жизни, и я очень долго ждала этого момента, чтобы загадать её исполнения.

Все заинтересованно повернулись к ней.

— Незабудка, нет! — простонала Снежинка. Она уже поняла, что та имела в виду.

— Да! — упрямо сказала Незабудка и зажгла горелку на своём фонарике. — Я хочу обрести способность летать без крыльев. Сама собой, во всякое время, когда захочу!

С этими словами она выпустила фонарик из рук, и он взмыл в небо. Затем она с радостью обвела глазами горностаев, ожидая увидеть в них такую же радость. Но они ответного восторга не проявили.

— Тьфу, целое желание испортила! — махнул рукой Ветерок.

— Ага, — кивнул Ложкин. — Столько хороших желаний было! И надо же — последним оказалась такая чепуха.

Остальные молча закивали.

— Но почему? — удивилась Незабудка. — Это же прекрасное желание! Быть легче воздуха, летать, когда угодно — вот как тот фонарик. Что может быть прекраснее этого?

— Голубушка, — мягко сказал доктор Бинтик, — мы с тобой не фонарики, мы — горностаи. Так не бывает.

— Конечно, не бывает, — поддакнул изобретатель Болтик. — Горностай не может взлететь на небо без специальных приспособлений. Да и приспособления не всякие подходят… Вон, совсем недавно я летел с деревянными крыльями с водопада строго вниз. Почему же ты думаешь, что сможешь полететь вообще без всего?

— Ребяфа ферно гофорят, — сказал охотник Репка. — Это фофсем нефофмофно.

Незабудка засмущалась, потом сдула чёлку со лба и дрогнувшим голосом проговорила:

— Я думала, вы меня поддержите. Да, я считаю, что исполнение моей мечты очень даже возможно.

Тут фыркнул и Ветерок.

— Да как же это возможно? — насмешливо спросил он. — Я каждый день прыгаю с ветки дуба с дубовым листком над головой. И то у меня получается пролететь небольшое расстояние, чтобы в конце концов приземлиться на воду. А ты без приспособлений летать хочешь! Ну полная же ерунда!

— А вот и возможно! — с жаром воскликнула Незабудка. — Я как-то разговаривала с бабушкой Берёзой, и она мне рассказала, что если найти упавшую звезду и собрать с неё звёздный нектар, которым она покрыта, да выпить его, то приобретёшь способность к полёту. Вообще без каких-либо приспособлений. Вот!

В ответ все только рассмеялись.

— Бабушкины сказки! — смеялся, держась за живот, Ложкин. — Это же всё выдумки, глупая! Скажи, Забывайка, ведь выдумки?

— Конечно, это всё выдуманные сказки, — подтвердил горностай в соломенной шляпе по имени Забывайка. — Уж я-то знаю! Я же каждый день бегаю к бабушке Берёзе сказки слушать. Они чудесные, правда! Но все эти истории придуманы. Бабушка Берёза их и выдумывает.

— Вот потому я и говорю, — сказал Ложкин, — ты впустую потратила своё желание, дурёха!

Из глаз Незабудки брызнули слёзы, она отвернулась и бросилась бежать в темноту. Все с удивлением посмотрели ей вслед.

— И что я такого сказал-то? — недоумённо пожал плечами Ложкин.

— Зря вы над ней насмехались, только обидели, — вздохнула Снежинка и пошла искать свою подругу.

Она нашла Незабудку на пригорке за деревней. Незабудка горько плакала, вытирая слёзы цветком подснежника. Снежинка тихонько подошла к ней, села рядышком, взяла её за лапку.

— Не плачь, Незабудка! Ну что ты? — утешала она её, но та ещё сильнее надрывалась от плача.

— Они… не… понимают, — сквозь всхлипывания проговорила Незабудка.

— Где же им понять? — Снежинка ласково погладила её по голове. — У тебя ведь и правда мечта очень необычная. Никто не ожидал, что ты загадаешь такое желание. Мы же обычно каждый год загадываем одно и то же.

— Вот именно! — воскликнула Незабудка. — Одно и то же! Но в этом году я решила, что хочу загадать именно своё давнее желание. Ты только представь, Снежинка! Представь, что ты взмываешь ввысь, как птица, пронзаешь облака и чувствуешь, как тебя принимает синее небо. Ведь здорово же?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.