Ревенант

– Ну тут уж твоя вотчина, неужели великий Белозар не сможет поймать шпиона в собственном доме? – с усмешкой спросил ревенант, открыв свою сумку, в которой было все необходимое.

– В любом случае, за помощь вам я получу в наказание еще сотню лет с этим немертвым, – домовой кивнул в сторону мага. – Ты будешь мне должен, Олег!

– Хорошо, договорились, – маг и домовой заключили сделку рукопожатием, после чего каждый приступил к подготовке.

Олег раскладывал магические ингредиенты – немного морской соли, парочка так ненавистных всем засушенных летучих мышей, пробирка с кровью бессмертного алхимика и кучу других порошков, трав, драгоценных камней. От Оксаны в этом действии требовалось лишь неподвижно лежать в центре магического треугольника, который Олег вырезал на полу, заслужив укоризненный взгляд домового. Белозар в это время ходил по комнате, внимательно осматривая каждую стену и угол, периодически исчезая и появляясь то в одной части чердака, то сидя на балке перекрытия.

Когда все было готово, и карлик показал большой палец, поднятый вверх, тем самым сигнализируя о том, что у стен всего два уха и они оба принадлежат ему, Олег посмотрел в глаза девушке.

– Сейчас ты провалишься в транс, не бойся, тебе не причинят вреда.

– Дядя Олег, я не боюсь, вы же спасете меня, как всегда, – прошептала девушка, посмотрев своими голубыми глазами на ревенанта, от чего его мертвое сердце чуть не начало биться.

Не говоря ни слово, маг отвел свой взгляд и сделал первый взмах руками. Оксана почувствовала, как начинает проваливаться сквозь пол. С закрытыми глазами она не смогла увидеть, как магическая фигура нарисованная немертвым, приобрела объем и, горя тусклым красным светом, начала пульсировать силой. От этого света даже домовой, привыкший ко многому на этом чердаке, неуютно поежился.

Следующим взмахом руки ревенант заставил открыться рундук с прахом. Серый туман из мельчайшей взвеси человеческих останков пронесся по берлоге, накрыв место ритуала защитной полусферой, чтобы никто не смог вмешаться. Олег начал читать заклятье, погружаясь в транс – сейчас ему было необходимо нащупать две души, которые соединены между собой связью, возникающей между вампиром и его фамильяром. Вот только одна душа ему известна, а вторую еще нужно поискать на других планах бытия, где его ждет тьма, не получившая своей платы.

Пока девушка была погружена в магический сон, маг смог увидеть всю ее жизнь, которую можно было описать несколькими словами – боль и ненависть. Именно эти вещи окружали Оксану всю жизнь, но несмотря на это, вместо того, чтобы возненавидеть этот мир, она была готова на самопожертвование ради других. Это говорило о чистоте ее души и о том, что в этой проклятой жизни есть хоть что-то хорошее.

Ревенант ощутил себя летящим сквозь пространство, вокруг него начали мелькать души людей, которые когда-то пересекались с девушкой. Первыми появились ее родители, несчастные люди, живущие без любви. Некоторые из людей, которые встречались в жизни Оксаны, были уже мертвы, о чем говорили разорванные нити судьбы. Наконец-то в этом хаосе он смог уловить след крови, который повел его за собой. Он увидел, как нити судьбы четырех человек оборвались в один момент. Вот появилась упырица, заигравшаяся с темными силами – она была совсем молодой, душа прожила на этом свете не больше двадцати пяти лет. Стараясь сделать все максимально незаметно, Олег выплеснул кровь алхимика себе на ладонь и сотворил из него аркан, которым связал нити Оксаны и отступницы – теперь эта нить навеки будет их связывать, пока кто-то из них не умрет, разорвав связь. Проверив все еще раз и убедившись в том, что все сделано верно, Олег уже собрался возвращаться, как вдруг почувствовал что-то неладное.

– Ты принес плату? – шепот под ухом ревенанта заставил его вздрогнуть. Пройти незамеченным не получилось.

Мир вокруг пошел красным маревом, словно Олега вырвали из сна. Главное, что он успел осуществить задуманное – теперь осталось дело за малым, еще раз обмануть обманщицу.

– Ты помнишь это? – снова зашептал невидимый собеседник. Маг почувствовал себя стоящим на полу, вокруг него была его гостиная, погруженная во мрак, времен его человеческой жизни, в которой он увидел себя перед зеркалом. Этот момент часто приходил к нему в кошмарах – тогда он заключил сделку с тьмой, жизнь за душу.

– Ты обманула меня! – прорычал маг, в голове спешно ища пути к отступлению. Эту битву ему не выиграть никогда.

– Это ты обманул меня, я не получила душу, ты не получил жизнь, – издевательски хохотнула тьма.

– Забери мою! Только отпусти ее!

– Твоя душа и так моя, она пополнит ряды моих вечных слуг. Ради того, чтобы утешить себя, ты…

Договорить тьма не успела, Олег распался прахом.

Немертвый маг пришел в себя и ощутил, что лежит лицом в пол, а в спину между лопаток ему упирается чей-то ботинок. Его магическая фигура, в которой находилась Оксана, погасла и теперь лишь выжженный след на полу в виде треугольника мог указать на происходившую здесь магию. Рядом все так же неподвижно лежала Оксана.

– Ты с ума сошел, лич! – разразил комнату крик Святослава. – Тебе же велели не сметь играться с душой! Или ты хочешь еще одну невинную загубить?!

Поток света ударил по телу ревенанта, он обжигал не хуже первородной тьмы. Скорчившись в припадке боли, Олег не смог произнести ни слова. Неожиданно поток света иссяк и дал ему возможность перевести дух и попробовать все объяснить.

– Я лишь… – договорить он не успел, поток ударил с новой силой, откинув его к стене и заставляя его дергаться в судорогах, поразивших давно умершее тело.

Олег смог разглядеть светлого мага – он был одет в старомодную мантию с медальоном в виде ворона, раскинувшего крылья, болтающимся на груди, в руках его был деревянный посох, с виду похожий на только что оторванную от дерева ветку, с навершия которого по нему хлестал луч света.

Видно, Святославу не очень-то и были нужны объяснения ревенанта, раз он не давал ему возможности сказать хоть слово. Олег не собирался работать боксерской грушей для своего вечного хозяина из совета, и попробовал провести свою магическую атаку. Быстро произнеся слова, ревенант сплел заклинание, которое подняло прах вокруг него, придав ему форму тысячи мелких копий, острых как иголка – немертвый направил их на Святослава.

Не ожидавший такого волшебник отступил на шаг назад, когда со всех сторон по нему начали бить пепельные снаряды ревенанта. Член совета тоже был не лыком шит и, раскрутив вокруг себя ветряной смерч, просто смел все копья в сторону, при чем ветер, круживший вокруг него, совсем не ощущался уже на расстоянии метра от Святослава. Пока волшебник крутил воздух, ревенант успел высказать свои оправдания.

– Я лишь хочу поймать и убить упыря, который все это начал! – рычал Олег, глядя своему визави в глаза.

– Ты пытаешься сгубить еще одну душу! Вот что ты делаешь! – каждое слово, произнесенное Святославом, словно шло с небес. – Если она умрет до своего полного обращения, то переродится в новой жизни! Если же ты снова начнешь заигрываться с душами несчастных детей, то и эта будет обречена на падение в преисподнюю!

Олег жахнул по так надоевшему ему Святославу очередной порцией праха, на этот раз постаравшись вколотить его в противоположную стену. Аура светлого мага вспыхнула белым светом, встретившись с потоком, направленным Олегом – раздался грохот, от которого сотрясло все здание.

Водитель пассажирского автобуса, проезжавший мимо, увидел вспышки света, идущие с чердака здания, и даже заметил, как от стены оторвался кусок штукатурки после одной из них. На мгновение ему даже показалось, что он услышал звук взрыва, а последовавшие за ним всполохи огня подтвердили его предположения о пожаре в музее. От наблюдения за старинным зданием его отвлек пассажир, нажавший кнопку «остановка по требованию». Когда водитель достал телефон, чтобы набрать экстренные службы, он еще раз посмотрел на место пожара – но там царила тишина, и даже огромный кусок штукатурки, оторвавшийся от стены, был на месте. «Нужно хорошенько выспаться и больше никаких фильмов на ночь,» – подумал про себя водитель и поехал дальше, хлопнув ладонью себя по лицу – не хватало еще уснуть за рулем.

В это время чердачное помещение поглотил туман, мерно оседавший на пол. Воспользовавшись этим моментом, ревенант, обратившись прахом, попытался приблизиться к волшебнику. К сожалению, его план был раскрыт, так как член совета взмахом посоха заставил воздух в комнате снова крутиться вихрем небольшого урагана, куда затянуло немертвого, и он был вынужден вернуться в свою человеческую ипостась. Удар посоха, обрушившийся на плечо, заставил его присесть на одно колено, словно преклоняя голову перед Святославом – от этого Олег взвыл, выхватывая свой зачарованный клинок.

Впервые за сотню лет Олег испытывал чувства, в данном случае, ненависть – ненависть к совету, ко всем его членам, а, самое главное, ненависть к себе за ту ошибку, которую совершил сотни лет назад. В его небьющемся сердце начало разгораться пламя, которое заставляло его атаковать Святослава снова и снова, не останавливаясь ни на мгновение. Но и волшебник в мантии не сплоховал – абсолютно все выпады ревенанта были отбиты. В момент, когда Святослав вступил в гору пепла, к которой его вытеснял Олег, рассчитывая заключить в кокон тлена и задушить, член совета просто исчез.

Ревенант замер, готовясь к продолжению драки. Святослав нашелся стоящим в двери, облокотившись на свой посох – на его лице даже не было испарины.

– Времени у нее совсем не осталось, хватит тратить его на ерунду! И больше никаких игр с душами невинных! – произнеся это, Святослав покинул чердак, захлопнув дверь.

Олег был готов поклясться, что когда дверь запиралась, он увидел Святослава совсем другим – не мужчиной пятидесяти лет, а глубоким старцем с бородой до пояса, который смотрел на него уставшими глазами.

– Трындец, нам! – подвел итог Белозар, прячась на шкафу за коробкой с каким-то хламом.

В комнате вновь была привычная обстановка – хаос, разбросанные вещи и груды пепла по всем углам.