Бывшие. Навсегда

Глава 5

Три недели, проведённые в Гуанчжоу, я порхала от счастья очутиться в обожаемой обстановке. Я отчаянно любила всё, что связано с Китаем – архитектуру, как исторические здания, так и современные строения, которые иначе, как произведениями искусства считать невозможно. Дизайн, геометрия, масштаб, словно проектировал инопланетный разум, а не наши с вами собратья по разуму. Воздух, язык, традиции, людей, их манеру поведения, часто ставившую среднего европейца в тупик, кухню. Особенно кухню!

Кантонская кухня, родом как раз из Южного Китая, покорила меня задолго до первого посещения Поднебесной. Подозреваю, что именно любовь к жареным свиным рёбрам в кисло-сладком соусе, димсамам – пельменям из рисового теста невообразимых расцветок, форм и начинок или разнообразным десертам когда-то подтолкнула меня на стезю синолога.

В Гуанчжоу я откровенно наслаждалась едой, наплевав на все калории вместе взятые, которые угрожали моей мадам Сижу оккупацией не проходящим слоем целлюлита. Всё это конечно ужасно печально и не эстетично, но жареный в печи на углях гусь сам себя не съест.

Единственное, что могло конкурировать с кулинарными традициями Гуандуна – лагман бабушки Таира, но его мне уже не удастся отведать, поэтому приходилось ограничиваться лучшими ресторанами Гуанчжоу. Тем более платил непосредственный руководитель, он же работодатель Таир, собственной персоной, Ин.

Чаще всего мы ужинали втроём. Таир, который мог похвастаться отменным аппетитом, я, игнорирующая воздействие углеводов на свой организм, и несчастная Алина, смотрящая в священном ужасе на щедрые порции, подаваемые расторопными официантами.

Алина предпочитала жевать лёгкие салаты, поминутно жалуясь мне на отвратительный климат, влажность и еду, от которой она поправилась аж на полкило. Половину килограмма! Страшно жить… Не забывая выразительно поглядывать на начальство в ожидании комплимента стройности, молодости и прочим достоинствам, которые несомненно имелись у двадцатипятилетнего создания.

Сигизмунд Эдуардович откровенно удивил пищевыми пристрастиями. Скорее бы я поверила, что обладатель столь экзотичной внешности пьёт на ужин кровь молодых китайских девственниц, чем посещает демократичный Макдональдс, но факт оставался фактом – наш вампир питался гамбургерами, запивая банальной кока-колой. Храни господь его желудочно-кишечный тракт от гастрита и иже с ним.

Нервную систему тоже храни, потому что очень скоро выяснилось, что Сигизмунд Эдуардович выполнял функцию правой и левой руки Таира, получая за непосильный труд три целковых, меньше Алины.

– Он получает больше, чем деньги. Сигизмунд получает опыт, – спокойно отреагировал рабовладелец на моё удивление. – Когда-то я носил портфель за самим Фроловым бесплатно, и… – он развёл руками, как бы демонстрируя результат во всей красе. – Поверь мне, Сигизмунд может себе позволить такую роскошь, как получение опыта.

Кто такой сам Фролов я понятия не имела, наверное, какой-нибудь магнат, входящей в первую десятку списка Форбс. От большого бизнеса я была так же далека, как моё тело от стройной на грани анорексии фигуры Алины.

В свободное время мы ходили на экскурсии, посещали общественные пространства, парки, торговые центры, сходили в оперный театр и цирк Чанг Лонг. Пару раз выбирались на пляжи, один из которых, Сяомэйша – с ярко-жёлтым, чистейшим песком на фоне безупречно-синей глади воды, – выпили вкуснейшего пива, погрели разморённые сытной едой и солнечными лучами бока.

Алина, традиционно сопровождавшая нас, употребляла воду, потому что алкоголь вреден, пряталась под зонтом от палящего солнца, щедро сдабривала себя солнцезащитным кремом, заодно демонстрируя фигуру во всей красе.

Что сказать? Такой худой я была примерно в двенадцать лет. Сейчас, даже если бы сдохла от голода в попытках приблизиться к её параметрам, хоронили бы меня всё равно килограмм на десять больше.

Конечно, ужасно это осознавать, но не настолько, чтобы отказываться от радостей жизни, ещё и за счёт бывшего мужа.

Помилуйте, дорогие мои, помереть от какой-нибудь диеты я всегда успею, а вот насладиться внезапной поездкой в горячо любимую страну и свининой в кисло-сладком соусе в ресторане с видом на Южно-Китайское море – вряд ли.

Не стоит думать, что мы только и делали, что вели образ жизни праздных сибаритов. Мы работали, и много работали. Таир Ин – чёртова машина не только в сексе и поглощении пищи, но и труде.

Рабочий день начинался около пяти часов утра, заканчивался порой ближе к полуночи желанием придушить рабовладельца. Да-да, именно рабовладельца, учитывая рабочие часы и заработную плату Сигизмунда Эдуардовича. Нельзя же так эксплуатировать ни в чём неповинного вампира!

В общем и целом же, можно сказать, что моё пребывание в Китае было омрачено всего лишь одной деталью, как вы понимаете – проживание на одной территории с бывшим мужем.

Воспитание, академическое образование, вся последующая жизнь со взлётами, падениями, романами разной степени искромётности, не подготовили меня к виду Таира Ина в нижнем белье…

Не мне, той, которая видела его без белья, смущаться, но вид вальяжно шагающего через гостиную – общее помещение в сьюте, – шикарного мужика в одних трусах начинал нервировать.

Роман ещё этот, любовный. Про любовную любовь, с описание этой самой… любовной любви на всех возможных плоскостях и позах, порождающий мурашки, скачущие по моему телу, как по ипподрому.

Неужели сложно соблюдать приличия, надеть паранджу, например?

На моё справедливое возмущение и напоминание о субординации, Таир флегматично отвечал, что ничего нового он не демонстрирует, удивить ему меня нечем – ах, если бы! – а именно в такой форме одежды, вернее в её отсутствии, ему лучше думается. От его же умственных усилий на данный момент зависит и мой финансовый успех.

– Стесняюсь спросить, уж не пытаешься ли ты соблазнить меня? – приподняла я бровь, уставившись в упор на Таира.

Хорош, конечно, неприлично хорош. Отменный мужик, шикарный, породистый, такого бы на выставке достижений народного хозяйства показывать. Особенно… топорище.

– Получается? – невозмутимо ответил он, вперив в меня взгляд, лишь подрагивающий уголок губ, неприлично целовальных, подрагивал, выдавая, что передо мной живой человек, а не силиконовая модель, сошедшая с рекламы турецкого сериала.

– Нет, – демонстративно закатила я глаза.

Отголоски трижды прочитанной главы отозвались в моём теле ярым протестом. Предательские мурашки – незаконно поселившиеся гадины, – рухнули вниз живота, вызывая сладкую дрожь от живо представленных перспектив.

– Если хочешь секса, достаточно позвонить на ресепшен, попросить массаж, – выпалила я. – Проституция в Китае лишь формально запрещена, на деле это огромный рынок, поражающий разнообразием. Начиная от эрнай – дорогих содержанок, заканчивая сягунпэн – самыми дешёвыми проститутками, вдруг тебе захочется в качестве разнообразия, – прошипела я, удивляясь собственной эмоциональности.

Настойчивое требование мужского организма получить разрядку – более чем естественное желание, Таир Ин точно не мог стать исключением. Я-то знала всю силу темперамента бывшего мужа.

Как знатоку местных нравов, мне не сложно объяснить нехитрую иерархию местных жриц любви. Подсказать, что существуют тематические гостиницы, публичные дома под прикрытием массажных салонов и парикмахерских, подобрать относительно безопасное эскорт-агентство, откуда предпочтительней вызвать баопо – элитную эскортницу с широким спектром услуг, ухоженным телом, без страха подцепить причудливый букет, который вызовет мировой локдаун.

Не сложно, нет, но делать я этого не собиралась. У меня тоже проблемы, настойчивое требование организма, более чем естественное желание и темперамент, но я не хожу по номеру в трусах!

– Прискорбно, – глубокомысленно произнёс Таир, вздохнул и пошёл прямо на меня, глядя ровно в глаза.

Постепенно опускал взгляд вниз по лицу, притормозил на губах, заставив судорожно втянуть воздух, по шее. Остановился же на линии декольте серого шёлкового халата с широким поясом, которым вырез и заканчивался.

– Прискорбно что? – я демонстративно запахнула халат, поздно сообразив, что сосок, не прикрытый бюстгальтером, проступил сквозь тончайшую ткань.

Не оправляться же теперь! Грудь, как и соски – естественная часть тела женщины, как и член мужского… в том числе член более чем оптимистично натянувший трусы Таира.

Так-так-так, Инна, ты сюда приехала заработать денег, чтобы закрыть ипотеку, отдохнуть на пляжах Южно-китайского моря, насладиться кантонской кухней, а не пить бурбон. Очнись!

Дадим пьянству решительный отбой!

– Прискорбно, что в столь прекрасной стране процветает эксплуатация женского тела. Я против оказания сексуальных услуг за деньги, предпочитаю близость по взаимной симпатии.

На этих словах Таир подошёл настолько близко, что я уловила запах геля для душа с лёгким древесным ароматом, какого-нибудь люксового бренда, как помним, не Долче Габана. Окатило с головы до ног жаром, заставляя очаги желания вспыхивать нещадным зудом. По телу прокатилась сладкая волна, оставляя после себя томление, не обещавшее ничего хорошего в ближайшие часы.

Я – взрослая женщина, и знаю, как поступают в подобных случаях. Наши руки не для скуки, ассортимент местных секс-шопов причудлив и разнообразен, как мало где, но мастурбировать в соседней комнате с бывшим мужем – увольте!

– Жаль, что взаимной симпатии между нами нет, – выдохнула я, ничуть не слукавив.

Вы когда-нибудь видели, чтобы между бывшими супругами была взаимная симпатия? Взаимное желание расчленить – сколько угодно, лишь каждый пятый не мечтал о подобном. Симпатию – ни-ког-да! Как говорили во фразе, ставшей крылатой, из старой рекламы – «Это, сынок, фантастика».

Вообще, может быть мужик, стоящий передо мной с заметным комплиментом в мой адрес под трусами, женат. И прямо сейчас жена-коза развозит семерых козлят по кружкам. Фортепиано, рисование, хоккей… макраме и оригами.

Не то, чтобы меня мучила совесть, меня-то она точно не должна грызть, но в конкретной ситуации – это серьёзный аргумент, чтобы проигнорировать бывшего мужа и его очевидные намёки.

Посмотрела насмешливо на Таира, как любая женщина я умела окунуть в прорубь с ледяной водой лишь взглядом. Демонстративно набрала номер ресепшена и вкрадчиво, не отводя взгляда от бывшего мужа, прямо сейчас похожего на пресыщенного жизнью и жирной сметаной кота, попросила милую девушку вызвать массажистку в королевский сьют.

– Надеюсь, взаимная симпатия возникнет, – почти пропела я, нажимая отбой на телефоне.

– Было бы неплохо, – спокойно ответил Таир.

Окатил меня нечитаемым взглядом, вызвав почти неконтролируемое желание четвертовать его через повешение.

Жаль, что меня слишком хорошо воспитывали, привив безупречные манеры. Бывший муж остался не расчленённым на тысячу маленьких Таирчиков, и не был выброшен в реку Чжуцзян прямиком с балкона.

Шикарный вид из номера пропал зря!

Глава 6

Китайцы во главе с главой компании довольно пожали руки с характерным поклоном всем присутствующим. Раньше, я ещё помнила те времена, рукопожатия были редкостью, сейчас, с приходом европейского рынка, шустрые и предприимчивые бизнесмены переняли эту традицию.

Дисциплинированно, гуськом вышли из зала переговоров на шестидесятом этаже с видом на расстилающийся внизу город, утопающий в цветах. Кажется, сладкий аромат, перемешанный с запахами цивилизации и реки, доносился сквозь толстое стекло.

В немом оцепенении я упала на стул, уставившись на место, где только что сидел глава делегации, подписывая договор на баснословную сумму. Цена сделки мне была известна, но до сего момента я почему-то не придавала ей значения, смотрела как на ничего не значащий факт, а прямо сейчас, вдруг, осознала…

Таир Ин – чёртов гений! Как он это сделал? Как обошёл сильнейших мира сего, отхватил один из самых шоколадных контрактов по поставке угля и подсолнечного масла в Поднебесную? Одновременно он торговал тем и другим! Не удивлюсь, если окажется, что Ин из-под полы приторговывал бусами из ракушек, варёной кукурузой и «алмазной» сталью.

– Дамы, – обратился к нам с Алиной Александровной, да, в строгом деловом костюме, с убранными волосами, она была Александровной без намёка на панибратство. – И господа, – посмотрел на подтянутого Сигизмунда Эдуардовича, как всегда в чёрном, – предлагаю отметить нашу победу. Столик в ресторане, – указал название, – заказан на восемь вечера.

– Там запись минимум за месяц, – не сдержала я удивления.

Ресторан морепродуктов на сотом этаже пользовался бешеной популярностью. Гости и жители Гуанчжоу резервировали столики загодя, в праздничные дни – не менее чем за полгода.

– Я зарезервировал за три, – спокойно ответил Таир, глядя на меня.

Позволил неспешно вкусить правду: Таир Ин за месяц до нашего разговора с предложением работы уже знал, что я приму его предложение, что сделка состоится и мне доведётся присутствовать при этом событии.

Когда я ловила последние лучи солнца на Кубинских пляжах, отмахиваясь от романа с горячим мачо, Таир знал, что мы окажемся в этой точке! Впрочем, существовало ли в природе то, что могло пойти не по плану моего бывшего мужа? Сомневаюсь.

Таир Ин хотел – Таир Ин получал. Формула проще банального линейного уравнения.

– Ресторан с Мишленовскими звёздами, – посмотрел на Алину Александровну, которая вряд ли была в курсе, в отличие от меня. – Дресс-код приветствуется, – так же он коротко глянул на нашего вампира, словно тот мог явиться в гавайской рубашкеу и цветастых шортах.

– Ах! Ой! Спасибо! – залепетала Алина, наиграно хлопая в ладоши, моргая и заглядывая в глаза начальству с радостью болонки, истосковавшейся по хозяину, пока отбегала в соседние кустики по нужде.

– Пока все свободны, – объявил Таир тоном конферансье и двинулся к выходу.

Я, вздохнув, пошла следом. Мишленовские рестораны я не жаловала, как бы странно это ни звучало. Пища должна быть вкусная, сытная, с порциями больше, чем для месячного котёнка. В подобных же ресторанах на блюда принято смотреть, а не есть.

Нет, я, естественно, справлюсь, тем более за счёт бывшего мужа. Мужественно перенесу пытку чёрной икрой, но у меня был план добраться до улицы Шанкшаджу, побродить среди лавочек с изделиями кустарных промыслов, накупить местных сувениров. Маме фарфор, отцу алкоголь – он не пьёт, но для коллекции пригодится, – Татьяне украшений из нефрита – летом, под наряд в стиле бохо, отличное решение.

– Инна, можно тебя на минуточку, – спешно догнала меня Алина, вцепившись в локоть.

С тоской я посмотрела вслед Сигизмунду Эдуардовичу, невозмутимо покидающему зал. Почему бы ей не остановить вампира? Он наверняка ответит на её вопрос, каким бы тот ни был.

– Слушаю, – с приветливой улыбкой я посмотрела на спрашивающую.

Что я, в самом деле, взъелась на девочку? С кем ей общаться? Вампир-гробовщик-любитель-гамбургеров игнорирует её, как существо второго сорта, обращается лишь в случае производственной необходимости. Начальство и вовсе рабовладелец.

Подумаешь, виляет хвостом перед Таиром. Он шикарный мужик, такой, что ого-го! Чтобы на него не реагировать, иммунитет иметь надобно. У меня есть, а у девочки – нет. Сочувствовать нужно, а не злиться. Проявить человеколюбие и женскую солидарность.

– Инна, ты не знаешь, какой дресс-код в этом ресторане? – неуверенно переступая с ноги на ногу, выдавила Алина.

– Определённого нет, думаю, между «формальным» и «коктейль», «чёрный галстук» будет неуместен, – ответила я. – Строгая элегантность, – пояснила, увидев сосредоточенно нахмуренные брови Алины. – Коктейльное платье или вечернее не слишком вычурное подойдёт, – приободрила я её. – Есть что-нибудь?

– Нет, – искренне сокрушилась та в ответ.

Судя по количеству коктейльных платьев, в которых Алина щеголяла почти каждый ужин, с собой у неё был привезён небольшой филиал дома мод, но, видимо, ничего достойного ресторана с Мишленовскими звёздами не нашлось.

– А не пройтись ли нам по магазинам? – предложила я. – Гуанчжоу – рай шоппинга! Тем более, мне тоже не помешает купить подходящее платье.

На ужинах я не щеголяла в коктейльных нарядах, тем более в вечерних. Предпочитала простую элегантность или стиль кэжуал. Натуральные ткани, лён, хлопок, шёлк, брендовая бижутерию, удобная обувь, вплоть до сланцев, которые в местном климате не возбранялись даже у мужчин.

Платье мне не помешает, и в целом обновить гардероб не лишнее, раз я теперь обеспеченная дама и со дня на день закрою ипотеку.

– Правда? Конечно! – восторженно подпрыгнула Алина.

Оставив мужчин, мы отправились на штурм торговых центров, что по справедливости сравнимо с восхождением на какую-нибудь недоступную вершину. Помимо европейских брендов, от люксовых до самых демократичных, здесь были представлены азиатские, ничем не уступающие признанным мировым лидерам.

Вы видели вечерние платья Гоу Пэй? Не платья, а произведения искусства! Не на пустом месте её зовут Китайская Шанель. Даже такая любительница собственного комфорта, как я, не могла не признать, что наряды от Гоу Пэй – роскошь на грани безумия.

Платье такой ценовой категории я себе позволить не могла, закрыть ипотеку в несколько раз дешевле, и носить мне его некуда. Невозможно представить формат мероприятия, где бы мне понадобились горы вышивки.

Но всё же мне удалось купить несколько нарядов, одно из которых – элегантное вечернее платье в пол с корсетом, королевского синего цвета. Одновременно шикарное, подчёркивающее все мои достоинства, и сдержанное за счёт цвета и силуэта.

В сочетании с волосами пшеничного цвета, карими глазами с медовым оттенком, и соблазнительными формами, без лишней скромности могу сказать – вид вышел богический.

Алина выбрала себе платье-сорочку ниже колена цвета малинового шербета, которое вместе с серьгами-цепочками отлично смотрелось на стройной, высокой шатенке, со скромными, но всё же весьма аппетитными формами.

Куда смотрит Сигизмунд Эдуардович, совершенно непонятно!

В завершение мы, дружной женской компанией, посетили несколько салонов нижнего белья, сметя добрую часть ассортимента. Я упор делала на удобном, бесшовном, мягком хлопке, чтобы нигде не давило, не тёрло, не раздражало и не умирало в муках в стиральной машине, случайно попав туда вместе с остальным трикотажем. Приобрела лишь несколько пар кружевных комплектов для настроения, флёра загадочности. Как говорится, женщина чувствует себя уверенней, когда на дне ящика комода лежит отменный комплект нижнего белья.

Естественно, женщина одевается для себя, а не для мужчин – так гласит официальный непреложный постулат любви к себе. Но мы-то знаем, что для себя женщина носит удобные трусы, а вот кружевное, подходящее по цвету, из одного комплекта – когда решает, что сегодня её завоюет мужчина.

Алина же набрала ворох белья, предназначенного для бесплотных феюшек, которым нигде не жмёт, не трёт, не раздражает.

Впрочем, в двадцать пять меня тоже гипюр в самых нежных местах не раздражал, а некоторым бывшим, тогда ещё нынешним мужьям, помнится, нравился…

Стоп, стоп, стоп! Пьянству бой, никакого бурбона!

Вид с сотого этажа был великолепен. Не лучший во всём Гуанчжоу, однако, умалять его достоинства не стоит. Персонал вышколен и, что удивительно, говорил на английском, который именно английский. Столики скрывали занавесы из хрустальных шаров, в которых переливался свет от ламп и иллюминации телевизионной башни, видимой из панорамных окон.

Блюда на самом деле были вкусные, не постесняюсь сказать, бесподобные, особенно от понимания, что платит за это бывший муж. Зря я грешила на мишленовскую кухню, она бесспорна хороша.

А устрицы, какие были устрицы! Подавались с невероятным соусом, настолько шикарным, что хотелось есть ещё и ещё. Бесконечно.

Гуанчжоу – мегаполис на берегу Южно-Китайского моря и Жемчужный реки, как следствие, славится свежими морепродуктами. Достаточно посетить специализированный рынок, чтобы убедиться в этом. Буквально на каждом углу, каждый из бойких торговцев может приготовить шедевр кулинарного искусства из любого обитателя моря, и всё же то, что подавалось в тот вечер, превосходило самые смелые ожидания. Даже Сигизмунд Эдуардович, поначалу со скепсисом поглядывающий в меню, расслабился и с заметным аппетитом поглощал поданные блюда.

Я была слишком занята получением истинного удовольствия от поедания морских гадов, чтобы обращать пристальное внимание на происходившее за столом. Таир галантно ухаживал за мной и Алиной, не выделяя ни одну из нас. Вёл светскую беседу с вампиром, который по случаю нацепил светлую рубашку, украсив рукава запонками. Для полноты картины не хватало галстука боло и перстня на мизинце. Официанты бесшумно подходили и исчезали, поднося новые угощения под покровительственным взглядом Таира Ина.