STATUS QUO или рекламные байки

Снег, снег, снегопад...

Сильный снегопад в Ростовской области — это нечто из ряда вон выходящее. Обычно слой снега не превышает и пяти сантиметров, а бывает, что и за всю зиму даже землю не покрывает. Одна оттепель сменяет другую, а там и снова весна. Никогда не забуду ернический заголовок в одной местной газете — «Зима пришла неожиданно в середине февраля. Коммунальщики оказались не готовы».

Снег шел все воскресенье и всю ночь на понедельник. Когда я проснулся утром, то выйти из дома оказалось невозможно — сугробы по пояс. Делать нечего, взял лопату и принялся расчищать дорожки. По улице, проваливаясь в снег по пояс, бредут люди от остановки. Громко обсуждают полное отсутствие общественного транспорта. Апокалипсис. Армагеддон. Конец света.

Мороз не очень сильный, градусов семь — восемь, но дороги замело по всей области. Снегоуборочная техника в городе конечно есть, но в мизерном количестве. Это же вам не Сибирь, и не Москва. К обеду само растает.

Вот только таять оно и не собирается.

Пока ломал голову, как добираться до офиса, по мобильному звонит Маринка.

— Андрей, ты на работу собираешься?

— Да.

— Как будешь добираться? Транспорт не ходит.

— Понятия не имею.

— Может, такси вызовем вскладчину?

— А такси проедет?

— Давай не будем гадать, а попробуем позвонить и спросить.

— Заказывай!

Перезванивает минут через двадцать.

— Выходи, мы едем.

Едут они…

Швыряю лопату, хватаю сумку и выбегаю к дороге. Колея по пояс. Такси ползет со скоростью улитки, разбрасывая шинами снег. Фактически, если бы не «шашечки» на крыше, я бы и не догадался что это такси, машину практически не видно.

Запрыгиваю в салон, здороваюсь. Таксист молодой, веселый, энергичный, сам в шоке от ситуации.

— Нам бы до трассы дотянуть, там хоть немного, но расчистили. В центре пока глухо, если сядем, придется вам дальше пешком.

Ладно, соглашаемся мы, будем надеяться на лучшее.

Дорога заняла почти час, но нам уже давно наплевать на опоздание. Выбираемся из такси, бредем сквозь сугробы к офису, шутим. Агентство открыто, но снег вокруг пока не расчищен. Оно и понятно, реакции городских служб ждать придется долго. Как минимум до обеда. А справиться собственными силами, то бишь силами нашего завхоза Витька, и расчистить всю территорию вокруг торгового центра — это еще дольше.

Открываю дверь, пропускаю Маринку, вхожу сам, здороваюсь. В офисе пусто. В наличии только ОВ с ехидной улыбкой на устах:

— Наши люди в булочную на такси не ездят. Кажется, я вам слишком много плачу, что вы на работу на «тачке» добираетесь.

Шутит. Хотя в любой шутке…

Но где же остальные?

— Никого нет, — поясняет ОВ, — сама еле добрела пешком по сугробам. Света звонила, ее папа повез на работу, но они по дороге «сели» намертво. Теперь ищут трактор, чтобы машину вытащить. Остальные пытаются добраться, кто как. Скорее всего, если и будут — ближе к обеду. А может, и к вечеру.

Понятно. Одно радует, клиенты тоже не смогут добраться, а это значит — расслабуха. Можно спокойно попить чаю и до полудня зависнуть на Башорге. Финальным аккордом всеобщего умопомешательства — по улице едет велосипедист.

Только один вопрос.

Как?

Попрошайки и бомжи

Рекламное агентство арендует под офис одно из помещений на первом этаже торгового центра «Элитный» в самом центре города, буквально в пяти минутах ходьбы от центральной площади. Со стороны переулка вплотную к «Элитному» примыкает крытый фермерский рынок, торговые площади которого арендуют продавцы сельскохозяйственной продукции.

Одно время повадились на ступеньках у входа в «Элитный» попрошайничать бомжи. Место, видимо, прибыльное, все-таки центр, проходимость высокая — подают неплохо. Так что со временем бомж на ступеньках превратился в неотъемлемую часть пейзажа. Лица регулярно менялись, а как уж они между собой договаривались, кто и когда на смену заступает, мне неведомо. Может быть, по часам распределяли всех соискателей, а может, на кулаках бились, чтобы выбрать наиболее достойного. Не знаю.

Завхозом в то время в «Элитном» работал Витек. Эдакий невысокий, худой и очень шустрый мужичок неопределенного возраста. На мой взгляд, ему перевалило уже далеко за сорок, но все еще «Витек», и не более того. Так бывает, одного в двадцать по имени-отчеству кличут, а второй и в шестьдесят все еще в «Витьках» ходит, и смена амплуа даже не предвидится.

Витек ухитрялся совмещать сразу кучу профессий: он и завхоз, и электрик, и сантехник, и грузчик и завскладом, и кто-то там еще, я особо не вникал. Одним словом, крутится как белка в колесе, чтобы успеть. И все это за пятнадцать тысяч рублей в месяц.

Вызывает однажды меня Витек покурить, мрачный, как памятник, рассказывает. Привезли новое холодильное оборудование на фермерский рынок, подключили. Нагрузка резко увеличилась, начались проблемы с электричеством. Арам, опасаясь пожара, затеял замену электропроводки, закупил новые распределительные коробки, провода, вызвал электриков-профессионалов, чтобы все это грамотно смонтировать. В понедельник — выходной, работает только «Семерочка», верхние этажи пустуют — начались монтажные работы.

Электрики — мужики простые, прибыли со своим инструментом, стремянкой, расположились в коридоре, разложили дрели-болгарки, возятся потихоньку, провода в кабель-каналы пихают, плафоны меняют, распредкоробки к стенам на дюпель-гвозди крепят. Бросить их одних в полупустом торговом центре страшновато. Вокруг бутики с дорогими шмотками, замки на дверях, жалюзи, чисто номинальные, от честных людей. При наличии инструмента и прямых рук вскрыть любой из них можно за минуту. А еще за две минуты можно унести из торгового центра всякого добра на несколько Витькиных зарплат. И пойди потом докажи, что он — Витек, тут вовсе ни при чем, и никакого «предварительного сговора» с преступниками у него не было.

Так что завхоз крутится неподалеку, приглядывает за рабочими, на ус мотает, набирается опыта и заодно следит, чтобы под шумок ничего не сперли.

И надо же, довелось в эту самую минуту Араму проходить по заднему двору ТЦ. Видимо, не в духе был, позвонил Витьку, стал ругаться, путая русские и армянские слова, отчитывать за бардак на территории вверенного предприятия.

— Короче говоря, ты мне эту клумбу вскопай немедленно! Завтра приедут цветы высаживать по «Бродвею», заодно и нам облагородят задний двор. Понял?

Да что же тут непонятного? Делов-то — на десять минут неспешной работы. Лопата, грабли и чуть-чуть усердия. Вот только как оставить электриков без присмотра? За десять минут могут и на полмиллиона товара вынести. Потом за год не расплатишься.

И тут у Витька родился гениальный план. Он спускается на первый этаж, покупает в «Семерочке» самую дешевую бутылку водки и цепляет на ступеньках у входа в ТЦ уже порядком примелькавшегося бомжа.

— Значит так, — обращается он к лицу без определенного места жительства, показывая пузырь, — нужно немного поработать. Вскопаешь клумбу, с меня — бутылка. Или могу наличными отсчитать эквивалент стоимости. Как пожелаешь…

— Не-а, — отвечает бомжара, — ваше предложение меня не заинтересовало.

— В смысле? — опешил Витек, — да кто бы мне предложил пузырь за десять минут плевой работы.

— Не хочу, — отвечает бомж, — я тут еще полчасика постою, мне гораздо больше подадут.

Витек начал заводиться.

— Ты работу сделай, а потом стой, сколько хочешь.

Бомжара выпрямился, подбоченился и уверенным голосом отвечает:

— Я тебе не раб! Нужно копать, вот иди сам и копай. А я работать не хочу и не буду. И хрен ты меня заставишь! А на пузырь мне и так подадут.

Я даже мысленно представил себе эту картину, как багровеет Витек, глаза выпячиваются из орбит, кулаки сжимаются в бессильной злобе, на губах проступает пена.

— Значит так, — собрав всю волю в кулак, заявляет Витек, — если копать не хочешь — убирайся вон. И чтобы я тебя никогда здесь не видел. Увижу — убью!

— Да и пошел ты, — усмехается бомж, — город большой, я себе другое место найду.

— Вали, я сказал, — закипает Витек, — и своим передай, чтобы за два квартала обходили торговый центр. Я с вами шутить не буду. В тюрьму сяду, но ни одна тварь здесь больше попрошайничать не будет. Никогда!

А бомжара отошел на безопасное расстояние, понимает же, что Витек следом не побежит, и средний палец тому показывает — «накося выкуси, ублюдок»

— Ах, ты же, тварь!

Как Витька удар не хватил, я не знаю. Но разозлился он страшно. Плюнул на охрану бутиков от посягательства потенциальных воришек, взял лопату, грабли, пошел на задний двор торгового центра и вскопал несчастную клумбу. А бутылку, купленную для бомжа, вечером сам употребил. Как честно заработанную оплату собственного труда.

С тех пор ни одного бомжа-попрошайки в окрестностях торгового центра не видно. Витек слов на ветер не бросает…

***

Этой зимой резко похолодало, к концу января на градуснике минус двадцать. Несколько смертельных случаев с бомжами, не сумевшими вовремя приспособиться и подобрать тепленькое местечко. Все это, конечно, очень грустно, но есть и другая сторона — всем на свете не поможешь, своим теплом не обогреешь. А бомжи — люди неблагодарные, пару раз приютишь, так и сопрут чего.

С утра, как только открыли фермерский рынок, в числе первых покупателей в зал ворвался бомж, грязный и с адски зловонным шлейфом вони. Растолкав посетителей, он заскочил за прилавки и с грохотом обрушился около холодильников.

— Я здесь спать буду! — хриплым голосом заявил он и закрыл глаза,.

Продавщица в крик, покупатели, само собой, в разные стороны, ибо воняет так, хоть святых выноси. На вопли прибежал охранник.

— Убери его отсюда, — вопит продавщица.

Охраннику нет никакого желания связываться с бомжом, потом неделю руки стиральным порошком отмывать придется.

— Эй ты, вставай, — пинает охранник бомжа, — уходи отсюда. Ты клиентов отпугиваешь.

— А мне побоку, — отвечает бомж, — я спать хочу. Отстаньте! На улице мороз. Я туда не пойду. Я и так всю ночь мерз.

— Я сейчас полицию вызову, — вопит продавщица.

— Да хоть Папу Римского, мне все ро́вно, — отвечает бомжара, — отстаньте от меня! Я никому не мешаю. Пару часиков посплю и уйду.

— Нет, ну это уже совсем наглость, — вопит продавщица, — Леша, выкинь его отсюда!

— Клава, я вообще-то рукоприкладством заниматься не имею права. Меня и посадить могут. Ты, наверное, правда вызови копов.

Набрали номер, оставили заявку. Через несколько минут, центр города все-таки, прискакал УАЗик полиции. Выбрались оттуда двое — молоденький литеха и сержант, постарше и поплотнее.

— Что случилось?

— Вот, — вопит пострадавшая продавщица, — лежит, воняет, уходить не хочет.

— Хм… — озадачился полицейский, — ничего не украл?

— Пусть только попробует, я ему тогда своими руками голову оторву.

— Ну, как бы… состава преступления нет. Задерживать не за что. Погреется и сам уйдет.

— А мне что делать? — вопит продавщица.

— Что делать? — задумчиво пробормотал лейтенант, — «хозяину» сообщи, пусть приедет, разберется с бомжом.

— Я и есть хозяйка! — вопит она еще громче, — уберите его отсюда!

Вокруг, несмотря на ранний час и прохладную погоду за окном, собралась уже приличная толпа.

— Может, вы его в обезьянник на пару часов закроете, а? — подал голос охранник.

— Вот еще, — возмутился лейтенант, — в машине потом неделю вонять будет, пока это все выветрится.

— Уберите его отсюда. — вопит продавщица, — я на вас жаловаться буду!

— Мужчина, покиньте помещение, — сделал вялую попытку лейтенант.

— Идите вы все в пень!

— О! — восклицает охранник, — оскорбление при исполнении. Мужики, забирайте! Ваш клиент.

— Я ничего не слышал, — заявляет лейтенант, — бормочет что-то невнятно. Ничего не разобрать. Серега, ты понял что он пробубнел?

— Не-а, — моментально сообразил сержант, — товарищ лейтенант, поехали. Ложный вызов. Вот убьет кого, или ограбит, тогда вернемся и заберем.

— Я его сама сейчас придушу.

— Тогда мы вас заберем, — зевая сообщает лейтенант, — а этого увезет труповозка.

— И чё делать? — снова влез охранник, — мужики, я его бить не буду. Вы же тогда меня самого закроете, а у меня семья. Мне садиться никак нельзя.

— Если хочешь, — ехидно предлагает сержант, — мы можем пойти покурить. Только сильно не буцай, а то вдруг и правда загнется.

— Да не буду я его трогать! Мне оно надо?

— Ну тогда, как хотите, а мы поехали.

— Куда это вы поехали? — уперла руки в бока Клавдия, перегородив дорогу.