Безымянный лес: Дворец Августовых

– Эээ, извини, – усмехнулся он, – просто Паша мне камеру подарил, и я подумал снять… документалку о нашем пребывании… – оглянул он жуткий на вид дворец. – Здесь.

– Ага, – задумчиво покивал я из уважения. Я понимал, что он наверняка хочет меня в этом заинтересовать, но тратить время на спонтанную затею, если честно, не хотелось. – Ну в таком случае… удачи.

– Постой! Я был бы… рад, если бы поучаствовал в процессе.

– Прости, Эмиль, – я тяжело вздохнул, боясь обидеть друга, – но у меня сейчас совсем нет настроения. Давай для начала дворец осмотрим, да? Я подумаю, честно, – не знаю, утешит ли это его, но для правдоподобности я похлопал его по плечу.

– Да… – понимающе покивал он, глядя на то, как Артур проходит мимо, направляясь к остальным. – Да… – глубоко вздохнул он и пошёл вслед за другом.

У входа во дворец корячился окружённый друзьями Павел. Он всё пытался открыть заевший замок, из-за чего процесс затянулся. Девушки и Марк подшучивали над парнем до момента, пока он наконец не провернул ключ и не раздался щелчок. Павел с улыбкой распахнул двери, а затем вошёл в проём спиной, расправив руки:

– Добро пожаловать во дворец Августовых!

Просторный и невообразимо красивый зал предстал перед группой. Напротив входа расположились две округлые лестницы со свисавшими с перил красными шторами. Они скрывали собой неизвестное помещение под пролётом, откуда выглядывал удивлённый серый глаз, который оставался незамеченным для новоприбывших ребят. Они любовались каждой деталью интерьера: от стен усыпанных картинами кораблей до белых потолков с гравюрой роз. По обе стороны от входа тянулись два высоких коридора с окнами, чьи квадратные узоры падали на коричневые двери и светлые стены от уличного света.

Подле лестницы, ближе к центру зала, выделялся след от заменённого пола, видимо, его ремонтировали, когда надеялись, что из этого места можно сделать туристическую зону или музей, что планировалось властями ещё в 2001-ом году. Павел встал ближе к алым шторам, расстегнул куртку и хлопком привлёк внимание очарованных друзей:

– Рад, что вам нравится. Прежде, чем мы начнём, хотелось бы рассказать о трёх золотых правилах. Два из них мы обговорили с отцом ещё до того, как нам разрешили, – легонько схлопнул он ладони, – въезд. Он очень хочет, чтобы мы с вами отдохнули здесь, как следует, так что давайте будем придерживаться правил на протяжении всех каникул. Договорились?

Все покивали Павлу.

– В общем первое правило – ни в коем случае не портим, не перемещаем и не забираем в качестве сувениров любые вещи из этого дворца. Не хочется, чтобы отец убил меня за какую-нибудь разбитую вазу стоимостью в сотню тысяч, – усмехнулся он.

– Надеюсь, речь идёт о рублях, – посмеялась Валерия. Остальных это тоже позабавило.

– К счастью, да, – улыбнулся Павел. – Не думаю, что иначе бы нас сюда впустили. И так, второе правило – мы не должны баловаться дверьми и окнами. Единственное, что вам следует знать, что замки здесь не новые – им минимум по сто пятьдесят лет. Без шуток.

– Не старше, чем бабушка Леры, – съязвил Марк и тут же получил кулаком в плечо от Валерии.

Свете не понравилось, что друзья перебивают Павла:

– Хватит, как дети, ей богу, – закатила она глаза. – Какое следующее правило, Паш?

– Оно тут самое главное, – серьёзно оглянул он друзей. – Не хочется томить, поэтому я просто скажу, что пока мы тут, между нами не должно возникать никаких серьёзных конфликтов. Вы должны пообещать, что даже если случиться какая-то гадость, вы не станете раздувать из мухи слона. Мы ведь с вами не бродячие псы, готовые грызть друг другу глотки… – после его слов наступило небольшое затишье.

– Весёлое сравнение, – произнесла Валерия, скрестив руки на груди.

– Я просто хочу вас мотивировать! Надеюсь, вы будете следовать этим правилам. Хотя бы ради меня. Ладно, – выдохнул он и приободрился, – думаю, с этого момента можно считать, что наша неделя незабываемых каникул в стенах этого дворца официально началась.

– Паш, – привлекла приподнятой рукой внимание Павла Валерия.

– Да?

– Насколько помню, ты говорил, что здесь где-то рояль стоит, – колко глянула она на смутившуюся Свету.

– Да, в правом крыле, – указал он на правый от входа коридор, – последняя дверь. Не уверен, конечно, что там хорошее звучание, но можете попробовать. А я пока пойду-гляну на подвал. Эмиль с Мишей, не поможете мне поискать ключи?

Пока часть друзей отлучилась в противоположную сторону дворца, Лера взяла Свету под локоть и лёгкой походкой пошла в правый коридор. Марк собирался было последовать за девушками, но заметил, что Артур и с места не сдвинулся, и замер.

И что Света в нём нашла? Все эти два года я думал, что она встречается с таким же хорошим парнем, как Денис, но… Стоп, почему он остановился и тоже смотрит на меня? Неужели он тоже меня недолюбливает?

Парни играли в суровые гляделки до тех пор, пока не услышали милый голос Светы:

– Вы идёте? – с улыбкой обернулась она, поглядев на обоих парней.

У Марка будто сработал переключатель, и он, откликнувшись на зов, пошёл к Свете. Артур же ещё немного постоял и только потом последовал за ними на расстоянии.

Коридоры дворца заставляли девушек изумляться сохранившимся рисункам, узорам и гравировке. Марк же просто шёл ближе к Свете и не обращал внимание на богатое окружение – ему всё казалось не таким уж и привлекательным, чтобы любезно разглядывать каждую мелочь. А вот Артуру, наоборот, хотелось изучить дворец. Идя по коридору, он представлял себя в музее ранним утром, когда ещё не было посетителей.

И вот, когда четвёрка приблизилась к тем самым дверям, о которых сказал Павел, Валерия осторожно взялась за ручки и дождалась, когда Артур подойдёт. Оттянув момент, она распахнула двери, и перед группой предстал концертный зал с невысокой сценой, где стоял большой чёрный рояль, который в миг захватил внимание Светы. Вдоль зала тянулись два ряда деревянных скамей; сквозь высокие окна пробивался солнечный свет – погода прояснилась; по бокам сцены висел пурпурный занавес, а за ним виднелась едва заметная белая дверь.

Вприпрыжку Валерия помчалась вперёд и покружилась в лёгком танце, пока остальные шли вслед, оглядывая зал. Света с любовью прижалась к Марку и заметила его угрюмое лицо:

– Тебе здесь не нравится? – взволновалась она.

– Да нет, Светик, – взбодрился Марк, – нравится, но… просто я не любитель всей этой художественной фигни…

– Фигни?! – ошеломилась она, вознегодовав. – Это дворец, Марк! Старинный дворец! Всё, что в нём находится, – произведение искусства. Люди, жившие до нас, сделали столько прекрасных вещей. Неужели ты не понимаешь?..

– Ладно-ладно, беру свои слова назад. Здесь красиво.

– Ты просто решил отмазаться, – прищурила она глаза с подозрением.

– А вот и нет, – увёл он взгляд к потолку.

– Кстати, о красивых вещах… Сколько у нас уже накоплено?

Марк ответил не сразу:

– Пока на билеты не хватает, но я постараюсь подработать, чтобы… хватило, – его слова прозвучали как оправдание. – Ты точно хочешь лететь в Петербург этим летом?

– Да! Эрмитаж, Петропавловская крепость, – в её речи звучала доля фанатизма. – Это же всё так классно! Будем жить у моего дяди, который только раз в месяц бывает у себя квартире! Роскошь!..

Вдруг проскользнула Валерия, которая подхватила Свету за локоть и увела подальше от Марка:

– Ладно, фантазёрка, не загружай его. У парня и так остались последние извилины, – язвительно подмигнула она Марку, который тотчас закатил глаза. – Лучше сыграй нам что-нибудь, – указала она на рояль.

– Слушай, Лер… Ну, не знаю… – застеснялась Света. – Я давно не играла…

– Так, – возразила Валерия, – что за резкие перепады в настроении? Ты же мне полгода назад такой мастер-класс показала, что я аж забыла, что нахожусь в реальном мире! Бери-ка всю волю в кулак, подруга, и бегом за рояль!

Артур и Марк расположились на двух передних скамьях, держась подальше друг от друга, а Валерия с подругой шагнули на сцену, высотой в одну ступень, и Света с неохотой села на мягкий табурет. Пальцы её робко приблизились к клавишам и остановились в нескольких сантиметрах от долгожданного соприкосновения. Казалось, что она вот-вот начнёт исполнять великие композиции классических музыкантов, но её тело объяло незримой цепью. В голову въелась лишь одна навязчивая мысль: она всё забыла.

– Что сыграть?.. – помрачнела Света.

– О! – воскликнула Валерия, задрав указательный палец. – А помнишь ту, которую я ещё потом на рингтон поставила?.. Ну эту… Как её… Этюд…

– Паганини? – забыть этого композитора не сложно, а невозможно – скрипач дьявола.

– Да! Паганини.

*Никколо Паганини – итальянский композитор, скрипач-виртуоз*

Когда Света вновь поднесла пальцы к инструменту, наступила тишина, и через секунду пронеслись потоки быстрых арпеджио, сложившихся в эффектную мелодию. Вступление к композиции поразило присутствующих в зале, но лишь мимолётный и едва заметный посторонний звук фальшивой ноты заставил девушку испуганно отдёрнуть руки. Никто не обратил внимание на подобную мелочь, и никто не понимал, почему она резко перестала играть.

– Что-то случилось?.. – наклонилась Валерия к уху Светы. – Слушай, если забыла эту – сыграй другую. Ту, которая тебе больше нравится.

– Венгерский танец, – прошептала она. – Брамс.

– Брамс, – одобрительно повторила она и отошла, чтобы не мешать исполнению.

* Иоганнес Брамс – немецкий композитор, являющийся одним из центральных представителей эпохи романтизма*

В очередной раз ловкие пальцы молодой исполнительницы стали играть мелодию. В первые секунды появилось игривое звучание, интенсивно перерастающее в загадочный мотив, а затем сменилось умиротворением. Композиция разносилась по коридорам дворца, тени которого скрывали в себе историю и тайны, связанные с дворянской семьёй, отчего на душе Артура просыпался дух приключения. Ему захотелось изучить здание досконально – от главных дверей до самых сокрытых уголков чердака. Парень вспомнил о предложении Эмиля снять документальный фильм, и эта идея уже не казалась ему постыдной.

Пока Света продолжала играть, Валерия стояла за спиной и спокойно дирижировала в так мелодии, пока не повторился тот самый загадочный мотив из вступления, который интенсивно нарастил темп её взмахов. Марк с радостной улыбкой смотрел на девушек и глянул за спину, когда услышал тихое эхо шагов – остальные парни вернулись к группе и расселись по залу. Эмиль занял место в середине, непрерывно снимая выступление Светы, и сделал крупный план, поражаясь одновременно столь чёткому изображению камеры и таланту девушки.

И вот когда Света сыграла последние ноты, Павел, стоявший у дверей, громко захлопал, что подхватили и остальные друзья. Превосходные овации шести друзей нахлынули на исполнительницу. Она поразилась торжественной реакции и, встав на краю сцены, поклонилась со словами:

– Какие овации! Спасибо!.. – но радость на её лице в миг угасла, когда в ушах раздался звон, перенявший всё её внимание в сторону инструмента…

Под крышкой рояля лежало тело девушки в белом платье со свисающей с бортика головой. Она смотрела на Свету мёртвыми глазами и дрожащей челюстью издавала нарастающее рычание с импульсивными вздохами да так, что её тело подскакивало на хребте! Со рта брызгами вырывались слюни, а с пореза на горле стекала кровь, что каплями разбивалась о пол…

Пронзительный крик ошеломил некогда ликующий друзей. Крышка рояля рухнула, а Света в панике попятилась прочь. Валерия первой пришла на помощь и попыталась успокоить подругу, но та лишь рыдала и указывала на инструмент:

– ТАМ КТО-ТО ЕСТЬ!!! – её безумные глаза пугали подоспевших Марка и Артура.

Парни оглянулись на закрытый рояль и подошли к нему с двух сторон. Переглянувшись, они поддели крышку и на немые «раз, два и три» приподняли её…

Из-под узкой щели вырвалась птичка: парни испуганно отпустили крышку, и она вновь грохнулась обратно. Воробей взмыл до самого потолка и умчался в коридор через распахнутые двери. Света в шоке замолкла, уставившись на выход из зала. Мир в голове перевернулся с ног на голову. Она не понимала, что есть правда. Вылетевшая из рояля птица или же минутные воспоминания о мёртвой девушке?..

Документальный фильм

После произошедшего Марк и Лера отвели Свету в гостиную, чтобы успокоить её, а оставшиеся парни окружили рояль, пребывая в раздумьях, пока Эмиль пересматривал запись, сделанную в момент, когда рухнула крышка, но как бы он не разбирал видео покадрово, он не замечал ни птицы, что влетела в рояль, ни человека, что должен был лежать в нём.

– Ну, что там по записям, Эмиль?.. – нетерпеливо спросил Павел, пока Михаил поднимал крышку обратно и проверял надёжность опоры.

– Ничего не понимаю, – продолжал он перематывать видео. – На видео ничего нет. Крышка буквально сама рухнула… – растерянно уставился он на Павла.

– Господи, ребят, – с усмешкой оглянул он друзей. – Давайте не будем жути нагонять. Птица врезалась в опору, – указал он на рояль, – вот крышка и упала.

Это шутка? Вероятность такого совпадения – один на миллион. Сомневаюсь, что подобное можно списать на случайность.

– О чём ты вообще говоришь? – резко возразил я. – Что по-твоему произошло до того, как она упала? Света чего-то до смерти испугалась, и на записи это прекрасно видно, – шагнул я к Эмилю, указав на камеру.

– Артур, – непричастно поднял руки Павел. – Мы все устали с дороги, – говорил он спокойным тоном. – Давайте не будем устраивать из-за какого-то малюсенького совпадения драму. Мы приехали отдыхать, а не бояться каждого шороха в старинном здании.

Малюсенькое совпадение? Как же меня бесит его циничность, которую он прячет под доброй маской хорошего друга. Моя сестра напугана, а ему хоть бы хны… К чёрту.

Артур молча сошёл со сцены и направился в сторону выхода. Эмиль предпочёл пойти за ним, оставив Павла и Михаила наедине – между ними до сих пор чувствовалось напряжение.

Павел тяжело вздохнул и посмотрел на уставшего Михаила:

– Всё в порядке? – ему искренне хотелось знать, всё ли хорошо с другом, но тот ничего не ответил и вышел из зала вслед за парнями. – Видимо, нет… – произнёс он на выдохе и прежде, чем уйти, в последний раз оглянул рояль. В голове его промелькнула мысль, как мог выглядеть тот, кого якобы видела Света, отчего ему стало не по себе, и он не хотел оставаться один.

Тем временем Артур остановился посреди главного зала и посмотрел сначала на вход в гостиную, потом на лестницу, а затем на подошедшего сзади Эмиля:

– Нет желания прогуляться по дворцу? – казалось, моё внезапное предложение удивило Эмиля.

– А ты разве не идёшь к Свете?

– У Светки есть ухажёр. Не в обиду ей, но он мне отнюдь не нравится. У меня нет желания делить с ним одну комнату, – наверняка со стороны моё поведение казалось ненавистным либо холодным. Так я и хотел показывать своё отношение к Марку.

Причина не идти в гостиную оказалась вполне понятной для Эмиля, и он последовал за Артуром. В кои-то веки ему вновь удастся провести время с бывшим соседом по дому и парте. А ведь Эмилю нравилось проводить время с Артуром. Хотя после выпуска они мало общались, в школьные годы они дружили и часто ходили друг к другу в гости. Спустя годы Артур сильно изменился в глазах Эмиля: раньше он казался добрее и открытее, а теперь он будто замкнулся, словно не хочет подпускать к себе остальных без разрешения.

И вот, когда парни поднялись на третий этаж, Эмиль рассказал, как однажды с родителями путешествовал на Эльбрус, но горная тропа, по его ощущениям, никогда не сравнится с этой лестницей. Пройдя по тёмному коридору, ребята нашли уголок с деревянной стремянкой, ведущей на чердак. Снизу разглядеть, что находится в распахнутом люке, не получалось – там было слишком темно. Артур уступчиво отошёл в сторону и серьёзно посмотрел на Эмиля. Тот же в свою очередь нервно усмехнулся:

– Типа, дамы вперёд?.. – с улыбкой смотрел он на Артура, пока тот не указал на камеру.

Эмиль подумал, что я боюсь подниматься первым, но это было далеко не так. Одно лишь твёрдое слово заставило его понять, что у меня не настроение для шуток:

– Фонарь.

– Ах, да… – неловко усмехнувшись, включил он фонарь на камере и первым полез наверх.

Во мрачном окружении витала вековая пыль. Над скрипучим полом проносился холодок. Множество картин, ящиков, украшений и одежды заставляли глаза разбегаться по всему чердаку. Насторожившись скрипучих половиц, парни осторожно пошли вдоль коридорного пространства между горами старинного хлама, пока их внимание не заострило жутковатое зеркало у дальней стены. Его овальную раму точно вылили из чистого серебра.

Пока Эмиль снимал мутное отражение в крупном плане, Артур вошёл в кадр и приблизился к зеркалу. Эмиль сразу подметил красивый ракурс, вспомнив фильм про исследователей паранормальных явлений «Искатели могил». Пыльное отражение манило необычайной загадочностью. Когда-то в это зеркало смотрели люди, которых уже давно нет в живых. По мнению Артура, оно наверняка хранило в себе целую историю.

Почему такое красивое зеркало стоит на чердаке, а не в одной из комнат?..

– Обычное нестрашное зеркало на тёмном-тёмном чердаке… – присел я на корточки.

Когда Артур пригнулся, Эмиль ненароком заметил мужской силуэт в отражении зеркала сквозь объектив камеры. С испугу он резко посветил в сторону. Артур в тот же миг подскочил, оглянулся и увидел на подсвеченном месте лишь манекен в чёрной шляпе. Сердце Эмиля билось с такой силой, что началась одышка:

– Твою маааать!.. – схватился он за сердце, загнувшись. – Какой ненормальный оставил эту хреновину ТАМ?..

– Ты как?.. – беспокойно коснулся я плеча друга.

– Нормально… Фух… – встряхнул он голову и шмыгнул носом. – Я так ещё ни разу не пугался, – с облегчением посмеялся он.

Затем Эмиль вновь посветил в сторону зеркала, и Артур ненароком заметил отблеск в тёмном уголке. Из любопытства он заглянул за покосившуюся тумбу и не на шутку изумился находке. У стены стояла винтовка «Мосина», изготовленная к концу девятнадцатого столетия и являлась особой редкостью. Неудивительно, что Артур тут же распознал её, ведь он углублённо изучал историю России. В особенности он увлекался оружием. Неужели это действительно была одна из первых моделей? Но откуда она во дворце?

Когда Артур вытащил винтовку, Эмиль с опаской смотрел на то, как друг искусно рассматривает оружие. Пыль покрывала каждую деталь, но при этом все механизмы оставались в хорошем состоянии, будто кто-то бережно обслуживал её целых два столетия. Артур стал отдёргивать затвор, пока не извлёк от туда целых четыре патрона, что звонко ударились о пол, и заметил, что рядом с зеркалом есть ещё одна полная коробочка.

В последний раз мы с дедом стреляли перед моим выпуском. Сколько же времени прошло? Хотелось бы вновь выйти с ним на прогулку в лес, но, к сожалению, этого уже никогда не случится…

– Возьмём? – с сомнением спросил Эмиль.

– Нет, – ещё раз с интересом я оглянул пласт винтовки. – Паша сказал, чтобы мы ничего не трогали, – и вернул её на место. – И мы не будем ничего трогать от греха подальше… Если, конечно, она не пригодится, чтобы отстреливаться от вендиго, – вспомнил я одну игру про горы, где обитало древнее проклятие – «Дожить до рассвета».

– От кого-кого?.. – с неловкой улыбкой переспросил он.

– Серьёзно, ты не знаешь кто такие вендиго? – я ожидал от него хоть какого-то ответа, но он и губами не пошевелил. Оно и понятно, он не часто залипает в играх. – Ладно, – выдохнул я. – Главное, чтобы она Марку на глаза не попалась, – язвительно улыбнулся я.

– Вряд ли он поднимется сюда. Тут темно.

– А точно! – задорно подметил я. – Он по-любому боится темноты, – мне понравилось злорадствовать над парнем Светы в своих фантазиях, а ещё я наконец вспомнил, как весело проводил время с Эмилем в школьные годы… – Ладно, продолжим осматривать тут всё завтра, а то ребята нас искать хватятся, – направился я к лестнице.

– Ага, – в приподнятом настроении последовал он за другом.

Отражение зеркала провожало обоих парней, пока они не спустились в люк…

Через пару часов стемнело. Лес погрузился в сумерки. В гостиной с большим диваном, расположенного напротив зажжённого камина, царила уютная атмосфера. Друзья распределились по тёмной комнате и занимались своими делами. Павел сидел у огня и рассказывал Валерии историю со съёмок последнего видео, пока та с интересом слушала его, не упуская ни единого слова; Света и Марк обсуждали планы на будущее – после учёбы они хотели бы переехать в Петербург и постепенно реализовывать там давние мечты; Михаил отстранился от остальных на перевёрнутом задом-наперёд стуле и томно наблюдал за огнём в камине; Эмиль сидел в кресле напротив Леры и вразвалку пересматривал последнее видео.

Когда в гостиную наконец вернулся Артур и присел рядом с сестрой, косо глянув на Марка, Павел оборвал историю, которую рассказывал Лере, и улыбчиво встал перед камином:

– Ну что ж, дорогие друзья, – игриво произносил он, – пощекочем нервишки? Не хотели бы вы, заблудшие души этого мрачного и одинокого леса, сыграть в прятки в жутком особняке времён восемнадцатого столетия?

– В прятки? – удивлённо улыбнулся Марк. – Типа, как детишки в детском саду?

– А что такого? Ограничимся первым этажом, – встала с кресла Валерия, подойдя к Павлу. – Будет весело прятаться в темноте. Ты ведь не боишься темноты, Марк? – съязвила она.

– С чего я должен бояться темноты? – с нервной усмешкой спросил он.

– Я за, – с улыбкой одобрила Света игру, сначала посмотрев на Марка, а затем на Артура. – Артура можно не спрашивать – он мастер пряток.

Ну спасибо, Свет… Даже здесь успела решить за меня… Не буду же я ей теперь отказывать?..

– Эмиль? – посмотрела Валерия на отстранённого парня.

– Да, конечно, – робко ответил он.

– Вот и чудно! Теперь нужно решить, кто будет водить… – призадумавшись, проглядела она друзей слева направо – от Михаила до Эмиля, но не увидела желающих.

– Мишаня, конечно! – задорно воскликнул Марк. – Он же тут главный водила!

– Не думаю, что Миша сейчас в настроении, чтобы искать, – опроверг предложение Павел. – Наверное, пойдёт Эмиль…

– А почему бы и нет? – резко заявил Михаил и встал со стула, серьёзно поглядев на Павла, будто хотел ему что-то доказать. – Эмиль, одолжи-ка камеру, если можно, а то в темноте тут шляться неохота.

– Да, конечно, – передал Эмиль камеру.

Михаил и Павел встретились негодующими взглядами. Друзья уловили этот неловкий миг, но сделали вид, что не заметили их напряжения.

– Считай до ста, – бесстрастно подметил Павел, отходя к дверям.

– Один… – не менее бесстрастно произнёс он.

Как только Михаил начал счёт, все в предвкушении выбежали в коридор. Парень считал в среднем темпе, пока наконец не остановился на сотне. По правде говоря, находиться в одному в тёмной комнате ему было крайне не комфортно, несмотря на источник освещения в виде камина. У Михаила появилось тревожное чувство, будто за ним следят.

Из-за спины вдруг донёсся шорох. Внезапный звук заставил Михаила обернуться к ничем не примечательной стене и прислушаться к окружению. Шорох повторился. Видимо, в соседней комнате прятался кто-то из друзей. Миша уверил себя, что победа уже в кармане.

– Кто не спрятался – я не виноват! – крикнул он громко и чётко, чтобы тот, кто находится за стеной, услышал его колкий возглас.

Михаил уверенно вышел из гостиной и обошёл её с внешней стороны по коридорам, но, к огромному удивлению, не обнаружил входа в соседнюю комнату, откуда некогда доносились шорохи. Встав в месте, где предположительно находилась неизвестная комната, парень прислонил ухо к стене и вновь услышал звуки. Озадаченный ситуацией Михаил вернулся в главный зал и обратил внимание на красные шторы под лестницей, которые покачивались от дуновения лёгкого ветра. За теми шторами находилось небольшое пространство неизвестного предназначения. Михаил решил узнать, что же скрывается под большой лестницей, и медленно подошёл к занавесу…