"Аромат любви" от сударыни-попаданки

Глава 19. Подруга

Варя

Войдя в гостиную, я едва поверила своим глазам. Анна Забельская собственной персоной! Я кинулась к подруге, крепко обняв её. Год не виделись!

— Как же рада видеть тебя, Варя, — она широко улыбалась, смотря на меня.

— Аннушка, какими судьбами? — задала я вопрос, а потом сообразила, что она тут делает. Всё же вместе учились в Мариинке. — Ты пришла устраиваться гувернанткой?

— Да, прочитала объявление и сразу сюда. Я, между прочим, писала тебе, как обещала, но ответа так и не получила, — она сдвинула брови к переносице и наигранно надула губы.

— Аннушка, я не получала ничего, — покачала я головой. — Видимо, Щедрина твои письма перехватывала.

— Ух, вот же… нехорошая женщина твоя родственница, — она удержалась от более крепких слов и покосилась на Островского, который недоуменно наблюдал за нами, но в разговор не вмешивался. — А ты что тут делаешь? — повторила девушка вопрос и подозрительно прищурилась.

— Варвара Михайловна моя невеста, — подал голос мой жених, опередив меня.

— Невеста? — выпучила глаза Анна. — Однако неожиданно. Поздравляю. И когда свадьба?

— Уже в эту пятницу, — я взяла подругу за руку. — Хочу, чтобы ты была на венчании в качестве моей подруги.

Я знаю Анну с тех пор, как оказалась в училище. После выпускного мы не виделись до этого момента. Она дружила с Варей до моего появления в её теле. Отказываться от общения с Забельской я не стала, ведь она мне здорово помогла, когда я ссылалась на амнезию после тяжёлой болезни. Именно Анна рассказала всё о моей предшественнице. А ещё помогала мне с французским и с латинским, сама я знала только английский, да и то на твёрдую троечку. Хорошо, что Варя и раньше не блистала в языках, поэтому Анна охотно продолжала тянуть подругу по этим предметам. Конечно, Аннушка не знает, что теперь в теле Бахметевой другая душа — я не решилась признаться. Это моя тайна, которую свято храню.

— Ты приглашаешь меня? — ахнула Забельская.

— Я так понимаю, вы учились вместе? — а вот Островский был не в восторге от этого факта. Он строго смотрел на нас, заложив руки за спину.

— Да, Анна моя подруга, — я не выпускала руки девушки. — И хочу, чтобы она присутствовала на венчании. Хоть одна близкая душа будет рядом со мной в этот знаменательный день.

— А как же тётушка и кузина? — Анна недоуменно округлила глаза. — Их разве не будет?

— Нет. Они даже не в курсе, — понизила я голос, помня о том, что где-то рядом маячит Гриша. — Я тебе позже расскажу, наедине.

— Поняла, — подруга заговорщицки подмигнула.

— Александр Митрофанович, возьмите Анну Викторовну гувернанткой, — я требовательно посмотрела на жениха. — Я хорошо знаю её. Она исполнительная, ответственная, любит детей. Уверена, Анна справится с воспитанием Гриши. Тем более мы с ней подруги, если что, помогу ей.

— Что ж, ваши рекомендации приняты, Варвара Михайловна, — Островский задумчиво посмотрел сначала на меня, потом перевёл взгляд на Анну. — Но всё же желаю взглянуть на документы вашей подруги, — он подошёл к чайному столику и положил папку, открыв её.

— Григорий, знакомься, — я развернулась к будущему пасынку. — Это Анна Викторовна Забельская, твоя гувернантка.

— Я ещё не решил, взять вашу подругу на работу или нет, — недовольно подал голос Островский, шурша бумагами. Строит из себя строго барина.

— Анна, это твой воспитанник, Григорий Александрович Островский, — продолжала я знакомство и указала на мальчика, который смотрел на нас исподлобья с подозрением и недоверием. Губы поджаты, руки за спиной — маленькая копия своего отца.

— Bonjour, mademoiselle, — пробубнил Гриша, склонив голову.

— Bonjour. J'espère que nous pourrons devenir amis10[10], — воодушевилась Анна. — Уже не терпится приступить к занятиям.

Будущий воспитанник её порыва не оценил и скорчил недовольную рожицу. Чую, придётся Аннушку первое время спасать от проделок этого сорванца.

— Григорий, не кривляйся, — строго сделал замечание отец сыну. — Хорошо, Варвара Михайловна, я приму Анну Викторовну гувернанткой. Документы в порядке, рекомендации хорошие. Жалование в тринадцать рублей. Устроит?

— Конечно устроит. Благодарю, — выпалила Анна.

— Надеюсь, я не пожалею о своём решении, послушав вас, Варвара.

— Уверяю, Александр Митрофанович, вы не пожалеете, — я обняла подругу за плечи. Будет хоть с кем пошушукаться за чашкой чая. — Как же ты, Аннушка, удачно прочла это объявление в газете. Пойдём, я покажу тебе дом. Григорий, не отставай, — скомандовала я, уводя девушку из гостиной. Чувствую себя уже настоящей хозяйкой особняка.

Сначала мы прошлись по первому этажу. Я представила Анну кухарке и горничной, которые как раз крутились в столовой, убирая посуду после завтрака. В хозяйский кабинет и лабораторию мы, конечно, не стали входить без разрешения Островского. Я просто указала на святую святых будущего мужа и строго наказала Анне не входить туда без спроса. Гриша плёлся за нами, тихо вздыхая. Понял проказник, что теперь у меня есть помощница и все его проделки будут пресечены на корню.

Потом мы отправились на второй этаж. Я показала детскую классную комнату, и там мы оставили мальчика играть, наказав никуда не уходить. Из детской смежная дверь вела в небольшую комнату с кроватью, тумбочкой и платяным шкафом. Помещение предназначалась для гувернантки.

— Здесь, конечно, тесновато, — разглядывала я полупустую комнату, — но зато у тебя будет свой уголок.

— Не страшно, главное, что я нашла работу, — вздохнула девушка. — Год-два поживу у вас, пока Григорий маленький. Потом он подрастёт, и ему потребуется гувернёр, более опытный и образованный наставник, чем женщина. А я пока опыта наберусь. Спасибо тебе большое, Варя, что замолвила за меня слово перед Островским. Я ведь уже отчаялась найти работу. Месяц сижу на шее у матери, а её вдовьей пенсии не хватает, опять мы в долгах, — вымолвила она с грустью.

— Знаю, тяжело молодой и красивой девушке устроиться гувернанткой, — я искренне сочувствовала подруге. — Ревнивые жёны предпочитают брать в дом страшненьких или пожилых матрон, а лучше сразу оба качества.

— Да, ты права, — она слегка ухмыльнулась. — Хлыстовы взяли меня в дом только по рекомендации Марии Александровны. Если бы не попечительница училища, я бы никуда не устроилась без опыта. Честно, я сама ушла от Хлыстовых, — Анна вдруг отвернулась к окну, устремив взгляд вдаль. — Нелегко работать без выходных, постоянно следить за девочкой, учить, везде сопровождать. На самом деле я ушла не потому, что Хлыстовы уехали в Петербург. Карп Алексеевич начал приставать ко мне, зажимать в углах, пока никто не видит, лез с поцелуями. Сопротивлялась как могла, терпела и не смела ничего говорит его жене, опасалась, что она не поверит и выгонит меня без рекомендательного письма. А потом этот гад начал подкарауливать меня чаще, пригрозил оставить без жалования, пришлось сразу просить Хлыстову рассчитать меня.

— Какой ужас, — ахнула я, обняв подругу. — Правильно сделала, что ушла. Я бы этому Карпу Алексеевичу показала, где раки зимуют. Хорошо, что ты здесь, никто тебя не обидит, обещаю. А если вдруг Островский начнёт руки распускать, можешь смело мне говорить, я его приструню.

— Ты так говоришь, будто не любишь вовсе жениха, — она обернулась, удивлённо посмотрев на меня.

— Так и есть, — тихо произнесла я, покосившись на закрытую дверь. — Наш брак фиктивный, чтобы я смогла уйти от Щедриных и получить своё наследство.

Я поделилась с Аннушкой, поведав ей о том, как меня чуть бандиты не утопили, из-за чего я решилась на отчаянный шаг, сделав предложение Островскому, который меня спас от смерти. Подруга только ахала, слушая мою историю.

— Вот это приключения у тебя, Варя. Даже подумать не могла, что твоя тётя способна на такое, — качала она головой. — Замужество, конечно, выход, станешь настоящей светской дамой. Повезло тебе, что встретила такого благородного рыцаря, как Александр Митрофанович.

— Это точно. Он хороший, правда со своими тараканами в голове, — кивнула я. — Кстати, твои вещи нужно забрать из дома. Пойдём во двор, попросим кучера отвезти тебя и пусть чемоданы твои заберёт.

— Пойдём, — Анна наконец-то улыбнулась. — Обрадую маму, что ей не придётся кормить меня.

— Как, кстати, Ольга Павловна поживает? Как здоровье её? — Мы вышли в детскую. Гриша сидел за столом, играя оловянными солдатиками. Вот и ладно, пусть играет.

Здорово всё же, что Анна так удачно откликнулась на объявление Островского. Мне так не хватало подруги и наших разговоров по душам.

Глава 20. Парфюмерная дегустация

Александр

Я удивился тому, что Варвара и Анна оказались подругами. Вот же совпадение! И не смог отказать невесте в её просьбе. Рекомендации у соискательницы были хорошими, поэтому не видел причин отказывать.

Варвара, однако, уже вживается в роль хозяйки — повела подругу показывать дом. Вот и ладно, брак хоть и фиктивный, но обязанности супруги по дому никто не отменял.

Вздохнув облегчённо, я поднялся в спальню, переоделся и отправился по делам. Заехал в аптеку, изготовил несколько сложных рецептурных составов, которые я никому не доверял делать. Проверил, как идёт производство на мыловарне. Савелий опять жаловался, что рабочие едва поспевают изготовить новую партию мыла. Я снова дал слово, что вот-вот закупим новое оборудование. В общем, всё как обычно.

Вернулся домой как раз к обеду. Поднялся в детскую. Гриша что-то вырезал ножницами из бумаги.

— Что мастеришь? — участливо поинтересовался я у сына.

— Планер, — с гордостью заявил он. — Хочу пустить из окна и проверить, как далеко улетит.

— Интересная идея. Будешь вторым Можайским11[11]. А где твоя гувернантка и Варвара Михайловна?

— В комнате закрылись, — кивнул он в сторону.

— Благодарю. Гриша, иди в столовую да руки не забудь помыть, — дал строгое указание и подошёл к гувернёрской. — Варвара, вы тут?

Дверь открылась, и на пороге появилась моя невеста.

— Александр, вы вернулись уже, — улыбалась она приветливо. — А я тут Аннушке помогаю вещи раскладывать.

— Понятно. Меланья зовёт всех на обед. Анна Викторовна может сесть с нами за стол.

— Отлично, мы сейчас будем, — кивнула она и закрыла дверь перед моим носом.

Я сменил костюм и спустился в столовую. Обед вышел оживлённым. Новая гувернантка охотно делилась сведениями о себе и своей семье. Её отец был офицером армии, погиб в русско-турецкой войне. Она плохо его помнила, но мать много рассказывала ей о доблестном родителе.

После обеда наступал час отдыха. Гувернантка пошла укладывать Григория на дневной сон. Правда, вряд ли он будет спать, считает себя уже большим для этого. Варвара ушла к себе в комнату. Я же отправился в лабораторию.

Надел белый халат и принялся снова изучать ароматы своих о-де-колонов, которые были готовы. Композиция «Виолет», после того как я изменил состав, прислушавшись к совету Варвары, действительно стала мягче и легче, приобрела пудровые нотки.

Я подносил к носу то одну полоску бумаги, то вторую со старым составом, и снова убеждался в том, что новый «Виолет» мне нравится больше. Все ноты идеально сочетаются, а шлейф намекает на тайну, которую мужчина непременно захочет разгадать.

Любопытно, что Варвара скажет насчёт нового состава? А что подумает о других о-де-колонах? Я удивился пришедшей в голову мысли, хмыкнув себе под нос, — мнение невесты стало меня интересовать. Но всё же совет юной барышни пришёлся мне по вкусу. Я готов выслушать критику. Чем чёрт не шутит, пусть скажет, что думает. Надеюсь, она успела отдохнуть за прошедшие два часа.

Невесту я отыскал в её комнате. Варвара открыла дверь, и я заметил на её голове новую фетровую шляпку, с искусственными белыми пионами, которые ей очень шли. Шею украшал белый шёлковый шарф.

— Простите, Варвара Михайловна, вы не могли бы уделить мне несколько минут? — разглядывал я наряд девушки. — Вы куда-то собрались?

— В сад на прогулку вместе с Аннушкой с Григорием, — она вышла из комнаты. — Какое дело у вас ко мне?

— Я всё же решил прислушаться к вашему совету и на днях изменил состав о-де-колона «Виолет». Хотел бы услышать ваше мнение.

Брови барышни взметнулись вверх, потом сразу вниз, и на губах появилась довольная улыбка.

— Прекрасно. Рада, что вы решились. Теперь я сгораю от любопытства и желаю узнать, что у вас получилось, — Варвара уверенно двинулась в сторону лестницы.

В холле мы как раз встретили гувернантку с Гришей, который поджимал недовольно губы. Варвара попросила подругу идти без неё, пообещав присоединиться к ним чуть позже.

В кабинете барышня вспомнила, что у неё на голове шляпка, и сняла головной убор. Я протянул ей чистый халат, чтобы уберечь новый наряд от неожиданных пятен. В лабораторию мы вошли вместе.

— Это шлейф, — я взял со стола блоттер, который использовал час назад.

Варвара поднесла к носу полоску и слегка втянула носом аромат, прикрыв глаза. Надеюсь, от удовольствия.

— М-м-м, — протянула она, — совсем другое дело. Нежно, вкусно и с изюминкой.

— Вам нравится? — даже дыхание затаил.

— Угу, — кивнул мой критик, снова вдохнув аромат. — А как верхние ноты звучат?

Я капнул о-де-колон на чистую полоску и протянул её девушке. Слегка помахав бумажкой, Варвара вдохнула и довольно улыбнулась:

— А вам самому нравится?

— Признаюсь, аромат действительно стал лучше. Теперь я уверен в том, что он станет популярен у барышень и замужних дам, — охотно согласился я. — Спасибо вам за дельный совет.

— Рада, что вы это признали, Александр, — довольная улыбка не сходила с её лица.

— А что вы скажете насчёт моих «Идеала» и «Наполеона»? Вы же ещё не успели ощутить их композиции?

— Не успела, но безумно интересно, что вы придумали. Давайте начнём с “Наполеона”. Только чур не обижаться на критику, если таковая последует, — её указательный палец ткнул в мою сторону.

— Постараюсь, — вздохнул я, предчувствуя, что без претензий не обойдётся.

Я достал из шкафчика флаконы с о-де-колонами.

Варвара, едва вдохнула верхние ноты парфюма, сразу скривилась, фыркнув.

— Ух, Наполеон решил взять реванш и сразил всех наповал своим о-де-колоном, — хихикнула она и усилием воли подавила смех. — Простите, Александр, не удержалась от шутки. Аромат неплох, цитрус и розмарин, но смолянисто-горькие ноты делают его грубоватым. Вы переборщили с тяжёлой артиллерией. Пачули и ладан?

— Что вы предлагаете? — меня кольнуло её замечание, но я не подал вида.

— Назовите точный состав, пожалуйста, не могу услышать сразу все ноты.

— Верхние ноты: апельсин, розмарин, цветок лимона. Сердце: герань, лаванда, гвоздика и можжевельник. Шлейф: пачули, индийский ветивер, ладан и кедр, — перечислил я все используемые масла.

— Может, заменить индийский ветивер на бурбонский, он не такой горький и более тёплый, — задумалась Варвара, посмотрев на потолок. — И ладан точно лишний. Любите вы его, как я посмотрю.

— Нет бурбонского, — мои брови сами сдвинулись к переносице, — только индийский.

— Может, использовать его по минимуму, либо вообще заменить кардамоном? — девушка снова помахала полоской бумаги перед носом. — В общем, нужно думать. Я, честно говоря, не так сильна в сочетаниях мужских ароматов, как в женских. А если добавить кофейные нотки?

— Кофейные? — что-то барышня ерунду начала говорить. — Кофе пьют, а не используют в парфюмерии.

— Простите, глупость сказала, — её щёки вдруг порозовели. — Наверное, кофе захотелось. Давайте лучше следующий аромат. Как там его? «Идеал»?

— Да, минутку.

Когда Варвара испробовала второй о-де-колон, она обвела взглядом помещение, потом посмотрела на меня.

— Вы не поверите, но аромат мне нравится, — и вскинула брови. — Вы им пользуетесь сами?

— Всё верно, Варвара Михайловна, — я искренне удивился, как легко она поняла это. — Вам действительно нравится?

— Кедр и полынь — вы нашли прекрасное соотношение, — вкрадчиво произнесла она, снова поднеся к носу бумажную полоску, и даже глаза прикрыла. — Только название звучит пафосно и как-то не по-мужски.

— Рад, что у вас претензии только к названию, — я невольно улыбнулся. — Спасибо вам за критику, Варвара. Обязательно подумаю над тем, как сделать «Наполеон» поистине императорским ароматом.

— Я могу быть свободной? А то Аннушка с Гришей заждались меня в саду, — она посмотрела на меня голубыми глазами, и я невольно залюбовался их чистым цветом.

— Конечно идите. Не смею вас задерживать.

— Увидимся за ужином, — она хотела было развернуться, но вдруг бросила взгляд на флакон с обновлённым ароматом «Виолет» и развязала на шее шёлковый шарф. — Могу я нанести капельку аромата на ткань?

— Конечно. — Я взял чистую стеклянную палочку, окунул кончик во флакон и капнул пару капель парфюма на подставленную часть шарфа.

— Спасибо, — Варвара снова улыбнулась, а затем поспешила выйти.

Интересно, где она могла узнать столько о парфюмерных маслах и их сочетаниях? В Мариинке этому точно не обучают.

Глава 21. Венчание

Варя

Чуть не спалилась! Ляпнула про кофе, а этот аромат парфюмеры создали только в двадцатом веке с развитием химии. Впредь необходимо быть более внимательной к таким деталям. Островский уже с подозрением смотрит на меня. Нужно придумать легенду, откуда у меня такие познания в парфюмерии, а сейчас пора бежать в сад.

Прогулка вышла занимательной. Я нашла Анну с Гришей в деревянной беседке и решила устроить исследования в духе юного ботаника. Гриша быстро втянулся в игру. Мы изучали каждое растение, которое можно было найти на территории сада: деревья, кусты, травы и цветы. Сравнивали растения и ароматы не только самих соцветий, но растирали в руках листья, чтобы ощутить всю палитру запахов.

Некоторые названия растений я знала, некоторые нет. Сад не отличался большим разнообразием и ухоженностью. Насколько мне известно, обязанности садовника лежали на Кузьме, он же кучер и дворник, поэтому не уделял много времени цветам. Сорняки росли наравне с пионами и лилиями. Аптечная ромашка, чертополох, календула, полынь, которая удивила Григория ярким запахом. Мальчик даже вспомнил, что папин о-де-колон пахнет пахнет так же. Я похвалила его за наблюдательность. Оказывается, нюх у него отличный, может, по стопам отца пойдёт.

Анна участия в игре не принимала и только наблюдала за нашими исследованиями, изредка отвечая на мои вопросы. Подруга призналась, что не любит ботанику. Морщила нос, когда я срывала очередной листок, растирая его пальцами, а потом вдыхала аромат.

Зато ужин прошёл в прекрасной обстановке. Гриша с охотой поделился с отцом своими исследованиями, рассказывая, какие растения произрастают в саду и их отличительные особенности. Анна не забыла похвалить воспитанника, называя его умным и сообразительным, словно она принимала активное участие в игре. Наверное, хотела показать Островскому, что она налаживает общение с воспитанником.