Закон случайных совпадений

При помощи совпадений Бог сохраняет анонимность.

© Ксеня Роу, 2023

© Лапшина Д. Ю., рис. на обл., 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

I

Женя дочитала письмо, рассмеялась и откинулась на спинку кресла.

Как же круто читать его письма! Это тебе не «лол» в Telegram.

Иногда казалось, что они не в двадцать первом веке, а в двадцатом: вот ее бабушка с дедушкой лет пятьдесят назад писали друг другу длиннющие письма. Бабушка тогда уехала учиться, и их с дедом романтическая история продолжалась на тетрадных листках. Конечно, они ждали ответа дольше. И писали от руки.

Интересно, какой у него почерк?

Женя вскочила с кресла, схватила со стола лист А4 и ручку. Немного поразмыслив, отложила бумагу и принялась копаться в комоде. Именно в этот момент она полностью согласилась с мамой, которая то и дело ругала ее за беспорядок:

– Ты же ничего не найдешь, когда понадобится!

Нужный блокнот отыскался на самом дне ящика – непонятно, как он вообще туда попал, потому что последний раз запись в нем Женя делала буквально накануне. Мистика!

Удобно устроившись прямо на полу, Женя прикусила губу и вывела на светло-желтом блокнотном листке:

Привет тебе от рукописной меня.

Придирчиво посмотрела на фразу, превратила точку в восклицательный знак.

Мне всегда говорили, что почерк у меня так себе. Сестра как-то подарила мне сертификат на курсы каллиграфии. Затролено.

Очень хотелось поставить смайлик, но в рукописном тексте это выглядело бы глупо. Правда, Женина одноклассница как-то поставила смайлик в сочинении, и ничего.

Я просто подумала, что нашей переписки хватит на небольшую книжку, а как ты пишешь на самом деле, я не знаю. Кстати, почему-то от руки писать нааамного сложнее. Не успеваю за мыслями. Если столкнешься с такой же проблемой, можешь написать мне хоть названия столиц мира. Тут же важно не что, а как.

Женя мысленно снова вернулась к смайликам: ей самой было непривычно видеть шутки без скобочек, что говорить про Артема? Но, в конце концов, не дурак же он – поймет.

Короче, первый раз жду от тебя не текст, а фотографию. Очень жду. Ева.

Женя знала наверняка: начнешь сейчас перечитывать – обязательно захочется что-то добавить или вообще переписать весь текст. И буквы из среднестатистического «курица лапой» превратятся в уродство, которому нет в мире равных. Поэтому Женя быстро сфотографировала листок и отправила e-mail, указав в теме письма «внезапная внезапность)».

Они переписывались уже полгода, но Женя чувствовала волнение всякий раз, когда отправляла или открывала письма. Конечно, потому что она была влюблена. Конечно, потому что это было ни на что не похоже: у всех там фоточки, посты и бестолковые эмодзи, а они с Артемом обмениваются целыми поэмами в прозе. Для кого угодно это могло бы стать предметом стеба, а им было здо́рово. Иногда Женя сомневалась: может быть, только ей их переписка так нравится? Но потом успокаивала себя: ведь над Артемом никто не стоит с ружьем и не заставляет что-то сочинять. А значит, все в порядке.

– Ничего не в порядке! – кричала Сашка, почти наполовину исчезнув в зеркальном шкафу-купе. – Это катастрофа, систер!

Женя отстраненно наблюдала за тем, как сестра пытается найти в ее шкафу хоть что-нибудь достойное. Знакомство жениха с семьей – дело серьезное, но Женя никак не могла взять в толк: а почему, собственно, она должна производить впечатление на Сашкиного парня? Глупо.

– Где-то я слышала, что мужчина должен посмотреть на маму своей девушки, чтобы узнать, что будет с девушкой через двадцать лет, – медленно произнесла Женя. – А на сестру зачем? Чтобы узнать, что с девушкой было раньше? Боюсь, ему не понравится.

– Ты дура?

Вот это было обидно.

– Санчес, бесполезно. Остановись.

– И не подумаю. Я хочу, чтобы ты хорошо выглядела.

– Зачем?

– Считай, что ты – часть моей самопрезентации.

– Эээ… Твой Миша уже решил на тебе жениться. По-моему, презентацию он оценил.

Саша вынырнула из шкафа и спросила:

– Скажи, ты просто крутость свою показываешь? Или нервы мне хочешь измотать? Или тебе вообще на меня наплевать? Или что?

– Всего понемножку, – рассмеялась Женя. – Нет, серьезно, я буду в этом.

Женя встала и одернула футболку с надписью «I’m enot, you are not». Поправила карманы на широких штанах защитного цвета. Заправила волосы за уши, растрепала челку и уверенно сказала:

– Вполне по-домашнему, что не так?

– Это не по-домашнему, это по-уродски.

– Я сейчас обижусь.

– Я тоже. Тебе мама эту фигню купила? – Саша бросила выразительный взгляд на штаны.

– Сама. В интернете заказала.

– Супер. А к ним таблички не было? «Не влезай – убьет»?

Сестры уставились друг на друга. Саша подумала: «До чего же мы похожи». А Женя в который раз повторила про себя однажды пришедшую удачную мысль: «Сашка – как мое отражение, только с апгрейдом. Эффектное, миловидное, худое отражение».

– Какие у тебя планы? – спросила Саша.

– Завоевать мир!

– Отлично, тогда начнем с торгового центра.

Ходить по магазинам – это мучение. Пытка. Кошмарный сон. Девятый круг ада.

Нет, есть магазины, в которых чувствуешь умиротворение, а от покупок получаешь удовольствие. Книжные, например. Или электроники.

Но они шли выбирать одежду, и Женю это убивало. За две остановки до торгового центра она почувствовала, что сердце бьется сильнее обычного. На широких ступеньках при входе ладони стали мокрыми. Когда эскалатор медленно полз на второй этаж, весь напичканный витринами с манекенами, во рту пересохло, а живот свело.

– Может, пойдем? – жалобно спросила Женя, заранее зная ответ.

– Скоро пойдем, – легко согласилась Сашка. – Выберем и пойдем.

Женя низко опустила голову. Если речь шла о шмотках, то «выбрать» и «скоро» никогда не стояли рядом. Но Саша уже тянула ее ко входу в магазин с ярко-красной вывеской «Street Hit».

– Смотри, какой крутой лук, – прошептала Сашка, указав на манекен на подиуме.

Спорить было бессмысленно – действительно крутой: удлиненная майка с абстрактным принтом, рваные свободные джинсы, шляпа с узкими полями и кроссовки на толстенной подошве.

– Давай попробуем? – предложила Саша.

Женя окинула манекен совсем другим взглядом, оценивающим, и пришла к неутешительному выводу: сестра над ней издевается. Что тут пробовать? Майка без рукавов пухлые ручки не спрячет, а свободные джинсы будут смотреться на толстых ногах как «скинни», а не как «бойфренды». И вообще, какой смысл покупать ей вещи? Это же как… Ну, например, разместить шикарный диван в убогой комнате с тараканами и протекающим потолком и искренне верить, что комната от этого похорошеет.

Симпатичный продавец с улыбкой обратился к Саше:

– Добрый вечер, хотите посмотреть новую коллекцию?

Вот почему к ним подошел именно парень? У кассы стояли три девчонки в фирменных футболках! Хотя каждая из них была очень стройной, а одна вообще походила на фею – такая миниатюрная. Неизвестно, что хуже: стесняться парня или в прямом смысле затмить своими объемами почти кукольных девушек.

– Здравствуйте. Мы хотим посмотреть что-нибудь вот на эту девушку, – уверенно заявила Саша и хлопнула Женю по плечу. – Если из новой коллекции – тоже пойдет.

Продавец сразу загрустил. Женя, во всяком случае, была в этом просто уверена. Конечно, он оставался таким же доброжелательным, но по глазам-то все было видно. Еще бы! Одно дело – предлагать одежду изящной Сашке, другое – впихивать в какое-нибудь платье мелкую малосимпатичную толстушку. Женя и сама бы предпочла сестру себе.

«Ох, нелегкая это работа – наряжать бегемота», – мысленно перефразировала она цитату из детского стихотворения. И сразу стало чуть-чуть легче. Самоиронией можно если не спасти безнадежную ситуацию, то немного ее улучшить.

Почти не вслушиваясь в диалог Саши и продавца, Женя разглядывала идеально ровно сложенные кофточки, вывешенные в ряд брючки и юбки. Ее внимание привлек джинсовый комбинезон: насыщенно-синего цвета, весь усеянный яркими пятнышками краски, с бахромой на шортах. Женя залюбовалась и забыла в очередной раз пожалеть о том, что такие роскошные брендовые вещицы обычно не налезают на такие бедра, как у нее.

Очнулась Женя, лишь когда услышала звонкий Сашин смех:

– О, кажется, девушка выбор сделала!

Женя дернулась и быстро перевела взгляд на сестру:

– Да нет, я просто смотрю.

Она говорила так тихо, что Саша не расслышала:

– Что?

– Пошли отсюда, мне ничего не нравится, – прошипела Женя.

– Щас, – хмыкнула Сашка. – Молодой человек, мы будем примерять комбинезон. И еще – вот эти шорты и сарафан в полоску.

Женя схватила Сашу за руку:

– Тебе надо, ты и примеряй. Я не буду.

– Да что ты как маленькая? Может, тебе мороженое пообещать за хорошее поведение?

В детстве такой ход, конечно, срабатывал – за мороженое можно было и к зубному согласиться пойти. А вот ходить по магазинам маленькую Женю уговаривать не приходилось. Она с удовольствием примеряла разноцветные платьица, любовалась своим отражением в зеркале, охотно кружилась и пританцовывала прямо в новеньком наряде. И все умилялись, называли ее прелестью, восхищались послушанием.

– Какой размер принести? – спросил продавец.

– Эмку, – ответила Саша.

«Почему нельзя просто взять и провалиться в цоколь?» – подумала Женя.

Пока несли вещи, Саша успела трижды осуждающе посмотреть на сестру и дважды закатить глаза, походя приглядываясь к кедам и кроссовкам.

В примерочной Женя быстро разделась и замерла, не зная, что делать дальше. Новая одежда казалась микроскопической. В шорты, похоже, влезли бы только руки.

– Са-а-аш, – Женя старалась говорить как можно веселее. Чтобы никто. Ничего. Не заподозрил. В голове уже прокручивались разговоры продавцов: «– На эту корову ничего не налезло! – Ха-ха, впарил бы ей шарфик!»

Сашка плотно задернула занавеску и спросила:

– Ну как?

– Мне мало.

– Не может быть… Погоди. Ты что, даже не одевала?

– Не надевала, – машинально поправила Женя. – А смысл? Все такое… Маленькое.

– Если проблемы с размером, я принесу другой, – раздался голос продавца.

– Он что, подслушивает? – ужаснулась Женя. Господи, всем понятно, что с размером – проблемы. Только не глупой Сашке.

– Немедленно одевайся.

Женя послушно потянулась к своим широким штанам.

– Нет! – рявкнула Сашка. – Комбинезон.

Умоляющие глаза кота из «Шрека» производили впечатление на кого угодно, кроме Сашки. Женя медленно расстегивала пуговицы, нарочито долго поправляла лямки.

– О чудо! Подошло! – без тени улыбки проговорила Саша.

Ну да, подошло. Только шорты здорово обтягивали, а еще открывали самую некрасивую часть ног – колени. Впрочем, Женя любую часть себя считала самой некрасивой, в зависимости от наряда.

Сашка развернула Женю к зеркалу:

– Мне нравится, посмотрись.

Женя придирчиво рассматривала свое отражение. Никакого волшебства не произошло – понятное дело, на вешалке комбинезон смотрелся гораздо интереснее, чем на ней. Хотя, если повернуться вполоборота, то могло показаться, что талия красиво изгибается. И все-таки этого было мало.

«Не придумали еще такой вещицы, достоинства которой перекрыли бы недостатки моего туловка», – подумала Женя, пожалела, что нельзя поделиться такой остроумной мыслью с Сашкой, и решительно сказала:

– Нет.

– Что – нет?

– Мне не нравится.

На Сашкином лице отразилось что-то такое… То ли злость, то ли удивление, то ли усталость. Скорее, все вместе. Она сказала, почти не разжимая губ:

– Значит, так. Мы это все покупаем. И ты будешь это носить. Переодевайся.

На кассе продавец предупредил:

– Обмен и возврат в течение четырнадцати дней. Вы напрасно сарафан не примеряли – эта модель маломерит. Чеки сохраняйте на всякий случай.

Саша чертовски обаятельно улыбнулась. А Женя снова уставилась в пол: она ведь чуть не поверила, что все это ей идет.

От: Artem09

Кому: Eve-L

Дата: 20 октября

Лондон

Пекин

Токио

Москва

А что, ты же просила написать столицы мира.

Шучу!

Ты круто придумала, мне понравилось. Отправлять по электронной почте письмо, написанное от руки… Это мощь! Я почему-то сразу подумал про всю фигню с дауншифтингом. Пресытились люди цивилизацией. Но мы с тобой умело сочетаем ее блага и прелести прошлого.

Не знаю, мне понравился твой почерк. Он очень милый. Как ты ^^) А так вообще может быть – милый почерк? Тыжфилолог, отвечай!

Рукописный Артем.

P.S. Помнишь, я говорил, что в твоем городе живет моя тетя? Двадцать пятого мы к ней приезжаем. Семейные обстоятельства, все дела. Встретимся?

Встретимся?

Встретимся.

Встретимся!

Будто пытаясь не потеряться в реальности, Женя посмотрела в правый угол монитора, где отображалась дата. Двадцать пятое – это через три дня.

Щеки мгновенно стали горячими, в голове замелькали бестолковые мысли. Что можно успеть за три дня? Похудеть? На килограмм – максимум. Хотя как-то она читала интервью с одним спортсменом: он утверждал, что сбросил семь кило за семь дней. Но Женя-то не спортсмен! И три килограмма ее вряд ли спасут.

Что еще можно сделать? Попробовать измениться до неузнаваемости? Ага, надеть парик, вставить линзы и набить татуху на все лицо. Может, тогда оно будет казаться менее пухлым.

Сказать, что именно двадцать пятого ее не будет в городе? Гениально. А если он не на один день, а на неделю, на месяц, на всю жизнь? Объявить себя пропавшей без вести?

Как-то Женя узнала об одной интересной теории: любая ситуация в твоей жизни будет повторяться до тех пор, пока ты не сделаешь все правильно. Хорошая теория, ей понравилась. Жаль только, что правильно – не обязательно с хэппи-эндом.

…Его тоже звали Женя. Он писал стихи, имел больше двадцати тысяч подписчиков, и строчки его расходились по пабликам: их добавляли цитатами на картинки с печальными девушками, или железными дорогами, или звездным небом. Однажды стихотворение «Гуляй, ветер» какая-то девчонка превратила в рэп – сама зачитала под готовый бит, залила в Сеть и получила около полумиллиона просмотров. Но там и девчонка была с приятным декольте, и минусовка от старой песни Эминема.

Всякие дуры ставили ему в комментариях сердечки, рыдающие смайлики и признавались в любви –«в самое серце… меня не кто так не понимал…». Женя оставляла под постами что-то вроде коротких ответных эссе, предложения три-четыре, не больше. Не под всеми, конечно. Зачем писать, если он и так все сказал? Сочинение этих комментариев отнимало больше сил и времени, чем написание пары глав фанфика.

Прошлым летом она написала хокку, в ответ на стихотворение о сгущающейся тьме:

Через десять минут всплыло уведомление:rifmo_plet понравился ваш комментарий. Через одиннадцать пришло личное сообщение: «Поболтаем?» И номер телефона.

Они разговаривали до трех утра, пока Женя, немного смутившись, не спросила:

– А как тебя зовут?

– Женя.

– Да ладно! Я тоже Женя.

– Ха, а почему ты Ева?

– А почему ты рифмоплет? – хмыкнула Женя. Потом подумала и решила не выпендриваться: – Евгения вполне может быть Евой. Так, для красоты.

– Потрясающе. Тогда, возможно, я возьму себе псевдоним Евклид.

А следующим вечером он предложил встретиться. Смешно получилось: сначала предложил, а потом спросил, из какого она города. Оказалось, из того же, что и он. Так бывает?

Женя, конечно, крутилась перед зеркалом – примеряла джинсы, помаду и выражение лица. Представляла, как скажет ему «привет». Раздумывала, что лучше – улыбнуться или нет, говорить тихо или громко, делать вид, что ты беззаботная и тебе все нипочем, или робеть? А как на самом деле? На самом деле было страшно. Если эту встречу можно считать свиданием, а ее определенно можно им считать, то оно – первое. И даже не с одноклассником или соседом, которых привыкла видеть, которые знают твои жесты наизусть, которых впечатлять-то нужно дозированно.

«Привет» получился скомканным. Когда Женя подошла к единственному прогуливающемуся у фонтана парню, мимо пролетела жирная пчела, и Женя, неловко взмахнув рукой, вскрикнула:

– Ой-ой! – прикрыла лицо и заверещала.

Вообще-то она даже не расстроилась. А что такого? С идиотских эпизодов начинаются самые крутые романтические истории.

Стоя зажмурившись, она спросила:

– Все? Улетела?

– Ты Женя?

– Да. – Женя открыла глаза и чуть сощурилась от яркого солнечного света. – И ты… Женя?

Он смотрел на нее несколько секунд. Без улыбки. Без восторга. Без смущения. На его лице не читалось даже мимолетной эмоции, которую позже можно было бы вспомнить, обдумать, оценить.

Наконец парень сказал:

– Нет. Я Антон.

– В смысле?

– Извини, пожалуйста, он не придет. Там такая ситуация… Извини, в общем. Так вышло.

Женя смотрела ему в спину, пока она не превратилась в расплывающееся пятно. Заморгала, и по щекам покатились слезы. Она понятия не имела, как выглядит ее поэт, – его стихи сопровождались зернистыми снимками урбанистических пейзажей, а не портретами. Но внутри крепла уверенность, что это был он.

Быстро защелкав клавишами, Женя написала сообщение:

Это было очень странно. Мог бы предупредить, что не придешь. К чему кого-то напрягать?

Пользователь в Сети. Сообщение не прочитано.

Сообщение оставалось непрочитанным, пока она шла домой, разглядывая свое отражение в витринах и зеркалах авто. Что не так? Она – обычная. Может быть, не такая красотка, как Зверева из десятого, и не столь грациозная, как гимнастка Анька из параллельного, но… Какая? Нормальная? Да, нормальная. Вполне обыкновенное лицо, щечки-яблочки, глаза хоть и заплаканные, но выразительные зеленые. Рост средний, фигурка женственная. Не страшная. Не жирная. Не урод. Забавно: половина плюсов с частицей «не». По крайней мере, от частиц «не» точно НЕ должны убегать. НЕ настолько все плохо.

Сообщение оставалось непрочитанным, пока Женя строчила Сашке: «Санчес, меня со свиданием прокатили((((». Сашка ответила: «Этот козел не знает, что потерял». А потом добавила: «Ты собиралась на свидание и не рассказала мне?!» Закидала Женю гневными смайликами, и стало немного лучше.

Сообщение оставалось непрочитанным, пока Женя стирала с лица в ванной потекшую тушь. Может, вообще зря красилась? Может, не так оделась? Может, ему показалось, что она слишком мала? Ведь парню, кем бы он ни был – Антоном, Женей, Аристархом Акакиевичем, – было не меньше семнадцати, а Женя выглядела, в лучшем случае, на свой возраст. Хотя вообще-то нет. Не выглядела. И Сашка постоянно твердила, что у нее «бэби-фейс».

Оно оставалось непрочитанным еще два дня.

На третий, проснувшись, Женя увидела на экране телефона:rifmo_plet отметил вас на фото.

Отметил. Вас. На фото.

На его странице обычно не было ничего, кроме стихов. Никогда.

Значит, он посвятил ей стихотворение. Или изменил традиции, выставив какой-то снимок специально для нее. Возможно, тот самый фонтан, у которого так и не состоялась их встреча. Или состоялась?

Открывать приложение Женя не спешила – волновалась, да и как тут не растянуть удовольствие? Возможно, это будет извинение. Или рифмованная просьба о втором шансе. А еще лучше – история о нелепостях и случайностях, которые мешают двоим встретиться.

Женя ткнула пальцем в уведомление, дождалась, пока загрузится пост, – дурацкий, уродский, медленный мобильный интернет! – увидела в первой строке«посвящается Е.» и заулыбалась так, что свело скулы.

Закружилась голова. Следующие строчки про«иллюзию обмана», «ты ночью была украшена» и «не видел в тебе света днем» читались по диагонали, а первые две Женя перечитывала до тех пор, пока они не превратились в бессмысленный набор букв.

Это же было очевидно. Настолько очевидно, что даже не верилось. Вот ты, дура, и не поверила.

Женя с трудом оторвала взгляд от экрана и посмотрелась в зеркало. Еще вчера там отражалась раскованная улыбчивая девчонка с озорными веснушками, вздернутым носиком и такими веселыми яркими глазами, что казалось, будто она изо всех сил сдерживается, чтобы не рассмеяться.

Теперь Женя посмотрела на себя по-новому. От зеркального двойника не осталось ничего прежнего: он был маленьким, пухлым, некрасивым. Глаза превратились в пуговки, совершенно невыразительные. Курносый нос вызывал стойкие ассоциации с поросячьим пятачком. Россыпь веснушек никогда прежде не казалась такой уродливой – так и хотелось назвать себя «рябой» или «щербатой». И самое страшное – зубы. Два чудовищно выдающихся вперед зуба. И она еще сомневалась, улыбаться при встрече или нет! Да тебе бы людям на глаза не показываться.

На ватных ногах Женя дошла до кухни, зачем-то щелкнула клавишей электрического чайника, хотя чаю совершенно не хотелось, и удалила метку своего аккаунта с фотографии. А потом и сам аккаунт.

Мама спросила:

– Будешь плюшки? Папа вчера принес.

– Нет.

– Ну и молодец.

– Почему?

– Вредно же! Ты и так целыми днями за своим компьютером. Это Сашке можно есть что угодно – она же занимается. Но она, кстати, не ест. И правильно делает.

Намного позже, заведя новую, абсолютно пустую страницу, Женя снова зашла в профильrifmo_plet. За это время он успел написать кучу новых стихов. С трудом отыскав тот, что «посвящался Е.», Женя открыла комментарии. Сердечки, сердечки, сердечки.

…Любая ситуация будет повторяться, пока ты не сделаешь все правильно. В психологии это называется «незавершенный гештальт», но психология – это неинтересно. А вот то, с каким упорством Вселенная будет тыкать тебя носом, пытаясь добиться работы над ошибками, – вопрос хороший.

А что она, собственно, сделала неправильно?

Родилась уродом? Так это неисправимо.

Опять познакомилась в Сети? Так никто не виноват, что самые невероятные люди живут не в соседнем подъезде.

Позволила этому невероятному человеку позвать себя на встречу? Ну да, здесь косяк.

Дрожащими пальцами Женя пролистала прошлые сообщения: кажется, она писала Артему, что в ближайшие выходные приезжает знакомиться парень ее сестры – да, точно, писала. И – надо же, как удачно! – заранее извинялась, если не сможет в эти дни отвечать.

Что ж, уважаемые знатоки, у вас есть немного времени на размышления.

Чего можно было ожидать в день приезда Миши? Только суеты.

Мама подняла ее в семь, хотя Женя яростно сопротивлялась – это же суббота!

– Вставай, хватит бока отлеживать! Сашка уже вскочила!

Женя закатила глаза. Она давно смирилась, что битву с Сашкой ей не выиграть ни при каких обстоятельствах. И все равно было неприятно слышать стабильно раз в пару дней:

– Посмотри на Сашку, какая веселая. Не ходи букой.

– Жень, ты косолапишь. Странно, а Сашка танцевала сколько лет…

– Почему ты такая невнимательная? Вот Сашка никогда ничего не забывает!

– Ты в этом пойдешь? Ну не знаю… Посоветовалась бы с Сашкой, у нее отличный вкус.

Жене не приходило в голову завидовать сестре. Во-первых, бессмысленно: нельзя же завидовать мощному прыжку гепарда и всерьез расстраиваться, что сама так не прыгнешь никогда. Во-вторых, это же Сашка. Женя испытывала какую-то странную (еще бы, не ее ведь заслуга) гордость из-за того, что у нее такая удивительная, яркая, эффектная сестра.

Иногда, правда, мечталось – в основном перед сном: однажды она, Женя, всех переплюнет. Даже Сашку. Возьмет и отодвинет на второй план. Если, например, напишет гениальный роман, а еще лучше – создаст гениальный сценарий к сериалу. И даже название придумалось: «Моя так называемая жизнь». Элементарный гуглеж показал, что сериал с таким названием уже существует, и это здорово расстроило.

– Систер, давай красоту наводить! – Сашка ворвалась в комнату, конечно, без стука.

Женя согнулась пополам, стараясь натянуть обратно наполовину снятую ночную рубашку:

– Выйди, а?

– Ой, что я там не видела? Хочешь, я тоже разденусь? Бли-и-ин, систер, какой у тебя бюст! Если решу свой увеличить – приду к пластическому хирургу с твоей фотографией!