Когда упадут звёзды

Глава 1

Лила

– Почему я сегодня должна надевать это дурацкое платье? – ворчала я на маму, которая пыталась помочь расчесать мои запутанные волосы. Я сердито оглядела свое отражение в зеркале. На мне был желтый сарафан в белый цветочек. В цветочек, какой ужас!

– Маккалистеры пригласили нас к себе в гости на барбекю, – сказала в ответ мама.

Мы только въехали в наш новый дом, и Маккалистеры стали нашими новыми соседями. Вчера Кейт Маккалистер зашла к нам познакомиться, и оказалось, что они с мамой много лет назад вместе учились в одном колледже. Они долго смеялись и обнимались, прямо как лучшие подружки, и все время повторяли, как же тесен наш мир.

– И какая разница, что я надену?

– Хватит уже ворчать, – весело сказала мама.

Она разделила мои длинные волосы на три равные части, чтобы заплести их в косу. Мама находилась в приподнятом настроении с тех пор, как Дерек согласился переехать из Хьюстона в Сайпресс-Спрингс, это небольшой городок в Техас-Хилл-Кантри. Моя мама – медсестра, и со следующей недели она выходит здесь на новую работу. Дерек же работает сам на себя, ведь он электрик с золотыми руками и может найти работу где угодно.

– У них есть двое мальчиков твоего возраста, – попыталась убедить меня мама. – Может быть, вы подружитесь.

– Сомневаюсь. В этом платье я выгляжу как настоящая дура!

– Ты выглядишь прекрасно.

Она весело дернула меня за косичку, которую только что заплела. Я поймала ее смеющийся взгляд в зеркале. У мамы были такие же зеленые глаза и темные вьющиеся волосы, как и у меня. Все говорили, что я ее копия.

После маминых слов я немного задумалась:

– Подожди-ка, двое мальчиков моего возраста? Они что, близнецы? – Я удивленно округлила глаза.

– Нет, двоюродные братья.

– А, ясно.

Мои плечи поникли от досады. Быть близнецами намного веселее и круче, чем обычными двоюродными братьями. Можно притворяться друг другом и дурачить окружающих людей.

– А кто это тут у нас такой красивый? – Рядом со мной вдруг появился улыбающийся Дерек.

Я выдавила из себя улыбку, хотя все еще злилась из-за того, что мне пришлось надеть это дурацкое платье.

– Значит, Дереку можно идти на барбекю в джинсах и футболке, а мне нет? – Мы вышли из дома, и я недобро посмотрела на подсолнухи на своих шлепанцах, сетуя в уме на то, что не могу надеть свои любимые кеды. – Это несправедливо!

– Жизнь – вообще несправедливая штука, дорогуша, – усмехнулся он. – Когда-нибудь ты в этом сама убедишься.

Я слышала это уже не первый раз и поэтому решила больше не жаловаться. Все равно ничего словами не изменишь. Теперь мой дом находится здесь. Мама говорила, что мне по-любому понравится этот уютный город и что переезд станет для нас увлекательным приключением. Легко ей было об этом говорить, ведь это не она осталась без лучшей подружки. Я потеребила фиолетовую фенечку на своем запястье. Интересно, что сейчас делает Дарси? Наверное, плавает в большом бассейне возле нашего прежнего дома. Тяжело вздохнув, я с тоской вспомнила о том, как мы с подружкой веселились во время наших совместных ночевок и строили планы о том, как проведем это лето. Своей идеей со скорым переездом мама все испортила.

По дороге к Маккалистерам Дерек приобнял маму за плечи своей рукой, сплошь покрытой непонятными татуировками, и нежно поцеловал ее в макушку. Я недовольно плелась рядом с ними. Семь лет моей жизни мы с мамой были вдвоем, и меня это вполне устраивало. Но два года назад она вышла замуж за Дерека.

Теперь я почувствовала себя третьим лишним.

Жизнь – вообще несправедливая штука, дорогуша.

Это точно.

Маккалистеры жили на милом участке площадью в пару акров, в большом каменном фермерском доме с круговой верандой. Мы расположились на террасе с видом на поле и сарай, а если присмотреться, то вдалеке виднелись холмы, по словам Патрика Маккалистера, принадлежащие ранчо по соседству. У Патрика была своя строительная фирма. Судя по размерам дома и красивого участка Маккалистеров, они были намного богаче нас. Не прошло и пяти минут, как взрослые уже смеялись и мило болтали, как лучшие давние друзья, а я, напротив, была вынуждена скучать и страдать за детским столом в компании четырех мальчишек.

Пока мы ели бургеры, вареную кукурузу и картофельный салат, я много нового узнала о Маккалистерах.

Во-первых, Джуд Маккалистер – самый невыносимый мальчишка на планете. Он выскочка и всезнайка и за столом вел себя так, будто он тут самый главный.

Во-вторых, у двоюродного брата Джуда, Броуди, просто отвратительные манеры. Он жует с открытым ртом и поглощает еду с такой молниеносной скоростью, будто бы его до этого морили голодом всю его недолгую жизнь. А когда Джуд потянулся за второй порцией кукурузы, Броуди со злостью ткнул его вилкой прямо в руку.

Оказалось, что Броуди живет здесь всего месяц и до этого со своими двоюродными братьями знаком не был. Я не знаю, что именно с ним случилось, но когда я решила спросить у Броуди, где его мама, он резко отрезал:

– Не твое собачье дело.

Меня так это поразило, что я даже не знала, что ответить. В итоге я сказала, что в девять лет так ругаться нельзя.

– Мне уже не девять, – сказал он с набитым ртом. – Десятого апреля мне исполнилось десять.

– А мне будет десять двадцатого августа, – сказал Джуд. – А у тебя когда будет день рождения?

– Пятого мая, – смущенно ответила я. Мне совсем недавно исполнилось девять, так что оба мальчика оказались немного старше меня. Всезнайка Джуд тоже быстро все подсчитал:

– Ты на девять месяцев младше меня и на тринадцать месяцев младше, чем Броуди.

Вообще-то это не делало их круче меня. Они оба идут в четвертый класс, так же, как и я.

Еще одному их брату, Гидеону, было шесть лет. Он очень хотел уйти обратно в дом, чтобы посмотреть телевизор, но родители ему не разрешили, так что он сидел и на всех дулся. Самому младшему братику, Джесси, было всего четыре, и он оказался просто милашкой. Он говорил много смешной чепухи, от которой все дружно хохотали.

Когда все наелись (кроме, естественно, Броуди, который доедал третий кусок торта с клубникой), взрослые отправили нас играть на улицу. Броуди хотел покататься на лошадях, но без родителей нам это делать, увы, не разрешалось, и поэтому пришлось придумывать, как еще можно развлечь и занять себя. Вот мы и решили поиграть в футбол на поле за домом.

– А ты не сможешь поймать мяч, – самодовольно сказал мне Джуд-всезнайка.

– Броуди ведь поймал, и я тоже смогу!

Я внимательно оглядела Броуди. Это был худосочный русоволосый мальчик намного ниже Джуда, с костлявыми коленками и острыми локтями. Хоть у него и была такая же фамилия, как у других Маккалистеров, он совсем не был похож на своих голубоглазых и темноволосых двоюродных братьев.

Джуд отрицательно покачал головой:

– Броуди ведь сильный. Он уже привык ловить руками футбольные мячи. А ты девчонка, да еще и в платье. – Он фыркнул и подкинул мяч высоко в воздух, а затем ловко поймал его.

– Я повалю тебя на задницу, – заявил Броуди, увлеченно ковырявший ссадину на своей коленке. Пока по его ноге не потекла кровь. Какая гадость!

– Для начала нужно поймать мяч, – возразил Джуд.

Я подумала, что не очень-то хочу идти в четвертый класс в своей новой школе, если мне придется учиться там вместе с этими двоими. Джуд раздул из мухи слона из-за этого мяча, а я искренне не понимала, в чем проблема, ведь это всего лишь мячик, а не тикающая бомба.

– Бросай уже этот дурацкий мяч! Что такое? Боишься, что девчонка тебя обставит? – подначила я его.

Джуд вдруг хмыкнул, будто я сказала что-то смешное:

– Ты его не поймаешь!

Меня до ужаса взбесило, с какой уверенностью он это говорил. Опять он строит из себя знающего эксперта.

– Бросай мяч! – потребовала я. С каждой минутой он раздражал меня все сильнее.

– Ладно. Но учти: ты сама меня об этом попросила!

Я закатила глаза, скинула с ног шлепанцы и побежала по полю так же, как до меня бежал Броуди.

– Столько хватит, стой! – крикнул Джуд.

Я не обратила никакого внимания на его крики и побежала еще дальше. Он мне не указ. Когда я наконец-то решила, что отбежала достаточно далеко, то остановилась и повернулась к мальчишкам лицом. Ничего себе! Оказывается, я отбежала довольно далеко. Джуд стоял на большом расстоянии от меня. Вряд ли у него вообще получится докинуть до меня мяч.

Я представила, как мяч падает на землю, не долетев ко мне, и улыбнулась сама себе. Так ему и надо, может, тогда он перестанет так высоко задирать свой нос.

– Будет больно, – предупредил меня Гидеон, не отрываясь от своей яркой книжки с комиксами.

Не думаю, что он умеет читать, скорее всего, он просто разглядывал красочные картинки. Губы у него были фиолетовыми от фруктового льда, который он поедал. Лед таял, и липкие капли стекали вниз прямо по его руке.

– Будет, если она его поймает, – прыснул Джуд.

В этот момент я решила, что умру, но поймаю этот чертов мяч. К тому же я все еще сомневалась, что Джуд сможет бросить его так далеко, как он утверждает. Я увидела, как он бросил мяч, и тот полетел ко мне с ультразвуковой скоростью ракеты. Небо сегодня было ясным, а яркое солнце слепило глаза, поэтому мне тяжело было проследить за летящим мячом. Джуд крикнул мне что-то своим противным голосом, но что именно, я не расслышала: все мое внимание было приковано к мячу. Поймать его – вопрос жизни и смерти.

Очнулась я, уже лежа на спине. У меня сбилось дыхание, а на грудь как будто уселся живой слон, отчего дышать стало еще тяжелее.

– Она умерла? – услышала я голос Джесси. Кто-то ткнул меня пальцем в ребра. Я притворилась, что лежу без сознания.

– Джуд убил Лилу? – Кажется, это был Гидеон. – Ну мы и влипли.

– Давай сходим возьмем еще по мороженке?

– Пойдем. Здесь стало очень скучно.

Надо мной вдруг нависла тень, перекрывшая собой солнце. Я открыла глаза и проморгалась. На меня внимательно глядели голубые глаза цвета полевых васильков.

– Ты как, жива? – спросил меня Джуд, сведя в волнении брови. Его слишком длинная челка падала ему на лоб. Голос его звучал мягче, чем обычно, в нем я услышала небольшую тревогу.

Я засипела, пытаясь привести сбитое дыхание в норму:

– Все нормально…

– Ты поймала мяч.

Мои глаза округлились от удивления:

– Правда?

Он кивнул и улыбнулся, и на щеках у него появились симпатичные ямочки.

– Ага. – В его голосе прозвучало уважение. Мое сердце куда-то полетело, как воздушный шарик. – Ты даже не уронила его!

Я опустила взгляд вниз: я все еще прижимала мяч к своей груди. Теперь настала моя очередь задирать нос:

– Ну, конечно, поймала. Я же говорила, что поймаю!

– У тебя на трусах написано «суббота», – заметил Броуди. Я все не могу понять, кто раздражал меня больше, он или Джуд. – А сегодня, между прочим, воскресенье.

– Поправь свою юбку, – сварливо сказал Джуд и дал Броуди подзатыльник. – А ты не смотри на ее трусы!

Броуди недоуменно пожал плечами:

– Я, что ли, виноват в том, что она решила поиграть с нами в футбол в платье? И в том, что она не меняет свои трусы, я тоже не виноват!

Я открыла было рот, чтобы возразить ему и сказать, что вообще-то меняю трусы каждый день, но Броуди уже куда-то умчался, и мне пришлось промолчать.

В тот момент я твердо решила, что никогда в жизни больше не надену платье. Проигнорировав протянутую Джудом руку, я встала сама и привела в порядок свое дурацкое платье.

– Там не было воскресенья, – пробормотала я.

– Чего? – переспросил Джуд.

– В комплекте всего шесть пар трусиков. А воскресенья в нем нет.

– Отстой.

– Ага. – Мои щеки покраснели от стыда.

Я принялась искать, чем бы еще заняться, кроме футбола. Руки и грудная клетка все еще болели от удара мячом, но я не собираюсь никому об этом рассказывать.

– Хотите побегать наперегонки?

Я бегала почти быстрее всех в своем классе, так что знала, что наверняка смогу обогнать Джуда и Броуди, даже будучи босиком и в платье. Уж в этом-то мне не приходилось сомневаться.

– На что спорим? – спросил Броуди.

– Да, что будет делать проигравший, то есть Лила? – усмехнулся Джуд.

Как же он меня бесит!

– Проиграешь ты, так что надо придумать что-то поинтереснее!

Мысленно я составила список самых дорогих моему сердцу вещиц и уже прикидывала, какую из них можно будет отдать победителю. Но я готовлюсь выиграть, так что расставаться с ними мне не придется.

Джуд задумчиво изучал мое лицо:

– Правда или желание?

– Что?

– Выбери что-то одно!

– Желание, – не задумываясь, быстро ответила я.

Джуд и Броуди, конечно же, тоже выбрали желание. Втроем мы встали на линию старта, и Джуд проверил, ровно ли мы все стоим.

Вдруг он щелкнул пальцами, словно о чем-то вспомнив:

– Слушай, ты же не боишься крокодилов?

Я уставилась на него, пытаясь понять, шутит он или нет, но он, кажется, говорил серьезно.

– Я ничего не боюсь! – отважно сказала я. У меня имеется только один страх – гроза. Но сообщать о нем Джуду я не собираюсь. – А почему ты спрашиваешь? – На всякий случай я огляделась по сторонам в поисках болота или какой-нибудь еще похожей местности, где могли бы жить крокодилы, но не заметила ничего подозрительного.

– Просто выиграй, и все, и тогда тебе наверняка не придется переживать на этот счет.

Я проследила за его внимательным взглядом до забора в конце поля, которому и предстояло стать нашей финишной чертой. Забор находился немного далековато, но я не беспокоилась из-за такого расстояния.

– Ты точно готова? – спросил Джуд. Он решил дать мне последний шанс выйти из игры.

Я кивнула:

– Да, точно.

– Можешь начинать бежать на несколько секунд пораньше, все-таки ты девчонка и все такое, – предложил Джуд.

– Нет уж, спасибо. – Я скрестила руки на груди, отказываясь первой трогаться с места. – Я побегу только вместе с вами.

– У тебя и обуви нет, – указал Джуд мне на ноги.

– И что?

– Так будет нечестно.

– Ты, наверное, боишься проиграть девчонке. Мне и без обуви удобно будет бежать.

Джуд минуту постоял, о чем-то раздумывая, а затем снял с себя кроссовки и носки и тоже оказался босиком. Вслед за ним и Броуди сделал то же самое. Я удивленно поглядела на их босые ноги.

– Ну вот, теперь все по-честному, – сказал Джуд. Меня удивило то, что он так печется о том, чтобы наш спор был честным, но, по-видимому, для него это имело большое значение.

– На старт, внимание, марш!

Я пулей сорвалась со своего места. Краем глаза я заметила, что у меня есть преимущество. Я побежала так быстро, как никогда до этого еще не бегала. Я усердно работала руками и ногами, мои легкие невыносимо горели. Жесткая трава и мелкие камешки впивались в мои голые ступни, но я не обращала внимания на острую боль и продолжала бежать изо всех сил. Забор был уже совсем близко, как вдруг Джуд резко обогнал меня. Он пронесся мимо с такой скоростью, что я даже почувствовала на себе резкий порыв ветра.