Анатомия предательства, или Четыре жизни Константинова

1.11. ДЕНЬГИ

Константинов хорошо помнил тот вечер, когда вернулся домой после первой встречи с дядей Колей. Зайдя домой, он прошёл на кухню вытащил термос из корзины и поставил на стол. Затем вынул из кармана куртки завёрнутый в газету пакет. Тоже положил на стол. Только после этого вернулся в прихожую, разделся и пошёл в ванную. Руки у него тряслись, и не только руки, дрожь была во всём теле. Мысли бились в голове, и он никак не мог собрать их воедино. Разделся и встал под горячий душ. Обжигающие струи воды постепенно привели его к нормальному состоянию. Сколько времени он так простоял? Пять минут или полчаса он не знал. Постепенно дрожь в теле прошла, и он смог сосредоточиться на прошедшем дне. Мысли переключились к термосу и пакету, которые были на кухонном столе. В красивом термосе с цветами лежали инструкции, что и как ему нужно будет делать. В пакете из газетной бумаги, перемотанном нитками, лежали деньги. Тысяча рублей. Он их ещё не видел, но знал, что они там.

Константинов выключил душ, вылез из ванны и насухо вытерся большим банным полотенцем. Надев на себя махровый халат, пошёл на кухню. Термос и пакет были на столе, где он их оставил. Он подошёл к окну, плотно задёрнул занавески на окнах и включил свет, так как на улице уже темнело. Затем прошёл в зал, включил свет и тоже задернул шторы. То же самое он проделал в спальне. Только после этого сел за кухонный стол и отвернул нижнюю крышку термоса. Она поддалась без усилий. Затем вынул из него пенопластовую прокладку и заглянул внутрь. Между металлической стенкой термоса и стеклянной колбой лежал полиэтиленовый пакет. Вытащил и аккуратно развернул его. В нём лежали листки бумаги. Четыре листочка, размером с блокнотные. На них были мелко напечатаны на машинке колонки цифр. Отложив листки в сторону, он распутал нитки на пакете и развернул газету. В ней были новенькие фиолетовые двадцатпятирублёвки. Пересчитал. Ровно сорок штук. «Боже, целое состояние. Зарплата за три месяца», – пронеслось в голове. Все страхи и нервные переживания сразу улетучились. Взяв деньги и листки с шифрами, он прошёл в зал. Деньги положил в коробку, где хранилась вся его зарплата. Листки положил на стол и, подойдя к книжной полке, вытащил девятый том Большой советской энциклопедии. Раскрыл на пятой странице. Чтобы страница не перелистывалась, прижал её статуэткой слоника, которая стояла на столе. Взяв чистый лист бумаги и простой карандаш, он начал расшифровывать первый листик. Никакой сложности это не представляло, единственное, что требовалось – аккуратность. Но тем не менее дело продвигалось очень медленно. Первый листок он закончил примерно за час. От напряжения начали слезиться глаза и затекла спина. Константинов встал со стула и прошёл на кухню. Налил воды в чайник и поставил на газ. Открыл холодильник, вытащил оттуда батон докторской колбасы, блюдечко с маслом и булку хлеба. Хлеб он всегда хранил в холодильнике, этому его научила Люда. Сделал себе бутерброд и съел его, не дождавшись, пока чайник закипит. Оказывается, он очень проголодался. Прогулка по лесу и нервные переживания вызвали в нём зверский аппетит. Перекус на поляне с дядей Колей были не в счёт. Да и съел он там всего одно яйцо и пару помидоров. Когда закипел чайник, Константинов сделал ещё один бутерброд. Закончив с ужином, он вновь принялся за расшифровку. Отложив в сторону последний листок, Константинов глянул на часы, стоящие на серванте. Был уже первый час ночи. Он встал, прошёлся по комнатам. Выключил свет на кухне, затем зашёл в спальню, тоже погасил свет и раздвинул шторы. С высоты пятого этажа был виден большой двор перед домом. Там уже никого не было. Он раскрыл окно и в комнату тихо начал входить прохладный осенний воздух. Расправил постель и вернулся в зал. Сел на стул и взял в руки исписанный им лист бумаги. Читать было тяжело. Слова были записаны без пробелов. Тогда он взял карандаш и стал отделять их друг от друга вертикальными чёрточками. Некоторые слова были записаны с непонятными ошибками. По-видимому, он всё-таки, несмотря на свою аккуратность, допускал ошибки при расшифровке. Такие слова он исправлял. В прочитанном послании были поздравление с началом деятельности, направленной на поддержание мира на планете, а также уверения в полной безопасности его работы. Для этого требовалось строго следовать инструкциям, которые он получит от дяди Коли при следующей встрече. Были указания, как нужно действовать при получении аварийного сигнала. Также описывался способ определения очередного места встречи. Сообщалось, что при правильном выполнении заданий ему будет повышена сумма выплат. К следующей встрече с дядей Колей ему необходимо будет начертить очень подробный план квартиры, план дома и двора. Всё это передать ему. Также было напоминание о необходимости тщательно уничтожить переданные ему инструкции и расшифрованный текст.

Прочитав текст несколько раз, он, собрав все бумаги, вышел на кухню. Вытащил из духовки противень, поставил на пол и зажёг спичками один листик. Положил на противень, от него поджёг следующий. Когда всё было сожжено, он взял большую ложку и размял весь пепел. Затем аккуратно вынес противень в туалет и высыпал из него в унитаз. Смыл. Всё, никаких следов не осталось. Погасил на кухне и в зале свет. Прошёл в спальню, разделся и лёг. Несмотря на позднее время, сна не было. Полежав минут десять, встал, прошёл в зал и, не включая света, взял со стола томик энциклопедии, который поставил на своё место на книжную полку.

Заснуть так и не удалось.

***

Вот и сейчас, спустя две недели после вынесения ему приговора, Константинов лежал на узкой шконке и не спал. Он давно привык к ночным бессонницам. В эти часы он вспоминал свою жизнь до ареста. Жизнь разделилась на две части – до и после. Линия раздела не проходила по точке ареста или приговора. Она проходила значительно ранее. Этой точкой невозврата он считал тот момент, когда положил в карман куртки пакет, завёрнутый в газету и перемотанный нитками. Тысяча рублей. Неужели эта треклятая тысяча рублей и стала тем Рубиконом, перейдя который он превратился в предателя? Наверное, нет. Было что-то ещё, что ускользало от внимания, считалось маловажным, но внесло свою лепту в его судьбу.

***

Деньги ему особенно и не были нужны. Зарплаты, которую он получал в институте, ему вполне хватало, даже с учетом алиментов. Запросов у него особых не было. Квартира в новом районе, которую он с Людой получил после рождения Ивана, их первенца, после развода отошла к нему. Люда переехала к своим родителям, у которых была большая четырёхкомнатная квартира на Горького. А он остался в своей двушке. Когда он начал получать деньги от дяди Коли, то полностью обновил свой гардероб, приобрёл хороший музыкальный центр, новый телевизор, даже купил себе в комиссионке у Валеры, которого ему посоветовал дядя Коля, практически новый видеомагнитофон. А что дальше? По ресторанам он так и не начал ходить, как-то не по душе ему было ужинать в них. А денег становилось всё больше и больше. В некоторые месяцы дядя Коля передавал ему по три тысячи рублей. Он спокойно мог купить себе машину, только не нужна она ему была. Куда ездить? На дачу он с удовольствием ездил на электричке и пешком пять километров. Да и вообще ему не нравилось ездить на машине. Но самое главное, как предупреждал дядя Коля – не свети деньгами. Константинов это очень хорошо запомнил. Покупка машины сразу же вызвала бы вопросы от сослуживцев и знакомых. Ему пришлось бы что-то придумывать, врать. А это верный путь к провалу. Женщин он себе тоже на заводил, так как хорошо помнил фильм «ТАСС уполномочен заявить», который они с Людой смотрели на протяжении двух недель. Трианона привела к провалу женщина. Константинов специально съездил на «Горбушку» и купил кассеты с этим фильмом. Ещё раз очень внимательно его пересмотрел. Осторожность и ещё раз осторожность. Только так можно не попасться. Но он попался и теперь сидит в камере, ожидая, когда его расстреляют. За прошедшие полгода он тысячи раз анализировал, почему, что прошло не так? Ведь он был очень аккуратен, строго выполнял все инструкции дяди Коли. Случайность, фатальная случайность. Как кирпич, упавший с крыши.

Деньгами он не сорил. Когда собралась сумма в тридцать тысяч, он решил, что дома их хранить опасно. Взял трёхлитровую стеклянную банку. Запихнул туда деньги, закрыл полиэтиленовой крышкой. Затем замазал края крышки пластилином. Завернул банку в несколько полиэтиленовых пакетов, тщательно заматывая нитками каждый из них. Посмотрел, вроде всё герметично. Положил банку в мешок из-под картошки и утром собирался отвезти на дачу, чтобы там закопать. Но через несколько минут подошёл, вынул банку из мешка и поставил в ванну под струю воды. Нет, так не понять, проходит вода в банку или нет. Банку вынул и наполнил ванну водой. Затем опустил банку целиком в воду и стал наблюдать – не появятся ли пузырьки воздуха из-под крышки. Всё хорошо. Пузырьков не видно, но он тем не менее решил оставить банку в воде до утра. Правда, до утра он не дождался, встал среди ночи, вынул банку из воды и внимательно проверил – следов воды не было.

Утром, замотав банку в мешок и положив в корзину, он поехал к себе на дачу. Добравшись до неё, Константинов открыл замок на калитке и вошёл. Дача представляла из себя достаточно жалкое зрелище. Участок запущен, грядки заросли травой. Это не удивительно. Появлялся он здесь редко – от силы раз в месяц, а то и того реже. Домик был не в лучшем состоянии. Сколько раз он собирался навести в нём порядок, но каждый раз почему-то откладывал на потом. Раньше они с Людой и мальчишками бывали на даче значительно чаще, даже что-то выращивали на грядках. Но после развода всё пришло в запустение. Константинов взял лопату и пошёл копать яму, чтобы спрятать банку. Выбрал место между домиком и забором. Там валялись всякие совершенно не нужные вещи: поломанные лопаты, какие-то полусгнившие доски, дырявые вёдра и прочий хлам. Но самое главное – это место не просматривалось с дороги. Сразу копать не стал, а вышел на улицу, прошёл туда-сюда, убедился, что нигде никого из соседей не видно. После этого расчистил немного места от мусора и выкопал ямку полметра глубиной. В неё положил мешок с банкой, сверху прикрыл обломком доски, который подобрал тут же. Закопал и тщательно уплотнил землю. Сверху набросал тот же хлам. Отошёл и внимательно осмотрел это место. Совершенно ничего незаметно. Зашёл в домик, выпил кружку чая из термоса с бутербродом, которые привёз с собой, замкнул калитку и потихоньку отправился станцию, чтобы вернуться домой.

***

Зачем ему столько денег он не знал. Конечно, он понимал, что жизнь впереди длинная, это сейчас много денег, а что будет завтра? Скоро закончатся работы по изделию и в его услугах больше нуждаться не будут. Деньги получать он не будет. Вот тогда и пригодится закопанная баночка. Возможно, когда его перебросят на другую тематику и это будет интересно его заказчику, он сможет возобновить свою работу и вновь начнёт получать деньги? Но когда это произойдёт и произойдёт ли вообще? Этого Константинов знать не мог. В дальнейшие планы института его не посвящали. Но то, что работы близки к завершению, это он знал точно. Их система готова полностью. Доработок никаких не требовалось. Осталось провести одно, максимум два испытания и комплекс будет полностью завершён. После его сдачи будут хорошие премии. Всё-таки пять лет работы. Наверняка и он что-то получит, но все равно это мелочи по сравнению с тем, что он получил от дяди Коли.

А ещё впереди, как мираж, начала маячить возможность переезда за границу. Об этом дядя Коля говорил ему, и не раз: «Закончатся работы по изделию, вот тогда мы и поговорим о твоей эмиграции за рубеж. Шансы хорошо устроиться у тебя большие. Но без денег этого сделать невозможно. Всё, что сохранишь, передашь мне, я поменяю на валюту и переведу в зарубежный банк, когда решим вопрос с переездом».

– Но меня никто и никогда не выпустит за границу, меня даже в туристическую поездку не выпустят, не то что эмигрировать. Как минимум десять лет.

– Естественно, ты же работал с государственными секретами. Это всё понятно. Поэтому будет только один способ – вывезти тебя нелегально. А это, как понимаешь, вопрос очень непростой.

– То есть как, нелегально? Я ведь не посылка или чемодан.

– Юрий Иванович, давай об этом будет болеть наша с тобой голова, когда закончишь работы по своей системе.

– Дядя Коля, но ведь ты сказал, что у меня шансы большие.

– Я сказал, что большие шансы хорошо устроиться в любой стране. Но шансы попасть в другую страну – это разные вещи. И именно поэтому ты получаешь свои деньги здесь и в рублях, а не на счёт в зарубежном банке.

– Это понятно.

– Тогда ты должен понимать, что может случиться так, что выехать не удастся. А возможно, придётся уехать из Москвы и начать жизнь где-нибудь в другом месте. Вот тогда тебе деньги очень пригодятся. А пока хватит фантазировать, всему своё время. Сейчас у тебя одна задача – выполнять задания, быть осторожным и бдительным.

Всё понимал Константинов, понимал, что, закончив работы по изделию, никто не будет заниматься его судьбой, нелегально переправлять за границу. Тем более, если появятся перспективы новой работы. А нужно ли ему это? Может, пора прекратить работу на заказчика? Прекратить, пока не поймали или пока его не ликвидировал тот же дядя Коля? О себе нужно думать самому. Лучший вариант – уехать из Москвы, пока не поздно, раствориться на просторах СССР. Чтобы, не дай бог, не потянулась какая-нибудь ниточка за ним. А тридцать тысяч очень пригодятся, когда придётся начинать новую жизнь. Понимал Константинов и то, что пока он не выполнит все задания, сбежать он не сможет. Дядя Коля это сделать не позволит. А от него спрятаться не удастся.

***

Первую тысячу рублей Константинов пустил на покупку новых вещей: во-первых, купил радиоприёмник «Геолог», как говорил дядя Коля и который оказался достаточно дорогим, затем купил себе приличный костюм, хорошее зимнее пальто, пару курток. Ещё нужно было сделать ремонт в квартире. Эту идею ему подсказал дядя Коля. После получения первой шифровки Константинов нарисовал подробный план квартиры, дома и двора. При следующей встрече всё это передал дяде Коле. Через неделю получил инструкции, как нужно переставить мебель в квартире, чтобы исключить возможность наблюдения через окна из соседнего дома. Получалось, что нужно было поменять местами зал и спальню, благо, что входы в эти комнаты были из коридора. На словах дядя Коля сказал, что нужно, по-хорошему, сделать полный ремонт квартиры. Поменять обои, покрасить полы, двери и окна. «Если потребуются для этого дополнительные деньги, скажешь. Передам ещё», – добавил он. Также он попросил сделать полную опись книг на книжных полках, с указанием года издания.

При следующей встрече дядя Коля сказал, чтобы он не затягивал с ремонтом, так как до тех пор, пока не произойдёт перестановка мебели, Константинову нельзя выполнять никакие задания.

– Безопасность прежде всего, – сказал дядя Коля, – а пока есть возможность наблюдать за твоей квартирой из соседнего дома, мы не можем рисковать.

– Я понимаю, но сейчас у меня нет ни времени, ни денег на ремонт. Я планировал это сделать во время отпуска, – ответил Константинов.

– Отпуск – это хорошо. Но ждать некогда. Задания очень срочные. Ну, да ладно. Я тебе помогу. Есть у меня хорошие строители на примете, всё сделают очень быстро и аккуратно. И материалы все купят сами, только зайди сегодня же в магазин обоев, выбери, какие понравятся и возьми образец.

– У меня сейчас с деньгами не получится.

– Деньги я тебе дам. Хотя нет, я лучше я сам заплачу строителям и за ремонт, и за материалы. Завтра же и начнём. Они к тебе придут к семи утра. Ты на работу выходишь в восемь?

– Да, в восемь.

– Ну и отлично. Они и вещи переставят как нужно. Люди очень надёжные, можешь ни за что не переживать. Ну, конечно, там ценности какие, деньги, документы можешь забрать к себе в институт. За неделю я думаю, они управятся.

Всё так и получилось. Утром, когда он завтракал, в дверь позвонили. Открыл, вошли двое парней, в спецодежде с надписями на спине «СЕРВИС». Представились. Одного зовут Иван, другого Игорь. Сказали, что дядя Коля им задачу обрисовал.

– Вы образец обоев нам дадите? – спросил Иван, он, судя по всему, был старшим.

– Да, вот, пожалуйста. Вчера взял в стройматериалах на Ленинградском.

– А ещё? – спросил Иван. – Или в спальне и зале одинаковые хотите?

– Что-то я не подумал, – ответил Константинов, – наверное, разные будут лучше смотреться.

– Хорошо, этот рисунок пустим в зале, а в спальню что-нибудь помягче найдём, в смысле – побледнее.

– Хорошо бы.

– Не переживайте, я сам подберу оттенок, будет суперлюкс.

– Так вы вдвоём будете работать?

– Нет. У нас комплексная бригада. Я прораб. Игорь у нас бригадир. Будет всё время в квартире. Обоями займутся наши девушки, маляркой – маляры. Сейчас приедут парни, переставить вещи. Так что можете не переживать. Кстати, у Вас ночевать есть где?

– Нет, я думаю как-то здесь разместиться.

– Хорошо, мы Вас пока на кухню переселим, – весело ответил Игорь, – всё, можете ехать на работу. Ключи оставьте на всякий случай. Вечером я Вас дождусь.

Константинов оставил ключи и пошёл на автобусную остановку. «Как-то всё это нереально, – думал он, – никакого ремонта не планировал, а тут всё так завертелось». Во всём чувствовалась рука дяди Коли. Было такое ощущение, что он начал руководить жизнью Константинова, а ему была отведена роль простого статиста. Он еще ничего не сделал для заказчика, а на него уже была потрачена тысяча рублей, и вот теперь ещё и ремонт. Тоже будет недёшево стоить, судя по Ивану и Игорю. Константинов хорошо помнил ремонт, который они с Людой делали несколько лет назад. Беготня по магазинам в поисках необходимых материалах, поиски строителей, которые так и не увенчались успехом. Потраченный отпуск, когда они с Людой пытались как-то наклеить обои, которые никак не хотели ложиться ровно, без «пузырей». Короче – полный кошмар.