Что случилось с мозгом №13?

Глава 1

Лучи утреннего солнца медленно заползали за тонкие кружевные шторы, оставляя свой легкий след в каждом уголке комнаты. Они путешествовали легкой поступью по старому комоду, уставленному сервизом и потертыми учебниками, бегали по протертому ковру, который был образующим элементом композиции, заливали небольшую кровать, стоящую вплотную к батарее. Именно на ней, под тройкой шерстяных пледов лежала девушка, которая пол ночи никак не могла уснуть, боясь опоздать в университет. Сегодня должен быть её «судьбоносный» день, по крайней мере именно так им заявляли весь прошлый курс. День распределения в научно-исследовательские институты для прохождения практики. Как говорил декан, это будет их первый осознанный выбор, правда, на замечание Яны, что их первый выбор был связан с поступлением в это заведение и для многих он стал ошибочным, ответом послужил крайне неодобрительный взгляд.

Так или иначе, проснуться сегодня нужно было пораньше, что для девушки было хуже смертного приговора. Приходя после пяти лекций в районе девяти вечера, она хотела как можно дольше пожить «жизнь»: пообщаться с друзьями, прибраться в квартире, придумать себе новое хобби, да просто пару часов спокойно смотреть в стену, лишь бы не вспоминать про очередной зачет, курсовую или расчетные задания. Пару лет назад она возлагала так много надежд на свою университетскую жизнь, представляла, как будет знакомиться с новыми людьми, получать много новых и полезных знаний, в конце концов развиваться как личность, а по итогу вышло сидеть на последней парте с парой друзей, перекидывать друг другу мемы и прятать чипсы от взгляда преподавателя. Конечно, к выполнению заданий она подходила со всей ответственностью, но, когда она осознала, что большая часть дисциплин рассказывает об одном и том же, но разными словами, единственное, что она делала для новых работ – меняла названия для старых. Но теперь её ждало поистине что-то новое: спустя три года рутины они, наконец-то, направляются на практику в НИИ, и вот тут, как говорила её подруга, главное не профукать стоящее предложение, иначе будешь работать даже не за еду, а за идею.

Наконец-то солнечные лучи добрались до её сонного лица, освещая внушительные синяки под глазами, отчего девушка нехотя начала ворочаться, но солнце не собиралось её так легко отпускать, прогревая уже спину.

– Надо уже перетащить эту кровать подальше от окна, – буркнула себе под нос Яна и потянулась к небольшой тумбочке, где её ожидал телефон, который нечаянно не подал сигналы будильника.

Точнее подал, но как оказалось тяжелый рок идеально вписывался в концепцию её сна, отчего телефон, если бы у техники была душа, почувствовал себя абсолютно бесполезным. Прикладывая титанические усилия, девушка посмотрела на экран, и сон как рукой сняло: вместо заветных семи утра, перед глазами она видела число двенадцать. Такой скорости она не выдавала даже на зачете по физической культуре: вылетев из кровати, она начала чистить зубы и натягивать джинсы одновременно. В пижамной футболке, на которую была натянута толстовка, и с растрепанной кичкой, собранной ещё день назад, она схватила валяющийся на полу рюкзак и выбежала из квартиры.

Пока она пробегала мимо однотипных хрущевок в сторону университета, Яна проверяла сообщения от друзей, которые начинались с волнения и вопросов о её местоположении, а заканчивались насмешками над её любовью ко сну. На вопрос Яны забронировали они ей местечко в какой-нибудь достойной лаборатории, она увидела самый страшный ответ:

– Всё распределяла Леопольдовна, так что сочувствуем.

– Просто шикарно, – прошипела Яна, запрыгивая в автобус. – Значит я вообще без НИИ осталась.

С Иринкой, точнее с Ириной Леопольдовной, их деканом у них сложились довольно странные отношения: как нужно приводить кого-то в пример по успеваемости, так Иринка всегда указывала на Яну, но, когда поднимался вопрос про нарушение порядка, взгляд декана был прикован снова к Яне. Девушка перестала пытаться разобраться в этих запутанных отношениях, продолжая делать, как считает нужным, так что вероятность того, что Ирина Леопольдовна могла воспользоваться положением и приструнить нерадивую студентку, стремилась к ста процентам.

Поэтому, когда Яна, потная и запыхавшаяся, забежала в кабинет декана, её первой же фразой было:

– Здравствуйте… Насколько ужасный… выбор у меня… остался?

– Ну здравствуй, Лазарович, а я тебя уже заждалась, – женщина расплылась в улыбке, поправляя свой серый пиджак. – Смотрю, ты выспалась. Это хорошо, молодому организму сон необходим, только не в ущерб учебному процессу.

– Прошу прощения, Ирина Леопольдовна, – девушка устало упала на стоящий неподалеку стул, переводя дух. – Но врать не буду, это может повториться.

– Спасибо за честность, – усмехнулась декан, смотря на студентку, которая постепенно разжижалась на стуле. – Я тоже врать не буду, очень хотелось засунуть тебя куда-нибудь… – она попыталась подобрать слова помягче, но на ум ничего не приходило. – В общем, ты меня поняла. Но за тебя поручилась Александра Владимировна, так что поздравляю, практику будешь проходить в НИИ НСМ.

– Нейронных систем мозга!? – удивилась Яна, не веря услышанному. – Ирина Леопольдовна, Вы же меня не разыгрывайте? Если это шутка, то она бесчеловечна.

– Скажи спасибо Александре Владимировне, – женщина закатила глаза, смотря на студентку. – А сейчас дуй на занятия, а то передумаю.

– Понял-принял, – усмехнулась девушка, поднявшись на ноги. – Откланиваюсь.

Как только Яна закрыла за собой дверь, она пулей понеслась в аудиторию, где её друзья пытались не заснуть на очередной лекции. Заметив девушку, они активно начали махать руками, что не ускользнуло от взгляда преподавателя, однако, заметив растрепанную студентку, он продолжил рассказывать параграф, игнорируя перешёптывания. Стоило только Яне сесть рядом, как она вмиг оказалась на допросе.

– И чего это мы так долго спим? – прошептал Семён, с широкой улыбкой. – Или кто-то ночевал не дома, вот и не рассчитал время свидания?

– Да дома я была, – отмахнулась Яна, открывая полупустую тетрадь, и, заметив игривый взгляд друга, добавила. – Одна! Ты с собой не сравнивай, а то на свиданиях бываешь чаще, чем я хожу на пары.

– Ой, не преувеличивай, – усмехнулся парень, поправляя съезжающие с носа очки. – С Мишей все так же глухо или он наконец-то начал понимать намёки?

– Да все равно на этого Ильина! – вмешалась в беседу Эля, смещая фокус внимания подруги на себя. – Что с лабораторией-то? В какую глушь тебя послали?

– Давай тогда сузим круг поисков, – сказал Сёма. – Она находится хотя бы в одном городе с нами? Туда можно доехать на общественном транспорте? В ней ещё остались живые люди?

– Да, да, третье нужно ещё проверить, – ответила Яна, самодовольно улыбнувшись. – Я буду в НИИ нейронных систем мозга у Алексашеньки Владимировны.

– Вот везучая, – цокнула языком Эля, встряхнув свои светлые короткие локоны, – Хорошее местечко. И финансирование, и исследования интересные. Считай, сильная дипломная работа у тебя в кармане.

– У меня другой вопрос, – встрял Семён. – Мы же всегда гуськом ходим, а взяли только тебя. Что за несправедливость?

– Ну, только я староста, которая помогала ей с отчетами, – самодовольно улыбнулась Яна. – Сейчас напишу Алексаше, узнаю, когда приходить.

К её удивлению, преподавательница ответила спустя минуту. Они договорились, что девушка подойдёт в НИИ завтра к часу дня, ей проведут быструю экскурсию и расскажут суть исследований. Особенно девушку порадовало время встречи, ведь её она уж точно не проспит.

Остаток учебного дня она с друзьями с трудом осилили ещё одну лекцию, после чего было принято стратегическое решение посидеть дома у Яны, так как только она жила одна. Прогулявшись вдоль пару тройку остановок автобуса, они подошли к обшарпанному подъезду, чей вход доблестно охраняла старенькая покрытая ржавчиной дверь. Хоть квартирка в хрущевке и была крошечной, но на троих там точно хватало места. Они по привычке скинули все вещи в коридоре и расселись на ковре.

– Есть что-то поесть? – жалобно спросил Семён, потирая живот, – А то соседи начнут жаловаться на песни грустного кита.

– Нет, но можем заказать доставку, – устало ответила Яна, открывая приложение, – Выбирайте, я пока чайник поставлю.

– Ты хоть что-то потребляешь, кроме чая? – крикнула ей в след Эля, – А как мы не придем, у тебя ни крошки. Если лень, то я могу тебе готовое приносить.

– Да не переживай, – отмахнулась девушка, закидывая чайные пакетики в кружки со смешными картинками, – Я ем, просто не так часто.

Доставку Сёма и Эля дожидались почти в голодном обмороке, но любовь к жизни в них пробудил звонок домофона. Они так подскочили, что врезались в друг друга, отчего дверь спасителю пошла открывать Яна, утирая слезы от смеха.

Когда желудки были забиты до предела, они разлеглись на полу, постигая умиротворение. Молчаливое счастье сытости продлилось не долго, ведь уже через полчаса Семён пришел в себя, возвращаясь к своей излюбленной теме, которая каждый раз вгоняла хозяйку квартиры в краску.

– Ну так что у вас с Мишей? – парень перебрался на кровать, с прищуром смотря на подругу. – Мы уже три года наблюдаем этот слоубёрн, можно уже каких-нибудь действий?

– Сколько раз тебе говорить, что мы просто дружим, – закатила глаза Яна, распуская окончательно растрепанную кичку. – Периодически видимся помимо универа и всё.

– Действительно, Сём, отстань ты от неё, – Эля с укором посмотрела на парня, обнимая подругу со спины. – Что ты постоянно к ней цепляешься с этим Ильиным? Они просто друзья…

– Спасибо, – Лазарович погладила руку Эльвиры, насмешливо смотря на друга. – Вот она, моя защитница.

– Очень крепкая дружба, – продолжила Эля и, наклонившись к уху девушки, прошептала. – Просто иногда целуются на пьяную голову.

Яна резко вырвалась из её рук, задев ногой кружку. Остаток холодного чая медленно растекался по полу, пока она выхватила подушку, лупя ею подругу, которая только смеялась.

– И именно из-за крепкой и искренней дружбы на твоей шее пару раз виднелись засосы. – добавил Семён, отхватив от этого комментария прилет подушки в лицо.

– Так, вы сейчас оба договоритесь и начнется бытовая поножовщина, – сказала девушка, поднявшись на ноги, – Запоминаем. Мы друзья. Да, иногда нас заносит, но нам не светят никакие отношения, закрыли тему.

– Хорошо, может тогда ты начнешь обращать внимание на парней, которым ты нравишься достаточно сильно, чтоб они не боялись предложить тебе встречаться? – спросила Эля, но, видя поникший взгляд подруги, быстро осознала сказанное. – Прости пожалуйста… Просто, ты по нему уже который год страдаешь, а он…

– Я всё понимаю, забей, – вымученно улыбнулась Яна. – Давайте сменим тему?

– Что хотите изучать в своих лабораториях? – перехватил инициативу Сёма, поудобнее расположившись на кровати. – Я вот думаю заняться стволовыми клетками. Думаю, дело перспективное во всех направлениях.

– Я хочу в фармакологию пойти, – улыбнулась Эля, присев рядом с ним, – Не зря же у меня природный талант к химии.

– Спасибо, что не к ядам, – усмехнулась Яна, но с грустью ответила на вопрос, – Я займусь нейродегенерацией.

Друзья молча кивнули, прекрасно понимая, чем именно вызван интерес к этой теме. Пару лет назад у их подруги умерла бабушка, именно с ней Яна большую часть жизни жила в этой квартире. К концу своей жизни Мара Исааковна хоть и сохраняла большую часть времени рассудок, ведя с лучшими друзьями внучки долгие беседы, но периодически её взгляд стекленел, и она начинала говорить какие-то бессвязные фразы на выдуманном языке, разговаривать с воздухом или запиралась в своей комнате. В один из таких приступов у неё и остановилось сердце. Мгновенная смерть, как успокаивали врачи, безболезненная.

За окном начало темнеть, и друзья собрались домой. На прощание они пообещали отписаться, как доберутся до дома, обняв подругу. Закрыв за ними дверь, девушка пошла по коридору, остановившись у соседней комнаты. Она очень редко заходила туда, боясь вновь ощутить ту боль, но сейчас её тело само взялось за ручку двери и повернуло её. Перед девушкой предстала та же самая комната, которую она видела на протяжении двадцати лет. Она зашла внутрь, присев на маленький раскладной диванчик, на котором спала и отдыхала её бабушка, постоянно держа при себе какую-нибудь книгу из её огромной библиотеки. Рядом с покрытым пылью торшером стояла рамка с фотографией, где была сама Мара Исааковна с ещё маленькой Яной.

Девушка аккуратно взяла фотографию в руки, будто боялась, что она нечаянно рассыпется, оборвав последнюю ниточку, которая их связывала. На глазах Яны невольно навернулись слезы, которые она утерла рукавом толстовки.

– Прости, бабуль, что не успела тебе помочь, – девушка бережно провела рукой по старому стеклу, осторожно ставя рамку на законное место, – Я сделаю всё, чтобы помочь другим.

Яна вышла из комнаты, заперев за собой дверь. Порой ей было очень сложно без поддержки бабушки, она невыносимо скучала по её голосу, шаркающим звукам тапочек, теплым объятиям. Да даже по нравоучениям и вечному чтению нотаций. Бывали дни, когда девушка была готова лесть на стену от одиночества, отчего нуждалась во внимании друзей. Любом внимании.

Сходив в душ, она впервые за неделю расчесала свои длинные медные волосы, вновь собрав их в кичку. Натянув очередную заношенную футболку в качестве ночнушки, она вновь легла у батареи, мечтая, чтоб следующий день принес её что-то хорошее.

Глава 2

В этот раз Яна смогла распознать во сне звуки надрывающегося телефона и, как бы ей ни хотелось остаться в объятьях очаровательного загадочного джентльмена. Его руки вольно блуждали по её телу, кое-как прикрытом темным шёлком. Его губы исследовали каждый уголок её тело, сводя с ума от нарастающего возбуждения. Он хитро улыбался каждый раз, когда с губ девушки срывался тихий стон, сверлил её заинтересованным изумрудным взглядом. Однако Яне удалось вырваться из соблазнительного плена сновидения и оторвать голову от подушки, утирая слюни в уголках губ.

– Присниться же такое, – усмехнулась девушка, чувствуя проявившийся на щеках румянец.

Сегодня Яна решила выглядеть максимально презентабельно, помня, как важно первое впечатление. Конечно, спустя месяц, а то и неделю она будет появляться в лаборатории исключительно в помятой пижаме, но сегодня она решила блистать. Пусть позже вспоминают, как она может выглядеть.

Надев белую блузку и любимый брючный костюм, который она покупала ещё на сдачу выпускных экзаменов, она задумчиво посмотрела на волосы, обдумывая сомнительную затею сделать прическу. Девушка пару раз бросила взгляд на лежащий у зеркала фен, который игриво поблескивал под лучами солнца своим пластиковым корпусом. Её рука медленно двинулась ему навстречу, но лежащая рядом с ним круглая расческа, которая была причиной её короткой стрижки в пять лет, быстро отбила всё желание.

– Ну я же не на праздник собираюсь, – Яна быстро собрала волосы в хвост, затянув резинку потуже. – И так сойдет.

Схватив со стола телефон и наушники, она закрыла за собой дверь и побежала на остановку. Пока она проносилась между зелеными двориками спального района, попутно ругая слепящее её солнце, которое подозрительно зачастило посещать Петербург, что для его постоянных жителей воспринималось крайне подозрительным и неестественным, Яна просмотрела полученные сообщения от друзей, которые наперебой рассказывали о своих первых впечатлениях о НИИ. Лазарович пока было нечем похвастаться, так как от места практики её отделало ещё пятнадцать минут на автобусе, но как добросовестная подруга отправила свои поздравления.

– Раз ты уже на ногах, значит не проспала практику, – написал Семён. – Это уже успех и достойно поздравлений.

– Очень смешно, – ответила девушка, но всё-таки усмехнулась.

Зайдя в автобус, она не обнаружила пустых мест. Ей было очень интересно, с чего так много свободных взрослых людей в полдень рабочего дня спокойно катались по району, но не ей было их судить. Попытавшись занять самый устойчивый уголок в центре транспорта, она старалась двигаться как можно осторожнее, но любое её действие вызывало новую волну неодобрительных взглядов пожилых дам, забивших проход продуктовыми сумками, которые путешествуют с ними с другого конца города.

Преодолев желание пнуть очередную объемную котомку, девушке удалось занять вакантный уголок, опередив одного мужчину, который смерил её за подобную ловкость злобным взглядом.

– Хочешь жить – умей вертеться, – усмехнулась про себя Яна, вновь возвращая свое внимание на экран телефона, где появилось сообщение, от которого она невольно смутилась:

– Привет, Янусь, – писал Ильин, заправляя текст интенсивным количеством скобочек. – Удачи на практике. Не против сегодня собраться у меня? Посмотрим что-нибудь, с меня ужин.

– Привет, хорошо, – быстро ответила девушка, но перед отправкой решила кое-что добавить. – Я напишу, когда освобожусь. Встретишь на остановке.

На её лице вновь появилась эта глупая влюбленная улыбка. Да, она прекрасна знала, что у них ничего не выйдет, и её это полностью устраивало. По крайней мере, она себя в этом убеждала. У неё бывали минуты прозрения, когда она осознавала себя брошенной собачкой, которая готова бежать по первому зову незнакомца, который периодически проходил мимо её лежанки. Но пока это унижение её гордости было небольшой платой для того, чтоб не чувствовать себя одинокой и ненужной. Пусть и на короткий вечер.

Ещё немного и она бы снова утонула в рефлексии, но голос автоинформатора объявил, что транспорт прибыл на остановку НИИНСМ. Яна мигом просочилась сквозь толпу, и вскоре была выплюнута из автобуса, который быстро уехал. Осмотревшись, девушка поняла, что стоит у огромных металлических ворот, которые не поддавались её растерянным попыткам просочиться сквозь прутья. Яна решила поискать вход поблизости, но с обеих сторон её окружали ровные линии кустов шиповника, через которые пролезать она не горела желанием. Понимая, что времени обходить всю территорию по кругу у неё не осталось, девушка набрала номер преподавательницы.

– Здравствуй, Яна, – звонкий голос молодой женщины на секунду оглушил растерянную студентку. – Ты уже на месте?

– Здравствуйте, Александра Владимировна, да, – ответила девушка, сомнительно посматривая на закрытые ворота, – Только я не…

– Ты прямо у остановки, там только въезд, – быстро ответила преподавательница, не дослушав студентку, – Поверни налево, там тропинка. Я тебя встречу.

– Хорошо, спа… – сказала Яна, но её собеседница уже сбросила звонок.

Девушке ничего не оставалось, как вернуться к остановке и идти влево. Асфальт закончился довольно неожиданно, обрываясь в клумбе. Яна осмотрелась по сторонам, надеясь, что Александра Владимировна сама сможет отыскать потеряшку, но краем глаза она заметила тонкую дорожку, ведущую вглубь сада. Не понимая, как она не заметила её раньше, девушка шагнула в чащу, наслаждаясь увесистой тенью древесных крон. Среди дубов и ясеней Лазарович неторопливо шла вперед, наблюдая как тропинка превращается в широкую насыпную дорогу, по бокам украшенную тонкой оградкой. Шум дороги стих, оставляя девушку в полнейшей тишине, отчего та невольно поежилась. Даже глубокой ночью будут всегда слышны шорох шин, приглушенные разговоры прохожих или приглушенное шипение электричества от фонарных столбов, а тут… Однако, это было не единственной странностью этого места. Сколько бы девушка ни шла вперед, института она так и не видела. Ей казалось, что она прошла уже несколько кварталов, но местность вообще не менялась.

– Так, это уже какой-то сюр, – Яна тяжело вздохнула, остановившись посреди тропы, – Вернусь обратно, пусть сама меня ищет в этом зеленом лабиринте.

Но стоило ей обернуться, как в паре десятком метров перед ней находилось трехэтажное здание в стиле модерна, из которого к ней вышла Александра Владимировна. Яна растерянно огляделась по сторонам, не понимая, как такое вообще возможно, ведь только что её окружала беспроглядная зелень, которая теперь находилась только за её спиной. Она пару раз протерла глаза, думая, что выходить из дома без утренней порции кофеина была ошибка и она просто уснула на одной из сумок своих пожилых попутчиц, но перед глазами вновь было аккуратное здание серого цвета, с большими округлыми окнами и украшенное кованными вензелями.

– Заплутала? – улыбнулась преподавательница, взяв её под руку, – Не переживай, в первый раз все теряются, просто завтра выходи на остановку раньше и иди направо, там основной вход.

– Да, хорошо, – смущенно кивнула девушка, – Я просто шла по вашему парку, обернулась и…

– Он у нас такой успокаивающий, очень легко потерять связь с реальностью, – Александра перебила её, подводя студентку к двери. – Сейчас я тебе все покажу и в стенах НИИ называй меня просто Сашей. Мы же почти коллеги.

– Поняла, Алек… – осеклась Яна, потупив смущенный взгляд. – Простите… Прости, Саш.

– Другое дело, – она игриво подмигнула, встряхнув каштановыми длинными локонами. – Пойдём, нам на второй этаж.

Яна послушно последовала за ней, переводя свое внимание на рассказ «коллеги». Как она уже успела выяснить из справки на сайте института, он был основан ещё в девятнадцатом веке с подачки нескольких графских семей как медико-биологический исследовательский институт, а в тридцатых годах прошлого столетия был переориентирован на нейробиологические исследования. Судя по количеству кандидатов и докторов наук, а также по публикациям в международных журналах, исследования были стоящие, отчего Яне было ещё интереснее узнать, чем же она будет заниматься в лаборатории. Пока они поднимались по широкой бетонной лестнице с кованными перилами, прямо у них под ногами пробежала парочка пушистых котов, которые беззаботно гонялись друг за другом. На немой вопрос в глазах студентки Александра рассмеялась:

– Это наши пушистые хранители. Их предок был ещё при основании самого института, всем коллективом подкармливаем. Экспериментальных крыс стерегут, так что те сбегать боятся.

– Да уж, удобно, – нервно усмехнулась Яна, наблюдая за катающимся по пролету кошачьим клубком, который быстро укатился на первый этаж.

Они добрались до второго этажа, который, по сути, был огромным коридором с кучей маленьких кабинетов. Светлые стены были украшены портретами именитых ученых, научными плакатами и вырезками из последних исследований. Из-за каждой двери слышался шелест листов тетрадей, журчание воды из-под крана, гул приборов и визгливое пищание грызунов. Вот она, научная атмосфера.

– Наша лаборатория занимается исследованиями реакций мозга на различные биологические раздражители, будь то заболевания или действия лекарств, – сказала Саша, цокая лодочками по плитке, – По сути у нас две ис…

Однако она не успела договорить, так как из кабинета на них вылетела высокая девушка в длинном помятом белом халате, держащая в руках огромный контейнер с пищащим содержимым. Она напряженно сдунула с глаз спавшую темную прядь, раздраженно смотря на ошарашенных девушек.

– Саша, твою мать, я больше помогать с твоими не буду, они у тебя отбитые напрочь, – она прорычала прямо в лицо преподавательнице, всучив свой груз в её руки. – У меня своих проблем по горло, ещё немного и всех тут покусаю. – взвинченная девушка перевела свой тяжелый взгляд на сжавшуюся студентку и расплылась в хищной улыбке, – У нас тут свежатинка… Какая прелесть. Неужели мне на растерзание?

– Нет, на неё виды у Жаб… – Александра осеклась, бросив взгляд на Яну, которая до сих пор не отошла от яркого появления. – В общем, Лия, она нужна биохимикам.

– Жаль, – девушка цокнула языком, стягивая латексные перчатки. – Тогда я пошла к себе, а то скоро выть начну. – Лия вновь посмотрела на Лазарович, грозно зыркнув. – А ты чего вылупилась? Тебя это тоже скоро ждет.

Яна даже не успела и слова вставить, как девушка громко хлопнула за собой дверью, оставив их в компании верещащих грызунов, которые пытались вылезти из заточения сквозь металлические прутья.

– Ты не переживай, это Лия Серых, она на самом деле хорошая, просто иногда раздражительная, – неловко улыбнулась Александра, смотря на потерянную студентку, – Ты заходи в шестой кабинет, там тебя ждут, а я скоро подойду.

Не дожидаясь ответа, преподавательница быстро побежала в другой конец коридора, стараясь не трясти лишний раз живой груз, оставляя Яну в одиночестве, которая не особо горела желанием снова попасть кому-то под горячую руку. Лазарович осторожно постучала в дверь, на которой висела золотистая цифра шесть.

– Привет, ты Яна? – перед ней моментально возникла девушка с длинными медными волосами, собранными в растрепанный хвост. – Проходи, мы тебя ждали.