Победит лишь один

Кэролайн очутилась в шикарном номере. Играла мягкая музыка, рядом с камином был накрыт ужин.

Прислуга в наглаженной форме подошла к ней и взяла накидку.

– Спасибо, – пробормотала Кэролайн и прошла чуть вперед.

Роман сидел за столом и говорил с кем-то по-русски. Его голос был слишком спокойным, он даже смеялся, и Кэролайн это взбесило. Какое самодовольство и самообладание.

Она взяла бокал шампанского и отвернулась. Роман напоминал ей Райана, и это смущало. Вчера она была слишком напряжена, чтобы заметить общие черты.

А сегодня хватило пары секунд, чтобы увидеть сходство. Линия носа, голубые глаза, прядь волос, постоянно падающая на лоб, и движение, каким он поправлял ее. Сердце Кэролайн рухнуло. Она никогда не надеялась увидеть Романа снова, но вот он перед ней.

Что же ей делать? Признаться во всем и поставить под угрозу себя и ребенка? Удивительно, но мысль, что Роман откажется от сына, ранила гораздо сильнее, чем то, что он захочет его забрать.

Роман закончил говорить и поднялся из-за стола. В черных брюках и темно-красной рубашке он был воплощением грации и привлекательности. Пиджак висел на спинке стула, а узел галстука был ослаблен. Роман выглядел слишком спокойным, и Кэролайн ненавидела его за это. Он не подозревал, какую бурю эмоций будил в ней. Ему было все равно.

Нет, не все равно. Он наверняка гордился собой.

– Я рад, что ты смогла прийти.

Кэролайн стояла, опершись на одно бедро, изображая скуку.

– Не думаю, что у меня был выбор. Так что я здесь.

Роман оглядел ее:

– Да, ты здесь.

Его взгляд словно ласкал ее. Кэролайн сделала еще глоток шампанского, пытаясь скрыть смущение.

– Дезинфицируешь свою квартиру? – спросила она, оглядывая номер.

– Нет. К сожалению, я не развлекаю женщин у себя дома. – Он посмотрел на Кэролайн.

– Поразительно, – скучающим голосом ответила она, хотя внутри нее все горело. Она надеялась, что на лбу не выступят капельки пота.

– Да, все это благодаря тебе.

– Мне? – Кэролайн чуть не подавилась шампанским.

Роман махнул официантам, и они покинули комнату. Когда он повернулся к Кэролайн, в его взгляде смешались холод, жар и ненависть.

Кэролайн облизнула пересохшие губы.

– Я предпочитаю встречаться где-нибудь в другом месте: ее кровать, ее квартира, гостиница. Ты меня этому научила.

Кэролайн сглотнула, вспомнив, как они занимались любовью в его постели, а потом она уезжала, боясь, что родители заподозрят что-нибудь. Они столько раз ругались из-за этого. Ей нужно было покидать Романа, несмотря на желание остаться.

– Рада, что сгодилась на что-то, – ответила она.

– Ты была хороша во многом, и можешь пригодиться снова.

– Я не буду твоей любовницей, Роман, – твердо ответила Кэролайн, не собираясь притворяться, будто понятия не имеет, о чем идет речь.

– Правда? Вчера ты почти умоляла меня разделить с тобой постель.

О да. И хотя вначале Кэролайн притворялась, в конце, когда Роман поцеловал ее, ей по-настоящему хотелось близости.

– Ошибка. Ее я не повторю.

Роман вновь засмеялся. От звуков его смеха Кэролайн вздрогнула.

– Все гораздо интереснее, чем я ожидал. – Он подошел и взял ее за руку.

Все ее мысли сосредоточились на точке прикосновения.

Кэролайн вырвала руку и отступила. Он улыбнулся и пригласил жестом к столу:

– После тебя.

Кэролайн села, и Роман сделал то же самое.

Официанты тут же появились и принесли ужин:

красное вино, каре ягненка, молодой картофель в сливках и кабачки на гриле.

– Ешь, Кэролайн.

Она сильно нервничала и сомневалась, что будет в состоянии проглотить хоть кусочек, но, попробовав немного, она почти застонала от удовольствия. При такой напряженной работе она ела на бегу уже много недель подряд: салаты, бутерброды, пицца. Настоящая еда была восхитительна.

Кэролайн взглянула на Романа, и оказалось, что тот пристально изучает ее.

– Наслаждайся ужином. Мы пока не будем говорить о делах.