Сомнения моего сердца

Пролог

Летом светает довольно рано, поэтому, не имея под рукой часов, было тяжело ориентироваться во времени.

Сейчас, маленькие часики в углу экрана показывали пять утра, поэтому я упорно не могла понять, что такого сверхъестественного должно произойти в жизни человека, что заставило бы его ни свет, ни заря посетить круглосуточное кафе на краю дороги.

Гуляк видно сразу, они только-только вышли из клуба и, не желая расходиться, решили продолжить сабантуй в кафе.

А кто все остальные? Кто эти люди, расплачивающиеся с таксистами и улыбающиеся администратору, будто старому другу?

Ланч перед работой? Тогда что это за работа такая, заставляющая покинуть уютную кровать в пять утра, а ведь встали они намного раньше…

Я сижу здесь с шести вечера, и, если честно, не представляю, что делать дальше. Денег хватило бы на несколько месяцев квартплаты, при условии, что успею снять однушку у черта на куличиках. Пора всерьез заняться поиском работы.

Меня отнюдь не прельщало идти работать по специальности, просто, потому, что большую часть учебы я прогуляла. В больнице такие кадры не нужны, в том числе в лаборатории.

Поежившись, сильнее укуталась в теплый плед. Кто же знал, что раннее утро в самом разгаре лета ничуть не уступает осенним теплым денькам. К сожалению, легкое нежное платье и туфли на высоченной шпильке никак не желали греть свою хозяйку.

Увы, выбирать мне не пришлось. Меня выгнали из дома, в чем была, и не чужой человек, а самый родной, благо хоть вещи мои заранее собрали, и на том спасибо.

В голове не укладывалось, что такая ситуация могла произойти именно со мной…

Глава1

Ровно в пять часов вечера я стояла перед дверью родной квартиры и пыталась найти в сумочке ключи. Признаться, я до сих пор не понимала, как умудрилась запихнуть столько ерунды в маленький черный клатч.

К счастью, мучения мои длились недолго. Замок щелкнул, дверь открылась, являя моим глазам отца и Еву, его нынешнюю пассию.

Сейчас мне было глубоко плевать на наши разногласия с новой мачехой, я была счастлива.

– Папа! Смотри, красный диплом!

О том, как я на него вышла, отцу лучше не знать. Всю учебу тащила на голой теории. А вот практика… шла у меня очень тяжело. Память избирательная, видите ли. Я не запоминаю надолго то, что мне неинтересно. В большинстве случаев, выучив что-то новое, я забывала старое. Но это не мешало помнить книги, прочитанные в далеком в детстве.

Родитель мельком взглянул на ламинированный пластик, и, скупо улыбнувшись, вымолвил:

– Молодец. Теперь я могу со спокойной совестью отпустить тебя в большой мир.

– В смысле? – напряженно улыбаясь, спросила я.

Адреналин все еще играл в крови, и это сильно мешало голове работать.

– Тебе давно уже пора начать жить одной. Устраивать свою жизнь, преследовать свои цели…

– Ты все же решил купить мне квартиру?! – неверяще спросила я, мысленно представляя, как в первый же день соберу там всех друзей.

– Нет, Алевтина. Я в этой жизни всего добился сам. И хочу той же участи и для тебя.

Эм… это мне так тонко намекнули, что пора слезать с папенькиной шеи?

– Ты должна повзрослеть Аля, и если для этого придется выгнать тебя из дома, то я так и сделаю!

Я видела, как тяжело отцу даются эти слова. Он не понаслышке знал, каково это – в один момент оказаться на улице.

– Я ушел из дома, не имея ни копейки за душой, без вещей, телефона и прочих мелочей. У меня даже образования толком не было. Зато посмотри на меня сейчас…– Он развел руками.

В принципе, все не так плохо. Жить одной – мечта любого подростка. А работа… будем реалистичны, папа меня не бросит. Правда ведь?

– Вот твои чемоданы. В боковом кармане конверт с деньгами, распоряжайся ими с умом.

Ну вот, я же говорила, что он меня не бросит…

Когда, не прощаясь, родитель закрыл перед моим носом дверь, я не поверила своим глазам.

И все?! Вот так просто?!

Мне даже домой не дадут напоследок зайти? А вдруг они забыли положить мои любимые туфельки и розовый жакет, который я собиралась надеть на первое в своей жизни собеседование?

Скептически взглянув на два больших чемодана, я разозлилась.

Мне даже вещи собрать самостоятельно не дали. А их у меня было много, некоторые и вовсе еще с бирками висят.

Что же сейчас было упаковано в эти два малюсеньких чемодана, я не знала. Но была свято уверена, что самое лучшее осталось дома.

Ломиться домой, выясняя отношения, было бессмысленно. Когда отец настроен решительно, его просто невозможно переубедить. Пройдет пару дней, он перебесится, тогда-то я и смогу спокойно прийти домой и взять нужные мне вещи.

Так я думала тогда… а на деле все оказалось совсем не так.

Я по-прежнему не знаю, что за вещи мне упаковала мачеха, но до конверта с деньгами я все же добралась.

Каково же было мое удивление, когда обнаружила там всего лишь шестьдесят тысяч. И что мне с ними делать? Да месяц арендной платы, в элитном районе стоит гораздо больше!

С трудом дождавшись, шести утра, я тут же принялась звонить отцу. Ничего, я не сплю, и он не поспит.

После первых же гудков девушка милым голосом оповестила меня о том, что абонент не абонент.

Ладно… пожалуй, квартиру на первое время все же нужно снять, не сидеть же мне все время в кафе. Тем более что так папочка увидит, что его любимая дочка и впрямь взялась за ум.

– Доброе утро, могу я угостить вас чашечкой кофе? Или дама желает чего-то покрепче?

Непонимающе подняла взгляд на говорившего мужчину, а после перевела взгляд на стол.

– Официанты вообще обленились! – в сердцах воскликнула я, сгорая от стыда.

Дело в том, что сидела я за четырех местным столиком, поближе к розетке, так сказать. И сейчас добрая половина стола была занята вчерашними заказами. Шесть бокалов, несколько стопок и кальян, со слабо тлеющими угольками.

М-да, и как я еще на ногах держусь? Ладно, шесть бокалов мохито, – это мелочи, но запить все это тремя стопками текилы… Теперь понятно, почему я уже несколько часов подряд пью кофе, спать хочется неимоверно.

– Прошу прощения, но для крепких напитков еще рано, а кофе у меня пока еще есть…

– Но он же, скоро закончится, – миролюбиво заметил мужчина, – можно присесть?

Внимательно взглянув на него, я не смогла найти причину, по которой могла бы ему отказать.

Определенных корыстных намерений у него не было. Выглядел он вполне прилично, я бы даже сказала солидно. Навскидку ему было лет сорок-сорок пять, увы, с определением возраста у меня были явные проблемы.

– Как вам угодно, – пожав плечами, подвинула кальян поближе к себе.

Уголек уже начал затухать, поэтому нужно было прилично потрудиться, что бы вновь вернуть его к жизни, увы, манипуляции со щипцами мало что дали.

– Вам ведь это не нравится, – вдруг заметил мужчина.

Удивленно посмотрев на него, не смогла сдержать улыбку, он прочел меня слишком легко. Неужели это понятно с первого взгляда?

– Извините, но меня с детства учили, что с взрослыми незнакомыми дядями, общаться нельзя.

– Константин, и можно на ты.

– Алевтина.

– Довольно редкое имя, – заметил новоявленный знакомый, – и все же, почему вы курите?

– Мне нравится наблюдать за процессом приготовления. И не важно, что из-за этого меня мучают головные боли.

Он усмехнулся каким-то своим мыслям, но, внезапно приняв серьезное выражение лица, пристально на меня посмотрел.

– Что вы здесь делаете?

Это было странно, но отчего-то мне казалось важным ответить ему, рассказать всю правду, пожаловаться на сурового упертого родителя и злую расчетливую мачеху. Тряхнув головой сбрасывая наваждение, все же выложила частичную правду, не видя смысла врать.

– Ищу работу…

Не договорив, отвлеклась на всплывшее, на экране ноутбука сообщение.

Очень мило со стороны подруг все же вспомнить о моем существовании. Ведь с момента моего ухода ни одна из них не удосужилась мне хотя бы позвонить.

Их не волновало, добралась ли я до дома, и решилась ли, наконец, поговорить с отцом. Поэтому и меня абсолютно не волнует, что они в очередной раз от меня хотят. То, что подруги писали только тогда, когда им была нужна моя помощь, я знала, но отказать не могла.

– А если я предложу вам работу и крышу над головой, пообещав высокий оклад, что вы ответите? – внезапно спросил Константин, отвлекая меня от отнюдь не радужных мыслей.

– Скажу, что это слишком подозрительно.

Черт. На вид такой располагающий к себе мужчина, а на деле… Неужели я нарвалась на маньяка?

Еще раз, придирчиво осмотрев на мужчину, я была вынуждена отказаться, прекрасно понимая – бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

– Я все же оставлю вам визитку. До скорых встреч, Алевтина.

Оставшись одна, принялась искать квартиры с посуточной оплатой, ведь уже завтра я планировала ночевать в своей родной и уютной кровати.

Пожалуй, сегодня в этом мире виноваты все, кроме меня, любимой. Виноват риелтор, полтора часа водивший меня по самым злачным местам Москвы. Арендодатели, которые хотели слишком много и слишком часто. Таксисты, не умеющие предугадывать пробки, и подруги, которые без устали названивали последние два дня, разряжая телефон до критической отметки.

В итоге риелтор содрал с меня кругленькую сумму, квартира оказалась более чем невзрачной, благо в ней не так уж и давно делали евро ремонт.

Как назло, время было уже давно за полночь, и ни в одном нормальном круглосуточном магазине алкоголь не продавали. Пришлось заказывать пиццу, зато вместе с ней мне привезли апельсиновый сок, что тоже, в общем-то, неплохо. Можно было и вовсе обойтись без лишних калорий, но, говорят, жилье нужно обмыть, что бы удача сопутствовала новым хозяевам.

До отца, между прочим, так и не дозвонилась, оставалось лишь надеяться, что он не уехал в незапланированный отпуск.

И почему мне никто не сказал, что искать работу так тяжело? Да меня даже официанткой отказались брать в приличное кафе, мотивируя свой отказ отсутствием опыта. А где его взять, этот опыт, если без него никуда не берут, но все его требуют?

Решительно плюнув на свою гордость, я все же решила съездить домой. Каково же было мое удивление, когда обнаружила на дверях новые замки.

Не переставая уповать на несправедливость этого мира, раз за разом набирала отца, все еще надеясь на глупую ошибку, но телефон не отвечал.

Похоже, теперь мне и впрямь придется научиться жить самостоятельно. Неофициально устроившись на автомойку, я тихо-мирно вела свое существование, практически оборвав связь с внешним миром.

Единственные подруги быстро довели меня до ручки, потребовав оплатить счет в клубе практически в три часа утра. В былые времена я бы безоговорочно помогла девочкам, с которыми просидела за одной партой не один курс мединститута, но не сейчас, когда от керхера руки болели так, что по утрам расплескивался кофе, настолько сильно они дрожали.

Мой первый месяц свободного плавания подходил к концу, а вместе с ним таяли и мои финансы. Заработная плата, которую по факту должны были выплачивать каждую неделю, не спешила озолотить мои руки. Начальник всячески меня избегал, а ребята в боксе смущенно отводили глаза.

Веселая у нас страна. И хозяйка квартиры тоже веселая, звонит не переставая. Неужели хочет поздравить с праздником Ивана Купалы? Хотя, скорее, боится, что купаться полезу, не дай бог мавки позарятся да под воду утащат. Кто тогда ей счета оплатит?

Интуитивно ощущая надвигающийся армагедец, я оттягивала разговор с Валентиной Александровной, сколько могла, но совесть взяла свое.

И чего это я раньше времени панику поднимаю? Ну, подумаешь, за месяц проживания хозяйка ни разу не звонила, может, случилось что… всякое ведь бывает, правда?

– У тебя есть три дня, чтобы освободить квартиру. В среду приезжает моя племянница, не на вокзале же ей ночевать?! – быстро прогундосила женщина бальзаковского возраста и бросила трубку.

А то, что на вокзале могу оказаться я, не страшно. С кем не бывает.

Допивая в зоне отдыха отвратительно горький кофе, пришла к выводу, что терять мне особо не чего. Поэтому я вполне могу позволить себе уйти пораньше. И не важно, что рабочий день начался всего пару часов назад. Я личность творческая, мне нужны воздух и солнышко, а в этих боксах все, что можно заработать, это болячку на свои горячо любимые ножки.

А может, ну ее эту работу, а? Все равно толку от нее, похоже, не будет.

Через час, все работники сервиса с открытым ртом лицезрели, тлеющую форму, о чистоте которой так пекся владелец автомойки.

Дома первым делом я принялась обзванивать оставшихся друзей, надеясь, что те войдут в мое положение. Тщетно, товарищи один за другим давали односложные ответы, уповая на вселенскую занятость и строгих родителей. Врали, понятно же.

Внезапно я вспомнила о визитке, оставленной Константином в самом начале лета.

– Да не-е-ет…– с сомнением в своих умственных способностях, протянула я. – Я же не дура.

Гипнотизируя края черного пластика, на котором багряным золотом был выведен номер мобильного телефона, я честно пыталась найти другой выход из ситуации. Но, ничего так и не придумав, решила позвонить.

– Здравствуйте. Константин? Это Вас Алевтина беспокоит. Девушка из кафе, вы мне оставляли свою визитку, – произнесла практически на одном дыхании.

– Здравствуйте Аля. Очень рад, что Вы решили присоединиться к нашему дружному коллективу, – раздался в трубке бархатистый мужской голос. – Подъезжайте по указанному на визитке адресу и спросите отдел кадров, там Вам все объяснят и помогут, – добавил уверенно Константин и положил трубку.

***

Интересно, чтобы я делала, окажись он взаправдашним маньяком? Наверняка кормила бы рыб на дне местного лесного озера, которое на всю округу славилось своим необычным уловом. Периодически всплывавшие трупы придавали особую перчинку нашему захудалому городишке, делая его в какой-то мере популярным.

Но вот я стою перед небольшим серым зданием и пытаюсь понять, что это за организация такая, и что я вообще здесь делаю.

– Константин, значит…– тягучим голосом протянул мужчина, с легкой неприязнью изучая меня с головы до пят. – Немного фамильярно звучит, вам так не кажется? – снова окидывая меня взглядом, произнес незнакомец, у которого я пыталась узнать, где отдел кадров.

– Мне нужен отдел кадров, – сдержанно повторила, всеми силами пытаясь не выдать раздражения, вызванного одним из сотрудников организации.

– Мы и есть отдел кадров, – уверенный девичий голосок прозвучал из самого дальнего и темного угла кабинета.

Прищурив глаза, попыталась рассмотреть говорившую. Голос шел из-под кипы бумаг, слегка подрагивающей от ее дыхания.

– Не беспокойся. Она так от начальства прячется, – произнесла миловидная блондинка из-за соседнего стола.

– И ничего я не прячусь, – обиженно запыхтела кипа бумаг.

– Да-а-а? Еще скажи, что не похмеляешься там втихую, – хохотнула блондинка.

– Р-р-р-р!

Эта троица была странной. Хотя нет, само существование этой организации было странным, если не безумным.

– Юлиана, перестань пугать новенькую. Вы ведь пришли к нам на работу устраиваться, я правильно понимаю?

– Да, – растерянно кивнув, мысленно окрестила себя умалишенной.

Ведь, добровольно подписываясь на работу с психами, – можно считать таковым и себя.

– А вы знаете, на какую должность вас взял Константин? – осторожно спросил мужчина.

– Нет, он просто сказал подъехать и найти отдел кадров.

Переглянувшись, сотрудники выжидающе уставились на подозрительно притихшую кипу бумаг. Несколько минут напряженной тишины, и уныло вздохнувшая стопка зашуршала, выпуская из своего прикрытия растрепанную спящую красавицу.

– И нечего орать, я и без вас все прекрасно поняла, – буркнула коротко стриженная брюнетка, отчаянно зевая.

«Да кто кричал- то?» – пронеслось у меня в голове.

– Пойдем, что ли, устрою тебе экскурсию по нашим пенатам.

– А как же…

– Не беспокойся, Алевтина, это стандартная процедура. Подписание договора о найме на работу происходит только после ознакомления с рабочей обстановкой.

Кивнула, мысленно соглашаясь с ее правотой. В конце концов, я ведь до сих пор не знала, кто здесь работает и чем именно они занимаются.

– Скажи, а почему на дверях вашего кабинета написано «Оперативники»?

– Скоро сама поймешь, – с легким весельем в голосе ответила она, задорно стреляя в меня глазами.

Остановившись, оперативница протянула для рукопожатия ладонь.

– Юля.

–– Аля, – пожав руку, я несколько секунд изучала лицо девушки, пытаясь понять, почему разрешила называть себя этим именем.

Она была довольно миловидной, но умело сделанный макияж и светившиеся озорством глаза делали из нее стерву, а таких, как мы, знаем, мужчины любят.

Сотрудница уверенно вела меня вглубь помещения, мимо многочисленных дверей, количество которых вводило в замешательство, ведь по моим подсчетам мы уже давным-давно должны были достигнуть тупика, но коридор продолжал казаться бесконечным.

Миновав обеденный зал с поистине огромным дубовым столом, мы наконец, вышли к массивной двери, которая, как оказалась, вела во внутренний двор.

На веранде за маленьким столиком сидело четверо мужчин, внимательно наблюдавших за тренировкой одетых в камуфлированную форму бойцов.

Мама дорогая, куда я попала?!

Дверь за нашими спинами оглушительно захлопнулась, невольно выдавая наше присутствие.

– Юлиана, рад вас видеть. Как обстоят дела с делом номер пять?

– Плохо, Мастер, никаких зацепок.

Мужчина в строгих очках из черной оправы недовольно покачал головой, вновь устремляя взгляд к тренирующимся.

Пожелав всем удачного дня, мы было двинулись дальше, но были остановлены гневным окриком.

Угловатое лицо, черные волосы, сжатые в тонкую полоску губы, и зеленые глаза выражавшие крайнее недовольство, нашим нахождением на тренировочной площадке, запомнились мне надолго.

– Юля, почему на территории посторонние?

– Простите, Мастер, приказ командира.

– Новенькая? – в голосе мужчины нет ни капли интереса, как и в беглом взгляде, которым он окинул мою скромную фигуру.

– Sajat?*

– Hem.**

Коротко кивнув, мужчина продолжил свой путь, направляясь в сторону тренирующихся парней.

– Юлиана… а, эм… я не совсем уверена…

– Что подходишь нам?

– Как в этом вообще можно быть уверенным, если я до сих пор не понимаю, кто вы, собственно, такие? Раздраженно прервав девушку, на секунду прикрыла глаза, пытаясь таким образом взять себя в руки.

Покусав в нерешительности губы, наконец, смогла подобрать правильные слова:

– Просто боюсь, что меня прикопают по-тихому, если вдруг окажется, что я вам не подхожу…

– О, то есть на офис это больше не похоже?

– Если бы…– буркнула я, с опаской поглядывая на людей, которые в данный момент отрабатывали приемы боевых искусств.

Мамочка, роди меня обратно! Может, еще не поздно передумать?

– Поздно!

С удивлением посмотрела на девушку, которая только что буквально ответила на мои мысли, после перевела взгляд на бойцов за моей спиной, и мне моментально становится плохо от осознания собственного невезения.

– Это секретная служба, да?

– Ага, – весело кивнула Юля.

Кажется, мне пришел писец. Тот, который полный.

–– Нам сюда.

Я так задумалась, что даже не заметила, как мы подошли к двухметровым воротам, на которых висело предупреждение об опасности.

– Сюда ведь хода нет…

– И правильно, – кивнула Юля. – Тому, кто не любит и не умеет общаться с животными, – здесь делать нечего, задерут ненароком.

Пожала плечами, полностью соглашаясь с ее словами. Многие животные своенравны и очень чувствительны к негативным эмоциям, поэтому некоторым и вправду лучше держаться подальше от таких вольеров, если не хотят попасть под горячую лапу.

– А что там за животные? – с интересом спросила я, вытягивая шею.

– Сама увидишь.

Загадочно улыбнувшись, она открыла засов на тяжелой металлической двери и, предоставив мне, возможность первой ступить на территорию к животным, вошла следом, наглухо запирая дверь.

В загоне было довольно тихо, а еще там гораздо больше растительности, чем снаружи. Кусты, деревья и высокая трава говорили о том, что проживающие здесь животные любили прятаться, оставалось только надеяться, что здесь нет змей, иначе эту работу я покину очень быстро и в бессознательном состоянии.

Тихий хруст веток привлек мое внимание, заставляя замереть на месте. Домашние питомцы себя так не ведут.

– Ю-ю-юль! – паника захватывала мое сознание, и я, отбросив фамильярность, принялась взывать к девушке, которая, собственно, и привела меня сюда.

– Не бойся, – решительно ступив вперед, ответила оперативница, направляясь к затаившемуся животному.

Опустившись на колени и протянув руку в сторону шевелящихся кустов, – тихим размеренным голосом произнесла:

– Успокой свои эмоции, ты его пугаешь.

Нормально, да?

Кое-как совладав с эмоциями, отступила назад, так было гораздо удобнее держать себя в руках, да и, если честно, безопаснее.

Спустя несколько секунд к нам навстречу вышел черный лев, популяцию которого совсем недавно внесли в Красную книгу.

Увидев это чудо природы, я позабыла о своем страхе, подступила ближе, желая, как и девушка, запустить руку в роскошную гриву, и ощутить вибрации, которые издавало это животное при мурчании.

– Это нереально… – выдохнула я.

Глава 2

– Интересно, что же ты скажешь, когда увидишь остальных, – хмыкнула оперативница, а потом, помолчав, добавила: – Это Кай, вожак прайда.

– Прайда…– заторможено повторила я. – Подожди, их что, здесь много?

– Да, можно сказать, это их земли. Дальше владения пум, севернее хозяйничают волки и прочие хищники. И если присмотреться, то на деревьях можно заметить лемуров.

Что же, теперь хотя бы понятно, чем питается местный царь зверей.

– Но вольеры ведь маленькие… как здесь уживается такое количество животных?

Девушка подняла на меня полный решимости взгляд и, не переставая чесать льва за ухом, спросила:

– Алевтина, ты веришь в магию?

– Что? – переспросила я, уверенная, что ослышалась.

– Эти загоны, как и наш дом, были подвергнуты пространственной магии, ты ведь заметила, что дом изнутри выглядит больше, чем снаружи?

И хоть на этот вопрос хотелось ответить положительно, я покачала головой, теперь уж точно уверившись в психическом расстройстве окружающих.

– Большинство незрячих не могут видеть то, что сейчас увидишь ты.

Время остановилось.

Я как завороженная следила за приближением хищников, решивших покинуть свое укрытие.

Но отнюдь не они вызывали во мне чувство первозданного ужаса, меня бросало в дрожь от проникновенного звериного взгляда оперативницы, чьи глаза из сочной зелени превратились в расплавленное золото с вертикальными зрачками – щелками.

Происходящее никак не желало укладываться в голове. Мысленно я принялась молиться всем известным мне богам и архангелам, моля их вызволить меня отсюда.

Но чуда не произошло. «Чудо», закрыв глаза и воспользовавшись дыхательной гимнастикой, подступило ко мне уже с совершенно нормальными глазами.

– Пора показать тебе второй вольер.

– Знаешь, что-то мне не…

– Не спорь Алевтина. Так надо, – произнесла оперативница твердым голосом.

Поняв, что от меня так просто не отстанут, пока не покажут все. Сжав кулаки, первая направилась к выходу из вольера, желая как можно скорее выполнить все, что она хочет, а после отправиться домой, надеясь забыть обо всем, как о страшном сне.

За оградой мне стало легче, вроде бы… я не уверена, ведь все на что была сейчас способна, это невидяще смотреть себе под ноги, раз, за разом вспоминая пугающие глаза оперативницы.

– Это ты еще с красноглазками не сталкивалась, вот там страх полнейший!

– Кто такие красноглазки? – безжизненным, без эмоциональным голосом спросила я.

– Мелкие демоны, поглощающие душу человека, тем самым временно занимая ее место для исполнения собственных нужд.

– А, понятно.

– М-да, шок на лицо, – обреченно вздохнула Юля, – опять мне достанется от Костяныча за то, что травмирую нежную психику его новой протеже.

– Кто такой Костяныч?

– Так Константин же, просто из-за его родословной все зовут его именно так.

– А что не так с его родословной?

– Так он же правнук Кощея!

Нервно хмыкнув, ступила в распахнутые двери второго вольера, будучи свято уверена, что теперь-то уж точно готова ко всему.