(Не) моя свадьба

Глава 4. Всевидящее око

Баграт еще некоторое время посидел за столом, понаблюдал за царящим вокруг весельем. А потом вызвал такси и, ни с кем не прощаясь, выскользнул из зала ресторана.

Оно бы, конечно, не мешало дождаться утра, но не мог он спокойно веселиться, когда душу рвали сомнения. Он был прямым человеком, ненавидел недосказанности, еще больше ненавидел несправедливость.

Милана очень несправедливо его обвинила.

Как только духу хватило заявить ему, что обесчестил, да к тому же заделал сына? Девочкой она, видите ли, была. По ее словам, Баграт получается кто? Последний козел, который воспользовался ее невинностью, обрюхатил и даже этого не заметил.

А Баграт – не козел, он нормальный, здравомыслящий человек с правильными понятиями о чести и совести. И чувство собственного достоинства у него тоже имелось. Он не позволит маленькой нахалке навесить на него десяток смертных грехов просто потому, что той захотелось найти для своего сына отца побогаче. Какая там девственница? О чем она вообще? Наверняка склепала ребенка с каким-нибудь студентом, тот ее бросил, а расплачиваться кому? Баграту, разумеется. Почему? Да потому что у него есть деньги.

Чего ожидала Милана? Что он поверит ей на слово?

Все равно ей, видите ли, примет Баграт сына или нет. Будь это так, молчала бы в тряпочку, как делала последние полтора года. А тут вполне прослеживается корыстный интерес.

Почему столько ждала, чтобы сообщить Баграту новость? Да потому что только сегодня и придумала эту историю, вот почему. Другого объяснения нет и быть не может.

Будь это правдой, Милана давно бы сообщила Баграту про сына. Она ведь не месяц и не два работает в его гостинице, причем получает приличный оклад.

Некоторое время назад Баграт пошел на поводу у брата, согласился устроить Милану в рекламный отдел своей гостиницы в Анапе. Неплохой карьерный рост для вчерашней горничной. А ведь именно поломойкой она раньше и трудилась, пока Левон не попросил за нее. Дескать – студентка, второкурсница, отличница и вообще талантливая девочка, надо помочь.

Баграт само собой пошел на уступки. Как-никак семья.

И вот как паршивка отплатила ему за щедрость – решила навесить на него и лишение невинности, и своего сына. Только не на того напала.

Баграт не позволит ей выставить себя дураком.

Он оказался в родительском доме в рекордно короткие сроки, хорошо хоть, поздними вечерами в Москве случается счастье в виде отсутствия пробок.

Прошел в правое крыло особняка.

Тетя Асмих нашлась на кухне. Она тоже была на свадьбе, но осталась лишь на начало торжества, потом уехала домой готовиться к приему гостей, ведь множество родственников после свадьбы приедут ночевать именно сюда.

Домработница сидела с повязанным на голове красным платком, в красном же платье, свободно сидевшем на ее грузном теле, и пила чай с печеньем. Видно, все подготовила, раз уже отдыхала.

– Баграт-джан, что ты тут делаешь? – Она явно ему обрадовалась.

Еще бы – среди троих братьев Саркисян он у нее всегда был любимчик, потому что первый, потому что особенный.

– Здравствуйте, тетя Асмих.

Он присел за стол.

Домработница тут же начала вокруг него хлопотать.

– Чаю, какао? Может, тебя покормить?

– Я после банкета.

– Хоть немножко…

Она тут же поставила перед ним чашку с ароматным чаем, пододвинула блюдо с печеньем, достала сырную нарезку.

Баграт зацепил вилкой кусочек сыра, бездумно отправил в рот, а потом внимательно вгляделся в лицо домработницы.

Он ценил эту женщину за заботу, за доброту, за верность семье. Но были в ней и другие качества, заслуживающие уважения.

Родись тетя Асмих в другой семье, получи соответствующее образование, легко смогла бы стать следователем. Она всегда была внимательна к мелочам, к тому же обладала феноменальной памятью. Домработница отличалась тучным телосложением, но это не мешало ей рыскать по дому с грацией гепарда, совать нос в каждую комнату, оставаться в курсе всего. Помнила о братьях Саркисянах все. Как родились, как взрослели, сколько нашкодили, что попортили-разбили, какие получали отметки.

Она заботилась о семье и о доме. Здесь ей все было знакомо, знала наперечет, что хранилось в каком шкафу. Хоть ночью ее разбуди да спроси, где какая вещь лежит, ответит.

Следила она и за многочисленными гостями, нередко могла вспомнить то, о чем сами хозяева и думать забыли.

– Родители еще не вернулись, – поведала она с улыбкой.

– Я не к родителям, а к вам. У меня очень деликатный вопрос…

Баграт немного помедлил, будто решаясь, затем спросил:

– Помните празднование помолвки Левона?

– Отчего же не помнить? Сама своими руками помогала Карине готовить, украшала дом…

– Меня интересует, не нашли ли вы в комнате одной из гостий что-нибудь странное…

– О какой гостье ты говоришь, Баграт?

– Милана Лебедева, сестра невесты, – ответил он, буравя домработницу взглядом. – Вы прибирали ее спальню, после того как она уехала? Ничего необычного не заметили?

– Не заметила, – покачала головой она.

Баграт внутренне возликовал, но радость его длилась недолго.

– Разве что простыни… – вдруг сказала она и замолчала, поджав губы.

– Что было не так с простынями? – тут же насторожился Баграт.

– Девочка застирала белье, я, правда, не поняла зачем. Лучше бы попросила меня заменить. Но она не справилась с белым шелком, остались разводы… Лучше бы не трогала вовсе.

– Какого рода пятна были на простынях? – спросил он, приподняв левую бровь. – На что похожи?

– Они были выпачканы в крови, – прямо сказала домработница.

Баграта после ее ответа будто обдало изнутри кипятком.

«Значит, Милана не врала…» – пришел он к неутешительному выводу.

Все сомнения сегодняшнего вечера обрушились на него с новой силой, доводя мозг до точки кипения.

– Баграт-джан, а к чему такой интерес к простыням гостьи? – вдруг спросила тетя Асмих, а потом всплеснула руками и дрожащим голосом спросила: – Ты что, девочку испортил?

Немного же ей понадобилось времени, чтобы догадаться, что к чему.

– Никого я не портил, – заявил он с уверенным видом. – Тетя Асмих, родителям ни слова.

На этом он ушел, оставив домработницу в недоумении.

А в голове все крутилось «Твой сын… Твой сын…»

Получается, и вправду вполне мог заделать ей малыша той ночью. Мог, еще как.

Естественно, он не считал испорченную простынь надежным доказательством, как и слова Миланы. Но они живут не в древние времена, в конце концов, можно сделать ДНК- тест и узнать все наверняка.

Или…

Баграт снова сел в такси, достал телефон и начал листать детские фото, коих Левон прислал ему за последние месяцы великое множество. С тех пор как брат сошелся со своей Кирой, узнав, что она родила от него дочку, без конца присылал снимки с малышкой. А на этих снимках частенько мелькал и ее двоюродный братик, сын Миланы.

Баграт долго листал фото, наконец нарвался на одно, где дочка Левона лежала вместе с двоюродным братом рядом. Оба младенца смотрели в камеру и выглядели настолько похоже, будто не двоюродные вовсе, а родные.

Кира родила ребенка от Левона, а Милана, получается, от Баграта? Чем еще можно объяснить такую схожесть?

Баграт не хотел в это верить, но лицо сына Миланы не давало ему покоя.

Он залез в семейный архив фотографий, которые хранил в облаке, и через некоторое время нашел фото себя и братьев, когда они были еще совсем маленькими.

Отыскал себя в младенческом возрасте.

Сходство один в один.

Тут-то Баграт и понял, не нужен ему никакой тест ДНК. Родство на лицо…

Получается, все-таки правда. Полтора года назад он сделал Милане ребенка.

Но если это так, какого же хрена она все это время молчала?

Глава 5. От меня не сбежишь!

Из дома родителей Баграт направился прямиком в ресторан.

Однако, когда он приехал, к своему великому разочарованию обнаружил, что финальные фейерверки уже запустили, а половина гостей разъехалась, в том числе и жених с невестой. Миланы тоже нигде не было видно.

Подошел к матери, аккуратно спросил:

– Скажи, пожалуйста, а много народу уехало ночевать к вам?

Хотел бы он спросить напрямик: «Где Милана?» Но лишние подозрения ни к чему, по крайней мере до того момента, пока он во всем окончательно не разберется.

– Зачем спрашиваешь, Багратик? – тут же насторожилась мать. – Ты хочешь к нам? Сыночек, особняк забит битком, многих пришлось расселять по гостиницам. Левон даже забрал с собой родственниц Киры.

Вот так, сама того не осознавая, мать выдала ему нужную информацию.

Родственниц невесты на свадьбе было всего две: тетя и сестра, Милана. А еще сын… От воспоминания о последнем в груди нехорошо екнуло. Дико захотелось оказаться рядом.

Баграт посмотрел на циферблат – час ночи. Если он сейчас заявится к брату, тот с большой долей вероятности его пошлет.

Кое-как он дождался утра.

Уже в восемь Баграт жал кнопку звонка у двери в квартиру брата. Ночь промучился желанием увидеть Милану и наконец выспросить у нее, какого же хрена она все полтора года молчала.

В самом деле, что стоило взять и сказать ему: так, мол, и так, залетела, давай решать, что делать. Неужели Баграт послал бы ее на три буквы? Не послал бы, помог чем смог. Почему не открыла рот и не призналась ему раньше? Зачем ждала свадьбы брата? Для помпезности, что ли? Не иначе.

Он неоднократно встречался с Миланой в гостинице, где оба работали. У нее была тысяча и один вариант с ним поговорить.

За ночь Баграт прокрутил в голове все встречи с паршивкой за последние несколько месяцев – с тех самых пор, как купил гостиницу и узнал, что Кира с Миланой там работали. Вот только встреч этих с виновницей его мучений было всего чуть, к тому же они всегда сталкивались как-то мимоходом. Когда он ее видел, она обычно изображала жуткую занятость или куда-то спешила. Прятала взгляд, отделывалась коротким приветствием.

Он не задавался вопросом, почему она его избегает, даже этого не замечал. Зато теперь эти вопросы его очень даже волновали.

Баграт снова и снова жал кнопку звонка.

Открывать ему не спешили, и он весь измаялся, гадая, не слишком ли рано пришел, все, должно быть, спали. Однако в итоге на пороге появился Левон в пушистом коричневом халате.

– Что тебе надо в такую рань? – спросил он, держа в руке зубную щетку.

– И тебе привет, – Баграт попытался изобразить на лице веселье. – Пришел поздравить, как же иначе?

– Вчера напоздравлялся уже, – усмехнулся брат.

– Что, теперь и в квартиру не пустишь? – тут же ощетинился Баграт.

– Почему? Заходи, конечно, – Левон наконец вспомнил правила хорошего тона.

Баграт проследовал за братом в квартиру.

Тот крикнул жене:

– Кир, там еще остались вафли? Баграт пришел.

Вскоре из кухни показалась невестка, на ходу вытаскивающая наушники из ушей.

– Привет, Баграт, – она лучезарно ему улыбнулась. – Хочешь завтракать? Пойдем…

Через полминуты он уже сидел за большим столом на просторной кухне Левона, а Кира хлопотала возле него. Поставила перед ним кружку ароматного кофе и тарелку с вафлями собственного приготовления.

– Вот держи, можно полить шоколадом или карамелью, – Она поставила перед ним две бутылочки с сиропом.

– Спасибо, – кивнул Баграт и сделал вид, что как раз завтрака ему для полного счастья и не хватало.

Раньше он такому приему нисколько не удивился бы, но после вчерашнего поведение невестки показалось ему очень странным. Доброжелательная, улыбчивая, тогда как должна бы негодовать, что он так нехорошо поступил с ее сестрой. Разве Кира не на стороне Миланы? По всему должна бы.

«Она не знает!» – дошло до Баграта.

И Левон не знает, иначе тоже не вел бы себя с ним дружелюбно.

Получается, Милана даже сестре не сказала, от кого родила. К чему такая скрытность?

– А вот и мы, – вдруг раздалось сзади.

Баграт обернулся и увидел Левона, вносящим в комнату маленькое детское кресло, больше похожее на шезлонг. Розовое, как взбесившийся поросенок. А в нем важно возлежала племянница, Каролина, дочка Левона и Киры.

– Классное кресло, да? – проговорил Левон с улыбкой. – Малышка от него в восторге.

Баграт присмотрелся к вещи, кивнул, спросил для поддержания беседы:

– Где брал?

Сам уже мысленно примерился – подошло бы для сына или нет. Надо бы прикупить. Милана ведь наверняка не может себе позволить ничего подобного.

В этот самый момент тот шикарный оклад, который назначил ей, перестал ему казаться таковым. Это ж сколько всего надо на малыша? Знай он, что она воспитывает его ребенка, не поскупился бы на содержание. Но ее свинское величество решила поиграть в молчанку и лишила ребенка всего, что он мог бы дать. Что за законченная эгоистка?

Последняя мысль взбодрила Баграта еще больше. Ему захотелось ворваться в спальню к этой соне и высказать все, что он о ней думает. Подумать только, хозяева уже встали, а гостья отлеживает бока.

Ну ничего, Баграт – мужчина терпеливый. Он подождет, когда нахалка изволит явиться на кухню завтракать. Прожжет ее взглядом, заставит почувствовать всю тяжесть вины за то, что столько времени молчала о сыне. После завтрака он уведет ее на улицу и как следует с ней потолкует. Все выспросит, расскажет, как себя можно вести, как нельзя.

– Где брал, там уже нет, – усмехнулся Левон. – Я отхватил для Каролины последнее кресло, очень ходовая модель. А ты с какой целью интересуешься?

Баграт чуть не поперхнулся. Практически выдал себя одним маленьким вопросом. Он хмыкнул, прикидывая, как бы ответить нейтрально. Решил сказать, как есть и в то же время с подвыподвертом:

– В семье ведь два малыша. У сестры Киры тоже есть ребенок, насколько я помню. Родственница, не грех побаловать.

– Так я уже, – кивнул Левон. – Только для пацана взял другое, синее. Заказал ей в Анапу с доставкой.

– Плюсик тебе в карму, милый, – промурлыкала Кира и поцеловала мужа в щеку.

Баграт наблюдал за этой идиллией семейной жизни, а про себя скрежетал зубами.

Это что же получается, Левон его сына одаривает, а Баграт ребенку ни погремушки, ни распашонки не подарил.

Все потому, что понятия о ребенке не имел. А кто в этом виноват? Точно не он.

«Ну, Милана, берегись! Получишь по заднице, заслужила», – злился он про себя все больше.

Баграт жевал вафли, не чувствуя вкуса. И ждал, ждал, когда эта горделивая пигалица изволит проснуться, явиться пред его грозные очи.

Одну минуту ждал, полторы, две. Да, да, у него часы с секундомером.

Через семь минут наконец не выдержал, аккуратно спросил:

– А где твои родственницы, Кира? До сих пор спят?

– Уже, наверное, на полпути в Анапу, – пожала она плечами. – Улетели ранним рейсом.

– Как улетели? – воскликнул он неожиданно громко.

– А что? – удивился Левон. – Мы тоже скоро улетаем в путешествие, забыл? Не останутся же они тут без хозяев.

– Ничего я не забыл, просто удивился, что так рано, – попытался Баграт сгладить ситуацию.

Схватил кружку с кофе, сделал вид, что пьет.

На самом же деле боролся с сильнейшим желанием швырнуть эту кружку об стену.

Это что же получается? Маленькая нахалка продолжает ему усиленно гадить. Как посмела улететь, даже с ним не поговорив?

Она стопроцентно сделала это назло ему. Кинула гранату и в кусты.

Баграт собирался еще пару дней побыть в Москве, лишь потом возвращаться в Анапу, где его ждали гостиничные дела. Однако это было до того, как он узнал, что вытворила младшая Лебедева.

Он достал телефон, тут же начал бронировать билеты.

«Ну держись, маленькая вертихвостка, вот прилечу в Анапу, устрою тебе…»

Глава 6. Сбежавшая

Милана заходила в собственную квартиру со смешанными чувствами.

Вроде бы и рада оказаться дома, а беспокойство не покидало ни на минуту. Она кожей чувствовала, что надвигается нечто, причем очень нехорошее.

Она искренне порадовалась, что заранее забронировала с тетей билеты именно на раннее утро. После всего, что произошло на свадьбе сестры, из Москвы хотелось бежать той же ночью, еле дождалась своего рейса.

Милана поставила чемодан в гостиной, стала переодевать сына, купать после дороги.

Обычная рутина заняла ее руки, но отнюдь не голову.

Перед глазами так и стоял полный ненависти взгляд Баграта, когда тот покидал свадьбу собственного брата. Она вскользь следила за ним и поразилась тому, как злобно он на нее пялился.

«Баграт меня ненавидит…» – стонала она про себя, купая его сына.

Это чувство легко читалось в его глазах, поведении. Даже в одном зале оставаться с ней не захотел.

Было намного проще, когда Баграт относился к ней нейтрально. Это безумно ее задевало, и все же безразличие в разы лучше лютой ненависти.

Милана смотрела в милое лицо сынишки и не понимала, как рождение такого сокровища может кого-то взбесить?

Хотя, скорее всего, взбесило Баграта не само наличие ребенка, о котором он, без сомнения, знал. Его рассердил тот факт, что Милана посмела сказать об этом вслух, кинуть ему это в лицо.

Права она была полтора года назад, когда решила растить сына вдали от Саркисяна. Не нужен он своему отцу совершенно. Баграт и слышать о сыне не хотел, и теперь жутко злится, что Милана посмела предъявить ему претензии.

За последние часы она успела тысячу раз пожалеть, что вообще раскрыла рот на свадьбе. Лучше бы отшила его с милой улыбочкой и сидела спокойно дальше.

Во что ей выльется вчерашняя несдержанность?

Ведь Баграт не просто отец ее ребенка, он к тому же ее начальник, даже начальник ее начальника.

Может, теперь и с работы уволит, раз Милана и наличие сына так его бесят. Такое казалось ей вполне вероятным.

Милана никак не могла позволить себе лишиться хорошего места, для нее это в буквальном смысле вопрос выживания. Одинокой матери не так-то просто найти работу, тем более хоть сколь-нибудь хорошо оплачиваемую.

С легкой руки Левона она стала работать контент менеджером в гостинице «Солнечный рай», которую недавно приобрел Баграт Саркисян. Для студентки-второкурсницы это была отличная возможность проявить себя.

Кроме того, работа ей нравилась, у нее даже неплохо получалось. Статьи об отеле, которые она писала для рекламы, зарабатывали отличные отзывы, вирусились, приводили новых клиентов. Еще она вела блог в «Дзен». Одна-две статьи в день, всего понемножку: отельная жизнь, именитые гости, курьезные случаи, особенности гостиницы, экскурсии. Фото-контент также делала сама: фронтальный вид гостиницы, море, природа. Щедрый муж Киры подарил ей для этого дела новый телефон с отличной камерой.

У нее даже появился свой псевдоним: Алиса Ангелова. Именно им она подписывала каждую статью, и посты набирали приличное количество лайков.

Это был интересный опыт, к тому же ей искренне нравилось трудиться по специальности. Кроме зарплаты, работа давала ощущение нужности, добавляла уверенности в завтрашнем дне.

Лишиться всего этого из-за глупой девичьей гордости? Высшая тупость!

А именно это могло с ней случиться.

Ведь как-то умудрялась раньше молчать в тряпочку, давить в себе обиду. Не отсвечивала своей физиономией. И дальше бы сидела молча, если бы не свинские приставания Баграта. Это же надо иметь наглость с ней флиртовать, когда у нее на руках его сын? Нет совести у человека. Совершенно нет!

А все-таки надо было смолчать, как-то проглотить обиду. Но не смогла, не сдержалась, высказала этому гаду все, что наболело за долгих полтора года. Дальше пошло-поехало…

Душа ее болела, сердце разрывалось от беспокойства, а руки продолжали наводить порядок.

Она разобрала чемодан, пообедала, покормила сына, уложила его спать.

Пока Милана качала малыша в кроватке, в голове мелькнула неожиданная мысль: «Может, Баграт забудет о нашем разговоре?»

Как только Милана об этом подумала, даже немного успокоилась. В ней поселилась надежда.

А и действительно, почему бы ему не «забыть»? Он же с успехом якобы забыл про то, что сделал ей малыша, хотя лично она в его тотальную амнезию нисколько не верила. Не верила по той простой причине, что это было наглое, жирное вранье.

Она допускала, что, возможно, он мог и правда быть в совершенно неадекватном состоянии, когда у них случилась та ночь. Но ведь она ему звонила, когда узнала, что беременна. Он взял трубку и отвечал вполне бодро, голос его звучал трезво. Милана сказала ему, что та их связь имела последствия, и что тест показал две полоски. Баграт послушал-послушал, потом сказал, что занят, но обязательно ей перезвонит…

Надо ли говорить, что его звонка она ждала до сих пор?

Точнее, ждала она первую неделю, ладно, если совсем честно, то две. Вздрагивала от каждой эсэмэски, бежала к мобильному при каждом звонке. Потом смирилась, посчитала молчание Баграта красноречивым ответом на новость о малыше.

Забыл – какое выгодное оправдание! Ни дать, ни взять, гениальное. Только лживое до невозможности.

Ему просто выгодно делать вид, что ни той ночи, ни ее звонка вовсе не было. Изобразил из себя невинного агнца, вот и все. Не желал брать на себя ответственность, или же не хотел ребенка именно от Миланы.

Раз раньше предпочел выкинуть ее из головы и вести себя как ни в чем не бывало, может, теперь поступит так же? Она не нужна была ему полтора года назад, и теперь не пригодится, а сын так тем более.

Если все так, как она думает – а это так – Милана сможет продолжить жить как жила. Наберется опыта, дождется, когда Паша подрастет, и найдет себе новую работу. Забудет, кто такой Саркисян, никогда больше его не увидит. Чем не план?

Немного приободренная, Милана занялась приготовлением супа. Не забывала поглядывать на часы, ведь сын никогда долго не спал днем, должен был вот-вот проснуться.

Мир в ее душе начал потихоньку восстанавливаться.

И тут она услышала дверной звонок. Настойчивый такой… Возникло ощущение, что кто-то просто задержал палец на кнопке и не собирался отпускать.

Из боязни, что громкий звук разбудит сына, Милана бросилась в прихожую, заглянула в глазок.

Обомлела.

За дверью стоял Баграт.

Глава 7. Разбор полетов

Баграт жал на кнопку звонка с ослиным упрямством. Увидел, что в глазке мелькнул свет, но паршивка не спешила ему открывать.

– Уходи, – вдруг раздалось из-за двери.

Ага, сейчас, прям побежал исполнять указания принцессы.

После завтрака у Левона с Кирой Баграт направился прямиком в аэропорт, купил билет на первый же рейс в Анапу. Все два с половиной часа, что летел в самолете, костерил Милану по-всякому. По прилете взял такси и рванул сюда. Все для чего? Для того, чтобы уйти по велению ее высочества? А не много ли она на себя берет…

– Даже не надейся, – рявкнул он. – Немедленно открывай!

– Не открою, – заявила упрямица.

Баграт шумно вздохнул, силясь хоть немного успокоить разгоряченную кровь. Однако не вышло. Чем дольше чертовка тянула резину, тем злее он становился.

– Я буду стоять здесь, пока не откроешь, с места не сдвинусь, – пригрозил он совершенно серьезно. – Нам нужно поговорить о сыне, неужели ты не понимаешь?

Из-за двери раздался ее полустон, но дверь она, наконец, открыла.

– Что тебе нужно? – спросила Милана, сложив руки на груди.

Баграт осмотрел ее с ног до головы. Мелкая пигалица в домашних шортах и футболке, с завязанными в хвост волосами смотрела на него взглядом обиженной особы королевских кровей.

– Как ты посмела уехать, не повидавшись со мной? – зарычал он. – Я же тебе сказал, что поговорим на следующий день. Ты что, меня не поняла?

Она уставилась на него непонимающим взглядом, потом прищурилась и прошипела:

– С чего ты решил, что я обязана тебя слушаться?

Баграт от такой наглости опешил, оттеснил девчонку в прихожую и прогудел:

– С того, что ты родила от меня сына!

– И что? – усмехнулась Милана не очень уверенно. – Это сразу дает тебе право мной командовать?

Как по его мнению – да, вполне дает. Раз Милана родила от него ребенка, значит, уже совершенно точно не посторонняя женщина. А раз не посторонняя, значит, должна уважать его авторитет, считаться с ним, в конце концов, думать не только о себе. Но эта логика отчего-то не была для нее очевидна.