Вслед за бурей. Выбор мудрых

Шаг влево, два шага вперед. Удар сверху вниз под неудобную руку противника. Кирк отскочил и бьет сам. Принимаем с толчком, как сержант и учил. Теперь выпад в колено и прыгаем вправо. Еще один ложный удар. Снова влево. Гвардеец качнулся туда же, а зря. Яров меч по дуге летит в голову. Кирк приседает. Все! Сверху. Еще раз – и резко в живот. Сержант охает. Схватка закончена – можно швырнуть деревяшку на пол и помочь противнику встать.

– В этот раз слишком быстро, милорд. – Лоб гвардейца покрылся испариной, а у Яра на коже ни капли. Но это нормально. В пот его только Эль и вгонял пару раз. – У вас явный талант.

– Брось, Кирк. Не хуже меня разумеешь, что все дело в скорости.

Поправлять на счет «лорда» Яр гвардейца не стал – бесполезно. Воин с первого дня тренировок взял за правило обращаться к нему, то «милорд», то вообще «господин». Будто не было тех двух недель, что они вместе ехали. А ведь к знати Мудрейший не относился ни каким боком, как не крути. Теперь-то Яр знал, что на севере люди поделены не только на смертных и Проклятых. Вожди всех мастей здесь звались благородными, пусть даже у части из них на поверку не было, ни племени, ни земли, ни какой-либо власти. Зато было имя, переходящее детям и внукам, и всяческие привилегии. Мудрейшему не хватало мудрости, понять пользы такого деления, но памяти, чтобы запомнить фамилии графов и части земельных баронов, о коих рассказывал старик-книгочей – второй его здешний наставник – достало вполне. Яр быстро учился. Быстро и с удовольствием.

– Скорость скоростью, а приемы, которые я показываю, вы схватываете на лету. Зуб даю, на турнире мечников в Эйне вы легко взяли бы первое место. Только туда вам нельзя – народ сразу раскусит. – Кирк успел восстановить дыхание и уже стоял ровно. –Говорят, двести лет назад один Проклятый из Лингана сунулся участвовать в турнире под личиной простого дружинника, так его инквизиция после третьего боя забрала. Оно ж видно, когда человек себя сдерживает – тут уметь надо. Господин Эльрик может, милорд Фарел тоже, вы – нет. Но оно вам пока и не надо. Сейчас главное: всему по чуть-чуть научиться.

С последним Яр спорить не собирался. Несмотря на огромный объем новых знаний, уже впитанных им в ходе длительного общения с Дамараном, Эльриком и парой нынешних наставников, он все еще чувствовал себя малышом-семилеткой, впервые вышедшем с отцом на охоту за пределы поселка. Вот вроде все знаешь про лес, а сорвал не ту ягоду, и немедленно получил по рукам от родителя. То есть лучше не лезть никуда без пригляда, а учиться, учиться, учиться.

И Яр учился. Старый Гавр гонял его вечерами по счету, письму, скорочтению и различным «благородным» наукам, таким, как история, география, божье слово, геральдика и законоведение. В свете солнца же Кирк обучал новичка бою разным оружием, верховой езде и различным житейским премудростям: как то палатку поставить, меч наточить, или седло на коня водрузить. На сон времени толком не оставалось, но для Проклятых то пустяки. При нужде Яр мог и по несколько дней подряд бодрствовать.

Если учебные бои проходили здесь, в малом тренировочном зале, то для «поскакать на коне» приходилось выбираться за город, что отнимало прорву времени. Гайдора, в отличие от виденного Яром Шелгарда, была просто огромной – час на то, чтобы выехать, и столько же, чтобы вернуться обратно. Дабы не привлекать лишнего внимания, по оживленным улицам Вечный проезжал, облачившись в гвардейскую форму. В ней он ходил и в те дни, когда требовалось покинуть пределы «закрытой» части дворца, где обретались посвященные в тайну советника императора и его сына.

Таких к удивлению Яра оказалось не так уж и мало: чиновники всех мастей, ученые люди, различные мастера и гвардейцы, игравшие в том числе роли слуг, поваров, вестовых. Человек триста точно. И в два раза больше вне города – разбросаны по стране с поручениями. В каждом графстве имелся наместник, в каждом баронстве имперский советник. Плюс начальство разведки, часть военных и высших дворян. Даже сам патриарх – глава Братства –входил в это разветвленное тайное общество. Как столько времени удавалось поддерживать сохранение тайны, Мудрейший не понимал, но факт оставался фактом – про Проклятых во главе государства простой люд не знал, как не ведали о том и враги Империи.

Эльдар объяснял все тщательнейшим отбором в ряды посвященных. Мол, каждого кандидата он и отец проверяют лично. Плюс клятва перед богами и императором. Член тайного ордена «Знающих» скорее умрет, чем предаст своих братьев. Более того, любой, заподозренный в слабости, мог запросто исчезнуть навсегда – обратная сторона избранности – но подобное случалось редко. Эль честно рассказывал о таких вещах, не пытаясь себя обелять и приукрашивать суровую правду.

– Все это не шутки, Яр, – говорил он, убрав обычную улыбку с лица. – Дело наше слишком важно, чтобы рисковать даже в малом. Если когда-нибудь я заподозрю тебя в предательстве, или даже готовности предать, убью, не задумываясь. Можешь не сомневаться. Все, что мы делаем, делается не ради себя и не ради власти, как таковой. Империя и ее народ – вот, что стоит во главе всего. Благополучие страны и граждан – единственная наша цель.

И Яр ему верил. Хорошая цель, и разумные методы ее достижения. Он сам занимался подобной работой в своей прошлой жизни. Другие подходы? Ну, так и масштабы не те. Империя вам – не Племя, тут в одиночку не справишься.

Не давая всецело сосредоточиться на учебе, мысли Яра постоянно тянулись к родичам, оставшимся в разоряемой ордой Ализии. А что толку? Все равно нет возможности, хоть чем-то помочь. Из поступающих с юга донесений, содержанием которых Эль в минуты их редких встреч делился с Мудрейшим, Яр знал, что народ в большинстве своем попрятался по городам. Дай Ярад, Племя тоже успело укрыться. Император же подтвердил, что родичей северяне своими сделали, значит, не станут гнать – приютят новоявленных граждан. А там уж всяко оборониться должны, за такими-то изгородями.

Чернюки на выковыривание добычи из-за высоких стен время не тратят, стараются побыстрее занять территорию – гонят свое тварье в разные стороны, выжирают все и всех начисто. На западе уперлись в Великую реку, что зовется здесь Гайдой. Переправляться пока не спешат – земли и так вокруг валом. На востоке дошли почти до Селины – того и гляди возьмут столицу графства в кольцо, тогда связь с наместником совсем пропадет. Хорошо хоть, что Южные горы закрывают путь чудищам с севера. Скорее всего зарбагово воинство так и будет ползти на восход в сторону выхода в Годию. Судя по нынешним темпам, Ализии чернюкам на остаток осени хватит, а дальше… Дальше уже станет ясно, кому останавливать нелюдей: регулярам Империи, или новым хозяевам мира – сарийцам.

Эти захватчики движутся с севера более коротким путем. Несколько дней, как пересекли границу с Нарвазом. К зиме точно достигнут Гайдоры, если им не мешать. А мешать пока Фарел не позволяет – бережет армию. Только отдельные схватки по краешкам, без серьезных заслонов и генеральных сражений. Так, пощипать неприятельских фуражиров и кольнуть обоз с тыла быстрой кавалерийской атакой, как выражался Эльрик.

И хотя иноверцы, в отличие от орды, разоряли только те города и деревни, что попадались им на пути, особо не расползаясь в стороны, и уж тем более не вырезали всех подчистую, а император с советником все же сильнее боялись именно желтоплащников, ибо те шли прямиком на столицу. С нелюдями и их зверьем драться еще придет время, но сначала имперцам предстоит разбить войско безумной богини. Как это сделать с учетом наличия в рядах неприятеля колдуна, способного метать на полмили камни размером с лошадь и поднимать в воздух огромные корабли, Яр не знал. Более того, он подозревал, что и Эль с отцом, императором и остальными головастыми мужами из совета, тоже пока не имеют конкретного плана, ведущего к победе в войне.

– Ну все, милорд, переодевайтесь. Я буду ждать вас внизу. Пора лошадей выгуливать, – подмигнул Кирк, буквально вчера заявивший, что в мастерстве наездника, Яр уже переплюнул учителя. – И лук со стрелами прихватите. Господин Эльрик велел на стрельбу упор сделать. Хотя, как по мне, оно вам совсем без надобности – и так муху влет бьете.

– Хорошо. Скоро буду.– Улыбаясь, Мудрейший вышел из зала и, повернув во второй коридор, поспешил в свою комнату. Что-что, а про стрельбу Кирк почти не преувеличивал. Сотни лет тренировок оставили свой неизгладимый след в умениях Яра – в обращении с луком он превосходил мастерством любого имперца, в том числе и бессмертного. Хоть в чем-то непогрешимый Эльрик ему уступал.

И то, что оружием Яр владел нынче новым и не привычным, ничего не меняло. К хорошему легко приспособиться. Подаренный Элем лук напоминал формой “рогатое чудо” Арила, но был крупнее, туже и значительно тяжелее из-за металлических крыльев-дуг. Мастер, изготовивший в свое время этого “монстра”, ориентировался на силу рук Вечного. Обычный человек не мог в принципе пользоваться этим оружием – просто тетиву натянуть не получится. Зато, как бьет. На четыреста ярдов стрелу послать можно. Точность страшная – с двухсот шагов Яр попадал в яблоко девять раз из десяти.

А какие стрелы к нему прилагались… Просто песня. Длинные, идеально ровные, с черным оперением и двухдюймовым игольчатым наконечником. Летят – глазом не уследишь. Из мишени достаются легко, не ломаются. Есть особые, зажигательные, с толстой войлочной обмоткой за острием. Поливаешь ее специальной жидкостью из флакончика, поджигаешь – и полетел негасимый факел куда тебе надо. Очень удобная вещь. А еще есть с тяжелым тупым наконечником и более толстым древком. Такими шагов с десяти-двадцати любой панцирь вскрыть можно. Бронебойные называются. В колчане всего две таких, но, если попросить, дадут сколько надо.

В общем, лук изумительный – с таким хоть на рогача, хоть на дракона иди, как северяне гигантов прозвали. Яр бы дорого дал, чтобы сейчас оказаться на юге среди своих с новым оружием и запасом стрел. Ох бы досталось зарбаговым тварям, ох бы досталось. Но увы. Никуда Эльдар пока его не пускает, в планы не посвящает, и только учеба, учеба, учеба. Видать, к чему-то готовят. Знать бы еще к чему.

***

Уже три недели Яр жил во дворце императора. На следующий же день после принесения клятвы его переселили в более просторную и светлую комнату аж на четвертый этаж. Окно, выходящее на один из внутренних двориков, открывало прекрасный вид на центральную башню дворца. Внизу, на закованном в гранитную плитку плацу, спозаранку звенели мечами гвардейцы. Свежесть воздуха разбавляли приятные запахи выпечки, принесенные ветром от где-то запрятанных кухонь. В уши лезло навязчивое воркование голубей.

Сегодня Кирк отчего-то задерживался. Завтрак, после которого сержант обычно являлся за своим подопечным, был давно уже съеден. Поднос с посудой, что Яр выставлял за дверь, унесли полчаса назад. Мудрейший уже начал переживать, когда в коридоре наконец раздались шаги. Правда, шел не его наставник – слишком уж легкая поступь. Тем не менее, человек остановился у его комнаты, и вежливый стук металлического кольца подтвердил – пришли именно к Яру. Вечный ловко соскочил с высокого подоконника, но открыть дверь не успел – гость оказался все же недостаточно вежлив и сам шагнул внутрь, не дожидаясь приглашения.

Мудрейший удивленно вытаращил глаза. Девушка?! В этой части дворца встретить женщину было практически невозможно. В ордене, как он знал, представительниц слабого пола не жаловали. Так откуда же…

– Вот ты, значит, какой, – не дала Яру додумать гостья. – Совсем на дикаря не похож.

Невысокая, стройная, с короткими светлыми волосами, едва достигающими узких остреньких плеч, девушка показалась Мудрейшему смутно знакомой. Нет, видеть ее раньше он однозначно не мог, иначе бы точно запомнил – прорехи в памяти Вечным не свойственны. Да только вытянутый овал лица, серо-голубые глаза, высокие скулы и слегка вздернутый нос – вместе эти черты лица наталкивали на мысль о родстве с…

– Правильно догадался. Я сестра Эльрика. Смотрю, он тебе про меня не рассказывал.

Легко определившая причину удивления Яра девушка весело хохотнула, показав ровную линию белых зубов.

– Видимо, не счел нужным. – Мудрейший уже овладел собой, напустив на лицо показное спокойствие. – Приветствую вас, миледи.

– Вот это манеры, – пришел черед удивляться гостье. – Быстро же тебя учат. Извини грубиянку. – И, присев в реверансе, выдала совсем другим голосом, на этот раз чересчур серьезным: – Доброе утро, Яр. Разреши представиться – Аника Свенсон, единственная женщина среди «Знающих», младшая сестра Эльрика, дочь советника Фарела.

– Рад знакомству, – медленно поклонился Яр. – Мне к своему имени толком добавить нечего. Да вы, наверное, и так все про меня знаете.

– Конечно знаю, – вся серьезность снова слетела с лица Вечной, и в голубых глазах зажглись веселые огоньки. – Работа у нас такая – все знать. Пришел из-за гор, был схвачен глупцом-бароном, бежал, чуть не угодил к Мудрецам, сломал сам себе руку, – на последних словах Аника задорно подмигнула Яру, – благодаря моему пронырливому брату, был доставлен в Гайдору, принес клятву императору, сейчас спешно учишься. Ох, забыла добавить главное: Вечный первого цикла. Юный, можно сказать. Совсем, как я.

И девушка вновь расплылась в белозубой улыбке, за счет чего Яр сделал вывод, что эта веселость у них семейное. Хотя, Эль в последнее время улыбался все реже и реже – сложившаяся ситуация не слишком располагала к тому.

– Юным меня еще ни разу не называли, – сдержано ухмыльнулся Мудрейший. – Получается, мы с вами ровесники.

– Ну да. Дети прошлой Бури. Вдвое младше Эльрика. Кстати, вон он идет.

Яр неосознанно бросил взгляд на стену, куда кивком указала Аника, и прислушался. Действительно, где-то там, в дальнем конце коридора, кто-то быстро шагал в сторону его комнаты.

– Сейчас ругаться будет, – шепотом сообщила Вечная, отходя от двери.

Не успел Яр понять, почему Эль должен ругаться, как глава имперской разведки без стука вломился внутрь.

– Женское коварство не знает границ. Попросилась на две минуты в уборную, а сама уже здесь. Вместе же идти собирались. Привет, Яр.

– Здравствуй, Эльрик.

– Вижу, вы уже познакомились, – ухмыльнулся Вечный. И не давая вопросам Яра сорваться с языка, тут же продолжил: – Да, да – у меня есть сестра. В Империи трое легальных Проклятых. Вернее, с тобой уже четверо. Но на этом все, больше подобных сюрпризов не жди. Нас мало, и потому мы особо ценны. Отец, собственно, только и ждал возвращения Аники. Задуманное требует максимального количества исполнителей, а время поджимает. Не вернись сестра из Валонга в ближайшие дни, пришлось бы справляться самим.

План? Наконец-то! В голове Яра вихрем закружились вопросы, но изо рта почему-то выскочил самый неважный:

– Из Валонга?

– Было у нее одно задание, – нахмурился Эль, видно пожалевший, что сболтнул лишнего. – Тебе эти знания без надобности.

– Да ладно тебе, – перебила Аника брата. – Чай, не малые дети. Провалено мое задание. Нужно было какого-нибудь Мудреца охмурить и переспать с ним во время Бури. Дети у нас, Яр, как ты знаешь, с бухты-барахты не зачинаются, а Империи еще один Вечный не помешал бы. Да и мне тоже.

На последних словах Яр успел разглядеть в глазах девушки едва уловимую грусть. Вечная-Вечной, а, как всякая баба, ребятенка заиметь, ох как хочет. Вернее, хотела – теперь-то время упущено, следующего раза сотни лет ждать.

– Жаль, поздно ты у нас появился, – между тем добавила Аника.

Мудрейший аж кашлянул от неожиданности. По голосу и не поймешь: шутит, или всерьез говорит. Впервые за долгое, долгое время Яр смутился. Он-то давным давно свыкся с мыслью о своем бесплодии, а тут нате – такие намеки. Более того, он последние три века с женщинами даже ложе делить перестал. Какое уж тут желание, когда смотришь на, казалось бы, взрослую девку, а все едино видишь ребенка перед собой.

Сейчас же Яра словно крапивой прижгло. Женщина! Настоящая женщина! Такая же бессмертная, как он сам. С такой можно и… Мудрейший почувствовал, как кровь приливает к лицу и быстро перевел мысли в другое русло, а заодно и взгляд с Аники на носки сапог Эля.

– Ладно, давайте к делу, – не дал неловкой паузе окончательно добить Яра Вечный. – Нам стало доподлинно известно, что старший сын Сары, возглавляющий армию вторжения, и есть тот самый колдун. Магии в этом мудаке – Первом Ангеле, как вы понимаете, нет ни капли, но именно он управляет предметом древних, что порождает проклятый хобот. В битве под Индаром наши кавалеристы пытались достать его грубой силой – не вышло. Теперь колдун стал еще осторожнее, и повторная попытка подобной атаки заранее обречена на провал. Поэтому у нас остается единственный вариант – выкрасть артефакт.

– И убить Сариного выродка, – хитро прищурившись, добавила Аника.

– Верно. Даниэль вряд ли выпускает оружие древних из рук даже в минуты сна, так что одно без другого практически невозможно.

– И как же мы к нему подберемся? – Яр уже понял, что на эту охоту его непременно возьмут, а потому решил поучаствовать в обсуждении. Все-таки не мальчишка какой. Тоже голова на плечах имеется.

– Есть один способ.

***

Двигаться трактом было одной сплошной пыткой. Река беженцев текла в обратную сторону, и маневрировать среди людей, скота и повозок с каждым днем становилось все труднее и труднее. По-хорошему, гонцам и прочим имперским служащим полагалось уступать дорогу, но у испуганной толпы, как известно, свои законы – даже обочину не всегда получалось расчистить. Проще было, где позволяла местность, сместиться чуть вбок и скакать прямо по полям и лугам. Благо трава уже полегла, а пшеницу с рожью пожали.

Не удивительно, что скорость доставки вестей в последнее время сильно упала не только на северном направлении, но и на юго-восточном. Там, на стыке Ализии с Годией, как ранее докладывали Эльрику, все еще хуже – тракты просто стоят. Люд страшится зарбаговых тварей сильнее сарийских полчищ. Западный путь бегства из южного графства закрыт – единственный ведущий в Кальвию мост через Гайду давно разрушен – вот и ломятся все на восток. Вернее ломились. Как оно там сейчас точно никто не знает – новости приходят с большим опозданием. Может быть, все, кто хотел и мог, уже выбрались из Ализии, и поток схлынул. А, может…

Яр старался лишний раз не думать про всякие «если» и упрямо переводил мысли с юга на север – в Вериду, куда они ехали. До столицы Велии оставалось всего ничего – пару дней пути, и уже совсем скоро им предстояло подыскать лесок погуще и потемнее, дабы оставить в укромном месте сопровождение, а самим, переодевшись, пешими войти в город с другой стороны. Пусть войска неприятеля еще далеко, а конспирация лишней не будет. Эль в этом вопросе был строг.

Маскировка в их плане вообще занимала чуть ли не главное место. Сыграть роли дворцовых слуг требовалось без единой помарки. Фарел с сыном, придумавшие этот рискованный способ подобраться к сарийскому колдуну, понимали насколько велик шанс провалить все дело из-за неопытности Яра, но тем не менее взяли его с собой. Мудрейшему предстояло прикрывать остальных Вечных стрельбой из лука, когда придет время. Пока же задача проще – без лишнего шума поодиночке добраться до цитадели правителя и наняться там на подходящие должности. С этим проблем возникнуть не должно – половина прислуги уже наверняка разбежалась. Наместник предупрежден, и переговорит с графом о найме недостающих людей несмотря на грядущую эвакуацию.

По расчетам Фарела, армия захватчиков подойдет к городу дней через восемь-десять. К тому времени знать и чиновники вывезут главные ценности и уйдут сами вместе с большей половиной простых веридцев. Оборонять столицу Велии никто не собирался даже для виду. Зачем зря солдат гарнизона на убой гнать? Все равно враг легко возьмет город. Да и стены целее будут – потом восстанавливать не придется, когда желторотые без своего колдуна стрекача зададут.

Как показал пример захваченного Индара, оставшихся в городе нарвазцев еретики особо не трогали. Установили свои порядки, прошлись с обысками, пограбили в меру и все – ни массовых казней, ни изнасилований, ни поголовной отправки на рудники. Оставили на управление военную комендатуру и пошли дальше. А главное, на протяжении всего пребывания штаба сарийской армии в городе, Даниэль с приближенными жил в освобожденном от былых хозяев дворце. При охране, конечно, и немаленькой, но, что самое важное – бывших герцогских слуг, по тем, или иным причинам не покинувших Индар вместе со свитой правителя, иноверцы не выгнали, а, наоборот, привлекли к их прямым обязанностям. Не самого Первого Ангела обслуживать, что понятно, но и это вселяло надежду в успех их задумки. Дадут боги, в Вериде колдун поведет себя точно так же – не станет работников разгонять. Правда, есть еще одно «но».

А станет ли Даниэль вообще заходить в захваченный город? В Индаре, как выяснилось, Первый Ангел ждал свою мать. Плавучий дворец богини по Арнею спустился к столице Великого герцогства, простоял на якорях пару дней и отбыл обратно. В Вериде так долго колдуну сидеть незачем. Дай Ярад, чтобы хоть ночь провел во дворце. Может ведь и мимо протопать с войсками – тракт же не сквозь город идет.

Но несмотря на все оговорки, Фарел был почему-то уверен, что Даниэль не упустит возможности опробовать-таки графские палаты. Наверное, знал предпочтения и привычки соперника-Вечного лучше других. Как-никак сотни лет прожили под одним небом, пусть и за тысячи миль друг от друга.

Яр боялся другого. Наставления наставлениями – а вот как бы себя ненароком не выдать какой-нибудь неучтенной мелочью? У уборщика вроде работа нехитрая – ведро с тряпкой, да веник с совком. Но вдруг, кто выпытывать всякую ерунду начнет?

Выход нашел Эль.

– А будешь-ка ты у нас глухонемым, –предложил он, когда, выбрав место заимки, они принялись переодеваться. – Знай себе мычи в ответ на любые вопросы и глаза выпучивай. Ну и кивай, когда надо. Самое то для тебя.

Яру, а главное, Фарелу задумка понравилась.

– Мысль дельная, – кивнул старший Свенсон. – Только калеку на работу и не принять могут, а это нам всю легенду расшатывает. Если станем насильно через начальство пропихивать, люди, чего доброго, какой сговор подозревать начнут. Поступим так. Ты, Аня, лучше всех язык жестов знаешь. Будешь его сестрой-помощницей – так вернее не завернут. Благо рыжих парика у нас два.

Аника быстро показала Мудрейшему несколько принятых у немых жестов, и пришел черед менять лица. Вернее волосы. Остальное лишь подправлялось специальными красками и мягкими кожаными валиками, посаженными на клей. Яр, хоть и был заранее готов к грядущему перевоплощению спутников и себя самого, а все равно удивился произошедшим всего за какой-то час переменам.

Они с «сестрой» порыжели, раздались в щеках и покрылись веснушками – деревенщина, только и годная, что полы скрести. Эль ссутулился, поседел, приобрел несколько заметных морщин и кривой шрам на скуле – коридорный лакей с опытом подобной работы в прошлом. У него самая сложная роль. Фарел резко обрюзг, обзаведясь двумя новыми подбородками, отрастил приличных размеров брюхо и потемнел глазами – ему идти в повара. Про одежду и говорить нечего – все подобрано тщательно. Семье Вечных не впервой такие дела.

***

В город заходили через северные ворота по очереди: Яр с Аникой, Эль и Фарел отдельно. Имевшийся тайный ход, что должен был в будущем послужить им путем бегства, решили пока не использовать. Нечего лишний раз рисковать. Тем более, что предупрежденный начальник караула сегодня не докучал прибывающим, коих было немного, особо дотошным досмотром. Основной народ пер с другого конца велийской столицы и в обратную сторону. Так что Яровы стрелы и лук из мешка извлекать не пришлось. У других же Вечных никакого оружия, кроме коротких, в две пяди, спиц с собой не было – те и так не нашли бы.

Во дворец прошли тоже неузнанными. Отряженный встречать желающих устроиться на работу человек провел их через неприметную дверь в выделенные для прислуги бараки на заднем дворе. Здесь уже собралось больше дюжины соискателей, прослышавших о грядущем наборе.

– Принимай, Ганс, – обратился их провожатый к одетому в ливрею дородному дядьке. –Здесь у нас: повар, лакей при опыте и пара разнонарядников. К вечеру наверняка еще кто объявится. Зря ты недобора боялся. Вон, как прут.

– Не буду я вечера ждать, – скорчив кислую мину, сообщил неожиданно тонким голосом упомянутый Ганс. – С этими как раз полный комплект. Одного из дедов только выкину. Эй, ты, сивый! Да, к тебе обращаюсь. Забирай свой мешок, и на выход. Тебя проводят как раз.

– Так, а что я-то сразу? – возмутился тощий старик, к которому обращался распорядитель. – Этот вон на три года старше, сам мне проболталси, – ткнул он скрюченным пальцем в соседа, выглядевшего, наоборот, лет на десять моложе невезучего деда. Или вон косого гони. Ему с такой рожей толька диток пужать, а мне жинку лежачую кормить надо. Сын-собака два дня как стикал, бросил стариков.