Избранные

Страница 18

жизни. Вслед за ним, используя генетический материал первого образца (метафорическое «ребро» или «сторона»), была смоделирована и его спутница — Хавва (Ева). Помещение созданной человеческой четы в условия Эдема являлось периодом адаптации, интеграции и проверки созданного биокласса. Существа, рожденные из земной материи, но оживленные в высшем мире, были помещены в строго контролируемую экосистему, где действовал жесткий протокол безопасности. Высший Разум установил для Адама и Евы категорическое табу: запрет на доступ к определенному объекту (в Библии — Древо познания добра и зла, в Коране — древо вечности). С рациональной точки зрения этот запрет выглядит как: ограничение доступа к технологиям, к которым сознание молодых биообъектов еще не было готово; проверка уровня дисциплины и исполнительности созданных наместников; санитарно-биологический карантин. Нарушение этого протокола (грехопадение), спровоцированное третьей стороной — Змием или Иблисом (который сам являлся представителем иной некоренной цивилизации и испытывал деструктивную зависть к новому проекту), привело к системному сбою. Люди нарушили закон того мира, в котором временно находились. Следствием нарушения космического закона стало немедленное прекращение эксперимента в условиях Эдема. Оставлять существ, нарушивших системный код, в высшем мире стало небезопасно — существовал риск, что они получат доступ к «Древу жизни» (технологиям биологического бессмертия) и увековечат свою ошибку. Высший Разум принимает решение о депортации (изгнании). Адам и Ева возвращаются туда, откуда изначально был взят их материальный базис, — на планету Земля. Иудейские источники говорят о возвращении человека к горе Мория; исламские предания с поразительной географической точностью указывают на координатные точки: спуск

Страница 19

Адама на остров Шри-Ланка (Адамов пик) и Хаввы — на побережье Красного моря, с последующим воссоединением в долине Арафат. Возвращенные на родную планету, но уже обладающие искрой высшего разума, самосознанием и способностью к воспроизводству, Адам и Ева заложили генетический и цивилизационный фундамент современного человечества. Земля, давшая некогда прах для их тел, приняла своих измененных детей обратно, превратившись из сырьевой базы в колыбель человеческой истории.

1. Тора: Пятикнижие Моисеево: с русским переводом и классическим комментарием Раши / под общ. ред. Г. Брандовера. — Иерусалим : Шамир; Москва : Арт-Бизнес-Центр, 2001. — 1230 с. 2. Библия: Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета : в Синодальном переводе. — Москва : Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2013. — 1376 с. 3. Коран / пер. с араб. и комм. Э. Р. Кулиева. — Москва : Умма, 2019. — 800 с. 4. Ибн Касир. Рассказы о пророках (Кысас аль-Анбия). От Адама до Мухаммада / Ибн Касир ; пер. с араб. А. Нирша. — Казань : Хузур, 2018. — 512 с. 5. Берешит Раба (Великий Мидраш на Книгу Бытия). В 4 т. Т. 1 / пер. с иврита и коммент. Я. Синичкина, А. Членова. — Москва : Лехаим, 2012. — 544 с. 6. Элфорд, А. Боги нового тысячелетия / А. Элфорд ; пер. с англ. Т. В. Зайцевой. — Москва : Вече, 2007. — 528 с. (источник для контекста палеовизита и альтернативной интерпретации текстов).

Страница 20

Топография метафизики: материален ли Эдемский сад в Торе и Новом Завете?

Вопрос о материальности Эдемского сада является одной из главных демаркационных линий, разделяющих иудейскую и христианскую эсхатологию. Если еврейская Тора прочно удерживает Эдем в рамках земной географии и физических законов нашей планеты, то христианский Новый Завет совершает радикальный метафизический прорыв, перенося Рай из плоскости ближневосточной картографии в область чистого духа. При этом обе традиции сохраняют глубинную символическую связь, где утраченный земной Сад становится прообразом будущего космического триумфа. В иудейской традиции (Торе) Эдемский сад (Ган Эден) — это не абстрактное аллегорическое пространство, а абсолютно реальный, осязаемый и географически детерминированный объект. Текст Книги Берешит (Бытие) оперирует четкими пространственными ориентирами, которые невозможно интерпретировать исключительно метафорически. Тора сообщает, что Сад был насажен Творцом «на востоке» (Берешит 2:8). Более того, библейский автор приводит точную гидрологическую сеть: из Эдема выходила река, которая за пределами Сада разделялась на четыре главных притока. Два из них — Фисон и Гихон — вызывают споры у историков, но два других указаны с предельной географической точностью: Хиддекель (Тигр) и Прат (Евфрат) (Берешит 2:14). Таким образом, с точки зрения первоисточника, Эдем физически располагался на территории Месопотамии. В этом Саду росла реальная флора, а Адаму была вверена вполне физическая работа — «возделывать его и хранить его» (Берешит 2:15). Классическая еврейская экзегетика, зафиксированная в Талмуде (трактат Эрувин) и мистических трудах (книга Зогар), разрешает вопрос материальности через дуализм, разделяя Сад на две страты:

Страница 21

1. Нижний Ган Эден (Ган Эден а-Тахтон): материальный, земной Сад. Физически он существовал на Земле, но после изгнания человека и установления стражи из херувимов эта территория была скрыта Высшим Разумом от человеческого восприятия, перейдя в скрытое, тонкое измерение материального мира. 2. Верхний Ган Эден (Ган Эден а-Эльон): нематериальная, духовная сфера. Это «Мир душ» (Олам а-Нешамот), который не имеет физических параметров и служит обителью для метафизического наслаждения душ праведников после их земной кончины. В текстах Нового Завета ландшафт кардинально меняется. Вся месопотамская география, привязки к Тигру, Евфрату и физическим деревьям полностью упраздняются. Фокус внимания авторов смещается с «прошлого» (утраченного земного Сада) на «будущее» (обретаемый Небесный Рай). Само слово «Эдем» в Новом Завете уступает место греческому термину «Рай» (Парадиз), обозначающему исключительно духовную реальность. В христианском каноне Рай полностью автономизирован от планеты Земля. Он предстает как сфера непосредственного присутствия Бога, ангелов и спасенных душ. Мгновенный переход: распятый на кресте Иисус Христос говорит благоразумному разбойнику: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23:43). Речь идет не об отправке на Землю к истокам Тигра и Евфрата, а о немедленном переходе бессмертной души в нематериальную обитель блаженства. Трансцендентный опыт Павла: Апостол Павел, описывая свой мистический экстаз, прямо локализует Рай в высших метафизических сферах, за пределами физического космоса: «Знаю человека во Христе... [который] восхищен был до третьего неба... в рай и слышал неизреченные слова» (2 Кор. 12:2-4). Финальная точка Нового Завета — книга Откровения Иоанна Богослова (Апокалипсис) — возвращает читателя к символам Эдема, но на принципиально ином, трансцендентном

Страница 22

уровне. Утраченный материальный Сад преобразуется в Новый Иерусалим — Небесный Град, сходящий от Бога (Откр. 21:2). Внутри этого Града физическая природа полностью переплавлена в духовную субстанцию: вместо земной реки течет «чистая река воды жизни, светлая, как кристалл», а вместо физического сада по обе стороны реки растет «Древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды» (Откр. 22:1-2). В Новом Завете Рай материален лишь в контексте грядущего всеобщего Воскресения, когда весь космос будет преображен, очищен и слит с божественной реальностью в «новое небо и новую землю» (Откр. 21:1).

1. Тора: Пятикнижие Моисеево : с русским переводом и классическим комментарием Раши / под общ. ред. Г. Брандовера. — Иерусалим : Шамир ; Москва: Арт-Бизнес-Центр, 2001. — 1230 с. 2. Библия : Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета : в Синодальном переводе. — Москва : Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2013. — 1376 с. 3. Вавилонский Талмуд : Трактат Эрувин / пер. с иврита и арамейского Н. Розенберга. — Иерусалим : Маханаим, 2008. — 412 с. 4. Зогар (Книга Сияния) : Сефер а-Зогар с комментариями Бааль Сулама. В 10 т. Т. 1 : Берешит / пер. с арамейского М. Латмана. — Москва : Каббала инфо, 2009. — 512 с. 5. Иоанн Дамаскин, преподобный. Точное изложение православной веры / преподобный Иоанн Дамаскин; пер. с греч. А. Бронзова. — Москва : Сибирская Благозвонница, 2010. — 448 с. (Глава XI «О рае» посвящена святоотеческому анализу материальности Эдема). 6. Августин Блаженный, святитель. О Книге Бытия буквально : в 12 книгах // Творения блаженного Августина, епископа Иппонийского. — Киев : Типография И. И. Чоколова, 1912. — Ч. 7. — 486 с.

Архитектура осязаемой вечности: феномен материального Рая в исламской традиции

В эсхатологических концепциях мировых религий мусульманский Джаннат (Рай) занимает уникальное положение, манифестируя абсолютное торжество преображенной материи. Если христианская традиция в Новом Завете совершает метафизический уход в плоскость чистого, бестелесного духа, то исламское богословие (акида) наставительно утверждает: грядущая Обитель вечности — это объективно существующий, высокоматериальный и физически осязаемый мир. Вера в реальность телесных наслаждений в Раю является не аллегорией, а фундаментальным догматом ислама. Фундаментом коранической концепции материального Рая выступает догмат о телесном воскрешении (ба’с). Согласно исламу, человек не предназначен для вечного существования в виде бесплотного призрака или ментальной проекции. Душа возвращается в физическую оболочку, которая, однако, претерпевает радикальную биологическую модернизацию. Священные тексты и авторитетные хадисы пророка Мухаммада описывают физиологию обитателей Джанната через призму абсолютного биологического совершенства. Антропометрический стандарт: избавленные от земных недугов и старения, праведники входят в Рай в возрасте своего наивысшего расцвета — в 33 года. Предания указывают, что их рост будет монументальным (около 30 метров), соответствуя первозданным параметрам праотца Адама. Упразднение метаболических пороков: обитатели Рая наделены способностью поглощать пищу и изысканные напитки в неограниченных количествах ради чистого, концентрированного удовольствия. При этом их тела полностью очищены от земной биологической рутины — в Раю отсутствуют болезни, нечистоты, физиологические выделения и токсины. Процесс усвоения пищи завершается легкой отрыжкой и выделением особого пота с ароматом драгоценного мускуса.

Страница 24

Постулат о чувственности: Коран без ложного спиритуализма провозглашает сохранение супружеской близости в вечности. Райские девы (гурии) и земные супруги описываются как осязаемые, физически безупречные существа, чья красота и нежность манифестируют абсолютное изящество сотворенной Богом материи. Само арабское слово «джаннат» буквально переводится как «цветущие сады». Коранический текст изобилует детальными описаниями инфраструктуры, ландшафта и материальных благ, которые древние авторы фиксировали с точностью инженеров-архитекторов. В суре «Мухаммад» представлена точная физическая карта райских водных артерий. Джаннат пронизан четырьмя типами реальных рек: «в нем — реки из воды, которая не застаивается; реки из молока, вкус которого не изменяется; реки из вина, дарующего наслаждение пьющим; и реки из очищенного меда» (Коран, 47:15). Райский ландшафт украшен гигантскими деревьями (такими как раскидистое дерево Туба), чья густая прохладная тень материальна, а плоды сами склоняются к рукам человека по первому его желанию. Реальность Рая подчеркивается детальным перечислением предметов роскоши. Дворцы и шатры обитателей Джанната возведены из золотых и серебряных кирпичей, скрепленных раствором из амбры и мускуса. Текст Корана скрупулезно каталогизирует интерьеры: праведники восседают на ложах, расшитых золотом, отдыхают на коврах с зелеными атласными подкладками, облачаются в осязаемые одежды из тончайшего шелка, атласа и тяжелой парчи, и носят массивные браслеты из золота, серебра и жемчуга (Сура «Аль-Инсан»). Несмотря на выраженный, почти осязаемый гедонизм коранических описаний, исламская мысль категорически отвергает упреки в примитивной потребительской природе Рая. Чувственные блага в Джаннате легитимны, поскольку они лишены земного контекста греха, вины, пресыщения или дефицита. Однако материальный Рай имеет свою строгую иерархию, вершиной которой является не материальный объект, а высший

Страница 25

духовный акт. Коран и Сунна провозглашают, что величайшим, ни с чем не сравнимым моментом вечности станет Ру’йат Аллах — возможность для праведников физически лицезреть Лик своего Творца: «Лица в тот день будут сиять и взирать на своего Господа» (Коран, 75:22–23). В этой точке исламская эсхатология достигает абсолютного синтеза: материальные глаза преображенного человеческого тела обретают способность видеть трансцендентный Источник бытия. Таким образом, осязаемый и овеществленный Рай в исламе выступает не как альтернатива духовному развитию, а как идеальная, совершенная сцена для вечной жизни спасенного человечества.

1. Коран / пер. с араб. и комм. Э. Р. Кулиева. — Москва : Умма, 2019. — 800 с. 2. Сахих аль-Бухари (Свод хадисов имама аль-Бухари). В 3 т. / пер. с араб. А. Нирша. — Москва : Умма, 2007. — Т. 2. — 960 с. 3. Сахих Муслим (Свод хадисов имама Муслима) / пер. с араб. А. Нирша. — Иерусалим : Бадр, 2011. — 1104 с. 4. Ибн Каййим аль-Джаузийя. Хади аль-арвах иля биляд аль-афрах (Описания Рая, побуждающие души к обители радости) / Ибн Каййим ; пер. с араб. Х. А. Баранова. — Бейрут : Дар аль-Кутуб, 2005. — 432 с. 5. Пиотровский, М. Б. Джаннат // Ислам: энциклопедический словарь / отв. ред. С. М. Прозоров. — Москва : Наука, ГРВЛ, 1991. — С. 59–60.

Онтология вечности: материален ли Рай в Торе, христианстве и исламе?

Сюжет об Обители блаженства — Рае — является сквозным для трех великих монотеистических религий, однако его физическая и метафизическая природа понимается ими принципиально по-разному. Представляет ли собой Рай осязаемую

Страница 26

экосистему с географическими координатами или это сугубо ментальное состояние очищенного духа? Ответ на этот вопрос обнажает глубокие богословские расхождения между иудаизмом, христианством и исламом, проходящие по линии восприятия материи как блага или как временной темницы для души. В иудейской традиции (Торе) первозданный Рай — Эдемский сад (Ган Эден) — предстает не как абстрактная аллегория, а как абсолютно реальный, осязаемый и географически детерминированный объект. Текст Книги Берешит (Бытие) оперирует четкими пространственными ориентирами, укорененными в физической реальности нашей планеты. Тора сообщает, что Сад был насажен Творцом «на востоке» (Берешит 2:8). Более того, библейский автор приводит точную гидрологическую сеть: из Эдема выходила река, которая за пределами Сада разделялась на четыре главных притока. Два из них — Хиддекель (Тигр) и Прат (Евфрат) (Берешит 2:14) — указывают на конкретную физическую локацию в Месопотамии или на Армянском нагорье. В этом Саду росла реальная флора, а первому человеку была вверена земная физическая работа — «возделывать его и хранить его» (Берешит 2:15). Классическая еврейская экзегетика, зафиксированная в Талмуде и каббалистических трудах, разрешает вопрос материальности через дуализм, разделяя Сад на две страты: 1. Нижний Ган Эден (Ган Эден а-Тахтон): материальный, земной Сад. Физически он существовал на Земле, но после изгнания человека и установления стражи из херувимов эта территория была скрыта Высшим Разумом от человеческого восприятия, перейдя в скрытое, тонкое измерение материального мира. 2. Верхний Ган Эден (Ган Эден а-Эльон): нематериальная, духовная сфера. Это «Мир душ» (Олам а-Нешамот), лишенный физических параметров и служащий обителью для метафизического наслаждения душ праведников после их земной кончины.

Страница 27

Христианское богословие совершает радикальный метафизический переворот, смещая фокус с «прошлого» (утраченного земного Сада Бытия) на «будущее» (обретаемый Небесный Рай Нового Завета). Месопотамская география, привязки к рекам и физическим деревьям полностью упраздняются, а само понятие Рая (Парадиза) переносится в область чистого духа.

Рай как ментальное пространство

В христианском каноне Рай полностью автономизирован от планеты Земля и трактуется как сфера непосредственного присутствия Бога и ангелов. Мгновенный переход: распятый на кресте Иисус Христос говорит благоразумному разбойнику: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23:43), —что указывает на немедленный переход бессмертной души в нематериальную обитель блаженства, а не на отправку к истокам Тигра и Евфрата. Трансцендентный опыт Павел: Апостол Павел прямо локализует Рай в высших метафизических сферах, за пределами физического космоса: «...восхищен был до третьего неба... в рай и слышал неизреченные слова» (2 Кор. 12:2-4). Финальная точка Нового Завета — книга Откровения Иоанна Богослова (Апокалипсис) — трансформирует утраченный материальный Сад в Новый Иерусалим — Небесный Град, сходящий от Бога (Откр. 21:2). Физическая природа здесь полностью переплавлена в духовную субстанцию: вместо земной реки течет «чистая река воды жизни, светлая, как кристалл», а вместо физического сада растет «Древо жизни, двенадцать раз приносящее плоды» (Откр. 22:1-2). В христианстве Рай обретает новую, нетленную «духовную телесность» лишь в контексте грядущего всеобщего Воскресения, когда весь космос будет преображен в «новое небо и новую землю» (Откр. 21:1). В отличие от христианского спиритуализма, исламское богословие (акида) наставительно возвращает Раю его абсолютную, осязаемую материальность. Мусульманский Джаннат —

Страница 28

это объективно существующий, высокоматериальный мир, наполненный физическими, чувственными и осязаемыми благами. Вера в реальность телесных наслаждений в Раю является не метафорой, а фундаментальным догматом ислама. Фундаментом коранической эсхатологии выступает догмат о телесном воскрешении (ба’с). Душа возвращается в физическую оболочку, которая претерпевает радикальную биологическую модернизацию. Физиологический стандарт: избавленные от недугов и старения, праведники входят в Рай в возрасте своего наивысшего расцвета — в 33 года, обладая монументальным ростом первозданного Адама. Упразднение метаболических пороков: обитатели Рая едят и пьют изысканные яства в неограниченных количествах ради чистого удовольствия. При этом их тела полностью очищены от земной биологической рутины — в Раю отсутствуют болезни, нечистоты и токсины, а процесс усвоения пищи завершается выделением особого пота с ароматом мускуса. Коран без ложного стыда провозглашает сохранение супружеской близости и физической чувственности в вечности. Слово «джаннат» буквально переводится как «цветущие сады». Коранический текст скрупулезно каталогизирует его инфраструктуру: Рай пронизан четырьмя типами реальных рек — из чистой воды, молока, прозрачного меда и райского вина, дарующего наслаждение без опьянения (Коран, 47:15). Праведники обитают во дворцах из золотых и серебряных кирпичей, восседают на ложах, расшитых золотом, и облачаются в осязаемые одежды из тончайшего шелка, атласа и тяжелой парчи (Сура «Аль-Инсан»). Абсолютным апогеем и высшей точкой этой овеществленной реальности в исламе становится Ру’йат Аллах — возможность для праведников физически, глазами своего преображенного тела, лицезреть Лик Творца: «Лица в тот день будут сиять и взирать на своего Господа» (Коран, 75:22–23). В этой точке материальное и духовное сливаются воедино.

Страница 29

1. Тора: Пятикнижие Моисеево : с русским переводом и классическим комментарием Раши / под общ. ред. Г. Брандовера. — Иерусалим : Шамир; Москва: Арт-Бизнес-Центр, 2001. — 1230 с. 2. Библия : Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета : в Синодальном переводе. — Москва : Издательство Московской Патриархии Русской Православной Церкви, 2013. — 1376 с. 3. Коран / пер. с араб. и комм. Э. Р. Кулиева. — Москва : Умма, 2019. — 800 с. 4. Вавилонский Талмуд : Трактат Эрувин / пер. с иврита и арамейского Н. Розенберга. — Иерусалим: Маханаим, 2008. — 412 с. 5. Сахих аль-Бухари (Свод хадисов имама аль-Бухари). В 3 т. / пер. с араб. А. Нирша. — Москва : Умма, 2007. — Т. 2. — 960 с. 6. Августин Блаженный, святитель. О Книге Бытия буквально : в 12 книгах // Творения блаженного Августина, епископа Иппонийского. — Киев : Типография И. И. Чоколова, 1912. — Ч. 7. — 486 с. 7. Ибн Каййим аль-Джаузийя. Хади аль-арвах иля biляд аль-афрах (Описания Рая, побуждающие души к обители радости) / Ибн Каййим; пер. с араб. Х. А. Баранова. — Бейрут : Дар аль-Кутуб, 2005. — 432 с. 8. Пиотровский, М. Б. Джаннат // Ислам: энциклопедический словарь / отв. ред. С. М. Прозоров. — Москва : Наука, ГРВЛ, 1991. — С. 59–60.

Космологический парадокс Эдема: биоматериал прародителя, межпланетный трансфер и физика вечности

Дискуссия о материальной или строго духовной природе Рая, ведущаяся на стыке иудаизма, христианства и ислама, неизбежно упирается в глубокий логический и онтологический парадокс.

Страница 30

Если признать Рай исключительно абстрактным, метафизическим пространством духа, то перед исследователем встает непреодолимый вопрос: каким образом осязаемый земной субстрат — биоматериал или «прах земли», из которого был сформирован Адам, — мог быть перемещен в нематериальную обитель? Если же рассматривать Рай как объективно существующую физическую экосистему, библейские метафоры и коранические тексты начинают удивительным образом коррелировать с современными научными и космологическими гипотезами. В таком прочтении история Адама трансформируется из мистического предания в масштабную хронику межпланетного биоинженерного эксперимента, депортации и последующего эволюционного транзита человечества. Священные тексты авраамических религий демонстрируют поразительное единодушие в описании исходного сырья для создания первого человека: Адам был вылеплен из элементов земной коры («праха земного», афар мин а-адама, тураб). Однако ключевой узел ландшафта этой истории заключается в том, что акт одухотворения и первичного существования человека происходил вне Земли — в Эдеме. Этот пространственный разрыв порождает фундаментальную дилемму: критика чистого спиритуализма: если Эдем (Рай) лишен физических параметров, то транспортировка туда земной почвы и формирование из нее биологического организма противоречат законам метафизики. Дух не нуждается в глине, а глина не может существовать там, где нет пространства, массы и плотности; рационально-космологический синтез: если принять позицию исламской акиды и ранних иудейских комментаторов о материальности Рая, повествование обретает строгую логику. Земной грунт, собранный со всех уголков планеты, послужил уникальной органической и минеральной матрицей. Этот биоматериал был изъят силами, которые древний человек идентифицировал как ангелов, и перенесен в контролируемые условия внешней среды — на другую обитаемую платформу (планету

Страница 31

или высокотехнологичный автономный кластер), именуемую Эдемом. Именно там, в условиях иной физики, Высший Разум совершил запуск биологической жизни Адама и смоделировал на основе его генетического кода Хавву (Еву). Пребывание человеческой четы в условиях Райского сада с этой точки зрения выглядит как период адаптационного карантина и тестирования нового разумного вида. Внедрение жесткого закона — запрета на приближение к определенному объекту (будь то Древо познания или Древо вечности) — являлось не капризом Творца, а базовым протоколом безопасности. Нарушение этого табу, спровоцированное вмешательством внешней деструктивной силы (Иблиса или Змия), привело к системному сбою в поведении биообъектов. Люди проявили неготовность к интеграции в законы высшего мира, нарушив регламент пребывания в Эдеме. Следствием этого правонарушения стала немедленная депортация: 1. Блокировка доступа: оставлять нарушителей в условиях Эдема, где они могли получить бесконтрольный доступ к технологиям биологического бессмертия («Древу жизни»), стало небезопасно. Вход в этот мир был оперативно заблокирован защитными системами («пламенным мечом»). 2. Экстрадиция на родину: Адам и Ева были возвращены туда, откуда изначально был экспроприирован материал для их тел — на планету Земля. Мусульманская историческая традиция с поразительной точностью фиксирует географические координаты этой высадки (Шри-Ланка и побережье Красного моря), подчеркивая, что изгнание было физическим перемещением тел в пространстве. Земля, бывшая лишь сырьевым донором, в одночасье превратилась в колыбель, где депортированные, но наделенные разумом прародители запустили демографический и цивилизационный маховик человечества. Философское осмысление текстов Торы и Корана выводит нас на концепцию Земли как временной испытательной плат-