Ключевые идеи книги: Карта и территория 2.0. Риск, человеческая природа и будущее прогнозирования. Алан Гринспен

Человеку свойственно заглядывать в будущее и пытаться его спрогнозировать, с тем чтобы быть готовым отреагировать на него с минимальными потерями. Экономическое моделирование нефинансового сектора экономики происходит более или менее успешно. В мире финансов ситуация иная. Финансовые рынки подвержены рискам, во много раз превышающим риски производственного сектора, поскольку эти риски отражают природу человека: его страхи, эйфорию, стадный инстинкт.

От ситуации на финансовых ранках зависит уровень сбережений и размер инвестиций в инновационные технологии. Финансовый рынок в гораздо большей степени влияет на общие экономические процессы, чем можно было бы подумать, учитывая, что финансы составляют всего 10 % от валого внутреннего продукта (ВВП) США. Но финансовый рынок как раз труднее всего спрогнозировать. Как выяснилось, сложные модели, используемые Федеральным Резервным Банком, оказались абсолютно неспособными предсказать кризис 2008 года.

Автор, опираясь на исторические данные и собственный опыт работы в основанной им консалтинговой фирме, отмечает, что на микроэкономическом уровне возможно составлять достаточно точные прогнозы развития отдельных предприятий и отраслей промышленности. Однако инструменты экономического анализа и моделирования, успешно применяемые в микроэкономике, «не работают» на глобальном макроэкономическом уровне.

Гринспен утверждает, что если бы поведение людей всегда было рациональным, то уровень жизни был бы выше. С точки зрения составления прогнозов, проблема не в том, что поведение людей нерационально, а в том, в какой степени это поведение повторяемо и систематично, чтобы быть численно измеренным и предсказуемым.

Автор анализирует влияние на экономику таких факторов человеческого поведения, как стремление минимизировать риск, стадное чувство, инерция, оптимизм, эгоизм, самоуважение, привязанность к дому.

Стадное чувство является второй (после страха) по значимости чертой человеческой натуры и мощным двигателем экономики. Оказывается, доля семейного дохода, используемого на приобретение товаров и услуг, зависит не столько от собственно размера дохода семьи, сколько от того, какую долю доход данной семьи составляет от среднего дохода американской семьи. Появление социальных сетей в интернете только усилило стадное поведение. Стадное поведение ответственно за бумы и крахи, происходящие на рынках.

Согласно данным Гринспена, люди предпочитают инвестировать в своей стране в хорошо знакомый местный бизнес. Наиболее значимый аспект инвестирования – доверие – присутствует в максимальной степени при инвестировании в «знакомые» бизнесы.

Несмотря на действие «животных инстинктов», реакция людей на экономические явления в конечном итоге является вполне разумной. Даже в ситуации крайней эйфории никто не ожидает, что цены на акции удвоятся за один день, или в состоянии крайнего страха никто не думает, что цена на нефть упадет до двух долларов за баррель. Где провести границу между рациональным поведением и «животными инстинктами», как «встроить» поведение людей в экономические модели – вопросы, на которые пока нет четкого ответа даже у Алана Гринспена.

О кризисе 2008 г

Уровень потребления в развитых странах в 1999–2007 годы отставал от роста уровня доходов. Соответственно, уровень сбережений в развитых странах увеличился с 23 % ВВП до 33 %, что существенно опережало рост инвестиций. Такая ситуация в экономике приводит к снижению банковских процентных ставок, включая процентные ставки на ипотечные кредиты, что, в свою очередь, постепенно вызывает рост стоимости жилой недвижимости. Постоянно растущие цены на дома и квартиры подтолкнули финансовые компании к росту портфеля ипотечных кредитов, выдаваемых в том числе заемщикам, которые в принципе были не в состоянии обслуживать свой долг. Такому развитию событий способствовала и политика правительства США, которое ставило перед собой цель обеспечить население доступным жильем.

Между 2001 и 2004 гг. количество домовладельцев увеличивалось ежегодно на 1,3 миллиона.

К 2006 году ипотечные кредиты «низкокачественным» заемщикам составляли 20 % от всех выданных кредитов на приобретение жилья. Ипотечные кредиты, выдаваемые банками и финансовыми компаниями, затем продавались инвестиционным банкам и специализированным ипотечным агентствам США, которые их «переупаковывали» в разнообразные экзотичные, обращающиеся на бирже долговые ценные бумаги. Инвесторы, владеющие этими бумагами, рассчитывали, что спрос на них если и будет уменьшаться, то постепенно, и они всегда успеют их продать без потерь. Как теперь известно, они глубоко заблуждались.