Верняк

Глава 9

– О Боже, – пробормотала Сайнара снова.

Я подался вперед, поближе к ней, так что моя рука коснулась ее плеча, и стал исследовать страницу, которую она читала.

– Выглядит даже хуже, чем я ожидал, – сказал я серьезно. – Тут только половина быка! О, я погиб.

– Вы не погибли и не погибнете, вы из тех, кто сам губит других, – прошептала она.

– Звучит не очень-то приятно.

– А вы и есть не очень приятный человек. Вы сладострастны, похотливы, распутны. Если бы вы были быком, вы бы все время фыркали и били копытом.

– У меня тут больше быков или тельцов, чем требуется, и я не знаю, что с ними делать.

– О, вы тайный демон секса...

– Я и не знал, что это тайна, Сайнара, все, что вы перечислили – сладострастный, похотливый, распутный, – я оскорблен, что вы считаете это все пороками. Я был склонен принять это за комплимент. Даже целый букет комплиментов. Но сам я считаю себя довольно милым демоном секса. Ой, не протыкайте меня карандашом. Вы целили мне прямо в глаз. Послушайте, я просто шучу, главным образом потому, что вы возвели на меня столько напраслины. Вы не знаете, что я за парень, ведь я даже не попытался к вам подъехать с низменными намерениями.

– Но вы собираетесь это сделать. И сделаете, как только у вас появится удобный случай. Верно?

– Ну, если вы на этом настаиваете...

– Будьте вы неладны!

Она замолчала и очаровательно нахмурилась, выпятив губки – тоже очаровательно, потом резко мотнула головой, как если бы молча спорила сама с собой. Потом ткнула этим своим коралловым ноготком в закорючки, которые только что поставила на моем гороскопе, и сказала:

– Поглядите на сочетание Марса, Венеры и Урана в пятой тройке, в двенадцатом доме Луны и Юпитера – это признак пола!

– О'кей, я смотрю, но чувствую себя так, будто не смотрю, а подсматриваю.

Я замолчал, потому что Сайнара снова принялась что-то бормотать, изучая десять символов, десять моих планет, ведущих хоровод на листе бумаги. Наконец она медленно перевела взгляд на меня и посмотрела с таким напряженным вниманием, что я почувствовал себя не в своей тарелке.

– Последний раз я встречал такой взгляд, – сказал я, – у одного бактериолога, который заразился какой-то инфекцией.

– Лучше я займусь этим позже. – Она сдвинула мою карту на край стола. – В противном случае мы никогда не дойдем до гороскопа Джиппи. Ведь вы пришли сюда ради этого?

– Давным-давно, много лет назад... Не нервничайте так, Сайнара.

– Это потому, что ваши Марс, Венера и Уран как раз на моем...

– На вашем чем?

Но она не стала уточнять.

– А теперь давайте заглянем в каргу Джиппи, – сказала она быстро, как если бы не слышала моего вопроса. Но на ее щеках зардел нежный румянец – ну точь-в-точь стыдливая школьница!

Некоторое время она ухитрялась не смотреть на меня или по крайней мере не смотреть мне прямо в глаза.

– Итак, Джиппи... Внутренний круг – это положение планет в момент его рождения. Средний и внешний – это их перемещение в продолжение года, начиная с последнего дня сентября, когда он консультировался со мной.

Она замолчала, как если бы ожидала моих вопросов, но все еще не глядя на меня. Поэтому я благожелательно улыбнулся карте, всем ее кругам и разноцветным знакам.

– Красиво, – сказал я. – Особенно там, где они перемещаются и двигаются.

– Переходят, перемещаются – это относится к действительному, а не к символическому движению планет на небе. Сейчас поздний октябрь, поэтому Солнце совершает перемещение в пространстве от крайнего предела Весов к Скорпиону. Вот направлением этого дня мы и руководствуемся, составляя гороскоп на весь год, как это упомянуто в Библии. И в книге Иезекиля, и в Числах.

– В Библии? Вы хотите сказать, что астрология упоминается в Священной книге?

– Вы считаете это чем-то кощунственным? Конечно, вы так считаете, – заключила она, опуская глаза на мой гороскоп. – А ведь об астрологии там не раз говорится, – продолжала она. – Трое мудрецов, Магов-Волхвов-Волшебников, например, уж точно были астрологами. Они увидели яркую звезду на востоке – вероятно, соединение Юпитера и Сатурна в созвездии Рыб. Основа гороскопа – это положение планет в день рождения человека, и оно оказывает безусловное воздействие на него в течение первого года его жизни, их положение во второй день влияет на второй год, в пятидесятый день – на пятидесятый год и так далее.

– Астрологи производят такие расчеты, основываясь на Библии?

– Нет, это более древнее знание, Библия только констатирует факт... Но снова о Джиппи. Из-за того, что Сатурн образовал прямой угол с его Луной, ему суждены были длительные страдания. Вот, если вы помните, символ Сатурна. – Она провела прямую линию слева направо, и с конца ее повисло нечто похожее на серп.

– Вот он, – сказал я, постучав по этому значку три раза и по разу ткнув в каждое из трех колес. – Мне нравится...

– Или родственный, движущийся и блуждающий Сатурн. Теперь найдите для меня его перемещающуюся Луну. И перемещающийся Сатурн.

– Легко. – Символ Луны был похож на молодой месяц, а светло-синий цвет означал передвижения, поэтому я постучал по нему и по красному Сатурну и сказал:

– Я никогда не предполагал, что астрология такая легкая наука.

– На сколько градусов они отдалены друг от друга?

Не сразу, но все-таки я сообразил. А когда сообразил, сказал:

– Девяносто с чем-то, но меньше ста.

– Неплохо. Когда две планеты отстоят друг от друга примерно на девяносто градусов, то есть располагаются практически под прямым углом друг к другу, мы говорим, что они – в перпендикулярном аспекте.

Если отдаление равно ста восьмидесяти градусам, то есть планеты оказываются друг против друга, то они – в аспекте оппозиции. Обычно эти аспекты означают какие-то помехи, разочарование – словом, поражения своего рода. Отдаление в шестьдесят градусов, или иначе – в аспект шестидесяти, и отдаление в сто двадцать градусов означают обычно удачные и счастливые сочетания. Но как вы сами указали, странствующий Сатурн там все еще присутствовал, и тогда, более года назад, он находился в перпендикулярном аспекте по отношению к Луне. Теперь, поскольку Сатурну требуется примерно двадцать девять с половиной лет, чтобы пройти через все двенадцать знаков зодиака, и почти столько же времени требуется перемещающейся Луне, чтобы пройти через триста шестьдесят градусов зодиака, они могут сохранять этот аспект в течение многих лет. Улавливаете? Если этот аспект означает передвижение на шестьдесят градусов, это хорошо, но в случае Джиппи, в его гороскопе, тяжелое пересечение под прямым углом – не знаю, поверите вы или нет, – должно было сохраняться в течение почти десяти лет.

– Это плохо?

– Не обязательно. Но может быть просто ужасно, и, по-видимому, так оно и было для Джиппи.

– Так что же происходит с этим маленьким человечком? Сатурн хочет надувать его еще десять лет?

Она наконец взглянула на меня и улыбнулась.

– Это лучшая часть, Шелл. Этот аспект начал разделяться, слабеть, когда Джиппи пришел ко мне за советом, и теперь он, собственно говоря, уже вышел из этой действующей орбиты. Ну-с, а каковы текущие перемещения? Давайте поглядим. Это займет у нас только минуту.

Девушка действительно была очень энергична. Она бодро листала справочник, дошла до октября, поводила пальцем по линии, на которой располагались даты. Пластиковая линейка переместилась на двадцать четвертое число. Щелк-щелк, щелк – пометка на листке...

Через минуту Сайнара закончила и опять занялась картой.

Она смотрела на нее вполне трезво.

– О Боже, – сказала она тихо. – О Боже.

– Он что, тоже сексуальный демон, да?

Она покачала головой, глаза ее блестели и казались очень яркими.

– Он подвергается опасности. Его могут ранить. Серьезно ранить.

И внезапно моя веселость пропала, я ощутил странное и все растущее беспокойство. Не то чтобы я поверил, будто Сайнара, глядя на свои рисунки, действительно может знать, что ждет человека, нет, просто в голову мою непрошенно пришла странная мысль...

И вдруг я утратил свою жизнерадостность, я оглянулся в прошлое и в нем, в этом прошлом, представил себя ассистентом одной вымогательницы по имени Зорина, что больше подошло бы заклинательнице змей. Но эта крошка не была заклинательницей, она была предсказательницей судьбы, и от нее пахло чесноком. Она умела гадать по картам. Вне всякого сомнения, есть люди, умеющие гадать по картам, или по чайным листам, или по скошенным газонам, и видеть в них вещи, которые от меня скрыты. Что мне до них? Но Зорина не случайно оказалась в сфере моего профессионального внимания. Как-то она сообщила одной богатой клиентке, что той в скором времени грозит потеря чего-то очень ценного. Однако карты тут были ни при чем, просто сожитель Зорины, профессиональный взломщик, собирался навестить упомянутую клиентку в ближайшие дни, и Зорина об этом знала. Он унес из дома клиентки алмазные и рубиновые броши, подвески, браслеты и кольца на сто двадцать тысяч долларов плюс еще один маленький цирконий, не представлявший особой ценности.

Такое ясновидение столь впечатлило богатую даму, что она вновь и вновь обращалась к Зорине. А когда ее ограбили вторично, она стала моей клиенткой. Но – увы! – не раньше. Некоторые люди соображают медленно.

Впрочем, сейчас это было не важно. Кроме того, что под речи Сайнары я вспомнил Зорину, о которой не думал по крайней мере год.

Я не знал, почему она вдруг всплыла в моей памяти. Может быть, только потому, что ее имя своим звучанием отдаленно походило на имя Сайнары.

Но я выкинул из головы это неприятное сравнение и спросил:

– Что, вы думаете, могло с ним случиться? И когда?

Сайнара заглянула в справочник и, взяв гороскоп Джиппи, начертила в нем знак Луны и пару стрел, а потом поставила несколько цифр.

– Итак, Сатурн стоит под прямым углом к Луне, перемещающейся сейчас со своей орбиты, – сказала она. – Это облегчает дело. Но мне не нравится переход Урана в Весы и шахматное расположение его обычного и главного сочетания – Марса и Урана в восхождении.

Она замолчала, постукивая карандашом по столу и глядя в гороскоп, затем, точно соглашаясь с кем-то, кивнула раз-другой.

– Интересно, какое отношение к этому имеют другие планеты? Переход Марса совершенно перпендикулярен сейчас родственному Джиппи Меркурию, он был перпендикулярен его Меркурию и Солнцу и его восхождению из Стрельца, когда с Джиппи в прошлом году произошел несчастный случай и его поместили в больницу. – Она посмотрела на меня.

– Это было до того, как он консультировался со мной. Вы знаете об этом случае, Шелл?

– Да. Так там замешано несколько планет? Значит ли это, что его опять может лягнуть лошадь? Но другая или тот же Годольфус?

– Конечно нет. Марс находится в другом знаке и доме, это первое. Но ему все-таки нужно поостеречься, особенно в течение следующей недели. Есть и еще ряд факторов, в частности, у меня вызывает опасение двенадцатый дом. Позже я повнимательнее просмотрю эту карту, но если учесть влияние Марса и так как Марс управляет Тельцом, то не исключена травма головы или... Нет, меня больше беспокоит это несчастье в Деве, значит, что-то в области живота...

– Какое несчастье в Деве?

– Я сейчас смотрела на родственный Джиппи Меркурий в Деве. Это прекрасное место для Меркурия, потому что именно он управляет Девой, и в этом знаке он возвышается. Но его Меркурий терпит бедствие и перпендикулярен Марсу, а Дева ведает областью живота.

Она посмотрела на меня.

– Каждый из знаков влияет на разные части тела. Грубо говоря, Овен отвечает за голову, Телец за горло, и так все знаки по всему колесу, Дева за область живота. А это как раз там, где находится Меркурий в гороскопе Джиппи. Сейчас он перпендикулярен Марсу с точностью почти до минуты.

Сайнара покачала головой, снова взглянула на меня и спросила:

– Вы ведь увидите Джиппи? – И, когда я кивнул, она продолжила: – Попросите его позвонить мне. Обычно я не давлю на своих бывших клиентов и не подстегиваю их, чтобы они обращались ко мне, но на этот раз сделаю исключение.

– О'кей, – сказал я, возможно, несколько небрежно. – Передам ему.

– Пожалуйста, Шелл. Я действительно беспокоюсь из-за этого бедствия в Деве.

Она вернулась к своим картам, хмурилась, выпячивая прелестные губки. Я заметил, что она опять изучает ту маленькую карту, на которой составляла гороскоп для меня. Скоро она сказала:

– Это интересно. Знаете, Шелл, а ведь вам грозят такие же неприятности.

– Действительно интересно. И откуда они нагрянут?

Она смотрела на меня без улыбки.

– Я не имею в виду, что вам суждено быть убитым или что-нибудь в этом роде. Вероятно, нет, но будьте осторожны. Обещаете, Шелл? Вам предстоит период – недолгий, несколько дней, – несколько дней, когда вы можете подвергаться опасностям. Вам будет мешать раздражительность, нервозность. Вы будете импульсивнее, чем обычно. Вы можете забросить дела и пропустить что-то важное. Можете по рассеянности сделаете глупость.