Детективы в фартуках. Луковый суп для наследника

«Социальных слухов… Благо не кулинарных», подумал про себя Пополь, уже пожалев, что представился собственным именем.

И если так называемый крошка Теофиль оставил у Пополя приятное впечатление, то Анатоль полностью противоположное. Он показался человеком въедливого, тяжёлого характера и атмосферу вокруг нагнетал напряжённую. У Пополя даже промелькнула мысль, что распорядок в доме подчиняется правилам именно этого «управляющего психолога», и наверняка граф Теофиль страдает от его постоянного контроля.

Во избежание дополнительных расспросов, мсье Пикард удалился подышать свежим воздухом – присутствие в столовой Анатоля начисто испортило аппетит.

Тихий юноша спокойно гулял по саду, поправляя упавшие опоры кустарных роз. Не на шутку взволновавшись за жизнь молодого графа, Пополь деликатно начал разговор:

- Простите, мсье граф, то есть, Тео… Только что я успел познакомиться с управляющим Анатолем Матиналем, и хотел бы узнать, как долго вы его знаете?

- Не лукавя, почти всю жизнь. Мы вместе учились в школе, он мой самый лучший друг, почти как брат. Вам он показался слишком настырным?

- О нет, что вы. Он очень… ответственный человек. А вам, наверное, тяжело быть такому богатому в таком юном возрасте?

- Отнюдь. Ведь моё богатство всецело духовное. Я пятый в поколении хранитель лукового супа нашего славного Бордо, можете себе только такое представить? Не каждому так повезёт. А быть хранителем очень непростая работа. За столько поколений сменилось пол сотни нотариусов, и наша семейная ценность переходила из рук в руки. Одно время рецепт даже считался утерянным. Примерно, между XVII и XIX веками, затем потерялся вновь уже в наше время сразу после смерти самого старшего из отцов де Шалот. Но несмотря ни на что, нам удалось восстановить исконный текст рецепта.

- Стало быть, вы толком ничего не наследуете, кроме кулинарного фольклора, пятнадцати сестёр и старого угрюмого замка?

- Выходит, что так. И я несказанно горжусь этим.

Граф Теофиль произнёс это с такой неподкупной гордостью, что у Пополя почти навернулись слёзы. Есть ещё люди, хранящие вековые традиции Франции!

Внезапный режущий слух шум прервал культурный разговор: разъярённая толпа каких-то женщин пыталась кричать странные лозунги в мегафон.

«Женщины имеют равные права! Долой неравенство! Долой скряг! Долой юридический формализм! Долой патриархальный строй! У женщин есть голос, и он имеет значение! Акация, пли!», последняя фраза показалась Пополю крайне несуразной, и задумавшись, он едва не рискнул заглянуть за изгородь чтобы поглазеть на шумных мятежниц. Если бы не быстрая реакция Тео, то тухлое яйцо попало бы мсье Пикарду прямо между глаз…

- Батюшки-матушки, кто они такие?! Отряд борьбы за права женщин?! Что им здесь ради всего святого нужно?!

- Это «Союз недовольных сестёр». Долго объяснять, мсье Пикард, скорее, нужно укрыться в замке иначе нам не поздоровится! Прячьте голову, они будут целиться снова и снова!

Чуть ли не ползком Тео и Пополю удалось вернуться в замок с малыми потерями и попутно забаррикадировать парадную на случай вторжения. В коридоре как раз возилась нянюшка, зажигая свечи в бронзовых канделябрах.

- О, мой дорогой крошка Теофиль, вас ранили эти ужасные мадемуазели? Ай-ай-ай, они замарали вашу безрукавку, скорее возьмите мой носовой платок!

- Ничего страшного, нянюшка, не тревожьтесь. Я удалюсь, и приведу себя в порядок, а вы лучше уделите время нашему гостю, мсье Пикарду.

Граф Теофиль выглядел довольно раздосадованным, и уж явно не из-за тухлого яйца на своей жилетке. Очевидно, сестрицы здорово треплют ему нервы, желая получить хотя бы что-то от знатного имени.

За этой маленькой сценкой наблюдала некая полноватая дама в очках. Она подпирала лестничные деревянные перила и с сочным хрустом наслаждалась спелым яблоком. Этой дамой была та самая несносная мадемуазель-журналистка Шарлин Маре.

- Пикард? Знакомая фамилия. – не обращая взгляда, небрежно бросила она.

Пополь встрепенулся:

- Распространённая. Я не местный. Прибыл из далека…

- Оно и видно. – фыркнула дама и ушла к себе.

Резвый бой старинных часов и звонкое кукуканье деревянной пташки напомнило мсье Пикарду о Густаве, который к этому времени мог проснуться и приступить к поискам еды. Оставив нянюшку, он начал старт на четвёртый этаж…

Густав действительно проснулся. В тёмной комнате было сыро и скучно, потому он начал гоготать во весь голос. С глубокой отдышкой и в холодном поту Пополь торопился утихомирить птицу, и так переживал, что не заметил оставленного нянюшкой горшка и одеяла, отчего запнулся и едва не убился под дверью собственной комнаты.

- Густав, закрой клюв или что там у тебя! Ты подымешь на ноги весь чёртов замок! – выругался Пополь с порога.

Но голодная птица с высокомерным взглядом продолжала надрываться, по-военному расхаживая у ног хозяина.

Беспокойная нянюшка вспомнила, что не оставила для нового постояльца подсвечника со свечой, а в коробке у прикроватного столика нет ни единой спички. Как назло, старушка оказалась не в том месте не в то время и услышала странные звуки за дверью гостя.

- Опять заперто! Мьсе Пикард, вы в порядке? Вы подавились? Вам требуется помощь?

Пригрозив Густаву кулаком, Пополь сымитировал покашливание:

- Всё в порядке, нянюшка! Просто кашель, самый обычный кашель! Наверное, простыл с дороги. Не беспокойтесь, мне просто нужно отдохнуть. Одному!

- Ай-ай-ай, какой ужас! Я мигом согрею вам молока с мёдом.

- Не тревожьтесь попусту! Всё пройдёт само. Нужно просто отдохнуть, в тишине и покое!

Но нянюшка уже не слышала этого. Воодушевлённая заботой о новой крошке, она по привычке вновь приподняла подол своего платья и весело спустилась вниз…

- Ещё раз говорю, замолчи, Густав! Иначе пророчу тебе: окажешься на серебряном блюде с яблоком в клюве! Здесь птиц не любят, особенно таких, как ты. Хочешь, чтобы тебя ощипали и запекли? Ещё один звук и станешь ужином!

Густав покорно замолчал, чем заслужил похвалу от Пополя. Но одной похвалой сыт не будешь – время ужина, и вправду, было не за горами.

- Что же мне с тобой делать? Оставлять тебя здесь стало всё опаснее и опаснее. Выход только один: таскать тебя за собой. Полезай в рюкзак и молчи, я отнесу тебя на кухню. Уверен, в этом сумасшедшем доме для тебя найдётся что-то съестное.

Раскрыв старый, потрёпанный рюкзак, Пополь присел на край скрипучей кровати и приказал гусю залезть внутрь. Хоть это и казалось гиблой затеей, Густав снова удивил шефа Пикарда своей смекалкой и покладистостью. Крупная птичка аккуратно сложила лапки на дно рюкзака, и распушив хвост, спрятала удивительно длинную шею под крыло.

- Вот умница! Что ж, теперь снова в путь! Следующая остановка – кухня.

Осторожно закинув поношу на плечи, Пополь спешно покинул свою комнату, оставив по неосторожности дверь открытой. Нянюшка как раз аккуратно подымалась наверх, вместе с чаем и баночкой мёда. Едва не столкнувшись с ней, Пополь выдохнул, что успел забрать Густава с собой.

- Вы покидаете нас, крошка? – дрожащим голосом спросила няня.

- Нет, с чего вы взяли? Я иду выполнять свой долг. Иду на кухню. Готовить.

И вновь возникла Шарлин, теперь уже подпирая рыцарские доспехи в коридоре:

- Я надеюсь, мадам Клодо, вы заперли столовое серебро. – с ухмылкой поддела она странного гостя, оценивая его с ног до головы.

В иной ситуации Пополь, несомненно, ответил бы на сарказм, но вспомнив сложность своего положения, а также совет Анатоля не вступать с дамой в спор, он изобразил подобие улыбки и ещё быстрее ретировался на кухню.

- Какой кошмар, Густав, еле ноги от них увёл! – проговорил вслух Пополь, захлопнув за собой двери кухни.

Как гром среди ясного неба, раздался знакомый противный голос:

- Вы пунктуальны, мсье Пикард, это похвально. Начинаю верить, что у нас с вами не будет проблем. Если я не ослышался, вы назвали какое-то имя, кажется, Густав. К нам кто-то пришёл?

Пополя снова бросило в пот. Он совершенно забыл, что его ждёт управляющий. Свой рюкзак с ценным содержимым он положил в самый тёмный уголок кухни, чтобы не навлечь ненужный интерес со стороны этого ходячего репея.

- О, мсье Матиналь! Прошу прощения, я…я… Просто, вам показалось, да, я сказал, но сказал не «Густав», а «устав». Устав, еле ноги вёл по дороге…

Анатоль сидел на краю кухонного стола, скрестив руки на груди. На его колене лежал всё тот же блокнот, только сейчас он был исписан до последнего листа.

- Я же говорил вам, что нянюшка разместила вас слишком далеко! Давайте я открою вам комнату здесь, рядом с кухней, к тому же, вы уже взяли с собой свой багаж.

- Да нет же, я имел в виду, что устал, пока дошёл до вашего замка. И поверьте, мне вполне комфортно наверху! Не хочу никого будить своим храпом. А храплю я как носорог. А багаж, это не багаж, это вещи…