Солуна

Пролог

Сказка чёрных песков.

Безграничный мир вечность утопал в тишине чёрных песков колыбели жизни – Солуна. Пока тьма Хаоса не пробудилась под звёздным дождём.

Жемчужные капли Гармонии окропляли чёрный песок, даруя ему жизнь и наполняя любовью каждую песчинку. Песок покрылся цветами, создавая прочными стеблями чашу жизни. Песчинки закружились в вихре зародившейся магии и опускались в чашу фиолетовыми искрами. Хаос зачерпнул их из чаши жизни, и в сумерках первозданной тьмы зародились четыре алмаза, первые и любимые создания Хаоса и Гармонии – боги Стихий.

Богиня Воды создала безграничный океан, спокойный, словно глубокий нежный сон. Богиня Земли положила сушу среди вод океана, широко раскинулась она и подняла к небу высокие горы. Бог Воздуха создал небо, он насылал на землю и океан тёплый ветер, а иногда обрушивал дожди. Бог Огня даровал энергию жизни и тепло.

Хаос протянул руку к Гармонии, и она вложила в ладонь его ракушку, и Хаос разломил её надвое, обнажая сверкающие жемчужины, осыпал он ими океан и землю, даря глубинам и недрам жизнь. На небе жемчужины стали звёздами, а в огне искрами.

Так был сотворён мир Хаоса и наполнен любовью к каждому творению. Всё возникло из безграничной первозданной тьмы Хаоса и оживляющих жемчужин любви Гармонии – весь мир, бессмертные божества и люди. И жили боги среди людей и люди среди богов.

И позвал он Гармонию с собой в замок на самом высоком холме, что уходил высокими башнями в самое небо. И создал он сад, цветы которого не могли сравниться с красотой возлюбленной.

И связал Хаос этот союз нитью судьбы, а Гармония – нитью любви, и соединились те золотые нити в одну, обвивая их запястья. И даровали они людям и богам одну судьбу на двоих, соединяли их нитями и становились они родственными душами.

И родился у них сын, в изумрудных глазах которого отражались пески времени, а через некоторое время появились ещё дети: сын и дочь, день и ночь. В небесно-голубых глазах младшего сына сияла радуга, а в лазуритовых глазах дочери отражалось звёздное небо.

И жили они в радости и равновесии.

Однажды люди попытались совершить восхождение на замок, чтобы посягнуть на власть богов, и Хаос намеревался уничтожить их всех до единого, но Гармония остановила суженого, настояв на наказании.

Хаос навсегда разделил людей и богов, и стало два мира, мир Гармонии и мир Хаоса. С тех пор не даровали больше боги нити никому. Назначили они хранителей для поддержания равновесия дня и ночи, и наделили людей мира Гармонии силами стихий. А величественное древо, созданное богами, стало хранителем равновесия времён года и прохода между двумя мирами, закрытым для людей навсегда. Так и начинается эта история.

 Книга Лунных Сказок.

1. Равновесие. (Леон)

100-лет спустя

«Равновесие… прародители всегда учили, что это несокрушимая истина, с помощью которой достигается гармония дня и ночи и баланс стихий. Они дают нам умиротворение и силу. Всё начинается с тебя, говорили они, и гармонию, и баланс можно и нужно контролировать, а если ты теряешь контроль, то теряешь равновесие.

Потеря равновесия, неважно ты ли его потерял или пошатнулось равновесие мира – это всегда приводит к хаосу. Хаос поглощает, обволакивает и разрушает тебя и всё вокруг, оставляя после себя лишь глубокую, опустошающую рану, а в мире начинается беспорядок, наполненный туманом и мраком. Но как бы ты ни контролировал себя, это абсолютно не значит, что кто-то уже не потерял равновесие или для кого-то это не такая уж и истина, а может, наоборот, этот кто-то сам взывает к хаосу.

И однажды хаос настиг наш мир, и равновесие пошатнулось. Солнце закрыла луна, и тьма пала на землю, началась песчаная буря, загремел гром и обрушился огненный град, земля покрылась льдом, из непроглядного тумана на нас надвигались тени, порождённые хаосом и мраком. Океан горел огнём. Наш мир начал разрушаться. Первыми тени утащили в мир хаоса целителей, за ними последовали маги всех стихий.

В этой кровавой тьме хранителям пришлось объединиться для защиты своего народа и изгнания хаоса из нашего мира. В борьбе было много потерь. У всех нас останутся глубокие шрамы от ранений и потери близких. И если равновесие мира приходило постепенно в норму, то моё было потеряно. Я остался один в звенящей пустоте. Живой, но убит внутри, с раненой душой, что дымилась раскалёнными углями и глубокими ранами на теле. 

Я был молод и так устал, не знал, что мне делать. Тогда единственное, что приходило в голову – это сделка, но нужно было время, и мне оставалось только ждать. И я дождусь».

В предрассветной тьме кабинета, освещённом лишь бликами огненных искр настольной лампы, лунная пантера, лежащая на диване, забеспокоилась и спрыгнула на пол. Тёмная шерсть засветилась проблесками серебра, образованными лунной магией. Пантера заметалась по кабинету, но в одно мгновение замерла. Перо выпало из уставших пальцев, я оторвался от дневника и бросил взгляд на взволнованное животное. В этот момент стол под руками затрясся, я вскочил на ноги, а стоя́щая передо мной шкатулка вспыхнула синим пламенем и распахнулась, ознаменовывая завершение моей части сделки с богами. Из шкатулки посыпались искры неизведанной магии, и обвили руку золотой широкой нитью чуть выше нити стихии.

– Нить судьбы…значит, обет, данный когда-то богам, окончен, и сделка завершена, – прошептал я и на миг прикрыл глаза. – Благодарю за всё, что отобрано и даровано.

  Запястье обожгло от невыносимой боли, руку свело, и под ладонями вспыхнули огненные искры, тело словно прошибли молнии, заставляя дыхание замереть. Шкатулка истлела, и догорающий от неё пепел поднимался к потолку, а в ладони появился амулет, наполненный магией и переливающийся синим перламутром. Я ощутил мороз по коже, стекло оказалось холодным как лёд, а внутри него скрывалась маленькая, нераспустившаяся роза, закованная во льдах. Её бутон сотрясался, рассыпая золотые искры, а вместе с холодной магией пришло и облегчение. Боль отпустила, из горла вырвался тихий стон, сердце пропустило несколько ударов и застучало вновь, как обезумевшее, ноги подкосились, и я падал…падал и падал, пока не ощутил коленями, а потом щекой холодный мрамор пола. Я сжал амулет в ладони покрепче, прикрыл глаза и провалился в такой долгожданный сон. Под закрытыми веками скользнула тень, я ощутил тепло под боком, шершавый язык скользнул по огрубевшей коже моего уродливого шрама, и тихое мурчание лунной пантеры заполнило пространство кабинета.

2. Легенда о Древе Равновесия. (Афина)

18 лет спустя. Осень.

Лучи солнца рассеивали сумрак комнаты и уносили в забытье тьму, вырванную из моих кошмаров. Свет дня мягко падал и переливался радугой в густой гриве льва, лежащего у моих ног. Большой кот придавал спокойствие и тепло после ночных мрачных виде́ний или бессонных ночей, преследовавших в последнее время.

«Ночью все спят, а я брожу между лунных и солнечных снов, может, я тоже чей-то сон», – улыбалась богиня Ночи, играя на Лунном озере.

Я провела пальчиками по строчкам книги Лунных сказок и закрыла её со стуком, отчего большой кот вздрогнул и открыл огромные обеспокоенные глаза. Сегодня первый день выпускного года в Магической академии стихий. Для какого-то он волнительный и радостный, но мне давно стало безразлично. Для выпускников год предстоял тяжёлый, студенты последних курсов помимо учёбы восстанавливали природу в садах, участвовали в поисках потерянных артефактов, проводили рейды в Лунном лесу и поддерживали силы в древе Равновесия. Никаких причин для радости.

Я подошла к распахнутому окну и увидела Тома, генерала и советника Хранителя дня, он создал стихиеворот и уверенно шагнул, исчезая в огненных искрах. И так каждое утро. Как только он исчез, в мою дверь постучались.

– Да, войдите.

В комнату влетела старшая сестра. Несмотря на ранний час, Софи выглядела так, как будто давно встала, её рыжие волосы уложены в мягкие волны и закреплены цветочной диадемой, а глаза цвета спелого персика сияют озорными огоньками.

– Доброе утро, снежинка, – улыбнулась Софи. – Сегодня первый учебный день. Волнуешься?

– Седьмой год учёбы, с чего бы мне волноваться? – небрежно бросила я. – Волноваться нужно тебе в свой первый день в роли декана факультета.

Улыбка медленно сошла с её цветущего лица, казалось, она немного поёжилась от моего ледяного взгляда.

– Я помогу тебе собраться?! – неуверенно произнесла она.

– Не маленькая, сама справлюсь.

– Поторопись, родители уже ждут к завтраку. В честь начала учебного года, директор Лоуренс устраивает праздник и ему нужна помощь.

– Я постараюсь собраться быстро, – сказала я, уходя в гардеробную.

Надев форму, я взглянула в зеркало, откуда на меня смотрела красивая девушка с россыпью веснушек, длинными кудряшками цвета шоколада, убранными под снежную диадему. Казалось, я и вправду излучала свет, как и положено Хранительнице дня, пока взгляд не попадал на глаза. Хранители говорили, что глаза – зеркало души, но мои синие льдинки, в которых сияли снежинки, напоминали звёздное небо, такое же холодное и тёмное. Тело оцепенело, а дыхание замерло, когда глаза в отражении почернели, а ладони покрылись чёрным инеем, я отшатнулась, но в следующее мгновение всё стало как прежде. Казалось, мои ночные виде́ния стёрли границу между реальностью и сном, и я начала сходить с ума.

Лев наблюдал с интересом, только когда я была готова, он встал и последовал хвостом за мной. Когда мы спустились к завтраку, родители и Софи уже сидели за столом в залитой солнцем банкетной зале.

– Доброе утро, – сказал папа, хранитель Дня. – Выспалась или ты снова полночи смотрела на звёздное небо?

Не успел он спросить, как солнечный лев уже уткнулся носом ему в колено. Хранитель Дня потрепал его золотую гриву.

– Мы видим звёзды только ночью, днём наш путь освещает солнце. Растущая луна – это очень красиво, она освещает нашу дорогу на пути к новому, исцеляет и дарит гармонию, – ответила я.

«А мне она дарила ещё прокля́тую бессонницу и кошмары, по этой причине я и полюбила рассматривать ночное небо, луна и звёзды, которые всегда манили меня, но ещё больше тянуло к Лунному лесу».

– На пути к новому или забытому старому. Мы с советом обсудили и решили, что русалкам можно теперь выходить на берег, а магам в воды океана, – радостно сказал отец.

– Столько лет прошло, думаете сейчас это безопасно? – я обеспокоенно подняла глаза на отца.

– Думаю, да, Том и Кейдан, генералы армии Равновесия, обеспечивают нашу полную безопасность, – ответила мама.

«Кейдан, да, – подумала я. – Но Том ведёт себя немного странно в последнее время или мне кажется».

– Снова не голодна? – спросила мама, бросая взгляд на мою тарелку с блинчиками, я покачала головой. – Мы с папой обязательно придём сегодня на праздник в Академию.

– Думаю, вам понравится, вечером будут рассказывать легенду древа Равновесия, это будет очень красиво и интересно! – воскликнула Софи.

– Сегодня будет много гостей? – поинтересовалась я.

– Да, приглашение приняли все, даже Хранитель Ночи, – ответила Софи. – Сейчас нужно будет закончить приготовления, директор Лоуренс хочет, чтобы все повеселились в первый день.

– Хранитель Ночи? – удивлённо спросила я. – И луна выйдет из-за туч, освещая жемчужным светом холодную тьму его ледяного сердца!

– У Хранителя не ледяное сердце, ему просто очень рано пришлось познать утрату и быстро повзрослеть, – заступился отец.

Когда завтрак был окончен, мы с Софи взяли необходимые вещи и вышли во двор. С обеих сторон от замка Солнца высились горы, в снежных вершинах которых отражалось солнце, вокруг витал аромат осени, поднимая настроение. Софи выпустила в воздух оранжевые искры и создала стихиеворот, взяла меня за руку, и мы одновременно шагнули в него и вышли уже на территории Магической академии стихий.

Территория академии была очень большая. Над нами навис белоснежный замок Академии, в его огромных окнах отражались яркие лучи солнца; фасад, обращённый к главной площади города Равновесия, отличался протяжённостью и торжественным видом, другой имел более уютный вид, окнами он выходил на океан. На площади перед Академией располагался огромный фонтан, движение струй, которого завораживало. Вправо и влево от центрального пятиэтажного корпуса отходили две одноэтажные галереи, завершающиеся четырёхэтажными флигелями, в одном из которых находились комнаты девочек, в другом – мальчиков. Центральный корпус увенчан круглым бельведером, здесь находились: кабинет директора, аудитории, кабинеты профессоров, кухня, банкетный зал, библиотека, тренировочный зал и главный вестибюль.

Мы прошли мимо четырёх колонн, на которых сияли магией знаки стихий, в вестибюле на ступеньках красивой лестницы из белого мрамора стоял Лоуренс, директор академии, он был окружён студентами и раздавал задания. Сегодня его настроение было праздничным, этому свидетельствовал белый костюм, сияющие голубые глаза и лучезарная улыбка, в праздник его чёрные длинные волосы были собраны в хвост.

– Здравствуйте, директор, – поздоровалась я.

– Здравствуйте, Софи и Афина, – ответил Лоуренс с улыбкой. – Как раз нужна ваша помощь. Софи, встреть первокурсников и проведи распределение по факультетам, они как раз собираются возле фонтана. А ты, Афина, можешь идти репетировать.

– Хорошо, – ответили мы хором и разошлись по порученным делам.

Рябят, репетирующих легенду долго искать не пришлось, они оказались на внутреннем дворе Академии, что представлял собой поле для тренировок, а за ним раскинулось песчаное побережье океана, в мягких волнах которого уже с утра резвились русалки, сияя цветными хвостами.

– Привет, – протянул Роберт с улыбкой, сидя на краю сцены и подбрасывая в воздух искробол. С ним мы дружили с первого курса, хотя и были на разных факультетах, он был студентом факультета Земли, его озорные чёрные короткие кудряшки, как всегда, свисали на лоб, прикрывая красивые зелёные глаза.

– Афина, доброе утро, – бросаясь мне на шею, радостно воскликнула Диони, юная Хранительница Океана. – Я так соскучилась!

Её волосы цвета бирюзы строго собраны в пучок, и закреплены маленькой диадемой с сияющими жемчужинами, что сливались с серебристыми глазами.

– Мы не виделись всего день, – улыбаясь ответила я, подходя к сцене в центре уже расставленных трибун. – Начали репетировать без меня?

– Нет, мы только тебя и ждали, – холодно уточнил старший брат Диони, Габриэль.

«Он имел право злиться, как и я. Я всегда думала, что мы с Габриэлем просто друзья, но однажды на семейном ужине он встал на одно колено и сделал предложение, вот только я отказала. Я так сильно разозлилась на него, что искры магии вскипели и из-за меня замёрзла половина замка и побережье, никто не мог разрушить чары. Лёд остался напоминанием о его промахе ещё надолго».

– Боишься, что мы слова забудем? – огрызнулась я.

– Всё должно пройти идеально! – Габриэль стукнул ладонью по учебнику легенд мира Гармонии.

– Это теперь твой девиз?! – усмехнулась я.

– Прекратите! Мы репетировали уже сто раз, я бы лучше посмотрел распределение по факультетам, а то мы всё пропустим, – заступился за меня Роберт.

– Я с ним согласна, – добавила Кассия, студентка факультета огня.

– Хорошо, тогда давайте повторим пару раз и пойдём на распределение, – согласился Габриэль.

В репетиции участвовали четыре выпускника, Габриэль как декан факультета Воды контролировал процесс. Легенду мы должны были рассказывать только вечером, после распределения по факультетам первокурсников, банкета по случаю начала учебного года и представления сил стихий.

Я не стала его даже слушать, развернулась и зашагала по лужайке к корпусу девочек.

– Афина, вернись! – бросил Габриэль мне вдогонку, но я даже не обернулась.

– Пожалуйся, декану!

Я закинула рюкзак с вещами в нашу комнату и отправилась в главный зал, где уже собирались преподаватели, студенты и гости. Пять длинных столов, за четырьмя из которых сидели студенты, ломились от разнообразной еды. Но, прежде чем приступать к банкету, первокурсники должны были пройти распределение.

Факультетов в Академии было четыре – Воздух, Вода, Земля, Огонь. Четыре могущественные силы, которыми наделялись маги при рождении. Сразу после появления на свет, на запястье левой руки появлялась нить стихии, но спустя семнадцать лет от рождения избранным из магов даровалась и сила исцеления, она призвана помогать, исцелять от физических и душевных ран. Но после потери равновесия ни одного целителя так и не появилось.

Я села за стол факультета Воздуха, рядом с Диони, мы дружили с детства, учились вместе с первого курса, были соседками по комнате, и даже после конфликта с Габриэлем она не перестала со мной общаться.

В следующий момент все затихли, и в зал вошла Софи, с этого года она стала деканом факультета Земли, за ней следовали первокурсники, уже в форме своих факультетов. Форма Земли была оранжевого цвета, Воды – зелёная, Воздуха – синяя и Огня – алая. Первокурсники выстроились перед столом преподавателей в длинную полосу. Когда все студенты и гости, наконец, оказались на местах, директор Лоуренс поднялся со своего места и широко развёл руками, приветствуя всех.

– Добро пожаловать в Магическую академию стихий. Прежде чем мы начнём праздничный банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Я надеюсь, что факультеты, в которых вы учитесь, станут для вас семьёй, в Академии вы найдёте настоящих друзей и научитесь поддерживать гармонию и равновесия внутри себя и в нашем мире. А также хочу представить вам нового декана. Софи, с этого года будет деканом факультета Земли. Прошу любить и жаловать. А сейчас я попрошу выпускников надеть броши посвящения на наших первокурсников.

Мне всегда нравилось вручение брошей, сделанных из драгоценных кристаллов. Каждая олицетворяла свой факультет: голубая снежинка – Воздух, алое сердце – Огонь, зелёная морская раковина – Вода и оранжевый кленовый лист – Земля.

Я подошла к очаровательной девчонке с глазами цвета василька и надела ей на голубую блузу синюю снежинку.

– Готова присоединиться к факультету Воздуха? – спросила я, и девушка радостно закивала, мы вместе прошли к столу факультета, и я помогла ей сесть.

Первокурсники, вначале немного испуганно поедали сладости и радостно перешёптывались. Диони пододвинула тарелку с моим любимым апельсиновым пирогом, но я лишь поморщилась.

– Я не голодна, выпью какао, – поблагодарила я, насыпая зефирок в свой шоколадный напиток.

– Что с тобой происходит? Ты не заболела? – спросила Диони, обеспокоенно прикладывая руку к моему лбу. – Ты горячее, чем искры огня! Может, сходим к целителю, пока не началось представление стихий?

– Нет, я в порядке, не волнуйся.

«Моя кожа и вправду горела, но душа цепенела от пронизывающего холода».

Я вздрогнула от прикосновения, меня задел хвостом мимо проходящий тигр, хранитель факультета Воздуха, его шерсть сияла синим. У каждого факультета Академии был свой хранитель, магические животные, созданные для нашего мира богиней Гармонией. Хранителем Огня была огненная лиса, её шерсть тоже была наполнена магией и сияла алым. Хранитель Воды – выдра, её шерсть светилась зелёным, а Хранителем Земли выступал волк, его шерсть переливалась оранжевым. Их призвали охранять академию и её студентов.

Взглянув на стол для гостей и учителей, я увидела родителей, они разговаривали с молодым мужчиной.

– Кто это рядом с моими родителями?

– Это Леон, Хранитель Ночи, – ответила Диони. – Родители познакомили меня с ним перед репетицией.

Мужчина пристально смотрел в нашу сторону, как будто слышал разговор, хотя мы находились далеко от них. Он был одет в чёрный костюм и рубашку, пепельные волосы отливали серебром. Хранитель Ночи, последний в своём роде, о нём я много слышала, но не видела, он никогда не выходил в свет. Говорили, что сама первозданная тьма поселилась в его ледяном сердце. Рядом с ним сидел советник Хранителя Ночи, он же декан факультета Воздуха, его я хорошо знала, Марк, он представлял интересы хранителя и преподавал в Академии, он что-то с интересом обсуждал с директором.

– Что думаешь по поводу рейдов в Лунном лесу? – спросила я. – Думаешь, это опасно?

«Уже пару месяцев мне снился кошмар, всегда один и тот же, я просыпалась в Лунном лесу около древа Равновесия, оно манило и зачаровывало меня. И каждую ночь тьма, выходящее из древа, поглощала и лес, и меня».

– В любом случае студенты не ходят на рейды одни, только с сопровождением старших. Так что не сто́ит волноваться, – успокоила меня Диони.

– Ты слышала, что запрет океана сняли, теперь всё будет по-прежнему.

– Много лет прошло, к этому надо будет привыкать, но думаю, возврат к истокам всегда к лучшему, – подруга улыбнулась и помахала девочкам за соседним столиком.

По окончании банкета старосты собрали первокурсников, чтобы проводить их на поле, там должно было начаться представление сил стихий. Я не спешила выйти из зала и подняв глаза, увидела изучающий взгляд Хранителя Ночи, меня привлекло золотое свечение на его груди, под чёрной тканью рубашки что-то искрилось и, казалось, я чувствую тепло этого света. Хранитель потёр грудь, будто я обожгла его взглядом, окружающие не замечали этого света или просто старательно не придавали значения.

Я покинула замок одной из последних, во дворе осеннее солнце уже медленно плыло к горизонту и вскоре должно было окрасить бесконечную гладь океана. Оно уже не так обжигало и слепило, как днём, а мягко пригревало тёплыми вечерними лучами. Купол над лесом искрился вдалеке, его создали для защиты от про́клятых теней, а в кристаллах лазурита, расположенных по периметру академии, отражались лучи предзакатного солнца. Гости уже заняли свои места, а на сцене студенты готовились начать представление стихий.

– Афина, – позвал меня кто-то, голос я не узнала, в толпе он звучал размыто, обернувшись, увидела Диони. – Мы следующие, пошли, нас уже ждут.

Мы прошли на первый ряд трибун, где сидели выпускники, волшебство уже начало происходить, и все смотрели с замиранием сердца. На сцену вышли четыре студента, по одному из каждого факультета. Сначала они синхронно сложили ладони горизонтально, и между ними загорелись искрами символы стихий, а их самих окутал туман: воздух – синий, земля – оранжевый, вода – зелёный, огонь – алый и в ту же секунду всё погасло.

Студент с факультета Воздуха обратил ладонь к небу, мягкими синими волнами вверх устремились искры магии, по небу облака поплыли быстрее, и синюю гладь занесло тёмными тучами, разразилась гроза. Гром прорезал воздух, засверкали молнии, заставляя меня вздрогнуть, а кожу покрыться мурашками от холодных капель дождя. Студент с факультета Воды взвёл обе руки к небу, из его ладоней поплыли зелёные искры магии и образовали над головами присутствующих большой зонт. Небо успокоилось, и тучи мгновенно улетучились, зонт исчез, но мы почувствовали на своей коже морозную прохладу и увидели кружащие в воздухе снежинки. Студент факультета Огня создал огромный красный огненный шар и всех окатило теплом. Солнце почти успело скрыться за горизонтом, и сейчас его лучи золотили воды океана и верхушки гор и деревьев. В это время студентка факультета Земли своими оранжевыми искрами магии создала на сцене росток деревца, вокруг которого кружили три шарика: огонь, воздух, вода. Деревце начало расти и расти, пока не превратилось вначале в цветущее, а затем и в большое дерево с плодами. Оно исчезло и превратилось и шар, искры магии всех стихий объединились, окрасились в серебристый цвет и взорвались салютом уже в ночном небе.

Трибуны взорвались аплодисментами, представление стихий было волшебным и волнительным. Студенты ушли, и я почувствовала, как Диони тянет меня вперёд. Мы поднялись на сцену последними, на ней уже стояли Кассия, Роберт и Габриэль. Я обвела взглядом толпу и мир, казалось, пошатнулся, голова закружилась, и перед глазами всё поплыло. Я вышла вперёд на ватных ногах и начала свой рассказ:

– Сидите тихо, и я расскажу вам легенду о хранителях древа Равновесия, – я взмахнула рукой, из ладони полились синие искры, в воздухе закружились пушистые снежинки.

«В голове возник образ древа, маленького и беззащитного, в холодном свете луны. Росток окружили фиолетовые и белые искры, и деревце начало расти и расти, остановилось лишь тогда, когда верхушка коснулась облаков».