Risk

Глава 1. Залечь на дно

Эпоха людей кончается на Земле, я предвижу это. Здесь живут демоны. Они носят маски людей, чтобы губить и развращать их, да купаться в роскоши бессмертия. Кишины – отродья из иного мира, как раковая опухоль, терзают человечество изнутри. Говорят даже, будто это они наслали вирус, что выкосил Восточный блок. Но эта история не о них, а о более приземленных и прагматичных созданиях, таких как… наемные убийцы.

В этой снежной середине марта происходят интересные события. Губернатор жарит стейки на своем дачном участке, чувствуя себя в полной безопасности – охрана дежурит вокруг забора и в подлеске. Лучше бы ему вернуться в дом, потому что в лесу затаилась его судьба – хрупкая светловолосая девочка, вооруженная винтовкой M1 Garand.

Ее руки не дрожат, дыхание ровное. Она ждет того момента, когда он перестанет мотать головой. Губернатор потянулся к баллону с пропаном – искушение выстрелить в него велико, но преодолимо. Не стоит привлекать лишнее внимание, он ведь приехал сюда тайно. Выдохнув, девочка убивает дородного чинушу с пятисот метров. Снежная буря скроет следы убийцы, ее никогда не найдут. К тому же с охраной она уже разобралась.

Она посмотрела в бинокль – надо проверить, умер ли он. Чистое попадание, пуля прошла навылет. Коллега девочки, наблюдавший за охотой, подошел к ней без опаски.

– Отличная работа, Железная ладонь! Устроил тут барбекю, сволочь…

– Спасибо, Рик. Попала в затылок с шестисот ярдов, хорошая старая винтовка. – Девочка мило улыбнулась и приняла из его рук оружейный чехол.

Итак, убийства начались. Губернатор не сделал ничего такого, чем заслужил бы смерть, но этим двоим хорошо за него заплатили и еще надбавят. Эта девочка, с ее голубыми глазами и милым носиком, стреляла в человека потому, что избрала для себя путь наименьшего сопротивления, скользкий путь. Рыжеволосый мужчина, сопровождающий эту юную, заботливо укладывающую винтовку в чехол даму, вспомнил о том, как впервые убил человека. Ему тогда было всего пятнадцать лет – в этом возрасте люди обычно начинают познавать реальный мир так, как это делают взрослые, обычно. Будучи бедным, Ричард отчаянно нуждался в деньгах, которые в итоге пришлось отобрать у ни в чем не повинного кассира, не испугавшегося заряженного револьвера и поплатившегося своей жизнью за чрезмерно пылкий нрав. Эта девочка, как и юный Рик, быстро вошла во вкус – на ее счету уже ровно тридцать клиентов. За твердую хватку, которой она удерживает оружие, милая барышня получила прозвище Железная ладонь.

Рик уже не в первый раз задумывался, не превратилась ли она в маньячку. Сегодня он все же решил спросить напрямую, что же его напарница думает о своей профессии. Она ответила на этот вопрос так же прямо и бесхитростно: убитые клиенты были объективно плохими людьми и понесли заслуженное, а местами и долгожданное, наказание за свои поступки. В безмятежных промежутках между выполнениями контрактов все члены так называемой «Организации» относились к малышке как к предмету мебели, но сообразительный Капо, как он привык себя называть, понимает, что за этой дурочкой нужно присматривать, равно как и за другими неблагонадежными коллегами. К сожалению, сегодня Ричарду не суждено выспаться, потому как завтра состоится вылет в Чикаго, там он пересядет на такси и отправится в гетто. Хотя в Чикаго неспокойно, только там можно спрятать блондинку. Оставленный позади мертвец при жизни был приближенным к президенту, а у Рика имеются четкие инструкции по таким заказам, и они требуют от исполнителя залечь на дно, даже если это не обязательно.

На Сакстон Авеню уже давно живут отбросы общества: нелегальные эмигранты, бездомные, преступники всех мастей. Кажется, будто в этих обветшалых пятиэтажных домах сконцентрировалась беднота со всего земного шара – именно такого мнения придерживается каждый, кому не посчастливилось проехать мимо Сакстон Авеню с открытым окном. В бедный район Чикаго редко заезжает мусоровоз, отчего в жаркие дни тут стоит невыносимый смрад. По счастью, Рик оказался здесь под самый конец зимы, но даже стойкий насморк не спасает от запаха той мрази, что обретается в этой дыре. Тошнотворный запах табачного дыма и дешевого пива впитывается в одежду горожан, эта вонь идет до самого неба, и по ней можно определить, далеко ли потенциальные грабители.

Такси выехало из шумного аэропорта и высадило Рика и девчонку у метрополитена. Они сели в поезд, в котором пьяный футбольный болельщик уснул на плече Капо. На короткое мгновение Рику захотелось оказаться на месте этого урода, захотелось также пролить остатки пива из пластикового стакана, вымыть его и поставить в шкафчик. Напротив Рика сидит его отражение в окне вагона – оно машинально пригладило свою рыжую бороду и теперь короткими рывками отодвигается от болельщика. В конце концов пьяница свалился на пол, а сидящие рядом пассажиры сделали вид, будто не заметили этого. Рик встал и повел напарницу к выходу из метро. Их маршрут пролегает через Мэддисон-стрит, где, по слухам, обитают люди среднего класса; эту улицу можно также назвать торговым районом из-за обилия магазинов и ломбардов. Рик еще в самолете хотел бы зайти в один конкретный ломбард и оставить там Железную ладонь, чтобы наконец купить себе теплую одежду взамен тех тряпок, что сейчас прикрывают его замерзшие кости. Половина заработанных денег пойдет в общак, что очень его расстраивает. Начальник уже который месяц заверяет Рика, что банковские счета киллеров будут разморожены уже к весне, но оптимизма эти обещания не прибавляют.

Как бы убого ни выглядело Сакстон Авеню, в городе есть места с гораздо более низким уровнем жизни. Это тихое, незаметное и ужасно пахнущее укрытие идеально подходит для таких матерых преступников, как Рик, а значит подойдет и для нее. Рыжий видит в существовании этой девчонки насмешку судьбы: в голове у него возникает образ цветка, выросшего в навозной яме, и он понимает, что этот одинокий цветок, в конечном счете, раздавит новая куча дерьма. Не отпуская эти мысли, Капо надавил пальцем на дверной звонок, такой же облезлый, как и стены подъезда, в который они сейчас зашли. Спустя пару-тройку минут послышались щелчки множества замков, и последующее за ними появление хозяина квартиры. В полумраке двухкомнатной жилплощади неровно стоит человек лет двадцати семи, надевший поверх голого торса полевую куртку M65, сковывающую движения недавней подгонкой под его худое тело.

– Если вы пришли убить меня, то делайте это быстро.

Только сейчас Рик вспомнил, что ему надо было заранее созвониться с этим парнем и предупредить о скором визите. Но Рик не стал паниковать и спокойно, даже шутя, представил свою спутницу.

– Не обольщайся, Норман, ты в наших списках пока не числишься. Я тут привел тебе жильца на неделю. Зовут ее Айрис, она девушка покладистая и симпатичная, в меру умная. Впустишь нас?

На минуту призадумавшись, Норман кивком пригласил киллеров войти. По его просьбе они оставили свою обувь в прихожей. В качестве извинений за холодный прием хозяин предоставил гостям места за обеденным столом и водрузил на него бутылку бурбона. После того как Норман уложил винтовку в старый платяной шкаф, вся компания уселась за небольшой прямоугольный стол, попахивающий вяленой рыбой. В свете древней люстры лицо Нормана показалось девочке необычайно жутким и в то же время симпатичным. Его длинные каштановые волосы бросают тень на уродливый шрам, косой линией тянущийся ото лба к левой щеке. Очевидно, от той же травмы пострадал и левый глаз Нормана – он налился кровью и двигается независимо от правого. Заметив, что физиономия жильца заинтересовала Айрис больше, чем стакан виски, Рик поспешил представить ей этого странного человека.

– Ты хоть знаешь, на кого пялишься? Это же сам Норман Синис, бывший член разведгруппы «Красный Пират».

При упоминании легендарной команды морских пехотинцев по спине девочки пробежали мурашки. По рассказам босса, эти смельчаки освободили Дамаск ценой собственных жизней. Однако не все было так просто: в разрушенный город вторгся древний и очень могущественный демон. Он запытал до смерти напарников Нормана, а герой остался в живых лишь благодаря лошадиной дозе обезболивающего. Таким образом ужасная травма спасла жизнь морпеха в совершенно безнадежной ситуации. К счастью, контакт с кишином не повлиял на характер Нормана, и, если верить словам Рика, он так и остался добрейшей души человеком.

Пока Капо рассказывал, какие они с ним хорошие друзья, Норман успел выпить половину бутылки и дважды окликнуть какую-то Дженнифер. Тут из соседней комнаты донеслось громкое «Хм?». Отвечая на «вопрос», Норман попросил сделать гостям сандвичи с индейкой. То был не сексизм с его стороны, а лишь невинная просьба, в отсутствие гостей никого не оскорбляющая.

– Женщина, Норман? Старый пес, только не говори, что ты наконец обзавелся хозяйством, – удивился Рик.

– Джен? Ох, нет, мы просто живем вместе. Дженнифер Грин – моя однокурсница, очень приятная дама. Ее родители сидят в тюрьме, – шепотом добавил Норман. – А вы, значит, задумали скрыться от закона в нашей скромной обители?

– Угу. Так ты не против того, чтобы она пожила у вас неделю?

– Не вопрос, я всегда рад гостям. К тому же Дженнифер может обучить ее хорошим манерам!

Последние слова таки заставили девушку появиться на кухне. Не обращая внимания на гостей, стройная барышня в узких джинсах и зеленой водолазке достала из холодильника хлеб. На короткий миг Джен обернулась, и ее зеленые глаза прожгли воображаемую дыру в затылке ухмыляющегося Нормана. До чего же порой бывают странные отношения между мужчиной и женщиной.

Рик не хотел навязываться и злить Дженнифер, но все же остался на ужин и, прежде чем уйти, просидел за столом добрых два часа, неустанно болтая по душам с мистером Синисом. Если бы не сандвич, Айрис так и не притронулась бы к своему бурбону. Угощение упорно не желало продвигаться по пищеводу, и ее рука сама потянулась к граненому стакану. Напиток был обжигающим и ужасно неприятным на вкус.

Попрощавшись с Норманом, Рик вышел на улицу. Уже стемнело, а фонарные столбы не работают – вот почему на скамейке не сидят пьяные мигранты, как это обычно бывает на Сакстон Авеню. Рыжий достал свой одноразовый телефон из кармана пальто: ему нужно позвонить заказчику, иначе он не перешлет деньги сегодня. Доктор Эрик Хардстром – главврач городской больницы, в квартире которого проводились обыски. Полиция вроде как изъяла миллиард долларов наличными, и каждая несчастная купюра была якобы присвоена губернатором. Подобные заказы – есть не что иное, как источник стабильного заработка, в чем Рик уже не раз убеждался.

– Работа выполнена, – доложил рыжий.

Доктор облегченно вздохнул. Судя по звукам, он сейчас пьет виски со льдом. Услышав его вздох, Капо почему-то пожалел о своем звонке. Возможно, все потому, что ему не по нраву общение с неприятными типами, в которых можно узнать себя самого.

– Спасибо, дружище, у меня просто камень с души свалился.

– Любой каприз за ваши деньги.

– Да, да. Но знаешь, я все-таки хотел сам убить его, только медленно и жестоко, чтобы почувствовать сладость.

– Ну, ничего теперь не поделаешь. Я могу получить остальную часть суммы до конца этого года или у вас сейчас нет таких денег?

– Считай, что уже получил.

Удовлетворенный Рик сломал свой кнопочный телефон и собрался уходить, но вдруг почувствовал, как в спину ему уткнулось что-то острое. Его сейчас совсем не привлекает мрачная перспектива стать жертвой ограбления, но и доставлять проблем Норману не хочется. Ударив грабителя локтем, Рик развернулся и уложил его на землю мощным хуком с правой. Перед Капо распластался щуплый молодой человек, внешне похожий на обычного наркомана. Орудием несостоявшегося преступления послужил простой канцелярский нож, конфискованный триумфатором. Нет нужды добивать этого парня, без ножа он и так скоро сдохнет в таком опасном районе.

Сжимая в руке старый бокскаттер, Рик вспомнил один неприятный инцидент, произошедший с ним в юном возрасте. Примерно таким же ножом отец Рика порезал горло своего сына, еще только начинающего познавать жестокую реальность. От нахлынувших воспоминаний захотелось выпить вина, а съемная квартира находится на другом конце города. Ничего не поделаешь, сегодня он останется ночевать в квартире Нормана, а завтра утром снова позвонит боссу.

В этом году зима надолго задержалась в штате Иллинойс, отчего каждый новый день похож на предыдущий. Подавляющая белая пустота над небоскребами уже успела надоесть за несколько месяцев, и не исчезнет вплоть до апреля, и даже Восточное побережье все никак не оттает. Уже в который раз покинув тесноватую обитель старого друга, Ричард с тяжелым сердцем приступил к выполнению нового задания: по указанию босса, ему предстоит освободить из тюрьмы своего коллегу. Внушительный залог будет ждать Рика у ворот полицейского участка, в руках посредника. Взаимодействие с представителями так называемого закона всегда нагоняло тоску на рыжего преступника. Ему, в общем-то, никогда не нравилось заходить на территорию другой банды, особенно с дипломатической миссией. В свое время ФБР не стало расследовать убийство семьи Рика группой кишинов – этот случай окончательно обратил его против системы и подтолкнул к становлению киллером. Примечательно, что Рик даже не пытался отомстить кишинам за зверски убитых родственников. Пользуясь своей безнаказанностью, они все равно еженедельно убивают кого-то, и только самым громким делам дают ход. Арестованный товарищ Рика хоть и не является демоном, но, в конце концов, ему также помогут огромная взятка и зловещая репутация. Не только преступники, но и мирные граждане трепещут при упоминании Золотой Маски – такую кличку получил самый успешный в истории массовый убийца, и именно он сегодня выйдет на свободу вслед за Риком.

О, я помню, о чем кричали таблоиды: «Неизвестный террорист в маске-смайлике убил пятьдесят бойцов Национальной гвардии». Без единого выстрела, уложившись в двадцать пять минут и десять секунд. Эта демонстрация силы вселила страх во многие сердца и породила множество слухов и теорий о чудовищной силе и ловкости загадочного убийцы.

В изоляторе стоит запах жженой резины – здесь еще недавно кого-то пытали. В подростковом возрасте Рику довелось на собственной шкуре испытать полицейский произвол: он помнит, как и на него когда-то натянули облитый бензином противогаз, после чего он подписал признание в трех убийствах двадцатилетней давности. Эту историю можно назвать забавной лишь потому, что именно в тот день Рик официально устранил своего первого клиента, и последнего повесили на другого парня, не пережившего пыток. Погрузившись в темную пучину болезненных воспоминаний, Рик сам не заметил, как уперся носом в дверь, ведущую на парковку. По левую руку от него располагается одиночная камера, в которой не горит свет. С другого конца коридора подбежал полицейский со связкой ключей.

– Задержанный, твои друзья внесли залог… так что давай… без шуток!

Вид удирающего копа заставил Рика улыбнуться: этот никчемный дурак оставил ключи в замочной скважине. В камере послушно сидит нечто, похожее на человека. Паркер Уолш, известный как Золотая Маска, прослыл великим воином и гением убийства. Однако сегодня в этой темной вонючей камере сидит кто-то другой, совсем не похожий на него. Молодой человек с внешностью грязного бомжа встал со скамьи и неспешно побрел к выходу – настолько неспешно, что Рику пришлось тащить его за руку до самых ворот, где их уже ждал таксист. Из-за водителя пришлось отложить разговоры о работе, к тому же Рик сразу понял, что Паркер не в настроении с кем-либо общаться. Капо уже не первый год работает бок о бок с этим парнем. Паркер не бросает слова на ветер, да и вообще ненавидит пустую болтовню. Дабы не сидеть в тишине, Рик уже по привычке завел лирический монолог на тему этого страшного жестокого мира, уставившись в окно:

– Знаешь, я вот думал о нашей жизни. Необычные условия, в которые нас поместила судьба, напоминают мне один проблемный человеческий орган под названием… аппендикс, воспаленный аппендикс. Строго говоря, это даже не орган, но ты меня понял. Наша работа, враждебная среда, в которой мы эту работу делаем, – все это кишечник, а в роли аппендикса выступают кишины. Они ведь на хрен никому не нужны, нам и без всяких уродцев тяжело живется, возьми хоть этого сраного губернатора. Если убрать из мира всех кишинов, хуже или лучше от этого никому не станет, ты уж поверь. Кишины – это необязательный элемент твоей истории, моей истории, истории нашего таксиста. – Рик тяжело вздохнул. – Но так уж вышло, что они существуют. Кошмар, они существуют, и ничего с этим не поделать. Мы бы и без них жили в дерьме, но сейчас, пока я тут разговариваю со стеной, кому-то вон в том переулке выпускают кишки, чтобы над этим поржать. Мне очень жаль, что в мире нет такого хирурга, чтобы отрезать этот воспаленный аппендикс.

Паркер не нашел подходящих слов и продолжил молчать. Все его мысли были сосредоточены на холодном душе и стакане воды, что ждут его в квартире Рика. У Паркера не было своего дома. Он попросту не может позволить себе такую роскошь, как постоянное место жительства. Если ему через час будут выпускать кишки, он не будет беспокоиться о том, что забыл покормить рыбок перед своей смертью.

Глава 2. Всего лишь бизнес

Рик обернулся. Рядом с ним скрючился персонаж, никак не выдающий свою профессию. Случайный прохожий увидит в нем лишь заросшего волосами бродягу. Но Рик знает, что эти немытые патлы закрывают сосредоточенный взгляд, ни на минуту не сходящий с лица, – он-то и отличает Паркера от простого оборванца. Что тут сказать, опасным людям необходимо маскироваться и сливаться с толпой, это залог выживания. Фактически главная опасность в работе наемного убийцы таится в отсутствии непосредственных связей в высших кругах. Ни Рик, ни его коллега ни разу не заключали выгодного контракта с крупнейшими из существующих корпораций, они также не заводили друзей в окружении президента Соединенных Штатов. Из-за давнего конфликта с наркомафией киллеры не могут рассчитывать на поддержку со стороны полиции, и единственной крышей по сей день остается их собственный босс. В преступном мире его все боятся и ненавидят, а этого достаточно для удержания власти и обеспечения относительной безопасности работников.

Паркеру так и не удалось понять, куда же они приехали. Машина остановилась в незнакомом ему спальном районе, более опрятном, чем Сакстон Авеню. Прямо через дорогу от жилого дома, где высадились пассажиры, стоит кофейня – там обязательно найдется вода, пусть даже и смешанная с каким-нибудь вонючим дерьмом. Облизнув губы, Паркер проследовал за Риком на цокольный этаж изрисованной граффити восьмиэтажки. На улице почти нет людей, потому как все они попрятались в свои уютные муравейники, опрометчиво думая, что таким образом смогут защититься от кишинов. Один такой умник притаился за железной дверью с кодовым замком – за ним-то и приехали убийцы, и по крайней мере одному из них известен четырехзначный код. Под одобрительный писк динамика тяжелая дверь отворилась, а рыжий Капо ловко проскользнул внутрь дома, утянув за собой замечтавшегося коллегу.

Они попали в подпольную мастерскую, это стало ясно, как только на потолке зажглись лампы. Бесцветная ковровая дорожка расстилается между полок с запчастями, коих здесь неисчислимое множество. Из пронумерованных картонных коробок и контейнеров высовываются незнакомые Рику железяки разных форм и размеров. Он знает, для каких машин предназначаются эти детали, это из-за них мастер вынужден скрываться в душном подвале. Конечно же, полиция не прикроет этот маленький бизнес, копам даже выгодно держать на свободе такой талант, это Рик тоже прекрасно знает; есть на свете скверные личности, от которых действительно стоит прятаться в трущобах и подземельях, прямо у них под носом. Но какой же здесь все-таки спертый воздух, а от запаха машинного масла хочется блевать. Этот город воняет.

За следующей дверью скрывается не слишком красивый, но очень умный парень по имени Бартоломью Робертс, но друзья зовут его Капитаном. Скромная обитель Робертса до боли в зубах напоминает кабинет дантиста, а в большом кресле восседает сам врач, ловко орудуя инструментами, свисающими с высокой спинки. С ног до головы перепачканный, он ковыряется в железяке размером с микроволновую печь. В полумраке Паркер разглядел приставленный к стене железный манекен без головы. Присмотревшись как следует, убийца понял, что напротив него стоит туловище робота, а его голова, стало быть, лежит на рабочем столе Барта. В то время как хозяин игнорирует вошедших, на потолке мигает зеленая точка – это одна из тех дешевых турелей, которыми нынче увешаны все муниципальные и офисные здания. Преимущество этих скромных орудий заключается в высокой скорости наведения и «иммунитету» к удаленному взлому.

Рик же сосредоточил все внимание на другом куске металлолома, над которым потеет Робертс. В руке мастера металлический стержень с хирургической точностью обрабатывает обнаженную микросхему, и это при отсутствии увеличительных приборов на голове Бартоломью. Отсюда вывод – на глаза механика надеты специальные линзы, какие носят работники сборочных цехов. И вот Робертс наконец то закончил работу и, подняв со стола голову, поспешил удалиться от Рика в тот угол, где стоит туловище робота. Водрузив результат своих тяжелых трудов на широкие плечи, Барт пробормотал себе под нос нелестный комментарий о дыхании Рика. Он еще немного поработал паяльником, прежде чем обернуться и заговорить с гостями.

– Рановато вы пришли, господа, – произнес он, не оборачиваясь. – Не мог бы этот ирландец подать мне деталь из коробки под своей задницей?

Закатив глаза, Рик вскочил с продавленной картонной коробки. Внутри покоится отполированное забрало рыцарского шлема. Робертс объяснил, что без интерфейса робот не будет функционировать, и вообще это не робот, а электрыцарь на базе военного Mark-17. Очевидно, поставщик Барта одолжил робота у работников цеха, а механик лишь доработал исполнительного убийцу на службе у правительства и, спустя время, превратил его в электрыцаря, киллера-помощника. Мастер Барт активировал полностью собранного робота, прикрутив к нему забрало. Механик повернулся к посетителям, и в сотый раз повторил заученную фразу:

– Ваш заказ готов, можете забирать хоть прямо сейчас. Осталось только поставить лицензионную печать ему на голову, но за это придется доплатить. Эта фигня обойдется тебе в девять тысяч баксов, дорогой друг.

«Еще пять лет назад это были шесть тысяч, но я бы не согласился даже на такую сумму, – подумал Рик. – Пора уже задействовать купон на бесплатную лицензию».

– Можно мне стакан воды? – спросил Паркер.

От неожиданности Робертс чуть не упал с кресла. Оказывается, этот вонючий урод умеет разговаривать, и ради чего он здесь ошивается? Удивленный не меньше Барта, Рик не без труда сформулировал рассеянные мысли и сказал:

– Я думаю… думаю, сегодня можно сделать исключение.

– Что? С какой это стати?

– Если не для меня, то хотя бы для этого важного человека ты сделаешь скидку на печать. Видишь ли, мистер Золотая Маска решил впервые в жизни воспользоваться своей репутацией и подсобить коллеге по цеху.

Робертс ни на секунду не усомнился в правдивости слов Рика. Теперь при взгляде на это вшивое чучело у механика в жилах стынет кровь. Однако для него недопустимо терять лицо перед клиентами. Сейчас нужно поубедительней изобразить недовольство на лице, оторвать задницу от кресла и принести целую бутылку воды молодому человеку.

Казалось, Паркер буквально умирал от жажды, сидя в своей камере, настолько жадно он пил ледяную воду. Краем глаза он видел, как Рик выводит электрыцаря наружу, и проследовал за ним, не отрываясь от бутылки. У идущей по коридору компании весьма потешный вид: бородатый ирландец в старом дорожном плаще ведет за собой робота, переодетого в огородное пугало, а в хвосте плетется бродяга с ужасным похмельем.

Месяц тому назад босс Рика пожелал в свои ряды мощную боевую единицу, и воплощением этого желания стал широкоплечий робот Mark-17, заменяющий сразу пятерых бойцов невидимого фронта. В процессе сборки не раз было испытано одно изобретение Робертса, о котором он умолчал: сигнализация от кишинов.

«Приближается человек без признаков жизни, на двенадцать часов», – донеслось из динамика в голове электрыцаря.

Услышавший предупреждение Робертс в ту же секунду запер обе двери, выключил свет и сделал что-то с воздухом. Паркер не мог не заметить исчезновения запахов из этого подвала, даже стоящий рядом с ним робот вдруг перестал источать аромат машинного масла. За приглушенными шагами нежеланного посетителя он едва смог различить тихое шипение – оно идет вдоль всего коридора. Похоже, что Робертс проложил незаметную трубку с каким-то маскирующим газом; интуиция подсказывает Паркеру не вынимать зажигалку из кармана. А тем временем кишин уже свернул за угол и спустился по ступенькам к входной двери. Три человеческих сердца застучали быстрее и громче, чем две минуты назад. Сейчас им нельзя издавать ни единого звука, даже дышать. Кишин попытался ввести код доступа, но дверь уже обесточена. Лениво подергав ручку, он встал под дверью, и остается только гадать, что же мешает ему выломать препятствие. Весь мокрый от пота и лишенный обоняния, Рик неподвижно стоит в полной темноте с раскрытым ртом. В этот миг им возобладало острое желание помолиться о чудесном спасении своей задницы.